5
23 ноября 2018 г., 22:03
Ферма готовилась к нападению, работа кипела, на всю округу разносился стук топоров и молотков. Авантюристы вместе с Пастушкой и её дядей возводили невысокий, как раз для гоблина, частокол и рыли траншеи в которых человек от силы сломал бы ногу, а гоблин застрянет по пояс.
Каждый из пришедших на зов Оркболга, кто ради наживы, кто ради славы, работал в поте лица таская колья, раз за разом всаживая кирку в землю или упорно ворочая лопатой. И лишь некоторым не было дела до обещанных денег, и только одному было полностью плевать на всё.
Палач угрюмой скалой стоял на границе поля, воткнув рядом лом. Некоторых, бесспорно, возмущало его отлынивание от работы, но выразить это вслух не решился никто. Лишь видевшая его в бою группа работала спокойно и уверенно, зная, что даже если гоблины атакуют раньше ожидаемого, то Палач даст им достаточно времени на подготовку. А он, не ведая о мыслях смертных на свой счет, то и дело прокручивал в голове недавние события силясь понять, как он здесь оказался.
Ему было не внове помогать страждущим, но обычно помощь заключалась в истреблении демонов с которыми те не могли справиться, закрытии разломов, охоте на продавшихся Аду извращенцев. И в те славные времена он не должен был всякий раз тревожно поглядывать на индикатор заряда своего доспеха, покупать оружие, бродить по вонючим пещерам и подземельям чтобы убить мелких, не стоящих его пинка, зеленых засранцев.
«Демоны красные, кровь красная, Аргент красный и даже ярость красная, — размышлял Палач закипая. — Не зеленая, не мелкая и не вонючая. Зеленый — вообще не мой профиль. И общение не мой профиль, — он медленно сжал кулаки, до скрипа перчаток. — Говорить. Просить. Учитывать хотелки окружающих. Чертов Хайден, верни меня в Ад!»
Лишь одно его сдерживало чтобы не послать всех и не пойти своей дорогой — он не знал куда идти. Те трое посланцев — эльфийка, гном и ящер — должны были найти лорда демонов, идя по следу активности гоблинов. И он вынужден был плестись за ними, тратя время на бесполезную работу. Хотя Палач и понимал сиюминутную пользу такого, но услышанных в разговоре с эльфийкой доводов Убийцы Гоблинов о том, что вторжение еще когда будет, а гоблины режут простых людей, для него было мало. К его сожалению, Оркболг был зациклен на этих коротышках и не воспринимал большой картины — некого будет спасать если они вовремя не избавятся от демонов.
Ящер с гномом согласились помогать Убийце сразу, эльфийка, в своей манере, снизошла до положительного ответа позже, а монашка, скорее всего считая своим священным долгом помогать всем и каждому, вцепилась в него, как адский клещ Пинки под хвост.
«Пожалуйста, господин Палач, — он бы раздраженно сплюнул, не будь на нем шлема, — помогите нам спасти ферму, — и смотрит на него своими голубыми глазищами».
Тогда ему оставалось лишь сдержанно кивнуть.
А теперь он стоял здесь истуканом, охраняя подступы от внезапной атаки и всем своим видом давая понять, что не намерен таскать дрова или рыться в земле. Больше всего ему сейчас хотелось пустить лом в ход, опробовать его минималистично-сдержанный дизайн против чьей-то головы.
«Против толпы, конечно, лучше пулемет, — размышлял он, глядя на медленно клонящееся к закату солнце, — но я не могу себе это позволить. Чертов мир. Ненавижу, блядь, порталы!»
— А они точно придут? — авантюрист-новичок зябко поежился то ли от прохладного ветра, то ли от вида фигуры в зеленом, на которую он то и дело бросал опасливый взгляд.
— Убийца Гоблинов говорит, что придут, — его столь же молодая напарница невнятно передернула плечами продолжая устанавливать колышки, — и у меня нет причин ему не доверять. Он ведь только гоблинами и занимается.
— А… А, этот? — он легонько, опасаясь, что тот даже спиной увидит, дернул головой в сторону Палача.
— Я его сегодня только первый раз увидела, — девушка отложила деревяшку и отряхнув руки присела. — Но эта монашка, что его приволокла, точно без тормозов. Я к нему подойти близко боюсь, а она… Я думала он её на месте пришибет.
— Регистратор, вот у кого стальные яйца, хоть она и девушка, — отмахнулся новичок. — Её так трясло, когда она ему выдавала значок, но выдала же. И даже на шею ему повесила
Уже готовый сорваться с его губ смешок прервало всего одно слово:
— Идут! — крикнул Копейщик, увидев мелькнувшие в просветах меж деревьев силуэты и схватившегося за свою железку Палача. — Все по местам. Не дадим этим отребьям и шанса!
Из леса визжа, скалясь и улюлюкая повалили десятки гоблинов, вооруженные чем попало, от кривых ножей из дрянного железа или камня, до небольших копий и плотницких топоров стащенных ими на ранее ограбленных фермах. А впереди орды шли самые крупные, держа на весу деревянные щиты с привязанными к ним женщинами и девочками.
— Они далеко не глупцы, — предупреждал их Оркболг днем. — Такой толпой обязательно командует чемпион или сильный шаман, а значит можно ожидать некое подобие тактики, обманных ходов и подлости. Впереди они понесут «мясные щиты» — пленников, схваченных ранее, чтобы не дать нам расстрелять их издалека.
— Их нужно спасти, — тут же вклинился копейщик.
— Именно этого они и ждут. Рассчитывая, что мы потеряем инициативу или будем биться с оглядкой на пленных.
— Если ты сейчас скажешь, что…
— Не скажу, — подняв руку перебил его Убийца. — У нас есть жрецы и маги. Мы их усыпим, заберем несчастных и постараемся вырезать как можно больше зеленокожих пока держатся заклинания.
— Магия не развеется? — подал голос Палач.
— Только если кто-то из них закричит.
— Не закричит.
Магия ударила когда до границы поля на которой стоял Палач оставалось каких-то несколько шагов. Гоблины падали как подкошенные, закатывая глаза и вываливая языки, теряя оружие и натыкаясь друг на друга.
Демоноборец не стал подбирать изможденных пленников, как это ринулись делать остальные авантюристы. Вместо этого, он с методичностью машины шел вперед, втыкая свой лом в головы валяющихся на земле гоблинов, наступая на них и проминая тщедушные тельца своим весом. Каждый его шаг лишал этой ватаги пары-тройки бойцов.
Но он не собирался просто ходить и топтать этих уродов — ему нужен был их главный. Как и все безмозглые твари, без лидера они были ни на что не способны и быстро из единой силы превращались в группки загнанных зверенышей.
И он его настиг. Было бы странно если бы профессиональный охотник на демонов не нашел в лесу гоблина-переростка. Уродец даже додумался организовать себе некое подобие личной гвардии из десятка самых откормленных и зверски оскаленных сородичей. Не помогло.
Первого, выходец из ада, располовинил надвое ударом лома. Второй скончался от бронированной зуботычины. Следующие двое хотели напасть с разных сторон да проткнуть Палача короткими копьями и в результате сами будучи на них насаженными полетели в остальных, где забрали на тот свет еще одного. Лидер гоблинов видя такое поспешил скрыться среди деревьев и даже думал, что, пробежав два десятка метров, смог, когда, пробив ствол молодого ясеня, лом пришпилил его ногу к земле.
— Не подходи, не убивай, — залепетало существо на ломанном человеческом наречьи, скуля и хватаясь за раненую ногу. — Не буду больше нападать, не буду красть женщин. Пощади!
Но двигавшийся на него монстр лишь лениво смахнул с нагрудника прилипшую требуху, да тряхнул рукой избавляясь от мозгов его телохранителя. Он двигался безмолвно, чем нагонял на гоблина настоящий ужас, ведь тот давно не боялся людей — они были доверчивы и глупы. Особенно самки.
Не единожды он уходил целым из казалось безвыходных положений, когда его окружала целая группа приключенцев. Но стоило подпустить слезы в глаза и сделать испуганное лицо как человечка, эльфийка или гномка, не важно, обязательно женщина, состоящая в группе, проявляла милосердие к тому, кто еще недавно резал, ел и насиловал её соплеменниц.
И вскоре она сама оказывалась в коленно-локтевой позе, с арканом на шее и пустыми глазами сломленного человека. Ведь он не всегда убегал. Он прятался, выслеживал, ждал пока они станут на привал или ночлег и нападал из теней. Резал мужчин, вязал женщин, ел их сопартийцев у них на глазах, а затем наслаждался победой, местью и теплым нутром очередной самки.
— Врет, — из-за спины гиганта вышел человек в потрепанной броне, с окровавленным мечом.
— Знаю, — Палач с размаху впечатал подошву ботинка в лицо дрожащей твари и выдернул столь замечательно послуживший ему лом из ноги теперь уже безголового трупа.
— Вы не пострадали? — монашка была тут как тут, в местами порванной одежде и с окровавленным посохом в руках. Определенно что-то пошло не так, когда она связалась с ним — Палач видел других жрецов в городе и ни у одного не было этого блеска в глазах, когда упоминались приключения и уж точно никто из этой братии не снял бы рясу и не стал бы яростно бить освященным посохом гоблинов по голове.
— В порядке.
— Хорошо, — она ярко улыбнулась, снова схватив Палача за руку. — Пойдемте назад. Убийца Гоблинов, вы идете?
— Да, — тот поднялся на ноги держа в руке отрезанное от осколка черепа ухо гоблина. — Лишний золотой.
Авантюристы на ферме отбились. Не без потерь, но никто не умер, отделались лишь разной тяжести ранами да испугом. Те, кто озаботился нормальным доспехом, как Копейщик или Паладин, вообще обошлись лишь усталостью. Чего не скажешь о пленницах со щитов. Они сидели на земле, не обращая внимания на окружение и пялились пустыми глазами в пространство, раскачивались из стороны в сторону или беззвучно плакали. Наверняка многие были осквернены семенем гоблинов, и не все выживут, приняв настойку отторжения.
Когда до фермы оставалось несколько метров ожил аргент-детектор брони Палача. Энергия боли и страданий была разлита в воздухе тонким флером, едва уловимым высокочувствительной аппаратурой, но она была.
«Какой же соблазн, — Палач скрипнул зубами от злости к самому себе, когда нечто темное, живущее в каждом из нас начало тихо нашептывать ему: — Вот он, Аргент. Бесхозный, пропадающий зря, развевающийся на ветру. Столько раненых, кто они против тебя? А ведь ты знаешь, что делать. Круг там, звезда здесь, руны по краю, пара свечей и вызов услышат. Явится имп, а то и два. Третий пролезет сам, а за ним всё демоническое кодло. То, что тебе надо».
Палач лишь сильнее сжал челюсть, отгоняя от себя эти еретические мысли и стараясь сосредоточиться на том что щебетала монашка. Слушать её восторженный треп о том, как мужественно и героически отбивали атаку гоблинов оставленные им позади авантюристы хотя бы не было неправильно. Что угодно лучше, чем мысли о превращении в тварь хуже любого демона.
— За такое нам всем точно должны повысить ранг, — продолжала она не зная слушает ли вообще её молчаливый собеседник. — Ну, кроме тех, у кого он и так высокий. Всё-таки это были всего лишь гоблины.
— Нужны демоны, — рыкнул Палач, приподнимая на ладони уже основательно покрасневший от гоблинской крови жетон.
— Э-м-м… Тогда вам надо подниматься в классе, — и пояснила, вероятно уловив невысказанный вопрос в повороте забрала в её сторону: — Чем выше класс, тем лучше задания дает гильдия, а самым высоким — золотому и платиновому — самые опасные и в первую очередь. Думаю, демоны как раз к самым опасным и относятся и если у вас будет высокий ранг, то к вам первому обратятся, когда они появятся.
— Ясно. Слишком долго. Не подходит, — Палач подхватил лом и повернулся к дороге ведущий в город, но она всё равно услышала обреченное: — Но делать, всё равно, больше нечего.
— Эй, я с вами, — спохватилась монашка, когда тот своим быстрым шагом уже был за территорией фермы.
