17
22 февраля 2019 г., 23:12
Карьер уже давно остался позади, как и намек на дорогу. Им пришлось отдать повозку группе отправленной в город Новичков — город Воды был достаточно близко чтобы Ящер с Убийцей добежали туда на своих ногах.
Палач стремился к условным руинам, которые еще предстояло найти, наикратчайшим путем — по прямой, не обращая внимание на буреломы, овраги и поля с мирно пасущимися животными. И уж тем более на всякую немирную нечисть, что изредка норовила встать на пути и отлетала сломанной куклой в сторону.
— Они ведь могут не успеть, — сидящая на закорках Жрица неопределенно мотнула головой куда-то в сторону города Воды, — особенно если пойдут за тем зеркалом-порталом. Зачем оно вообще тебе нужно?
— В городе есть кому заняться эвакуацией, — отмахнулся Палач. — А портал — это наш план «Б».
— Мы ведь не опоздаем? — с тревогой спросила она, крепче прижимаясь к теплому металлу во время очередного прыжка через овраг.
— Время не имеет значения, важна только жизнь.
— Туда, — тонкая белая ручка указала слегка в сторону от текущего курса и бронированный гигант послушно пробился через подлесок. — Руины должны быть за холмом. Там будто огромный костер, — она невидяще уставилась в пространство, раскрывая восприятие, улавливая поначалу лишь психический шум, что будто волнами бесовской какофонии накатывал на её разум, — и отблески багрянца до самых облаков.
Жрица поспешно закрылась от всполохов нечеловеческих энергий, не искушая судьбу и не рискуя целостностью собственной души. Но даже так она видела необратимые изменения нанесенные сырым Аргентом окружающей природе. Стволы деревьев, что прежде свечой тянулись ввысь, теперь начинали изгибаться. И дальше будет только хуже.
Она, в отличие от Палача, не видела последствия всепроникающей порчи раньше, но легко могла представить, как через несколько месяцев стройные ели и высокие кедры будут тянуться к путникам скрюченными ветками и резать листьями сталь как меч режет бумагу. Уже сейчас она ощущала стоны агонии трансформации мелких зверей в их норах, а через неделю, если подпитка не прекратится, выросшие твари, с облезлой шкурой, язвами или хитиновой броней, что прочнее любого рыцарского панциря, будут разорять окружающие города, а то и страны.
— Оно всегда так? — тихо спросила она.
— Обычно хуже, — Палач перешел с бега на шаг, взбираясь на высокий холм чтобы оглядеть окрестности и выработать новый маршрут. — В погоне за знанием или преследуя цель отомстить кто-то взывает к силам, о которых не имеет никакого понятия. Не сразу, но такому обязательно ответят. Шепот в голове или письмена на зеркале или непримечательная каменная скрижаль с глифами, от которых начинает тошнить, — Палач с усилием доставал из памяти самое начало своего пути, удивляясь как он мог быть столь слабым в те времена, почти ничего не знающим о демонах. Ведомый не благородным гневом, растущим из знания, дающим не только силу, но и оставляющим простор для маневра, но лишь слепой яростью.
— Сквозь такую надломленную душу, — продолжил он, — в мир проникает один…
— Призыватель, — кивнула Жрица.
— Да. Он впускает целую орду мелочи и так приносится в жертву целый город, давая энергию для открытия врат. После этого мир можно считать потерянным. Туда, — он развернулся к теперь и ему видимому столбу алого пламени, будто идущему из-под земли.
До этого Жрица думала, что уже знает, как быстро может двигаться этот металлический монстр. Не экономя энергию — костюм даже на таком расстоянии уже начал заряжаться — Палач преодолел оставшееся расстояние в мгновение ока, с наскоку снеся баррикаду возведенную культистами перед входом в руины.
— Пойдешь позади, — сказал он, ставя девушку на землю и не дожидаясь ответа вломился внутрь.
Это был один из тех редких моментов, когда мир еще можно было спасти — отделаться минимальными разрушениями, а то и вовсе предотвратить весь грядущий ужас.
Кромешная темнота прохода, ставшая бы непреодолимым препятствием для любого другого человека, для него лишь расцвела всеми оттенками красного. Тускло блестящие стены, начавшие отекать, словно воск или оплавившаяся плоть, злобно шевелящиеся корни растений, на свою беду пробивших сюда путь и теперь в ускоренном темпе превращающихся в чудовищ, поржавевшие от времени держатели для факелов, теперь горящие незримым пламенем проклятых душ. Давно привычное зрелище не отвлекало его внимания от цели.
В таком темпе спустившись на несколько десятков метров под землю, по пути лишь раз наткнувшись на врага в виде чрезмерно мутировавшего корня с засевшей внутри проклятой душой, Палач ещё больше распалялся. Насытившись разлитым в воздухе Аргентом, он лишь крепче сжимал зубы и до хруста армированных перчаток стискивал цевье верной двустволки. Того несчастного, что сейчас встретился бы ему на пути он бы забил кулаками, будь то хоть слабосильный имп, хоть жирный манкубус со здоровенными пушками, а бедолагу, заглянувшего ему под шлем, ждали бы только полыхающие золотистым пламенем глаза.
— Наконец-то! — рявкнул он во всю мощь своей уставшей от безделья души врезаясь коленом в считавшимся непробиваемым лоб пинки, с хрустом проламывая тот до основания и всаживая дуплет в маячащую следом долговязую фигуру Ревенанта. — Как же я по вам, сволочам, соскучился!
Не теряя времени на перезарядку он несколькими ударами кулаков добил демона и двинулся дальше, к остальным — они ведь тоже его заждались. Ревенанты, тощие, с длинными ногами и цепкими пальцами на худых руках, в этот раз без хитроумных ракетниц на горбу — здесь им взяться неоткуда, а в Аду высоких технологий никогда не было, импы, что, как и положено пушечному мясу, только раззадоривали, не выдерживая даже хорошего пинка в свою тощую грудину.
Выскочившего из недр этого древнего лабиринта переходов и заброшенных комнат Барона он встретил как лучшего друга, с задорным оскалом всадив ему в брюхо довольно визжащую пилу и облившись с ног до головы хлещущей во все стороны юшкой.
Не успело еще тело поверженного демона коснуться пола, а палач уже выкашивал прущую на него мелочевку поливая длинный проход ливнем свинца из минигана и продвигаясь вперед, к манящей его ране в теле мироздания. Где-то там впереди маячил портал, щедро снабжающий этот мир демоническими тварями взамен на собранный нечестивым ритуалом Аргент.
Но Палач еще успевал. Если бы ритуал вступил в окончательную фазу демоны бы прорывались в совершенно разных местах по всему миру, а не только из узкой щели расширяемого плацдарма. И он желал прервать мерзкое колдовство до того, как станет слишком поздно.
— Ты! — псионической кувалдой обрушился на голову ворвавшегося в ритуальный зал Палача крик демона. — Здесь?!
Демоноборец с интересом уставился на говорящего. Такие раньше ему попадались очень редко. Элита элит Ада. Не слишком высокая для демона фигура издали напоминала человеческую, закованную в шипастую хитиновую броню. Напоминающее лишенный плоти череп, лицо твари красовалось внушительными заостренными зубами и что самое ужасное, глазами в которых читался интеллект не уступающий человеческому.
Не тратя времени на ненужные сейчас мысли о том, как высокоранговый демон оказался в этом захолустном мирке и было ли действительно случайным прибытие сюда его самого, Палач выпустил в говорливую тварь длинную очередь, оббегая того по дуге. Будучи мощным псиоником, как и все высокоранговые демоны, этот противник полагается на свои дальнобойные атаки. По опыту Палач знал о их слабости в ближнем бою и стремился сократить дистанцию, отвлекая того градом пуль бессильно вязнущих в психическом барьере.
— Бесполезно, Архипредатель! — взмахом руки тот отправил кусочки металла обратно, едва не задев ушедшего с линии огня перекатом Палача.
Вопреки ожиданиям и здравому смыслу, демон сам бросился в ближний бой, стремительно сократив дистанцию рывком, впечатывая усиленный энергией кулак в грудь Палача и отбрасывая того к стене. Оба предыдущих раза, когда он встречал этих демонов, те любили растянуть бой, показать свою удаль и много говорили, в надежде отвлечь и заставить ошибиться. Этот же, судя по всему, учел печальный опыт предшественников и сосредоточенно наносил удары один за другим, целясь в относительно слабые сочленения неуязвимой брони.
Уклоняясь и блокируя, Палач с удивлением обнаружил, что это ему начинает нравится. Уже слишком долго ему не приходилось бороться за жизнь, действительно просчитывать бой на несколько секунд вперед вместо того чтобы отдаться инстинктам и вбитым намертво рефлексам.
Удар — Блок — Перекат — Подсечка
Он даже не успевал материализовать оружие чтобы в редкие мгновения разрыва дистанции угостить противника всем, что есть. Тот не прекращал наседать, орудуя не только кулаками, но и когтями достаточно острыми для вскрытия его словно консервной банки.
Патовая ситуация, когда оба противника кроме того, что достаточно сильны и выносливы, но еще и подпитываются внешней, в данной ситуации почти неисчерпаемой силой. Где участь одного из них решает не мастерство, а глупая ошибка или слепой случай. Но никто так и не узнает, была ли ошибка ошибкой, а случай так уж случаен.
— И могучий Палач пал от моей руки, — выдохнул в черное забрало демон, когда острые когти пробили слабо защищенный бок демоноборца.
И в следущую секунду взвывшая в воинственном экстазе пила располовинила его от паха до затылка.
Со злобным рыком гигант выдернул из себя вражью конечность, ощущая, как затягивается ранение и следом восстанавливается броня, ненасытно поглощая щедро разлитый в пространстве Аргент.
— Мы, похоже, вовремя, — раздался позади голос Убийцы Гоблинов. — Куда ставить зеркало?
Рядом с ним, скрипя зубами и сгибаясь под весом портальной арки, в остаточных всполохах голубоватого пламени телепортации стоял Ящер.
— Возле алтаря, — Палач указал на исписанную демоническими глифами каменную плиту и подойдя к ней выбил несколько знаков точными ударами кинжала.
Пространство заполонил красноватый туман ставшего видимым Аргента, что скручивался в спираль и втягивался в древний артефакт.
— Вы уже закончили без меня? — из прохода выбежала запыхавшаяся, вся перепачканная в крови и ошметках Жрица. — Я прошлась по боковым проходам, хотела убедиться, что нам никто не ударит в спину. А вы как здесь оказались? — заметила она Убийцу Гоблинов.
— Свиток телепортации.
— У тебя он был, и ты всё время молчал?
— Никто не спрашивал, — ответил тот в своей привычной манере.
— Господин Палач, что теперь собирательствуете делать? — Ящер казался спокойным, но его выдавали мощные удары хвоста. Он будто собака, нетерпеливо размахивал им из стороны в сторону, задевая стену.
— Я вернусь туда, откуда прибыл.
Портальная арка заискрилась кровавыми всполохами, формируя проход в неизвестность. Алый овал перехода будто шептал в уши каждого из собравшихся о бесчисленных ужасах по другую сторону себя.
— Но ведь остались культисты, — растерянно произнесла Жрица. — И я…
Он задержал на ней взгляд, будто оценивая. Из милой, перепуганной девочки, за короткое время их знакомства она превратилась в бойца и истребителя нечисти, умудрившись пропустить через себя энергию преисподней и не запятнать свою душу. Далеко не каждый встреченный им воин мог похвастаться таким прогрессом. Ей остается лишь одно:
— Культ может победить только культ.
Палач сделал шаг.
Из мрачного, искаженного рафинированной злобой подземелья он ступил на не менее мрачную почву иного мира.
— Незнакомец, — раздался голос сбоку, — тоже решил присоединиться к каравану? Хорошая мысль! В одиночку сейчас опасно. Меня зовут Варрив. Подходи к нам.
Конец.
