Глава II
6 ноября 2019 г., 18:35
Саундтрек к главе: Mree — Lift Me Up
***
После ухода старца я долго ещё стоял, будто пригвождённый к месту. Произошедшее отчаянно не хотело укладываться в моей голове, и вопросов стало ещё больше, чем до встречи со Смертью. Я отчётливо понимал, что мне никуда не деться от возложенного бремени и остаётся только нести его. Приняв меч, я сделал это. С другой стороны, что мне терять? «Это единственный исход событий, на который я согласен», — подумав какое-то время, пришел я к выводу. Мое внимание привлёк низкий гул. Прислушавшись, я с трудом смог определить, откуда он исходит. Я поднял руку, в которой всё это время держал меч. Клинок требовательно вибрировал, словно прося выпустить его из тесных ножен. Повертев его в руках, я осмелился обнажить лезвие. Серебро, идеально ровное, без отметин и зазубрин, сверкнули матовым, синеватым светом. Я сделал неуверенный взмах, затем ещё один. Меч будто пел в моих руках. Мое существо затопил восторг. Как мальчишка, получивший подарок, я радовался, невольно в восхищении приоткрыв рот. Я так увлёкся, что не заметил, как во тьме показалась высоченная стрельчатая арка, будто вырезанная в непроглядной темноте несуществующих здесь стен. Сияние, лившееся из нее, влекло меня, словно мотылька на свет. Я осторожно направился в сторону проема и застыл как вкопанный, не дойдя до него пары метров. Подобного мне никогда не приходилось видеть, и вряд-ли кому из ныне живущих доведется. Передо мной предстала, казалось, целая вселенная. Звёзды горели яркими бриллиантами на переливающемся всеми оттенками синего, фиолетового и золотого небе. Я сам не заметил, как начал медленно приближаться к проему. А когда наваждение немного ослабло, уже стоял у самой кромки. Впереди открывались просторы звёзд и света, так гармонично граничащего с холодной темнотой космоса, с туманостями и россыпью астероидов. Меня что-то неумолимо тянуло сделать шаг вперёд. Но страх упасть вниз на вполне реальную твёрдую землю, что я также видел помимо звёздного неба, заставлял отступить и сопротивляться. Чувство было точь-в-точь как то, что я испытал, впервые приблизившись к клинку. Я вдохнул полной грудью, стараясь как можно лучше ощутить воздух, проходящий по моим лёгким. Почему я раньше не вспомнил о медитации? Для меня будет загадкой навсегда. Успокоившись, хоть на это и ушло какое-то время, и зажмурив глаза, я сделал шаг в бездну, стараясь не думать. Короткий полёт, всего миг. Нутро подкинуло вверх, а нога тут же уткнулась в твёрдую поверхность. Я распахнул глаза и обнаружил, что стою на верху лестницы, которая словно парит в воздухе. Широкие каменные ступени уходят полукругом вниз, до самой земли. Когда испуг прошел, я осторожно, боясь, что опора под ногами исчезнет, медленно стал спускаться. Где-то на середине я окончательно унял волнение и шел, уже ступая всей подошвой. Камень был прохладным и гладким, где-то потрескавшимся, и эти трещины отчётливо ощущались, будучи холоднее чем, ручейки с горной, проточной водой. Я не переставал рассматривать небо: так оно меня завораживало, наводя на мысль о том, что мы все такие маленькие по сравнению со вселенной. «<i>Они<i/> такие маленькие», — поправил я себя мысленно. Так было странно и пока трудно не ассоциировать себя больше с людьми, и я бы продолжил свои размышления, но вместо очередной ступени вдруг ощутил под ногами землю. Она была хорошо утоптана и не обладала даже скудным травяным покровом. Я огляделся по сторонам, но увидел одни только бескрайние просторы, лишь вдали виднелись тёмные очертания какого-то строения. Деревьев я тоже не наблюдал. Небо продолжало всё так же пестрить огнями звёзд и ярких комет. Обернувшись было назад, я не увидел лестницы, по которой сошёл в это странное, но красивое место. Не было и арки, из которой сделал шаг в неизвестность. Более того, я даже не мог сейчас сказать, где на небе тот загадочный проем, через который я совсем недавно вышел. Воздух здесь был прохладным и свежим. Дышалось очень легко, особенно после пыльного и грязного города. Я убрал в ножны меч, который до сих пор держал в руке, и устремил свой взгляд на строения впереди. Даже издали было видно, что это что-то смутно напоминающее замок. Сделал пару шагов по плотной, сухой земле. Она была на редкость мягкой и приятной, я даже позволил себе остановиться и насладиться давно забытыми ощущениями из далёкого детства. И стоял бы так ещё долго, получая удовольствие от окружающей меня красоты, однако в груди зародилось тянущее ощущение. Оно росло и набирало силу. С подобным мне не приходилось ещё иметь дела, оно отлично было и от ощущения тяги, что я испытал совсем недавно, перед тем как ступить на лестницу. Что-то среднее, на перекрестке ментального и физического. То самое чувство, возникающее перед тем, как что-то случится. Ты знаешь, что нужно сделать шаг и делаешь его, а на то место, где ты стоял секунду назад, падает кусок льда, камень, проносится мимо машина или что-либо подобное. Словно меня неведомая сила убеждала идти вперёд. Памятуя о словах Смерти, я посчитал это одной из подсказок и поэтому противиться не стал. Мне казалось, что идти придётся очень долго, но вдруг, стоило мне моргнуть, как я оказался всего в сотне метров от высокой ограды. Я не успел дойти нескольких шагов до ворот, как они с тихим шорохом распахнулись, пропуская меня в просторный двор. Моим глазам предстало каменное строение, всем своим видом напоминающее замок, но гораздо скромнее в размерах. Серые каменные блоки были настолько плотно подогнаны друг к другу, что, кажется, между ними и лезвие самого тонкого ножа не протиснется. Отметил про себя, что это строение отлично дополняет здешнюю картину. Я осмотрелся в надежде увидеть хоть кого-то, но вокруг было тихо и пустынно. Небольшие постройки прилегали к основному зданию, возведённые из тех же блоков. Амбары, даже было что-то наподобие конюшни, и прочие помещения. Все в прекрасном состоянии, будто только отстроенное. Обстановка ненавязчиво говорила, что место вполне жилое, но куда тогда делись люди? Не став тратить время на поиск ответов, я двинулся к входу. Высокие двери были гостеприимно приоткрыты. Видно сразу — дерево старое и слегка почерневшее от времени. Незатейливый геометрический орнамент украшал створки, создавая собой подобие арки. Поднявшись по трём невысоким ступеням, я остановился у одной из створок, задрав голову вверх. Проем уходил ввысь на добрых три, а может, и все четыре метра. Не спеша позволил себе рассмотреть узор получше, медленно опуская взгляд к самому порогу. Захотелось провести рукой по резной вязи, что я и сделал. Дерево, скорее всего дуб, было гладким на ощупь, хотя ладонь и чувствовала небольшие трещинки. Перенес руку на массивное кольцо, служившее ручкой, и приподнял его. Тяжёлое, под стать двери. Решив не задерживаться долго, в буквальном смысле, в дверях, я переступил порог и оказался в вытянутой прямоугольной комнате. Мне сразу вспомнились готические соборы, с их просторными центральными нефами. Зал с высокими окнами и, не менее высокими, колоннами, встретил меня тишиной и лёгким ветерком. Тут было темно, но я все же решительным шагом направился вглубь. По мере моего продвижения, то тут то там вспыхивали яркие факелы, окрашивая сгустившийся сумрак зала мягкими тёплыми всполохами огня. В его свете я увидел небольшую широкую лестницу на противоположной от входа стороне нефа всё из того же гладкого светлого камня. Оказавшись рядом, я преодолел её в несколько широких шагов, каких-то семь ступеней, и оказался перед простой дверью, с тем же незамысловатым орнаментом, что я видел ранее. Я хотел было толкнуть её и только протянул руку, как она сама медленно приоткрылась, а сквозь щель на меня упал луч золотистого света. Я немного помедлил, пытаясь рассмотреть, что ждёт меня там, по ту сторону, но ничего не увидел. Решительно отворив дверь и шагнув внутрь, я в восхищении замер на пороге, а губы невольно произнесли тихо: — Вот это да… Я оказался в просторной комнате. Потолок терялся где-то в небе, его не было видно. Чуть выше, над самой дверью, было огромных размеров окно. Верх оконной арки терялся там же в высотах потолка. Через прозрачные стёкла, разделённые тонкими прямыми горбыльками¹ вдоль и поперёк, в просторную комнату проникал яркий свет, заливая её уютным теплом. На небе, несмотря на яркое свечение звёзды, так похожей на земное Солнце, можно было увидеть всё ту же россыпь мелких звёзд и скопления туманов. Я нехотя оторвался от созерцания прекрасной картины мироздания и начал осматривать саму комнату. Она была в несколько раз просторнее того каменного нефа, что я прошёл ранее. Может, размером с половину футбольного поля, а может и больше. Хотя, возможно, мне так показалось на первый взгляд. Стены здесь были из гладкого камня светло-бежевого цвета, украшенные рядом глухих арок со стрельчатым куполом. Не было в украшении стен чего-то помпезного или нагруженного, а сама обстановка в помещении была на удивление лёгкой. В отдалении от меня стоял массивный деревянный стол, такой же светлый и внушительный. Мне сначала показалось, что он из камня, настолько монументальным был и так хорошо вписывался в здешнюю картину, не смотря на то, что стоял практически посреди пустой комнаты. Кресло с высокой, широкой спинкой, что стояло рядом со столом, зиждилось на прочной треноге. Подумалось, что колёсиков только не хватает — и будет офисное кресло, принадлежащее большой шишке. Эта мысль заставила меня тихо усмехнуться. Само кресло было повёрнуто в сторону, словно кто-то неведомый только-только поднялся с него и спешно ушёл по своим делам. Закончив с осмотром помещения, я наконец направился к столу. С противоположного конца комнаты… Нет, все же уместнее сказать зала, мне не удалось рассмотреть то, что находилось на столе, в деталях. Теперь, подойдя вплотную к столу, я увидел огромную книгу, что занимала добрую его половину. Она была распахнута на середине, а на её страницах виднелись выведенные мелким почерком строки. Я пригляделся к записям. Чёрными чернилами были выведены имена, даты и адреса. Брови невольно сошлись на переносице. Мне бросилось в глаза то, что все строки зачёркнуты. Для чего? Положив меч рядом с книгой, я осторожно коснулся страницы. Пергамент был тонким и казался очень старым и хрупким. Однако, вопреки ожиданиям, страницы не рассыпались от моих прикосновений, и я, осмелев, медленно перевернул лист назад. Всё те же строчки с перечёркнутыми именами. — Книга Мёртвых, — выдохнул я, когда осознал, что за фолиант передо мной. Внутри вновь всколыхнулся иррациональный страх и желание отойти подальше, но я быстро совладал с ним, хоть и не до конца. Неприятное чувство скреблось на задворках сознания, куда я его задвинул и из-за этого было как-то не по себе. По спине забегали мурашки, и я повёл плечами от резкого порыва ветра, который вновь вернул страницы книги в тот порядок, в котором они были до моего прихода. За книгой я обнаружил чернильницу и пару перьев в специальной подставке. Рядом со столом стояла высокая белая свеча, чем-то напоминающая римский пасхал. Подставка, такая же монументальная, как и остальные предметы интерьера, была, вырезана из цельного куска дерева, во всяком случае, стыков и швов я не заметил. Пламя свечи было белесым. Огонь не слепил глаза, и за его трепетанием от лёгкого ветерка, можно было наблюдать, кажется, часами. Что означает эта свеча и для чего здесь находиться, я пока не знал. Я вскинул голову, оторвав взгляд от пламени, и заметил, что комната не ограничивается только залом со столом. Впереди виднелись бесчисленные, как мне показалось, ряды книжных шкафов. Я отошёл от стола и медленно двинулся в их сторону. Вниз вели три плоские мраморные ступени. Я нерешительно спустился по ним. Деревянный пол сменился мраморными плитами. Блики света отражались от их глянцевой, словно отполированной, поверхности и плясали на массивных книжных шкафах. Верхние полки с трудом удавалось рассмотреть. Шкафам не было числа, настоящий лабиринт из стеллажей с книгами. Каждая полка была плотно заставлена томами в плотных чёрных переплётах. Я хотел было уже направиться изучать и эту часть комнаты, как вдруг налетел ещё один порыв ветра, заставив страницы книги громко зашелестеть. Любопытство не позволило мне оставаться на месте, и я поспешил вернуться к столу. Приблизившись, я смог различить тихое шипение, словно порох горел. На страницах книги меня ждал сюрприз: синее пламя медленно выводило на пергаменте новую строку. Вскоре надпись полностью пылала огнём. Я коснулся букв дрожащими пальцами, и пламя тут же охватило их. Инстинктивно отдёрнув руку, я приготовился испытать боль, но её не было. Огонь не обжигал. Приоткрыв рот, я с изумлением смотрел, как завороженный, на свои пальцы, пока пламя не исчезло. На коже не осталось ни единого следа. Вдруг я посчитал, что в груди вновь начало зарождаться тянущее чувство. Однако, на этот раз мне было непонятно, куда же идти. Новое ощущение не имело вектора, как то, у ворот. Я обошёл стол вокруг, прогулялся взад-вперёд по комнате, но определить направление так и не смог. Взгляд зацепился за клинок на столе. Подойдя, я взял оружие в руки. Ладони приятно обжёг холод рукояти, и я невольно улыбнулся. Меч ощущался после принятия совершенно по-другому. Кроме того, что он стал легче перышка, — нет, я по-прежнему чувствовал его тяжесть, ощущал баланс — я чувствовал… Родство с ним?.. Да, пожалуй, это самое верное определение. Он стал, словно, продолжением руки и беспрекословно повиновался малейшему движению кисти. Я медленно обнажил лезвие и рассёк им воздух. Ничего не произошло. Прислушавшись к тонкому пению клинка, на грани восприятия, я окинул залу взглядом. Почему-то сейчас я подумал, что жилище Смерти никогда бы не представил именно таким. Скорее, мрачным и отталкивающим, нагоняющим тоску. Здесь же я чувствовал какое-то умиротворение. Не было гнетущего настроения, лишь желание побыть тут подольше. Тяга усиливалась, подгоняя меня искать направление. Я повторил жест, не зная, чем это может помочь, но вдруг, меч повело вправо, и острый конец указал на тень от подоконника-навеса возле двери. Я медленно направился туда и вновь горизонтально разрубил воздух. Уже через мгновение место, где только что прошло лезвие меча, начало сочиться тьмой. Я сделал шаг назад, испугавшись, но всё моё нутро тянуло к ней. Вскоре, тонкая полоска темноты превратилась в проём. Ещё немного — и он уже оказался достаточно просторным, чтобы можно было войти. Поразмыслив, что хуже уже быть не может, я сделал шаг в открывшуюся черноту. Идти пришлось недолго, уже скоро мне стал виден впереди свет. Тусклый и искусственный, он был практически незаметен на фоне общей темноты хода, которым я шёл. И чем ближе подходил к свету, тем больше звуков слышал. Шум дождя, гул машин и прочая какофония звуков становились отчётливее. Замерев на самом пороге коридора, я немного помедлил, но, сжав покрепче меч, сделал шаг вперёд и тут же оглянулся. Проход, по которому пришёл сюда, исчез без следа, словно его и не было. Я почувствовал ледяные капли на своём лице. Пара из них закатилась за шиворот, от чего меня передёрнуло. Однако, спустя пару мгновений, с удивлением осознал, что лишь чувствую прикосновение капель, но влага только холодила кожу. Одежда также оставалась сухой, только ощущалась тяжесть воды, то и дело падающей с неба на грубую ткань. Под босыми ногами мокрый и твёрдый асфальт. Чувствовать каждую его неровность было так странно. От земли тянуло сыростью и холодом. Но я словно был вне власти этого мира. Как что-то чужеродное, не подчиняющееся его законам. Не местным и неуместным. Наконец я закончил осматривать себя и смог отвлечься от странной реакции мира на моё присутствие в новой роли. Всего в десятке метров, я заметил стоящего человека, а рядом с ним — бесформенную груду. Сведя брови на переносице, медленно двинулся к нему, и только подойдя достаточно близко, я понял, что это. У ног молодого человека лежало, обращённое лицом вниз, тело, не подававшее каких-либо признаков жизни. Дождь милостиво поливал его, распростертого на грязном асфальте. Человек рядом стоял так же неподвижно, спрятав лицо в ладонях. Вдруг он издал приглушённый всхлип и отнял руки от лица. Послышалось металлическое звяканье. На левой руке у парня висел грузом браслет из металла с идущей от него цепью. Движимый любопытством, я переместился ещё ближе, чтобы лучше видеть, но из тени выходить не спешил. Не имея ни малейшего представления, видят ли меня обитатели здешнего мира или нет, ступал тихо и не хотел пока показываться. В конце концов, у меня отсутствовало на тот момент какое-либо понимание, что я должен делать и зачем вообще должен быть здесь. Тем временем человек присел на корточки и попытался перевернуть тело. У него ничего не выходило. Он упирался в него руками, прилагая огромные усилия, если судить по напрягшимся мышцам. Однако, безуспешно, словно оно весило несколько тонн. Сам я внимательно наблюдал за ним и заметил следующее: оба были одинаково одеты, а тот, что пытался перевернуть другого, был абсолютно сухим и чистым. Внезапно меня осенила догадка, что он, как и я, не из этого мира. Что ему здесь не нужно находиться. Это не его место. Я поймал себя на том, что приоткрыл рот и даже перестал на какое-то время дышать, настолько было для меня неожиданным такое предположение. Другого объяснения у меня не было, и поверить в подобное положение дел было легко. Двое мужчин были связаны. От левого запястья одного тяжёлая цепь тянулась к правому запястью другого. Тяжёлые кандалы явно причиняли первому человеку дискомфорт. Время от времени он поворачивал кисть, машинально пытаясь освободиться от оков. Следующая догадка дала ответ на вопрос, что я тут забыл. «Твоя задача освобождать души от их оков и направлять…» — эхом в моей голове прозвучали слова Смерти. «Оковы…» — Теперь мне удалось по-новому взглянуть на цепь, висевшую грузом на запястье парня. Шестерёнки в голове завертелись с огромной скоростью. Человек, что передо мной сейчас находился, был мертв. Его тело лежало без каких-либо признаков жизни. Человек, прикованный цепью — его душа, поэтому мне показалось, что он не отсюда. Ему здесь не место. Память услужливо подскинула образ книги Мертвых и имени, что появилось в ней, перед тем, как я отправился сюда. Пазл сложился, и я перешёл к действиям. — Ты Грегори Боул, — не спрашивая, а утверждая, произнес я, делая шаг навстречу из своего укрытия. Парень подпрыгнул от неожиданности, отскочив в противоположную сторону. Он испуганно воззрился на меня, но все же ответил, слегка подрагивающим голосом: — Да, — чуть кивнул он. — Я умер? — Сложно описать те эмоции, которые я уловил в его голосе. Столько боли было в этом вопросе. — Да, — ответил я утвердительно, но более ничего сказать не успел. Меч в руке отозвался лёгкой вибрацией.***
¹Горбыльки — декоративные элементы стеклопакета, делящие его на несколько частей. Иногда просто накладываются на стекло.
