О незбывшихся мечтах напомнит балерина на шкатулке

POV автор

Утро следующего дня. Воскресенье.

      Валера направлялся в ближайший магазин за продуктами и, к счастью, на пути к нему попался дом ненавистной учительницы. За каменными воротами лежал без сознания, весь в ссадинах и синяках, худощавый парень в грязном кигуруми крокодила.       –Кроки? Ау! Кроки? Что с тобой сделали? –Валера отбросил в сторону пустой рюкзак и бросился на землю, чтобы проверить пульс другу. –Кроки... Бля, не понял. Кто же тебя так?       Не медля Диджей на удивление легко взвалил на себя крокодила (Галат анорексик, он легкий) и побежал обратно, в сторону дома Вовы. Немного времени спустя пришли Мэйби и Мэйк Лав.       –Ты видел что-нибудь? –в сотый раз спрашивал Мэйк Валеру.       –Да нет же, нет! –парень ходил по комнате, словно лев по клетке.       –Пацаны...Я...–послышался сдавленный стон из угла комнаты.       –ВОВА?!–вся орава тот час ринулась к кровати и ждала что скажет Кроки.       –Меня избили. Я унижен. Меня даже фоткали... И обещали... Обещали вывесить фотографии на школьный стенд... – Он захлебывался слезами.       Да-а Кроки Бой славится своим грубым, дерзким характером. В школе никто не посмеет его и пальцем тронуть. Он умеет драться. Однажды, он до полусмерти избил парня, до него считавшегося Элитой Школы, теперь Галат занял его место. Он не боится учителей, он презирает их. Он курит и пьёт. Никто не посмеет доложить это кому-то. Он плохой. Он по ночам царапает вены. Кидается нелёгкими наркотиками – этого никто не знает. Он забивает свои ноздри.

Смерть уже тлеет в кустах. Он ждёт её.

      После этих фотографий, естественно, весь мир Кроки Боя разрушится. Он боится этого.       –Я уверена, все будет хорошо. –Вот что-что, а подбадривания Мэйби ему точно не нужны.       –Уходите, прошу.       –Я встречаюсь с Мэйби. Ты же так хотел, чтобы она от тебя отстала. –незадумавшись ляпнул Мэйк. Уголки губ Вовы на секунду дрогнули в улыбке.       –Сними свой грязный костюм, переоденься. –посоветовал Валера.       –Уйдите, прошу. –повторил Галат. Он прекрасно понимал, что если снимет кигуруми, то друзья увидят его телесные повреждения. Он мазохист. Он постоянно носил длинные брюки и кофты. Футболки — только дома. И то, когда никто не видит.       Парень неделями сидел в одинокой, белой комнате. Белый цвет ему нравился – на нем ярче выражается его собственная кровь. Кровь Галата. В очередной раз Вова вставал с кровати и вяло плелся на кухню, чтобы отыскать любимый героин. Он кайфовал от него. Сладкое оцепенение, из которого ничто не способно его вывести, будь то даже трамвай, отрезающий ему ноги. Мозг Галата пребывает в блаженном сне, который существует параллельно реальному миру. Блаженство настолько интенсивное, что голос реального мира далекий-далекий и нереальный.       Кроки Бой кричит и вновь царапает грудь, на которой чернилами красиво выведено "МНЕ ПОХУЙ". Он кричит и не слышит, как к нему кто-то бьётся в дверь. У него "похуй" на груди, но и внутри тоже похуй. Он хочет покончить с собой скорее. Но чтоб было мучительно больно. Но из-за чего? Или, может, из-за кого?       Выламывается достаточно прочная дверь и вваливается перепуганный Валера. У него безумно огромные глаза и перепуганный вид. Зачем он хочет спасти Кроки?       –ЧТО ТЫ С СОБОЙ ДЕЛАЕШЬ?! –завопил парень, когда увидел, что суицидник медленно спускается по стене к полу, оставляя кровавые следы.       –Ты же всегда был жизнерадостным, весёлым! Что приключилось? –продолжал вопить Диджей, одновременно с этим хватая и поднимая измученного Галата за плечи.       Вова не отвечал. У него лишь капали чистые, как исток ручья, слезы. Они стекали вниз, по сломаной ключице, по татуировке, по шикарному прессу...       Валера обнял худощавого парня. Возможно, это выглядело по-гейски. Но сейчас Кроки Бою было все равно, их никто не видит. Он поднял искалеченные руки и обнял Валеру. Парни слушали, как бьются их сердца, в такт друг другу. Диджей чувствовал, как горячая кровь Гала впитывается в его толстовку. Он любит его. Только сейчас понимает, как сильно любит. Любит каждую часть его тела. Эти длинные худые ноги и руки... Эти голубые глаза, полные страдания... Его речь... О, его речь просто шикарна, не смотря на то, что Галат не выговаривает букву "Л"... Широкую улыбку, которую уже давно позабыл. Эти красно-малиновые губы... Но он понимал, что Кроки видит в нем только друга. Это всего лишь дружеские объятия...       Секунду спустя Галат вытолкнул его за дверь, со словами:       –Я мазохист. Я хочу резать руки, резать тело. Мне не помогут твои объятья.       –А белых пионов ты не хочешь?       –Хочу.       Гал с шумом захлопнул и без того поломанную дверь. Валера ничего не ответил, лишь был слышен негромкий вздох, но Вова услышал.       Он хотел резаться, хотел героина, но вспоминая карие глаза Валеры, полные жалости, сердце защемило опять. В голове путались тысячи мыслей.

Я ему нравлюсь? Я гей? Почему мне его так не хватает? Зачем я выгнал его? Для своего же блага, пусть не видит, как я страдаю.

      Сердце Галата бешено колотилось. Он не испытывал чувство любви много лет. Вова мечтал найти его прямо сейчас и спросить:"я тебе нравлюсь?" Но вместо этого он схватил нож и тихонько провел себе по руке. Затем вывалился за порог квартиры, желая проверить все ли нормально с дверью, как он окунулся в букет свежих белых пионов. А затем и в объятья Валеры.       –Я так полагаю, я тебе нужен? –спокойно спросил Диджей, сжимая на груди обкуренного, искровавленного Галата. Тот не ответил лишь прохрипел:       –Я тебе нравлюсь?       –Э... –парень покраснел. –Да...       Вова не ответил. Его сердце бешено забилось, словно вот-вот выпрегнет из груди. Валера сделал первый шаг. Он коснулся ярких губ Галата своими, нежно, как будто целует бабочку. Властные и немного наглые действия парня придавали уверенности Кроки. Это то, что ему так не хватало эти недели.       –Что будешь делать с Аделаидой? –оторвавшись от влажных губ парня, прошептал Валера.       –Она сказала, что ей нормально у той шмары, так что оставлю в покое, иначе наврежу ей и себе. Кстати, боюсь я не приду больше в школу. –Вова был расстроен, что не вернётся в школу, что бросил Аделаиду один на один с Софьей Сергеевной, но ещё больше – что поцелуй прервался.       –Ещё чего! Нет, ты пойдёшь! Как только я сниму тебя с этой хуйни! –Диджей отошёл от Галата и осмотрел его, а потом засмеялся–Как же ты мне нравишься, я готов тебя съесть... В школе ничего не вывесили, успокойся. Завтра, ты, как ни в чем не бывало, идёшь в школу, о'кей?       Галат резко сорвался с места и ринулся на кухню. Валера понял зачем, побежал за ним, но, к сожалению, не успел. Вова уже закрыл дверь на ключ. Был слышен скрип. Это парень отодвигает стул, садится на него... И тишина.       –Кроки, открой. –потребовал голос за дверью.       –Я не хочу втягивать тебя в это дерьмо, в котором нахожусь.       –У тебя депрессия? Ты там не режешься?       –Собираюсь.       –Прошу тебя, не делай этого. Ради меня. Вова... Слезь с этого, прошу! –голос Валеры дрожал.       –Я привык уже, ты не поймёшь. Мне эта боль не приносит боли, не беспокойся. –Он завопил, обливаясь кровью.       –НЕТ, ПРИНОСИТ, не ври! ПРОШУ ТЕБЯ, НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО.       –Во-первых, я постоянно вру. Во-вторых, это неправда.       –Прости, но я не могу больше это слышать.       Дверь слетела с петель... Валера подбежал к парню и обнял его опять. В промежутках между объятьями и поцелуями, Диджей спрятал в карманы своих джинс последний пакетик наркотика и нож. Кроки всячески отбивался и холодные, худые руки упирались в горячую грудь Валеры.       –Ну что ты, не отбивайся. Я же знаю, ты влюблен в меня. Где же тот дерзкий Бой? –нежно говорил вполголоса спаситель.       –МНЕ НЕ БОЛЬНО РЕЗАТЬСЯ, МНЕ БОЛЬНЕЕ ОБНИМАТЬ ТЕБЯ. –рыдая утверждал искровавленый Гал. Вскоре он сдался и закрыл руками бледную кожу лица. Его сотрясало от рыданий, а Валера лишь гладил его по белокурым волосам.       –Ты справишься, Вова. Всё будет нормально. Зачем так страдать из-за того, что тебя побила какая-то пожилая тётка? –Галат буквально окоменел. Он оторвал от волос непослушные руки Диджейкина.       –Тебе врезать? Ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО думаешь, что меня избила ТЁТКА?! О не-е-т, она послала двух громадин, которые меня не хило так отдубасили. –слёзы потекли из его глаз и он беспомощно опустился на кровать.       –Прости, ты не говорил. –оправдался Валера и вытер слёзы Кроки –Ты идёшь завтра в школу. Это утверждение.       –Хорошо. Но никто не должен знать о нашей любви друг к другу. –успокоился Галат.       –Люблю тебя. –парень поцеловал Вову в щеку. Тот "растаял". Резко в дверь позвонили. Валера знал, что это Мэйби с Мэйком, он впустил их.       –А-А-А-А, ГОСПОДИ! ЧЬЯ КРОВЬ?! КРОКИ, Ч-ЧТО Т-ТЫ ДЕЛАЛ С С-СОБОЙ? –завизжала Мэйби, огибая лужицы крови.       –Всё нормально? –Мэйк сел рядом с Галом и положил свою руку ему на худое плечо. Тот кивнул.       –Ребят, дело в том, что... –И Диджей рассказал им все что было. Разумеется, кроме любви друг к другу.       –Вов, тебя все девчонки ждут не дождутся. –заиграл бровями Мэйк.       –НО ОН НЕ ЛЮБИТ ДЕВЧОНОК! –вскрикнул Валера и друзья смерили его вопросительными взглядами. Галат побледнел, а Диджейкин покраснел. И все вмиг поняли, что Валерочка им не все рассказал.