Моника, жаль не Беллуччи.

Шагая босиком по холодному деревянному полу я чувствую, что чем я ближе к его кровати, тем быстрее бьётся моё сердце и прерывается дыхание. Мэтт молча наблюдает за мой, находясь в полулежащем положении. Его освещает лишь свет луны, который так аккуратно проникает в комнату и в очередной раз подчёркивает его широкие сильные плечи, немного грубые черты лица и полную уверенность во взгляде. И вот я прямо у кровати, белые чистые простыни, чуть грубые на ощупь. Медленно поднимаю одеяло с противоположной стороны и ложусь рядом. Воздуха совсем перестаёт хватать и я начинаю дышать ртом, лёжа на спине. Я знаю, что сейчас будет, я не знаю правильно ли это, но я точно хочу этого. Медленно, также тяжело дыша Мэтт накрывает меня собой и очень тихо шепчет мне на ухо: - Ты ведь знаешь, если мы начнём… я не стану останавливаться. Киваю, давая положительный ответ. - Я ведь у тебя не первый, Моника? Кручу головой, не первый… Резким коротким движением Мэтт заводит левую руку под мою спину и обхватывает талию, сильно её сжимая. Правой рукой берёт мои руки, сжимая их в кистях у меня над головой. В это же самое время впивается в мои губы страстным, резким поцелуем. Силы в нём действительно много, ведь через мгновение я перестаю чувствовать свои руки, а моя талия так сжата что воздух вот-вот кончится. Замечая, что мне совсем неудобно, Мэтт одним движением переворачивает меня со спины на живот и стягивает огромную белую футболку, которая сразу летит на пол. По моей спине от поясницы к шее поднимаются жаркие и такие желанные поцелуи. Добравшись до шеи и отведя все мешающиеся волосы в сторону, чувствую как Мэтт оставляет на ней небольшой укус. Моментально снизу разливается чувство теплоты, а за ним следует мой лёгкий стон, обратив на это внимание он сильнее впивается в шею, и на этот раз делает это намного сильнее. Снова опустившись ниже он стягивает с меня его огромные домашние штаны, а вместе с ними и бельё. На секунду он останавливается, словно привыкая ко мне, к моему телу. Затем чуть поднявшись, наматывает мои волосы себе на кулак, тем самым немного приподнимает мне голову. - Сейчас лучше прикрой рот, Лолли. Сильный шлепок по левой ягодице… Короткая боль пробегает по тому месту, которое только что наградил таким ударом Мэтью, по левой щеке стекает одинокая, единственная слеза. Но это точна не та боль, на которую хочется пожаловаться. Вновь перевернув меня на спину, мы сливаемся в таком жадном, даже диком поцелуе, словно нас вот-вот отнимут друг от друга. Опускаясь с поцелуями Мэтт останавливается на животе, уделяя ему особое внимание. Одно движение и мы оба сидим на кровати, оба не в силах контролировать своё дыхание. Его волосы совсем взъерошены от моих рук, губы чуть припухли от такого поцелуя, и только сейчас я замечаю, что с правой стороны бежит капелька алой крови. Я чувствую себя виноватой, я правда не заметила, когда успела прикусить ему губу. - Прости, - шепчу я, вытирая каплю большим пальцем. Полностью игнорируя моё извинение, таким же шепотом, Мэтт спрашивает: - Готова? Киваю. Тут же сильные руки обхватывая меня, садят прямо на него. Мгновение и я на нём, а он во мне. Обхватив его широкую шею направляюсь прямо к губам. К уже таким знакомым губам. Резкие движения вышибают любые мысли из головы, лишь вверх – вниз, вверх – вниз. Все быстрее и быстрее, дыхание сбито, телу совсем жарко, кажется, что в комнате вот-вот запотеют окна и зеркала. Откидываю голову назад, Мэтт придерживает меня за спину, принимаясь целовать шею, затем грудь… Все сильнее, быстрее. За доли секунды мы оказываемся на полу, у него красный ковёр с высоким ворсом. На полу в разы прохладней, что придаёт нам немного силы. В этот момент я беру всё в свои руки и кладу его на спину, сама усаживаюсь сверху, и стараюсь балансировать резкие движения с нежными поцелуями его шеи. Его глаза закрыты, дыхание сбито к чертям, как и у меня. Садясь прямо, он сразу сжимает мои груди, и начинает массировать их. Так проходит почти два часа, чувство словно мы были в сотне поз, часто останавливаясь и просто сильно обнимая друг друга, чтобы дольше продлить то, что сейчас есть у нас. То – что нам обоим было необходимо, быть занятыми друг другом. Мгновение. Конец. Мои громкие стоны вдруг сменились звуками лишь нашего сбитого дыхания. Это именно то, к чему шла ночь, одновременный оргазм, пара разбитых ваз или статуэток (которые так мешались на полках), разорванная простынь, прокусанные губы и как ожидалось – запотевшие окна. Минут пять мы просто лежим, стараясь наладить ровное дыхание. Мне немного неловко смотреть ему прямо в глаза, вы скажете – после такого… Да, я не могу объяснить. Мэтт первый встаёт с кровати, и включает один из тусклых светильников: - Моника, простынь, всё в порядке? Тут я понимаю, что прямо подо мной небольшое количество крови. Теперь я точно не посмотрю ему в глаза до утра. - Да, просто видимо было очень… Не знаю какое слово и подобрать. - Иди в душ первая, вот полотенце, я поменяю постельное бельё. Молча встаю и делаю всё как он сказал, я могу ошибаться, но мне кажется что он чем-то недоволен, от этого я чувствую себя вдвойне неловко, особенно после того, как смогла открыться ему. Выходя из душа, вижу что постельное бельё действительно поменяно, снова белое, даже белоснежное. Мэтта в комнате нет, но я слышу как где-то в доме шумит душ. Просто ложусь и жду его. Он тихо заходит в комнату, выключает свет и ложится рядом. Прижимаясь ко мне сзади, тихо спрашивает: - Надеюсь я не причинил тебе боль, Лолли. - Нет, всё было чудесно. - Мне послышалось? Чудесно? У Моники Нилсон есть такие слова в лексиконе? – Мэтт начинает щекотать меня. На такой ноте мы засыпаем. Крепкие руки обвивают меня, словно боятся что я уйду без разрешения. Я не жалею о том, что было сегодня между нами, но мне определённо нужно узнать о нём, и как можно больше. Но уже завтра.