Жнец: преемник Смерти

Саундтрек к главе: Eluveitie — Nemeton

***

      Я шагнул на свет из тени. Солнце тут же яростно бросило мне в глаза свои лучи, отражённые от белого снега. Я невольно зажмурился и закрыл лицо рукой. Наконец, сообразив натянуть капюшон на самые глаза, я, болезненно щурясь, смог открыть их. До моего слуха через вой ветра долетели крики. Я в замешательстве повертел головой, пытаясь определить источник шума.       Передо мной открылась пренеприятнейшая картина. Тело человека лежало в странной неестественной позе, рука с кандалами на запястье и вовсе вывернута. Снег под телом был окрашен кровавым багрянцем, а глаза, широко распахнутые, уже остекленевшие, смотрели неотрывно в безразлично-голубое небо. Человеческая душа на другом конце цепи, схватившись за голову, припала к снегу лицом и тряслась. Из горла мужчины то и дело вырывались крики и стоны. Вдруг он вскинул голову и пронзительно закричал:       — Нет! Не может быть! Неправда! — он неистово бил кулаками о снег.       Человек вскочил на ноги и стал метаться. Я тихо взирал на него, сохраняя абсолютное спокойствие, вернее, пытался его сохранить. Мне думалось в тот момент о том, что люди, зная о смерти, всё равно удивляются, когда оказываются мертвы. Сейчас мне казалось это таким забавным. Я без сожаления смотрел на мужчину, который, тем временем, продолжал истошно вопить и убиваться, словно от этого что-то изменится.       — Ты закончил? — потеряв терпение, спросил я, без труда перекрывая шум ветра.       Человек закричал в испуге, шарахнувшись в противоположную от меня сторону. Он упал на спину и попытался отползти назад, но цепь не давала ему достаточной свободы перемещения.       — Нет! Стой! Это ошибка! Ты же не за мной пришёл, да?! — пропищал он, вжимая голову в плечи с каждым моим шагом к нему.       — Ты видишь кого-то ещё здесь? — спокойно спросил я, оказавшись рядом с телом и остановился, нависнув над душой.       — Это ошибка! Я не хочу! Пощади! Дай второй шанс! Я всё исправлю, клянусь! — взвизгнул он, когда я присел на корточки рядом с ним.       — Я не даю вторых шансов, — покачал я головой. — Ты умер и теперь я должен направить тебя куда следует.       — П-пажалуйс-с-та! — пролепетал он.       В голосе отчётливо слышались слёзы. Мне стало противно от поведения столь взрослого мужчины и я поджал губы. Несмотря на все протесты и попытки спрятаться от меня, я коснулся его головы. Правда сперва мне пришлось скрутить ему руки и прижать к земле. Порядком раздражённый этим детским садом, я, не церемонясь, начал выполнять свою работу.       Посмотреть было на что. К моему неудовольствию, сегодня попался тот редкий и мерзкий тип людей, каких поискать надо. Трусливые шакалы — так я их называл про себя. Бросаются на слабых, а как только есть вероятность, что более сильный может их прогнать, то бегут поджав хвост, не забыв сделать какую-нибудь гадость в спину. Передо мной был трус чистой воды, действовавший всю жизнь ради своей выгоды. Ущербный, утверждавшийся за счёт чужих унижений. Этот человек работал в полиции и упивался своей властью. Тех, кто мог что-то ему сделать, он, пользуясь своим положением, втаптывал в грязь, не гнушаясь пускать в ход все возможные уловки. Покопавшись в его воспоминаниях, я с отвращением оттолкнул его на снег. Тело продолжило свой скулёж и мольбы о пощаде. Я скривился, настолько было противно.       — Прошу… Не забирай меня, что тебе стоит!       — Замолчи! — угрожающе проговорил я. — Мне твои стоны надоели. Они ничего не изменят, Джефри.       — Т-ты знаешь имя… — в ужасе проговорил человек, всё ещё пригвождённый к земле моей рукой.       — Я знаю всё о тебе, Джефри Рамиро, — холодно проговорил я, вставая на ноги и отворачиваясь.       За моей спиной послышалась возня. Сноубордист-неудачник встал на ноги и вновь предпринял попытку двинуться дальше, чем пускали его оковы.       — И не пытайся бежать, ты не сможешь сдвинуть своё тело, как не пытайся, — я вновь повернулся к нему лицом и извлёк меч из ножен. — Ты достоин огня и только его.       После моих слов и громких криков Рамиро, он бросился к моим ногам, звенья вспыхнули синим пламенем. С силой обрушив меч на хлипкую с виду, изъеденную ржавчиной цепь я с удовольствием, коего ранее не испытывал, уже был готов схватиться за неё, но не тут-то было. Человек резко шарахнулся в сторону, упал и, сделав несколько кувырков по снегу, скатился ниже по склону. Я закатил глаза и направился было к нему, но Джефри быстро вскочил на ноги и, что есть сил, бросился вниз с горы. Он спотыкался и падал, поднимался и бежал дальше.       К своему стыду, я отошёл от шока не сразу. Человеческая фигурка уже была далеко внизу. Бросив взгляд на остатки цепи на руке тела, я спешно убрал меч в ножны и сделал несколько шагов вниз по склону. Ноги неприятно тонули в колючем снегу. Сжав зубы, я сделал ещё несколько шагов, переходя на бег. Чуть не упав, я крепко ругнулся и продолжил бежать.       Оказавшись внизу, я бросился на следам беглеца. Зубы были яростно сжаты, а в мыслях проносились всевозможные проклятия. Никогда ещё за всё время пребывания в этой роли я не был настолько взбешен. Я не знал, что сотворю с наглецом, когда найду его. Хотелось рвать и метать. Какой-то шакал заставил меня гонятся за ним по горам Аляски! Неслыханно! Я захлёбывался собственной яростью. Кулаки сжались с такой силой, что ногти впились в кожу.       Я стремительно несся мимо высоких чёрных стволов деревьев, смотря только на следы впереди. В какой-то момент мне пришлось остановиться, чтобы перевести дух. Грудную клетку жгло от холодного воздуха. Я попытался выровнять дыхание, а тем временем в мою голову пришла донельзя нелепая на данный момент мысль. Я оглянулся. На снегу не было видно ни его ни моих следов. Значит они исчезают…       Мотнув головой, я продолжил путь. Следы беглеца мелькали среди огромных валунов и редких поваленных деревьев. Я медленно двинулся между ними, прислушиваясь. След вывел меня к узкой расщелине во льду. Я протиснулся в узкий проём и тихо двинулся в глубь. Вскоре я услышал рваное дыхание и всхлипы. Обнажив меч, я вышел из-за угла и вперил полный ярости взгляд в жмущегося к стене человека. Он тихо заскулил, когда я, быстро сократив расстояние, подошел вплотную и приподнял его за грудки.       — В игры со мной играть удумал? — практически прошипел я ему в лицо.       — Н-не. Н-нет! Я не хочу умирать… — он схватился обеими руками за мою.       И тут я заметил неладное. Цепи на его руке не было. Она истлела, даже следа не осталось. Я озадачено посмотрел на руку мужчины, на мгновение позабыв, что пробежал длинный марафон по снегу за ним.       — Цепь, где она? — мои глаза встретились с его. Пусть в полусумраке было видно плохо, но я отчётливо увидел в них ужас. — Я задал тебе вопрос, отвечай же!       — Не знаю! Она исчезла! Догорела и исчезла, я ничего не делал, клянусь! — взвизгнул он.       Я разжал руку и отступил на шаг. И что же теперь делать? Как мне его отправить в Пекло? Ответ напрашивался сам собой — ничего, оставить здесь. Я поджал губы и смотрел на трясущегося человека передо мной.       — Что дальше?.. — тихо просипел он, немного сползая по ледяной стене.       — Дальше? — я невольно усмехнулся. — А дальше ты останешься здесь. Ты же не хотел в Пекло?       Он помотал головой, ошалело смотря на меня. Я откровенно был зол и испытывал сильную неприязнь к нему. Мне не терпелось вернуться в Обитель и поскорее стереть из памяти все возможные воспоминания о нём.       — Но… Я… — промямлил он, окончательно осев на ледяную корку, укрывшую дно расщелины.       — Теперь ты навсегда останешься скитаться в этом мире.       Последние слова я произнёс абсолютно спокойным голосом и развернувшись, зашагал прочь.       — Нет, стой! Ты не можешь так поступить! — кричали мне вслед.       Я на секунду остановился и не поворачиваясь бросил в ответ.       — Как видишь — могу, — больше я не обронил ни слова несмотря на крики.       Найти нужное место оказалось сложно. Солнце в зените скудно грело замёрзшие склоны. Мне пришлось спуститься ещё ниже, пока я не нашёл достаточно густую тень под деревьями.       В обители я появился в весьма скверном настроении и тут же прошествовал через всю комнату к креслу. Тяжело опустившись в него, я отложил меч и скинул капюшон с головы.       — Тебе идёт, — услышал я каркающий голос откуда-то сверху.       — Я кажется тебе говорил, чтоб ты не садился над моей головой? — ответил я, смерив Эцура недовольным взглядом.       — Что произошло? — ворон нехотя переместился на отведённое ему место и внимательно вгляделся в моё лицо.       Я по прежнему плотно стискивал челюсть, так, что зубы начали немного ныть. Из головы всё не шёл этот мерзавец. Больше всего бесило то, что мне пришлось за ним бегать.       — Очередной подонок, — отмахнулся я, не склонный сейчас делиться подробностями.       Повисло немного напряжённое молчание. Тем временем нужная книга была уже у меня в руках и я принялся за освобождение памяти.       — Так ты его отправил в Пекло? — нарушил молчание мой теперь извечный собеседник.       — В том-то и дело, что нет, — я захлопнул книгу, удостоверившись, что в памяти не осталось и следа о Джефри Рамиро.       — В Чертог? — не унимался ворон.       — Я оставил его там, в горах.       — Как?! — он удивлённо захлопал крыльями.       — Этот жалкий идиот вздумал бегать от меня и время истекло, его цепь догорела, — нехотя признался я, отправляя книгу на место.       Вновь повисла тишина. Я раздражённо барабанил пальцами по столешнице и буравил взглядом тяжелую книгу на столе.       — Одним призраком больше, значит, — протянул хрипло Эцур и перебрался с жерди на стол, а оттуда мне на колени. Я сначала было хотел сказать ему, чтобы тот не забывался, но решил промолчать. Вместо этого я положил руку на его чуть растрёпанные на загривке перья. Через какое-то время гнев стал отпускать разум. Мысли пришли в спокойное течение, а птица удобно устроилась под моей рукой, прикрыв глаза.       Я рассуждал, что может и хорошо, что оно так вышло. Может, такое наказание для него куда лучше Пекла и, может, он что-то поймёт? А ещё я думал, что должен быть способ как-то всё же отправлять вот таких заблудших в должное им место. Не скитаться же ему до скончания веков вот так?       Знакомое шипение вновь раздалось от книги. Я вздохнул и перевёл взгляд на буквы. Вставать так не хотелось. Я понимал, что от работы не увильнуть. Если долго не идти за душой, то тяга в груди возвращалась, словно в первый день. Я убрал руку с головы ворона и позволил тому перебраться на стол. Повесив меч на пояс, я вновь собрался в путь, на этот раз мне предстояло отправиться на противоположный конец света.