Nevver

Чонгук всю ночь думал над предложением Чимина. Ему одновременно и хотелось, и было страшно пойти вместе со старшим куда-то, кроме его спальни. Он проворочался до самого утра, взвешивая все «за» и «против». Во-первых, его действительно поразила смелость Чимина и напугала до дрожи в ногах, ведь далеко не каждый посмеет появиться на каком-то важном мероприятии, мягко говоря, не с тем, кого ожидают увидеть присутствующие. Он задавался вопросом кто же такой этот Чимин, раз позволяет себе выходки подобного масштаба, но вновь и вновь загонял себя в тупик. Будь Пак птицей низкого полёта — он не посмел бы придти с мужчиной на этот вечер. Впрочем, как будь он и птицей высокого полёта, ведь чем больше власти, тем больше сил требуется, чтобы её удержать, а приход с Чоном этому явно не поспособствовал бы. Так Чонгук и пролежал с открытыми глазами и тяжёлой от мыслей головой, пока не настало утро и он решил, что лучшим решением этой проблемы будет поход к Намджуну, чтобы переложить ответственность и свой груз на его плечи. Входя в небольшой офис, где трудился Намджун над своей новой статьей (на самом деле он писал книгу, но предпочитал об этом никому не рассказывать), Чонгук вежливо раскланялся со всеми кого встретил и бесцеремонно ввалился в укромный уголок Кима, лицо которого выглядело максимально сосредоточеным. Он даже не сразу заметил, что его потревожили, пока Чонгук не взял стул и не уселся напротив него. — Чонгук? Ты что тут делаешь? — Намджун был потревожен, поэтому той дружелюбной встречи, на которую рассчитывал Чонгук, не возникло. — Хён, я помешал? — глаза младшего сразу стали огромными и невинными, будто у ребёнка, который что-то сломал в доме, а теперь спихивает вину на кота. Намджун вздохнул и откинулся на спинку кресла. — Чонгук, глупо приходить к людям на работу и задавать такой вопрос. Ну, конечно, если ты не пришёл на работу к Юнги, — ответил Ким и Чон улыбнулся, вспоминая, что этот ворчливый хён вечно спит на рабочем месте. — Что такое? Что-то случилось? — Ну-у… Я вчера был у того мужчины… Ну я тебе про него рассказывал, — Чонгук вновь начала тянуть предложения, что невероятно бесило Намджуна, пусть внешне тот и оставался спокойным. — И, в общем, он предложил мне в субботу…ну… — Господи, да говори ты быстрее, — не выдержал старший. — Он предложил мне в субботу пойти с ним на благотворительный вечер в качестве его спутника. Сказал, что заплатит сколько попрошу, если всё пройдёт хорошо, — выпалил Чонгук, боясь злить старшего. На лице последнего застыли явный шок и удивление. — Ты с кем таким вообще спишь? — позабыв о приличиях, спросил Намджун. — Самому интересно, — вздохнул Чонгук, перебирая лежавшие ручки и карандаши на столе Кима. — Знаю, что Чимин зовут. — А фамилия? — поинтересовался Намджун, параллельно вспоминая всех людей с именем Чимин, о которых он когда-либо слышал. — А мне откуда знать? Мы с ним трахаемся, а не обмениваемся информацией друг о друге, — огрызнулся младший. — Был бы я нормальным хёном — ты бы со мной так не разговаривал. Совсем уж распустился, — цокнул Намджун, напрягая все свои извилины и пытаясь вспомнить хоть кого-то более-менее известного с именем Чимин. — А как он выглядит-то хоть? — Да обычно… Чуть ниже меня ростом, волосы светлые, сам слегка накачанный, — перечислял Чонгук, вспоминая все черты Чимина, которые он запомнил. — Глаза тёмные и немного маленькие, нос как нос, губы пухлые… В принципе, внешность приятная. — И малейшего понятия не имеешь чем он занимается? — не успокаивался Намджун, пытаясь узнать что это за человек и что может ожидать его глупого донсэна, если он всё-таки согласится на эту немыслимую авантюру, которая даже у него самого — открытого гея, не укладывалась в голове. — Ну хоть что-то за что можно было бы зацепиться, — добавил Ким, видя как младший с явным усилием обмозговывает его слова и пытается хоть к чему-то придти. — Что-то? — вздохнул Чонгук. — Он просил называть его директором, — развёл он руками. — Мда… В твоём случае любой может попросить называть себя хоть директором, хоть динозавром, хоть Мэрилин Монро, — с досадой вздохнул Намджун. — Хотя, может, и стоит за это зацепиться… — Кстати, был у меня как-то один клиент, который просил его так называть, — зачем-то поделился Чонгук. — Как? Динозавром? — в глазах у Намджуна читался немой вопрос «зачем». — Да нет же. Мэрилин Монро, — махнул рукой Чонгук, начиная смеяться. Намджун подхватил его смех, осознавая, что уже явно заработался и утонул в рутине по самое не могу, раз так по-страшному тупит. Но тут их смех прервал стук в дверь, в которой позже показалась очаровательная девушка с фиолетовыми длинными волосами. — Сонбэним, тут Вас главный редактор просил зайти, — она оглянулась и вошла в его маленький кабинет, закрывая за собой двери. — Скорее всего опять будете получать нагоняй за то, что не успели написать статью до окончания дедлайна, — с грустным видом сообщила она. Намджун сначала аж изменился в лице, представляя опять орущего господина Чхве, который при большом желании ещё и папкой по голове может стукнуть, но потом резко встрепенулся и с горящими глазами спросил: — Джису, ты же у нас бездонный кладезь информации! Скажи, ты знаешь какого-нибудь невысокого блондина с именем Чимин и возможной занимаемой должностью директора? — Ким смотрел с огромной надеждой в глазах на задумавшуюся девушку. — Вообще-то он не очень уж и низкий. Средний рост мужчин в Южной Корее составляет 176 сантиметров, а ему-то всего три недостает, — произнесла девушка, смотря на ожившего Кима. — А Вам зачем вообще? — А фамилия у него какая? — проигнорировал вопрос Намджун, чуть ли не визжа от того, что он так близко к заветной информации. — Пак — третья по численности в Корее, так что могли просто загуглить с одной из распространённых фамилий и времени бы не теряли. Так зачем Вам это? — не унималась девушка, точно так же, как и не унимался Намджун, принявшись бешено стучать пальцами по клавиатуре, после того, как в кабинете прозвучало заветное слово. — Да мы тут просто спорили, — вмешался Чонгук, видя, что Намджун уже где-то не в этом мире и не собирается отвечать. — Спасибо за информацию, — младший улыбнулся приятной девушке. — Да не за что, — пожала она плечами. — И, сонбэним, не забудьте зайти к господину Чхве, — произнесла она напоследок и оставила кабинет. — Он? — с горящими глазами спросил Намджун, разворачивая к Чонгуку экран монитора, где во весь рост красовалось фото Чимина. — Да, — ответил Чонгук, подвигаясь ближе. — Так чё там интересного про него пишут? — У-у, да тут много статеек про него. Вот, — Ким откашлялся и начал читать. — «Пак Чимин — главный директор одной из самых крупных строительных компаний «P. T. Company». «P. T. Company» состоит из 10-ти дочерних компаний, являясь 7-м концерном в Корее. Пак Чимин стал преемником своего отца — Пак Танвона, директора и владельца контрольного пакета акций компании. За период руководства компанией младшему Паку удалось вывести строительную компанию на новый уровень и поглотить ещё несколько строительных компаний (LAICrp, BuildKr, YoungchoHan), заключить стратегический альянс с японской компанией «Mitsui Fudosan». Также именно компания «P. T. Company» является застройщиком многих жилых комплексов в районах Каннам и Апгучжон.» — Ким поднял взгляд на Чонгука. — Про личную жизнь читать? — Ну естественно, блин! — вспыхнул Чон от нетерпения. Намджун промотал чуть вниз и продолжил: — «Слухи о нетрадиционной ориентации Пак Чимина ходили с момента его поступления в университет, но оставались непотверждёнными, ведь прямых доказательств этому не было. Но уже к времени, когда Пак занял пост в компании и пробыл на нём около года, появились неопровержимые доказательства его нетрадиционной ориентации. Начиная с августа прошлого года Пак стал появляться в сопровождении мужчин на различных мероприятиях, светских раутах и закрытых вечеринках. Вот несколько фотографий с прошлогоднего бала, организованного в честь дня рождения Чон Хосока — владельца сети салонов красоты «BeatyCode», размещённых в нескольких регионах Кореи и Японии, и по совместительству близкого друга Пак Чимина.» Внизу было прикреплено несколько фотографий сияющего Чимина в компании с каким-то молодым парнем, который был явно не намного старше Чона. Пак приобнимал его за талиию и махал рукой в объектив, ослепительно улыбаясь, пусть и на его лице можно было прочесть отчётливую напряженность. — Ничего себе, — Намджун откинулся на спинку кресла, пытаясь переварить информацию. — Я просто поражаюсь его смелости. Нести такую огромную ответственность и при этом плевать на мнение остальных не каждый сможет. Чонгук молчал и обдумывал услышанное. Ему совершенно не льстило то, что он «один из». Хотя и не должно было, не должно было даже закрасться в голову это противное чувство и осознание того, что он всего лишь очередная кукла, которой он, собственно, и являлся. Он вглядывался в фото, запоминая каждую деталь лица Пака. С этого момента он смотрел на него другими глазами — глазами полного восхищения, ведь Чимин был ярким примером своеволия и уверенности в себе. Это совершенно не те богатенькие мешки, с которыми Чонгук спал раньше и спит сейчас. Не те, кто боится признать себя, боится осуждения, боится развестись с женой, но зато не боится позволять втрахивать себя в кровать по самое не хочу. Чимин был явно другим — он просто заявил всем и сразу, что он другой и другим останется, и это не могло не врезаться Чонгуку в мозги. — Эй, — Намджун щёлкнул пальцами перед лицом Чонгука. — Ты завис что ли? — А…Я…Нет, — Чонгук реагировал так медленно, что казалось будто он только что проснулся. — Я просто думал…над всем тем, что услышал. Так интересно… Оказывается, я не первый, с кем он так запросто появляется на людях. Возможно, ему вообще наплевать кто рядом с ним, — Чонгук опустил в взгляд и Киму казалось, что он задает этот вопрос сам себе. — Возможно, ты просто не должен думать над этим, — отрезал Намджун, видя, что в Чонгуке явно буря эмоций после новой информации. — Так что ты решил? Ты примешь его предложение? — Да, — мгновенно ответил Чонгук, заставляя Намджуна тяжело вздохнуть.

***

Чонгук стоял в дверях хорошо знакомой спальни и вопрошающе смотрел на тёмно-синий смокинг в руках у Чимина. — Примерь, я надеюсь, с размером угадал, — Пак протянул костюм Чонгуку, который явно не обладал большим желанием во что-то наряжаться, но всё-таки взял его и направился к креслу, стоящего у комода. — И давай скорее, у нас не так много времени, — в приказном тоне обратился Чимин к младшему. Чонгук снова чувствовал те самые нотки раздражения и агрессии в голосе блондина, точно такие же, как и в прошлый раз, поэтому просто молча принялся снимать с себя одежду и кое-как складывать её на кресло. Оставшись в одном белье, Чонгук на мгновение перевёл взгляд на Чимина, оперевшегося на дверную раму и бессовестно разглядывая чужие рельефные мышцы и немного тёмную кожу, к которой он бы сейчас с удовольствием прикоснулся, а не упаковывал в дорогущие тряпки, скрывавшие всю ту красоту, которую он так ценил. В одно мгновение на Чонгуке оказалась белоснежная рубашка, которая чуть ли не хрустела от прикосновений его пальцев и выглаженные брюки, которые сели просто идеально, подчёркивая все его прелести молодого тела. Чимин сглотнул смотря на его бёдра и обтянутый лощеной тканью пах, а затем, подняв взгляд выше, увидел, как младший пытается справиться с бабочкой, которая никак не обретёт нормальный вид на его шее, и вздохнув, подошёл к нему, ловко завязывая аксессуар. — Так что от меня требуется и куда мы вообще идём? — наконец-то поинтересовался Чонгук, останавливая ладони Чимина, которые беспорядочно начали блуждать по груди и мышцам его живота. Чимин недовольно цокнул. — Это один из благотворительных вечеров, которые раз в полгода организовует мой давний знакомый, — начал Пак, сразу же меняясь в лице и краснея от злости. — Тупее мероприятий не сыщешь, ведь понятное дело, что все эти балаганы организовуются только ради создания хорошего имиджа и укрепления позиций в глазах окружающих, а не во имя всеобщего блага и добра. На таких вечерах обычно много мешков с деньгами, которым тоже жизненно необходимо ухватить угасающий луч славы и сыскать одобрения у остальных, в общем, настоящий цирк, — делился мужчина, пока Чонгук внимательно его слушал. — Этот благотворительный вечер организован, чтобы помочь какому-то Фонду семьи или что-то такого, в общем, ключевой момент здесь то, что нужно придти с парой, — Чимин закатил глаза после сказанного. — И, естественно, какой же благотворительный вечер с семейной тематикой без гея-холостяка. У того, кто составлял список приглашенных гостей явно всё в порядке с чувством юмора. — Поэтому ты в прошлый раз был, кхм, немного не в духе? — поинтересовался Чонгук, теребя пуговицу на своём пиджаке. — Поэтому, — уже гораздо тише ответил Чимин, по сравнению с его предыдущими громкими репликами. — Разве ты не можешь просто отказать и не пойти? — спросил Чонгук, наблюдая за тем, как руки Чимина поправляют лацканы его пиджака. — Если бы всё было так просто, Чонгук, — вздохнул старший и убрал руки от одежды. — Ладно, нам пора выходить. Вон туфли, — Пак кивнул головой на стоящую новенькую пару обуви.

***

Они ехали примерно минут сорок или же чуть больше. Чонгук не следил за временем, в основном сосредотачиваясь только на картинке за окном автомобиля. Он ужасно волновался и пытался собраться с мыслями, ведь даже примерно не представлял чего ему можно ожидать от этого вечера. Сам Чимин, который вёл машину выглядел внешне спокойным, хотя Чонгук был уверен, что внутренне он просто кипит от злости, пусть на самом деле это было совершенно не так. Когда старший сообщил ему, что скоро они подъедут, у младшего пересохло в горле и забилось в страхе сердце, потому что его волновал только один вопрос: будет ли там кто-то из его хороших знакомых? От этой мысли ему почему-то становилось плохо. Он не мог объяснить себе почему он чувствует именно это, ведь даже если он кого-то и встретит, то скорее всего мужчина на долю секунды удивится и изменится в лице, но позже возьмёт себя в руки и просто будет делать вид, что видит этого парня впервые в жизни. Так делали все его клиенты, с которыми ему доводилось пересекаться где-нибудь кроме спальни гостиницы или их дома, так что это была совершенно беспричинная паника. — Только, пожалуйста… — вдруг начал Чимин, когда они подъехали к огромному ресторану, где собственно и должен был состояться благотворительный вечер, — держись всегда рядом со мной и ни на миг не исчезай, хорошо? — старший говорил таким взволнованным голосом, что Чонгуку вновь стало не по себе. — Без проблем, — коротко ответил тот. — Ты готов? Чимин хмыкнул: — Вообще-то это я должен задавать этот вопрос, — Пак повернул голову и посмотрел на Чонгука. — И нет, я абсолютно не готов, но тем не менее нам нужно выходить из машины, — он посмотрел в отражение зеркала заднего вида. — И, главное, улыбайся камерам. Делай вид, что тебе нравится абсолютно всё, что с тобой происходит. И уже на выходе из машины тихо добавил: — Где бы ты не был. Чонгук сглотнул и открыл дверь автомобиля, являя миру спутника Пака, которого так ожидали увидеть все присутствующие. Теперь тьму ночи разбавляли собой не только яркий тёплый свет здания, но и холодные вспышки фотокамер, которые ловили каждый вздох и каждый взгляд двух статных мужчин. Младший сумел быстро овладеть собой и с медовой улыбкой на губах смотрел чуть ли не в каждый объектив камеры, которая хотела запечатлеть хоть один изъян, но вместо этого передавала только исходящую ауру уверенности одного и бесспорную насмешку красивых глаз другого. Рука господина Пака неизменно покоилась на талии его нового спутника, впрочем, как и на фото с остальными мужчинами, которым раньше доводилось предстать на одном снимке с Чимином. Фотографии были великолепны: прекрасная статная фигура младшего в смокинге цвета ночи, его каштановые волосы, с которым играл ветер, и лицо, на котором красиво расположились мягкие, розовые, чуть обветренные губы, ровный нос и великолепные большие глаза, которые с нежностью смотрели на старшего, выглядевшего ещё прекрасней, чем младший. Его костюм цвета мокрого асфальта дополняла рубашка тёмно-бордового цвета и аккуратный чёрный галстук. Блондинистые волосы совершенно не боялись ветра из-за шикарной укладки, открывающей вид на его лоб, впрочем как и губы, которые были чуть красноваты от гигиенической красной помады со вкусом вишни. Покрасовавшись перед камерами где-то с минуты две, господин Пак и его спутник вошли в ярко освещённый коридор, где их встретил приятный молодой мужчина невысокого роста и провёл в большой зал, где через пару десятков минут должно было начаться торжество. Пак смотрел на всё безразличным взглядом и просто шёл вслед за мужчиной, не заостряя внимания на чём-либо, в то время как Чонгук не сумел справиться с удивлением и восторгом, таращась на всё вокруг огромными детскими глазами, что на миг даже умилило старшего. Его поражал до блеска начищенный пол, отбивавший блики огромных висящих люстр, большие полотна, которые украшали каждую стену в этом здании, драпировка стен и большие вазы с вкусно пахнущими цветами. Они прошли всего лишь несколько коридоров, но Чонгук уже был просто вне себя от восторга, который он испытывал оказавшись в этом ресторане. Поэтому когда они вошли в большой зал, где должен был состояться вечер, Чонгук еле удержался от того, чтобы не уронить на пол челюсть, ведь в этом зале поражало абсолютно всё. Во-первых его размеры. Зал был действительно огромным. Чонгук не знал, сколько гостей может тут уместиться, но был уверен, что две сотни точно, ведь зал буквально пестрил невероятным количеством небольших круглых столов, накрытых сияюще-белыми скатертями, которые, казалось, просто не имеют конца счёту. Затем его внимание привлёк шум и, повернув голову, Чонгук увидел сцену, на которой расположился целый оркестр. Десяток людей возился со своими инструментами: виолончелью, фортепианом, скрипкой и прочими музыкальными предметами, название которых Чонгук либо не знал, либо не помнил. Тем временем, несколько десятков официантов с подносами уже активно сновали по залу и потчевали гостей дорогими напитками и закусками. Где-то в противоположном конце зала возились несколько людей, которые тоже были одеты в нарядные смокинги, и Чонгук сделал вывод, что это ведущие, поскольку в их руках были микрофоны. Также его внимание не обошли и два маленьких фонтана: один с белым вином, второй с красным. Он бы восторгался убранством и дизайном помещения ещё вечность, если бы к Чимину не подошёл мужчина со своей спутницей и не заговорил. — Господин Пак, здравствуйте, — его низкий немного хриплый голос звучал ужасно сексуально. — Рад видеть Вас здесь с…представьте Вашего спутника, пожалуйста. — Какая приятность увидать Вас здесь с Вашей невестой Раэль, господин Ким, — полные губы растянулись в улыбке, но взгляд Чимина выказывал абсолютное презрение. — Позвольте Вашу руку, — мужчина вытянул руку вперёд и девушка, немного стесняясь, сделала то же, кладя свою ладонь в его и позволяя губам коснуться нежной кожи. Чонгук, конечно же, выглядел безупречно и подобающе, но ровно до того момента, когда не оказался в этом цирке и его лицо украсила гримаса абсолютного непонимания. Он совершенно растерялся и просто смотрел на лицемерское представление двух актёров. — Это Чхве Хеджон, — произнёс сладким голосом Пак, указывая на непонимающего ничего Чонгука, а затем поспешно кивающего и протягивающего руку незнакомцу. — Приятно познакомиться, Хеджон щи. Меня зовут Ким Тэхён, — мужчина крепко пожал руку со скользкой улыбкой на губах. — Рад видеть Вас на этом вечере, но боюсь, что встречаю Вас впервые в этих кругах. Чем Вы промышляете? Может, я слышал о Вас, да запамятовал? Чимин уже открыл рот, ведь был готов ко всему тому яду, который польётся из уст Кима, но тут внезапно Чонгук ответил: — К чему такие избитые вопросы, портящие светскую беседу? — Чонгук улыбнулся, видя, как в глазах мужчины проскользнула явная тень удивления, в то время, как у Чимина тень была не явной, ведь он совершенно не ожидал того, что младший умеет играть в такие игры. — Лучше поведайте нам о сегодняшнем вечере. Уж больно интересно узнать об этом чудном событии немного больше. — О, я бы с радостью, да не хочу портить весь аппетит, — улыбнулся мужчина с вызовом глядя на Чонгука, а затем переведя взгляд на Чимина. — Но я отчего-то уверен, что вы точно будете в восторге от сегодняшнего вечера и торжественной речи господина Ли. — Несомненно, — с еле скрываемой неприязнью ответил Пак. Ким хотел сказать ещё что-то, но тут к ним подошёл один из работников и низко откланялся перед Чимином. — Здравствуйте, господин Пак. Позвольте проводить Вас за Ваш столик, — мужчина мимоходом взглянул на недовольного Тэхёна и Чимин подумал, что было бы неплохо, если бы такого смекалистого персонала было куда больше. — Конечно, — он улыбнулся и, чуть поклонившись перед парой на прощание, взял Чонгука под руку и отправился вслед за работником, который словно бабочка порхал между собравшейся толпой людей. — Если будешь вести себя так дальше, то к вечеру сумеешь заработать свой первый миллион, — шепнул старший Чону на ухо и тот хмыкнул. — Ты мне лучше скажи, что это вообще было, — тот слегка наклонил голову и говорил в том же тоне, что и блондин. — Если у богатеньких мешков всегда такие разговоры, то я бы на твоём месте уже давно повесился. — Поверь, дорогой, это ещё не самое последнее, что успеет шокировать тебя за этот вечер, — улыбаясь ответил Чимин, садясь за их с Чонгуком столик. — Кто этот Ким Тэхён вообще? — Чонгук чуть придвинулся к Чимину и спросил. — И почему мне кажется, что у него на тебя определённые виды, а невеста — не невеста вовсе? — он поднял брови и вопросительно смотрел на старшего. — Тебе не кажется по поводу видов, — вздохнул Пак. — Тэхён просто богатенький сынок, который хорошо умеет замыливать людям глаза. Ему всегда хорошо удавалось оставаться на плаву, благодаря обману, пока я шёл собственным правдивым путём, пусть он и был полностью усыпан битым стеклом. Так что именно по этой причине меня коробит от одного его вида, — успел поделиться Чимин, как раз к тому моменту, когда к ним подошёл официант с напитками и закусками. Через несколько минут зал уже был полностью набит людьми, которые заняли свои места и ожидали начала вечера. Чимин сидел спокойно, морально готовя себя к последующим нескольким часам, которые он проведёт здесь, пока Чонгук беспокойно скользил взглядом по всем гостям, которых мог только увидеть. Повернув голову вправо, он увидел Ким Тэхёна со своей невестой, которые сидели чуть ли не за соседним столиком и приветно махали ему ладонями. Чонгук на это только сдержанно кивнул и отвернулся, чувствуя подступающий приступ тошноты от волнения. Но тут внезапно все зааплодировали, в том числе и Чимин, что заставило Чонгука отвлечься и взглянуть на мужчину, который взошёл на небольшой пьедестал посреди зала и начал вещать в микрофон. — Здравствуйте, дорогие друзья, — начал мужчина басистым голосом. — Я очень рад видеть вас всех здесь, ведь это означает, что не я один беспокоюсь о роли семьи в наше время, — он сделал паузу, а затем продолжил. — Семья… Только вдумайтесь в это слово! Сколько эмоций и переживаний оно в себе несёт, сколько воспоминаний и значений. Издавна было принято считать человека без семьи неполноценным членом общества и не зря! Ведь наличие жены и детей многое означает как и для самой личности, так и для тех, кто её окружает. Семья — это целая маленькая вселенная со своими законами, принципами и правилами. Но теперь, с невероятно быстрым темпом жизни она утрачивает свою ценность как таковую и, это не может не заставлять расстраиваться, ведь именно благодаря ячейкам общества мы как раз и имеем то, что имеем на сегодняшний день, поэтому совершенно глупо обесценивать семью, совершая такие позорные поступки как аборты, разводы или, не приведи Господь, деление ложа с человеком своего пола. В этот момент Чонгук буквально всем чем только можно почувствовал взгляды, которые обратились на них с Чимином, и пытался делать вид, что это его ни сколько не смутило, хотя получалось откровенно плохо, в отличие от Чимина, который продолжал сидеть с безразличным видом, ведь на самом деле так и было — подобные высказывания не трогали его уже несколько лет. — Поэтому я ещё раз хочу высказать благодарность всем присутствующим за то, что вы собрались все здесь, чтобы сделать благотворительное пожертвование в Фонд по укреплению традиционных семейных ценностей, который предназначен для влияния на общество с целью восстановления и укрепления традиционных семейных ценностей. Мы хотим восстановить не только адекватную систему понятий, касающуюся семьи, но и саму семью, где царят Любовь и Счастье с большой буквы. Так что все вы заслуживаете огромного признания со стороны общества, ведь ваше присутствие здесь означает, что ваша мораль не упала и не затерялась во всех тех обыденных и грязных вещах, которые призваны помутить рассудок человека. Огромное спасибо и громкие аплодисменты! — завершил мужчина и зал разразился невероятно громкими аплодисментами. Чонгуку даже на миг показалось, что он оглохнет от этого шума, но всё же тоже продолжал хлопать в ладоши вслед за Паком, которому, похоже, было абсолютно всё равно на все эти взгляды в их сторону и последующие неутихающие до конца вечера сплетни и перешёптывания по поводу его бесстыдности. Ведь уму непостижимо появиться на таком вечера с мужчиной под руку. — Ну и когда мы отсюда сможем уйти? — спросил младший глядя на Пака, который уже заканчивал допивать второй бокал вина. — Ещё часик людям глаза помозолим и уйдём, — ответил коротко тот, хватая новый бокал с подноса. — Ну как тебе моя рутина? Правда весело? — грустно улыбнулся тот и принялся за новый бокал. — Обхохочешься просто, — произнёс Чонгук, беря с подноса какой-то не внушающий доверия небольшой бутерброд и заглатывая его целиком. — Ты бы так сильно не налегал, а то сдеру ещё больше, если потребуется тебя домой тащить в состоянии желе. — А я тебе доплачу, если ещё и останешься.