Всесожжение

Лисбон добралась до дивана в ее кабинете уже ближе к полуночи. Последний раз она видела Джейна развалившимся на диване в общем кабинете, с неизменной чашкой чая на его столе. Прямо сейчас ей хотелось, если быть честной хотя бы с собой, чтобы он оказался рядом и согрел ее в своих объятиях. Она спала рядом с ним две ночи – в сущности, не так много времени. Однако она волновалась, что это может войти в привычку. Скорее всего, уже вошло. Она обхватила себя руками, но это была плохая замена Джейну. Было что-то успокаивающее в том, что он оставался в здании, потому что она была тут. Они становились ближе к чему-то, двигались в одном направлении. Казалось, все происходит слишком быстро. Она и Джейн кружили вокруг, но оба не желали раскачивать лодку и говорить об этом. Но два дня назад его заставили столкнуться со страхом потерять ее. Она хотела знать, стало ли это своеобразным катализатором для Джейна, который вытолкнул его из безопасного, охраняемого пространства, которое он для себя создал. Несмотря на события, которые привели к этому столкновению, Лисбон надеялась, что так и произошло. Десять лет – слишком большой срок для безответной любви. Утро для нее наступило слишком рано, и она в полусне пошла на офисную кухню, намереваясь сварить себе кофе. Джейн уже был там, методично заваривая чай. – Привет, - тихо сказал он. Вид его был слегка помятым после ночевки на диване. Она могла официально заявить, что видеть Джейна первым делом с утра становилось одной из ее любимых вещей. Это не так хорошо, как просыпаться под биение его сердца, но в общем, очень даже неплохо. – Доброе утро, - ответила она, выуживая бумажный фильтр для кофеварки. – Как спалось? Он улыбнулся. – Не так хорошо, как я спал две ночи назад, - ответил он, и ей пришлось приложить усилия, чтобы не покраснеть. Джейн даже не подозревал, в насколько опасную игру он играет. Еще один подобный комментарий, и он обнаружит себя прижатым к стене, а ее - вцепившейся в лацканы его пиджака и отчаянно пробующей, каков он на вкус. Она была сдержанной, и, черт возьми, она сдерживалась на протяжении нескольких лет, но она никогда не думала, что может случиться с ее самоконтролем, если Джейн начнет отпускать такие комментарии. Так же не помогло то, что ее мозги вдруг решили вернуть картинку вчерашнего вечера – он в пижамных штанах и футболке, волосы мокрые после душа… Трясущимися руками она достала свою кофейную чашку, молясь, чтобы ее любимый напиток был готов побыстрее. Очевидно, она отчаянно нуждалась в дозе кофеина. – Все в порядке? – спросил Джейн, подходя слишком близко, угрожая ее спокойствию в данных обстоятельствах. – Ты слегка … покраснела. Тон его голоса показал ей, что он определенно флиртует. Она была совершеннолетней, и она должна была уметь флиртовать, и она много раз это делала. Но все, что она могла сделать сейчас – покачать головой и схватить кофейник, пытаясь избегать его взгляда. Первый глоток горького черного напитка заставил ее почувствовать, что все в мире возвращается на свои места. К тому моменту как Лисбон прикончила первую чашку, она снова чувствовала себя самой собой, и была готова справиться со всем, что Джейн решит обрушить на нее сегодня. Когда прибыли остальные члены команды, она уже разложила личные дела работников банка крови на большом столе в общем кабинете. Кровь Джейна на ее стене была последним причудливым поворотом в этом, полном странностей, деле. В отличие от отпечатка пальцев и стихотворения – она не могла даже предположить, что это значит. Предупреждал ли Красный Джон о смерти Джейна? Может быть, так и было. Но тогда почему он продолжал посылать все остальные предупреждения ей? Это делало все абсолютно бессмысленным, хотя, вообще-то, все недавние события не были особенно логичными. Красный Джон играл в новую игру, которую он еще не пробовал, и она собиралась поймать его. С новой решимостью она нырнула в кучу папок, сложенных в стопки вокруг нее. В одном из них была ниточка, ведущая к Красному Джону. Джейн делал то же самое, изучая каждого работника своим пристальным взглядом. В мире не было преступника, который мог бы скрыться от Патрика Джейна, если он обратил на него свой взор. Ригсби и Чо старались изо всех сил, с помощью Грейс создавая временную шкалу по каждому работнику. Это было похоже на поиск иголки в стоге сена, подумала Лисбон. Им нужно было заполнить пробелы в жизни двадцати человек на последние одиннадцать дней. Когда в офис КБР начали прибывать первые работники банка крови, Джейн настоял на том, чтобы остаться в офисе Лисбон, напротив стола в общем кабинете, за которым проводились допросы, пристально всматриваясь во входящих через жалюзи. Он хотел иметь возможность изучить реакцию каждого человека, будучи незамеченным. Лисбон оставила его в кабинете, полностью сосредоточившись на расследовании. Сегодня ей работалось легко – ощущение, что сегодня должно случиться что-то плохое, подстегивало ее. Они опросили пять человек до полудня, и каждый раз Джейн приоткрывал жалюзи ровно настолько, чтобы отрицательно покачать головой. К полудню у нее была жуткая головная боль. Вернувшись в кабинет, она тщательно осматривала свой стол, пока не нашла маленький пузырек с таблетками, который она держала на работе. Вытряхнул три штуки, Лисбон запрокинула голову и проглотила их. Джейн поморщился, лежа на ее диване. – Как ты можешь делать это без воды? – Практика, - пожала плечами Лисбон. Вздохнув, она провела руками по лицу. – Что ты хочешь увидеть? Он покачал головой. – В действительности, это сложно сказать. Просто что-то. У Лорелеи я это видел. Именно так я сразу же узнал, кто она такая. Упоминание Лорелеи Мартинс оказало на нее обычное действие: сердце сжалось в груди, а ум тут же насторожился. Лорелея в любом случае не понравилась бы ей – в конце концов, она была сообщницей жестокого серийного убийцы. Но из-за того, что Джейн вступил с Лорелеей в близкие отношения, к профессиональному восприятию примешивалась личная ненависть. Он прожил девять лет один, а потом переспал с помощницей Красного Джона, как будто это не имело для него никакого значения. Это было сложно принять, и Лисбон до сих пор чувствовала себя преданной. Однако сейчас волнение, даже тщательно скрытое, не приведет ни к чему хорошему. – У нас впереди встреча еще с пятью работниками, начиная с часу дня. Может быть, нам повезет. – Может быть, - криво усмехнулся Джейн. Они быстро пообедали гамбургерами и картошкой фри, расположившись тут же, рядом с непрочитанными делами, и кетчуп окрасил некоторые страницы в приглушенно-малиновый цвет. Много не разговаривали, просто перечитывали одни и те же строки снова и снова, ожидая, что какая-нибудь деталь выстрелит и даст им луч надежды. Внезапно Джейн отложил недоеденный бутерброд и постучал по папке, которую он изучал. – Вот эта… она придёт сегодня после обеда? Лисбон заглянула через его плечо и прочла: – Сара Дэвис. Родилась в Калифорнии, работает в банке крови три года. Она быстро просмотрела остальные документы в деле, но не смогла понять, что привлекло интерес Джейна. – Что с ней не так? – Что-то беспокоит меня, - нахмурился Джейн. – Я не знаю, что именно, но я почему-то становлюсь нервным. Лисбон приподняла бровь – Нервным? – Раздражительным, беспокойным, тревожным, нетерпеливым, - Джейн пренебрежительно махнул рукой. – Просто попробуй увеличивать свой словарный запас, Лисбон. Чо проверил список. – Да, она подойдет сегодня, попозже. В этот момент у Джейна зазвонил телефон. – Я думаю, мне стоит самому поговорить с ней, если вы на это согласитесь, - сказал он Чо, вынимая телефон из кармана. Он нахмурился, глядя на номер, оттолкнулся от стола и встал. – Слушаю? Команда прислушивалась к разговору Джейна, даже пробуя скрыть свой интерес. – Да, - произнес он в ответ на несколько вопросов. Последовала пауза, затем на его лице отразился шок. – Что? Лисбон охватил страх. Она держалась на том факте, что вся команда сидела перед ней, и, по крайней мере, они были в порядке. – Я буду там так быстро, как только смогу, - сказал Джейн и сложил телефон. Он выглядел абсолютно сбитым с толку, когда повернулся к ним. – Мой дом горит. – Что?- переспросила она, уставившись на него. – В Малибу. Это была пожарная охрана, - его взгляд уже был устремлен к побережью. Лисбон всегда ненавидела те периоды, когда он оставался в этом доме, но она понимала, что это было то место, где он строил свою жизнь с женой и дочкой. Последний дом, где он был действительно доволен и счастлив. Именно в этих стенах он глубоко любил и глубоко печалился. Джейн до сих пор горевал, и он будет сильно опечален потерей дома. – Поезжай, - мягко сказала она. – Мы продолжим расследование здесь. Он внимательно посмотрел на нее. – Ты действительно думаешь, что пожар в моем доме не связан с тем, что здесь происходит? – Конечно, нет, - продолжила Лисбон так же мягко. – Но тебе все равно нужно съездить туда. На его лице все еще отражались сомнения, и она поняла, что он волнуется за ее безопасность. Он не хотел оставлять ее одну, точно так же, как она не собиралась отправить его в шестичасовую поездку в одиночестве. – Ригсби, сделай мне одолжение и поезжай вместе с Джейном. Всего можно ожидать, и в ряде случаев мы должны обеспечивать друг другу полную безопасность. Удивительно, но Джейн не возражал – может, он счел ее доводы разумными, а может он просто до сих пор был в шоке. – Пожалуйста, босс, - тут же ответил Ригсби, заметно волнуясь. Лисбон почувствовала волну тепла, исходящую от него. Это всегда было трогательно: наблюдать, как в тяжелые времена команда сплачивается вокруг Джейна, независимо от того, что он делал. Они были настоящей семьей, и, когда возникала необходимость, делали все для своей семьи. Отъезд мужчин сопровождался всплеском активности. Перед тем как присоединиться к Ригсби в холле, Джейн улучил минутку, чтобы серьезно поговорить с ней. – Обещай мне, что будешь осторожна, - сказал он, глядя прямо в глаза. – Я буду, - заверила она его. – Я серьезно, Лисбон. Произойдет что-то плохое, я чувствую это, - его тон был почти безумным. – Я знаю, - прошептала она. – Я тоже могу это чувствовать. Стоя посреди комнаты, он коротко, но крепко обнял ее, на мгновение она почувствовала прикосновение его губ к волосам. Затем он развернулся и вышел из кабинета. – Оставайся на связи! Лисбон кивнула. – Это и тебя касается! После того как Джейн с Ригсби уехали, настроение в офисе стало напряженным. – Продолжаем двигаться, - сказала она оставшимся членам команды. – У нас есть люди, которых нужно допросить, пункты, которые нужно проверить. Я знаю, что прямо сейчас происходит множество вещей, но давайте просто делать свою работу. Первые двое подозреваемых были явно озадачены тем, почему они оказались в КБР, а затем действительно напуганы тем, что кто-то ограбил банк крови. Одна даже упомянула вампиров. – Это все чертовы "Сумерки", - пробормотала Грейс, пока Чо провожал подозреваемую к выходу. Лисбон торопливо замаскировала смешок кашлем. Третьим подозреваемым была Сара Дэвис, на личное дело которой указал Джейн. В минуту просветления Лисбон поняла, что это отсутствие Джейна на допросе этой женщины – это отнюдь не случайность. Лисбон чувствовала, что что-то не так, может быть, потому что Джейн уже поднял эту тему. Внешне Сара Дэвис была абсолютно безмятежной. Но в ней было что-то, что окружало ее ореолом зла, в точности как говорил Джейн. Этот ореол был практически видимым, и ей стало ясно, как Джейн вычислил эту женщину по одной фотографии. – Добрый день, мисс Дэвис, - сказала она, скрываясь за профессионализмом, как за плащом. – Мы хотели бы задать вам несколько вопросов о последних полутора неделях. – Конечно, - Сара Дэвис открыто улыбнулась. – Я слышала, что кто-то украл кровь из нашего банка. Насколько это серьезно? – Очень серьезно, - Лисбон почувствовала, что кривит губы. Информация, которую им давала Сара, была весьма подробной и легко проверяемой. С другой стороны, она не ожидала иного. Сара Дэвис, каким бы ни было ее настоящее имя, была актрисой. На протяжении многих лет Лисбон узнавала – в основном от Джейна – признаки, на которые нужно обращать внимание. Чем дольше шел допрос, тем больше пунктов в этом ненаписанном перечне нашли подтверждение. Однако она чувствовала, что женщина уж слишком наслаждалась своей новой ролью невинного свидетеля. Это было ее ошибкой, и Лисбон собралась обратить эту ошибку в свою пользу. – Итак, можете ли вы предположить, кому могла понадобиться эта кровь? – спросила она, надеясь, что выражение ее лица не выдаст ее. – Нет, - ответила Сара, ее глаза расширились. – Но это уже не первое ограбление. Иногда вокруг нашего здания околачивается множество странных личностей. – Вполне возможно, что кто-то продает кровь на черном рынке. Доктора, проводящие незаконные операции, вынуждены обращаться к неофициальным источникам для пополнения своих запасов. Банк крови – это практически Святой Грааль для тех, кому срочно нужно большое количество крови. – Пожалуйста, проглоти наживку, - взмолилась Лисбон про себя. – Большое количество? – переспросила Сара. – Вы думаете, что одна единица – это много? Слава тебе, Господи. Чо, сидевший справа от нее, потянулся за бланком. – Мы ни разу не упоминали, что украли одну единицу крови. Мы никогда не называли точный объем украденного. Он сел чуть прямее, придвигая стул чуть ближе. Выражение лица Сары, сидевшей напротив, изменилось, всего на одно мгновение. – Кто-то из девушек сказал мне, - сказала она, махнув рукой. – Любопытно, - ответила Лисбон. – Мы взяли за правило никогда не упоминать, сколько было украдено. Будьте любезны, расскажите нам, откуда вам известны такие подробности? Вдруг маска исчезла, и теперь торжествующий, карающий последователь Красного Джона сидел напротив них. Лисбон почувствовала, как у нее по коже побежали мурашки. Неожиданно, Грейс наклонилась вперед. – На вашем месте я бы начала говорить. Когда нам удается схватить одного из сообщников Красного Джона, они обычно очень быстро умирают. Надеюсь, вы ничего не планировали на ближайшую неделю*? – Он говорил, что вы это скажете, - улыбнулась Сара Дэвис. После этого она не произнесла ни слова. Два часа спустя Лисбон вернулась в свой кабинет и позвонила Джейну. – Привет. – И тебе привет. – ответила она. – Ты был прав насчет Сары Дэвис. Она услышала легкое изумление в его голосе. – Конечно, я был прав. Она рассказала вам что-нибудь полезное? – Еще нет, - ответила она. – Но будем надеяться, что это только вопрос времени. Лисбон выдержала паузу. – Где ты? – Почти на месте. На самом деле, мне кажется, я уже вижу дым, - его голос был абсолютно бесстрастным. Ей захотелось обнять его прямо сейчас. – Езжай, поговорим позже, - сдержанно, как Джейн, сказала она. – Береги себя. – И ты тоже, - сказал он, и определенно было что-то скрытое в его голосе. – Я скоро позвоню тебе. Лисбон повесила трубку, и связь с Джейном немедленно прервалась. Во всем этом было одно светлое пятно – Джейна здесь не было, чтобы пилить ее за чрезмерное потребление кофеина, и она могла не отказывать себе в желании выпить что-нибудь этакое из кофейной карты без выслушивания его неодобрительный замечаний. Она проверила кошелек – естественно, наличных не хватало. Последняя двадцатка неделю назад ушла к девушке, которой требовалось небольшое поощрение, чтобы дать описание подозреваемого. Так Лисбон и решила отправиться на подземную парковку к своей машине, по дороге задаваясь вопросом, найдет ли она на передней панели достаточно мелочи, чтобы купить себе тот напиток, который она выбрала. Запищал ее сотовый. СМС от Ригсби. Дом может полностью обрушиться. Д. еще довольно плох. Внимательно слежу за ним. Она была безмерно благодарна ему. Спасибо – отправила она в ответ. Лисбон с головой ушла в сообщения и не услышала шаги до того, как стало слишком поздно. Она не почувствовала удара по затылку, холод бетона под щекой, и точно не увидела черноту, которая ее поглотила. На расстоянии шести часов езды, Патрик Джейн удерживал первую клавишу быстрого набора в его телефоне. Шли гудки, и он ждал, когда Лисбон возьмет трубку. Ждать ему пришлось очень долго. _______________________________________________________________________________ *Hope you didn’t buy any green bananas – Надеюсь, вы не купили зеленые бананы (досл.). Это выражение пошло из песни, которую исполняет певец кантри Джейк Оуэн (Jake Owen). Смысл выражения – мы не знаем, сколько нам осталось, поэтому не строим планы на слишком длинные периоды времени (например, пока зеленые бананы дозреют). Тема «зеленых бананов» часто используется, чтобы подчеркнуть фатализм персонажа: мое время придет в положенный час, и я ничего не смогу с этим сделать. Чаще всего используется часто в юмористическом ключе. Аналог в русском языке, к сожалению, найти не удалось.