В моем сердце...

—  Вальт! Ну Ва-а-альт!.. — ростягивая последние гласные ныл Куренай — Ммм… —  лишь промычал в ответ кареглазый. — Ну зай! Вставай! — красноглазый теребил в руках синюю прядь волос. Такие мягкие… — Зачем? Дай поспать! — одна с подушек лежащих на кровати Куреная полетела в стену с намериньем успокоить того доставучего человека, который так нагло пытается разбудить Аоя в собственный выходной. — Ты ведь обещал, что мы пойдем в библиотеку «Дому», — уже чуть ли не плача, продолжал ныть Шу. — Тебе так нужно в библиотеку? Почему ты в обычную не пойдёшь? — мальчик-выскочка перевернулся на правый бок, дабы сидящий ранее перед лицом Шу не так докучал. — Да потому что! Если ты забыл, то когда мы прошлый раз были в городской библиотеке, нас почти что метлой выгоняли! Нам доступ туда закрыт! Да и к тому же, я хочу в именно библиотеку «Дому»! — альбинос вздохнул. «А раньше было наоборот…», — подумал Вальт, и задумался. Был какой-то праздник, тогда Шу шуточно сказал: — Вальт, ты как был ребенком, так и останешься! — Аой естественно взбесился   — А вот и нет! Ребенком, когда вырастешь, будешь ты, а я буду спокойным, и чемпионом мира, между прочим, стану!» Эти слова врезались Аою в самую глубь памяти. «Точно! День друзей тогда был!», — Аой вскочил полностью игнорируя удивлённый взгляд парня, и посмотрел на календарь. «Только не это! — синяя макушка панически стала оглядываться. — День друзей сегодня!». Нет. Все таки ничего не изменилось. Совсем. Ну разве что Вальт и вправду стал чемпионом мира по бейблейду. — Вальт? — уже спокойно произнес Куренай. Аою показалось, или в голосе любимого он услышал нотку разачарования, расстройства? — Я уйду на время. Непроронив больше ни слова, Шу оставил возлюбленного в комнате, непонимающе хлопать глазами. — Стой! Шу, подожди! — к кареглазому наконец пришло здравое понимание всей ситуации. Возможно, хотя нет, абсолютно точно, он только что обидел любимого человека. С возрастом, к синеволосому пришла и внимательность, и догадливость, а ещё спокойствие, благодаря которым он и заметил обиду Шу. А ведь альбинос так хотел в ту библиотеку. Ждал именно этого дня, чтобы вместе с Вальтом пойти в библиотеку «Дому». Библиотеку, где произошли чуть ли не лучшые события в жизни обоих парней. В библиотеку, с которой связана большая часть воспоминай с совместной жизни Аоя и Куреная. В библиотеку, в которой Вальт признался в любви Шу. В библиотеку, где Шу хотел провести свадьбу, ведь… Ведь Вальт в этой же библиотеке, сделал красноглазому предложение… Ведь в этой библиотеке, Шу сказал Вальту, что… Что он беременный… — Шу-у-у!!! — Вот подскочил к окну, которое выходило на проезжую часть, которую альбинос, чтобы куда-нибудь уйти, должен перейти. И да. Куренай как раз вышел со двора. Вальт немедля ни секунды побежал за ним. В голову почему-то пришла мысль, о том, что неподалеку от сюда потерпел крушение самолет, и мост там разваливается, а с ним и земля в радиусе ста метров. Отбросив эти мысли подальше, кареглазый вскочил, дома, и побежал по маршруту, пройденному солнышком. Аой заметил, что он всегда знает, куда Шу может пойти, и для самого парня это было достижением. Если подумать, ну просто логично, то когда Шу обижается, то идет либо на набережную, либо тренироваться, но второе маловероятно, ведь альбинос просто не в том физическом состоянии, чтобы тренироваться. Значит, остается набережная, но если он и вправду идет туда, то… — ШУ-У-У!!! — во все горло заорал Аой, но Куренай шел дальше. Слишком большое растояние, а это плохо. Шу ведь не смотрит новостей, и не знает, что из-за крушения самолета около моста (а мост, кстати был в метрах десяти от места с которого в основном Шу и смотрел на закат, и на рассвет, или на волны), земля поблизости стала обваливаться. Аой со всех ног, побежал к Куренаю, но тот уже стоял на своем заветном месте. Вот. Цель уже в метрах пятидесяти. — Шу!!! — альбинос недоумевающе обернулся к растрепаному парню, в помятых джинсах и ночной рубашке, поверх которой, была лишь лёгкая курточка, и была она там, лишь чтобы пижама не так бросалась в глаза, как понял сам беловолосый. Еще метров пятнадцать остается чтобы оттащить Шу, обнять и извиниться, как тут… Аой, наступив себе на ногу, громко пискнув, падает. Куренай взорвался громким смехом. Это и есть побочные эффекты беременности? Ну, конечно же, учитывая то, что «мамочка», на восьмом месяце. Аой, улыбнулся. Смеётся, значит не обижается. Фух… Пронесло. Альбинос немного отступил назад, чтобы со смеху не упасть, и сделал это зря. Позади резко оборвался значительный участок земли… Аой резко подскочил, но увы, Шу уже летел навстречу волнам. Навстречу камням. Навстречу тому свету… — ШУ-У-У-У-У!!!!!!!! — кареглазому осталось лишь наблюдать, как по синей волнующейся тиши расплывалось огромное багровое пятно… Невероятно горькие слезы так и рвались наружу, осознание того, что из-за тебя умер любимый человек ело изнутри, пробуждало чуство ненависти к себе. Больно. Больно смотреть когда человек умирает, а когда умирает знакомый человек, чуство вины преследует тебя везде. Даже если ты совсем не виноват… Но что… Что если умирает смысл жизни, вместе с любимым человеком? Что будет тогда? Разве… Разве человек потерявший свою пожизненную половинку, захочет жить и радоваться без неё? Нет. Разве человек потерявший смысл жизни будет продолжать улыбаться? Ни за что! Разве человек которого гложит чуство вины за смерть любимого человека, и будущего нерожденного ребенка имеет будущее? Вряд ли… Так зачем жить, и мучать себя ошибками, которые уже никогда не исправишь? Незачем! — Т-ты же… Т- ты же г-говори-ил… — прошептал Аой, вытирая слёзы. — Ты же говорил что ненадолго уйдешь!!! — закричал парень и упал на колени… — Ты же говорил…