Власть

      Ответа не последовало. Конечно же, раз уж скрываться то по полной, да Альбус? Хорошо, что мысли читать он не любит, а то сейчас они не на месте. Даже не знаю с чего начать разговор. Прежде всего нужно увидеть его, а то болтать с невидимкой не очень приятно, да и это неуважение ко мне как к собеседнику.       - Финита, - я произнес заклинание, отменяющее действие простых чар. Вдруг возле меня возникла фигура волшебника и ее тут же накрыло ливнем.       - Геллерт, ты спятил? Дождь идет же! – чуть по-детски произнес Альбус, стоявший под проливным дождем. Зато теперь я могу его рассмотреть.        Он несомненно постарел, хотя, это естественно, когда не видишь человека более десяти лет. Годы ему к лицу. Рыже-каштановые волосы стали чуть темнее, но по-прежнему отливали красноватым оттенком. Глаза: те же, голубые, чуть прищуренные и обиженные на меня за заклинание. Лицо немного осунулось, но от этого не стало хуже, даже лучше, так он выглядит более серьёзно и величественно что ли. Пока я рассматривал старого приятеля он подошел ближе ко мне.       - Я тут постою, около тебя сухо, - сказал он немного улыбнувшись. Зато улыбка такая же, как и в то время.       - Ты же можешь наколдовать себе зонт, - смотря ему в глаза произнес я. Альбус немного задумался, а потом ответил:       - Пожалуй, всё-таки лучше здесь, ты против?       - Нет, - я сказал это на автомате будто не хотел, чтобы он отходил.        Мы стояли буквально в полуметре друг от друга. Интересно, как дальше пойдет разговор, ведь, он сюда пришел не просто так, да и мне тоже не следует тут долго задерживаться. Я посмотрел ему в глаза и понял, что он смотрит на мой кулон, который почему-то оказался поверх одежды.       - До сих пор носишь? – спросил Альбус с горечью в голосе. Я поспешно убрал его обратно на место.       - Альбус, ты ведь явно не поболтать со мной пришел, может, перейдем к делу? – сказал я, тем самым уходя от темы.       Дамблдор поднял взгляд, но ничего не ответил. Теперь мы стояли и смотрели друг на друга. У него так много сожаления и печали в глазах. Должно быть трудно находится рядом с человеком, который был тебе ближе всех, а потом стал злейшим врагом. У меня чуть похожая ситуация, только почему-то не могу считать его своим противником. В прошлом этот волшебник был единственным, кому я мог высказать свое отношение к нынешнему обществу, и тогда, кстати, он был на моей стороне. Сейчас мы по разную сторону баррикады. Что же ты чувствуешь, друг мой? Лучше у самого себя спросить. Вот тут я ответа не знаю. Сколько мы так стояли трудно сказать, но спустя какое-то время я почувствовал присутствие другого мага. Человек из министерства? За Альбусом скорее всего следят. Чем он думал, когда решил встретится со мной? Глупый мальчишка.       Я быстро сотворил заклинание, скрывающее мое присутствие, и, подойдя вплотную к другу, прошептал ему на ухо: «Если захочешь поговорить приходи сюда завтра в 7 вечера», с этими словами я вложил в его руку листок с зачарованными чернилами. Для чужих глаз это будет просто набор непонятных символов, а для него - адрес. После этого действия я трансгрессировал.       Конец POV.       Альбус Дамблдор сидел в своем кабинете в Хогвартсе. Еще вчера он встретился со своим лучшим другом Геллертом Грин-де-Вальдом. Их разговор нельзя было назвать продуктивным и значимым. Это скорее походило на встречу давних возлюбленных, у каждого своя причина встречи. У Альбуса, несомненно, это просто увидеть его, узнать, что происходило, может, попытаться переубедить. Правда последнее практически невозможно. Ведь Геллерт столько лет посвятил себя поискам даров смерти и один же раздобыл, а значит, он явно на этом не остановится. А вот у его друга, возможно, вообще не было никаких причин видеться с ним.       Скрестив руки на груди, Дамблдор посмотрел в широкое окно замка. Солнце ярко светило, на небе ни тучки – отличная погода для прогулки по территории Хогвартса. Немного посидев без дела он все же собрался выйти. Неожиданно в его кабинет ворвались маги.       - Вы не можете так просто сюда зайти, это же школа, что вам нужно? – этот голос принадлежал профессору Минерве Макгонагалл. Маги игнорировали ее гневный тон.       - Минерва, все в порядке, я с ними поговорю, - Альбус Дамблдор, казалось, пытался сдерживать себя.       - Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, вы обвиняетесь в сговоре с темным магом Геллертом Грин-де-Вальдом, - громко сказал сотрудник министерства магии Британии.       Сказать, что профессор Дамблдор пребывал в неком шоке, это ничего не сказать. Минерва Макгонагалл, стоявшая позади, прикрыла рот рукой. Он посмотрел на магов с улыбкой и спросил интересующий его вопрос.       - По какому праву вы меня обвиняете?       - Вы были замечены вчера в обществе темного колдуна, преступника маги… - маг был вынужден прерваться, когда увидел поднятую руку профессора.       - То есть, если я находился в его обществе, это значит, что я его союзник? Странные выводы. Вы же не глупые люди, вы должны знать, что я не при каких обстоятельствах не примкну к нему, - Дамблдора, казалось, возмутило это заявление.       - У вас есть выбор, Дамблдор. Вы можете открыто выступить против него в магической дуэли или же вам светит срок в Азкабане за содействие преступнику, - мужчина, говоривший это, явно не испытывал к профессору ничего хорошего, скорее недолюбливал его. Эти обвинения абсолютно беспочвенны, еще и выбор дают. Великолепно!       Профессор, пребывая в задумчивости, оглядел всех, кто стоял в его кабинете. Их было пятеро. Один из них брат Ньюта Скамандра. Ещё он нашел взглядом Литу Лестрейндж, возлюбленную Тесея. Трое остальных просто сотрудники министерства.       - Что вы решили? – спросил Тесей Скамандр.       По взгляду Дамблдора можно было понять, что он ничего не собирался решать. Ему вся эта чепуха не нравилась.       - Давайте выйдем, на улице хорошая погода, - он сказал это так легко и непринужденно, что волшебники, замешкавшись все же пошли за ним.       Когда профессор вышел из замка, он повернулся к своим спутникам и весело сказал им: «Попробуйте найти меня». С этими словами Альбус Дамблдор трансгрессировал. Все, кто стоял рядом разразились громкими заявлениями, на подобии «Это война, Дамблдор!».       Годрикова Впадина встретила Альбуса тепло. Здесь прошло его детство. Понятное дело, что тут министерство точно найдет мага. Он решил немного отдохнуть ото всех и скрыл свою магическую силу. Этого будет недостаточно, поэтому придется время от времени пить оборотное зелье. Ему не хотелось сесть в Азкабан за не существующее содействие своему другу. А уж выйти против него на дуэль вообще практически невозможно. Дело даже не в клятве на крови, а в чувствах, которые остались в его сердце. Они мешали Дамблдору, но он никак не мог избавиться от них. Сколько бы он ни пытался забыть его, внушить себе, что он враг, никак не выходило. А ведь, даже он не признавался в своих чувствах напрямую. Неизвестно как бы отреагировал Грин-де-Вальд на такое со стороны друга. Отверг, принял или воздержался бы? Эти вопросы так и останутся без ответов.       Зайдя в свой дом волшебник осмотрелся. Здесь все было так же, как и много лет назад. Их семейная фотография стояла на камине. Он подошел ближе, чтобы рассмотреть еще улыбающуюся сестру, самого себя, брата. Воспоминания больно пронзили голову Дамблдора. Ариана… Если бы тогда все пошло по-другому, то одной проблемой стало бы меньше. Одним сожалением меньше. А ведь, все действительно могло быть иначе, не начнись эта ссора между Аберфортом и Геллертом. Казалось, Альбус мог посвятить этим мыслям добрую половину жизни, но зачем думать о том, а что если…       Присев на старый потертый диван маг откинул голову назад. Больше всего на свете сейчас он хотел встретится с другом, но знал, что это опасно. Вчера, когда они встретились Альбуса обуревал вихрь чувств. Его глаза, белокурые волосы собраны в какую-то дурацкую прическу, но все же это он, тот самый Геллерт. Тот, кого он любил и сейчас любит. Было трудно находится рядом и держать все под контролем. Дамблдору хотелось обнять его, прижаться своим телом к нему и просто постоять так, но тот бы не понял, оттолкнул бы. Альбус знал, что его чувства односторонние, но это не мешало ему иногда помечтать о том, как бы они жили вместе. Ссорились бы очень часто из-за мелочей, а зная вспыльчивый характер Геллерта, возможно, еще и до дуэлей бы доходило. Конечно, самого Дамблдора нельзя было назвать самым спокойным человеком в мире, но он бы терпел, и делал бы это столько на сколько его хватило. Видимо, этим забавным мечтам не суждено сбыться. Альбус и сам не заметил, как задремал под эти приятные размышления.