"Подари мне крылья!"

Друг — это тот, чье предательство становится для нас самым большим сюрпризом. Бернард Вербер

***

С самого детства, Росс любил зимнее время года. А кто же не любит? Слегка обдувающий лицо и кусающий щеки и нос холодок, придающий воздуху приятную свежесть и некую остроту. Сам вид зимней погоды, радует глаз, как ребенку, так и взрослому. Кругом всё белоснежное! С утра светит яркое солнце на чистом, голубом небе, а снег переливается разноцветной радугой. Сугробы, в которые так и хочется упасть. Нельзя и забывать про зимние виды спорта. Лыжи, коньки, фигурное катание — одни из популярных видов спорта, в это время года. Многие ходят на каток или горку, да и маленький Россия не отличался от этих людей. В детстве отец заливал им каток зимой, покупая коньки и лыжи. Как-то раз, одним зимним утром, когда вся семья собралась за огромным обеденным столом и завтракала, к отцу подошли его младшие братья. — Папочка, а научи нас играть в хоккей! Ты так здорово играешь! — попросил у него Таджикистан, смотря на родителя щенячьими глазками. Росс тогда не понимал, о чем говорят его младшие братья. Он только знал, что у его отца было много медалей и кубков, связанных с этим спортом. На просьбу младших сыновей, отец повернул голову и посмотрел на них своим единственным голубым глазом. — Хорошо, но вам нужно ещё три товарища, чтобы научиться играть. Идёт? — с мягкой улыбкой сказал отец, откладывая газету и принимаясь за свой, уже почти остывший, завтрак. Эта фраза взбудоражила маленьких Таджикистана, Туркмению и Киргизию. Малыши сразу же побежали искать себе подмогу и на глаза сразу же попался Росс. -Братик, Россиюшка! Присоединись к нам в команду, пожалуйста! — Стали просить младшие братья и медвежонок не смог им отказать. На самом деле, Россию всегда притягивал каток. Когда он первый раз встал на лед, ему было два года. В четыре он уже мог спокойно наворачивать на катке круги. Так и началась любовь России и хоккея. Поначалу, это была просто ежедневная игра с младшими братьями, чуть позже отец заметил рвение своего сына и отправил его на специальные секции, в детскую группу, где он проучился полтора года. Чуть позже, его тренер позвонил отцу и договорился о переводе Росса в другую, более элитную школу, для способных детей. Переводиться России в другую школу не шибко хотелось и на это были свои причины. Во-первых другая, по словам тренера, более крутая школа, находилась в другой стране, до которой было очень сложно добираться в одиночку, да и по времени, путь до неё, составлял где-то четыре часа на самолете! Во-вторых, в первой школе, у него уже были товарищи, с которыми было очень больно расставаться, ведь он к ним уже привязался. В-третьих, было страшно. Как никак, это была школа интернат. Это означало, что он сможет видеть свою семью, только по праздникам или в редких случаях на выходных, ведь на них, тоже будут даваться различной сложности задания. Росс боялся этого. Да, тренер из прошлой школы говорил, что там будет намного лучше. Лучшие учителя из разных стран, индивидуальная работа с каждым из участников команды, собственный спортзал, фитнес. Да и в учебе он отставать не будет, ведь там их тоже будут обучать специальные учителя, с ними будут заниматься психологи. По окончании выдается интернациональный диплом, с которым ребенок имеет возможность поступить в любой университет. Что еще можно желать? Отец был совсем не против и даже всеми руками за то, чтобы его сын развивался в понравившемся ему направлении. Он был готов поддержать, как и материально, так и морально. — Росс, ты сильный и умный мальчик, ты справишься. Я в тебя верю, как и твои братья и сёстры, — говорил ему отец, когда Россия умолял его на коленях, пытаясь отговорить от решения. Но вскоре, блондин смирился с этим, почитав «Два капитана» В. Каверина. «Бороться и искать, найти и не сдаваться» — этот девиз одного из героев, крепко въелся в память мальчика. И он уже полный энтузиазма побеждать, поехал с отцом в аэропорт. СССР поехал с мальчиком, так как ему самому нужно было сделать, кое-какие дела в Австрии. С детьми остался Куба, хотя Союз не сразу согласился. В светлом здании, где было слышно, как взлетали и садились самолёты, было много людей, торопящихся куда-то, будто рой муравьёв. России было непривычно находиться в таком месте. Сначала они простояли в одной очереди и сдали багаж. Потом отстояли другую, третью, четвёртую… И наконец отец и сын были в зале ожидания. До вылета оставался ещё два часа. — Пап, а что тут ещё есть?  — поинтересовался Рашка, после того, как СССР сел в одно из кресел бизнес-зала. — Магазины, рестораны и прочие места, — спокойно, несколько устало, пробасил Союз, к которому подошёл один членов персонала, данного аэропорта и предложил заказать что-то, из напитков или еды. Таким же ровным голосом, отец заказал воды и две порции стейка, нормальной прожарки. Стейк был красивый, ровно прожаренный. Мягкий, слегка тянущий внутри, с румяной корочкой снаружи. А какой сочный! Кажется, или у России потекли слюнки? СССР помнил, что его сын, еще никогда не ел такого блюда, поэтому жутко стеснялся, сделать что-то не так. — Не волнуйся ты так, он не отравленный, — сказал Совок, демонстративно кладя в рот маленький кусочек мяса. Смотря на то, с каким аппетитом, его отец съел этот кусок, смелости не прибавилось, а слюноотделение стало работать сильнее. Тогда Союз просто не выдержав отрезал еще немного от своего куска и сунул это в рот сыну. Тогда медвежонок и понял, великую силу, этого вкусного стейка, схомячив свой через несколько минут, после первой пробы. — Росс, нам пора, — СССР, взяв за плечо сына, прислушался к номеру рейса. — О, мы сейчас уже полетим? — радостно спросил Рашка. Вопрос он задал риторический, ибо Союз взял за руку сына и повёл его к выходу на посадку. При взлёте было немного шумно, но до бизнес класса звук, практически не доходил. Россия сидел возле окна, любуясь видом синего неба. Он немного волновался, но отец держал его за руку, будто они у врача, поэтому было не так страшно. В иллюминаторе проскальзывали всё новые и новые облака, причудливых форм. Один раз, самолету пришлось влететь в одно из таких, поэтому в окне немного потемнело, а сердце малыша сразу же охватила паника. Мысли о возможной гибели, стали окутывать мозг. Чуть позже, началась небольшая тряска и Россия уже думал, что это конец, пока в салоне не раздался голос стюардессы, подошедшей к его отцу. В салоне бизнес класса бывает не так много народу, так что кроме них тут летела еще одна пожилая пара, к которым тоже подскочила другая сотрудница. — Извините за неблагополучный вид из вашего окна. Сейчас мы влетели в облако, поэтому придется немного потерпеть. Если хотите, то я могу включить вам телевизор, — сказала девушка, и СССР отложил книгу, которую читал и решил всё-таки посмотреть на ту, кто потревожил его покой. Тёмные завязанные в хвост волосы, шоколадно-карие глаза игриво смотрящие на тебя, немного расстёгнутая рубашка на груди. Осмотрев с ног до головы молоденькую стюардессу, Союз лишь холодно сказал: «Да, пожалуйста, включите моему сыну тоже.»       Девушка, повинуясь просьбе мужчины, включила телевизоры, выставив свою грудь вперёд. Союз даже не смотрел в её сторону. Его не волновали красивые девушки, которые так и тянулись к нему. России тоже не нравилось такое большое внимание представительниц женского пола к отцу. Он не понимал почему, но догадывался, что это была ревность, и на него папа перестанет обращать внимание, что немного печалило. Росс понимал, что его отец еще молод, и возможно, он еще найдет ту, с которой будет счастлив до самой смерти. Ту, которая станет ему мачехой. Увидев печаль в лице сына, Союз ободряюще приобнял его за плечи, мол «всё хорошо», и пареньку правда хотелось в это верить. Вскоре, стюардесса ушла, оставив отца и сына в покое, и остальной полет продлился спокойно. Оставшиеся несколько часов, Россия проспал, тихо уткнувшись в плечо отца. — Россия, вставай. Мы прилетели, — сказал СССР, тихонько потрясывая мальчика за плечо. Росс открыл глаза. В самолёте было мало людей. Какая-то женщина вытаскивала ручную кладь из багажной полки. Мужчина средних лет, уже выходил на улицу.        Туристы, богатые пассажиры, семейные пары с детьми — в австрийском аэропорту было людно. СССР крепко держал сына за руку, чтобы мальчик не потерялся. Союз шёл большими и тяжёлыми шагами, которые бы отдавались эхом по залам аэропорта, если бы они были одни. Вдруг в череде лиц людей, коммунисту показалось одно знакомое. — Здравия желаю товарищ СССР, — к мужчине подошёл молодой человек, лет тридцати, военной выправкой, весёлыми синими глазами и в фуражке. Он говорил с небольшим акцентом, что придавало мужчине изюминку. Он стоял рядом с мальчиком, примерно возраста России, с пушистыми светлыми волосами и голубыми глазами. Он стоял спокойно, в его глазах читалось некоторое отвращение к Союзу. На мальчике была надета мужская кадетская униформа. Черные штаны и строгий китель, смотрелись на мальце статно. — Товарищ Югославия, здравствуйте, — СССР пожал руку синеглазому. Мужчина лишь игриво улыбнулся и его взгляд упал на маленького сына Союза — Россия, да? — мужчина присел на корточки, — Я Югославия. — Здравствуйте товарищ, — серьёзно сказал мальчик. Он не хотел упасть в грязь лицом, перед друзьями своего отца. Но мужчина лишь хихикнул и решил тоже представить свое дитятко. — Это Словения — мой старший сын. Вы одного возраста, — указал на словенца Югославия. Малец кивнул головой в знак приветствия. Он с любопытством разглядывал Россию, что заставило паренька тоже осмотреть себя. Мало ли где-нибудь испачкался? Не зря же Славка так его разглядывает. Но пятен не было, а взгляд старшего сына Югослава, продолжал испепелять его. — А ты, как я погляжу, решил показать ему Австрию? — решил всё же поинтересоваться СССР. На это Югославия лишь по-детски хмыкнул и с улыбкой покачал головой. — Ох, нет, ему было интересно побывать на конференции, поэтому я его с собой и взял, — потрепывая Словению по рыжевато-золотистым волосам, сказал Югослав. — Пап, хватит, — сердито сказала словенец. Югославия пару секунд посмотрел на него холодным взглядом, от чего Словения даже не дрогнул.       Через несколько минут нудной болтовни мужчин о работе, от которых России хотелось спать, таксист всё-таки соизволил появится. — О вот и наше такси. Ну мы пойдём уже. До скорой встречи, товарищ, — мужчина попрощался и взяв старшего сына под локоть, поспешил удалиться. Россия смотрел им вслед. Как только отец и сын были на довольно далёком расстоянии от СССР, Югослав принялся за что-то его отчитывать. Слов было не слышно, но по лицу мужчины можно было понять, что он был сильно недоволен. Вскоре они скрылись из виду. «Странный он какой-то» — подумал Росс, — «На людях такой веселый, а при сыне в него словно дьявол вселяется. Разве можно быть таким лицемерным» — Россия, идём, водитель такси уже здесь, — вывел из раздумий голос отца.       Поездка в такси прошла в полной тишине…

***

       Приехали они на удивление быстро, всего где-то за полчаса. Для России это была вечность. Он конечно хотел уже наконец-то туда приехать, начать заниматься, но в тоже время он боялся. Боялся этой неизвестности, новой обстановки, боялся не понравится новым учителям или своим сверстникам. Эти чувства словно разрывали его на части, заставляя чувствовать себя отвратно. Да, Россия очень любил себя накручивать по мелочам. Когда они подошли к входу, из дверей показалось лицо директора. Это был полный пожилой мужчина шестидесяти лет, с маленькой причудливой бородкой, как у полковника Сандерса. Он мило улыбнулся, будто поприветствовав новых гостей и немного отошел от дверей, чтобы они смогли войти. «Проходите», — сказал он хриплым голосом, открывая стальные двери. Отец и сын поспешили войти.       Холл был большим и просторным. Светлые стены и большие окна, придавали помещению шарм. Как понял Россия, в помещении недавно прозвенел звонок, поэтому в просторных коридорах, отчетливо слышались детские голоса. — Хей! Догоняй! — мальчик возраста примерно Рашки, весело бежал от своего друга, — Чехия, ты снова отстаешь!        Паренек бежал быстро. Настолько быстро, что не заметил, как врезался в ногу отца Росса. От резкого удара об твердый предмет малыш моментально повалился на спину. -Ай, вот же блин, — прошипел юный хоккеист, потирая больное место. В этот момент, к нему подоспел его «лучший друг» -Извините пожалуйста! Он всегда не смотрит куда бежит, — попросил прощения мальчик с кудрявыми волосами, цвета молочного шоколада. По его лицу было видно, что его друг это делал не впервой. — Ничего страшного. С кем не бывает, — спокойно сказал Союз, отряхивая свои брюки. Он не любил, когда к нему прикасались чужаки. -Опять не следишь за дорогой, Канада? — Заметив данную картину, к ним подошел и директор. Он был весьма недоволен поведением ученика своей школы, — А если бы ты сбил с ног наших дорогих гостей?       На самом деле это навряд-ли бы случилось, отца России было сложно повалить. «Только, когда он находился подвыпившем состоянии, его можно было сдвинуть с места, и то, если он сам этого захочет.» — подумал Росс и немного хихикнул, от своих же мыслей.       Черноволосый паренек быстро вскочил на ноги и наклонился в знак извинения: — Прошу прощения мистер Шмидт, — протараторил юноша, стараясь не смотреть в глаза директору и Союзу. На это, мистер «Шмидт» только лишь хмыкнул, зная, что его извинения лишь пустой воздух и через несколько дней это непременное повторится снова. -Ладно, на этот раз я тебя прощаю, но впредь будь внимательней, — наказал ему директор и попросил гостей пройти за ним… После экскурсии по школе и корпусу, Союз ушёл вместе с директором, а Россию оставили в общежитии, разбирать вещи. Комната была просторной, но простой в дизайне. Кровать, шкаф, письменный стол, пара стульев — вся мебель, что была в комнате. — Хей, привет! Ты новенький? — голос прозвучал со стороны двери. Росс по забывчивости не закрыл её. В дверях стоял тот самый мальчик, что врезался в отца России. Чёрные волосы были растрепаны, футболка была мокрой от пота. Кое-кто явно набегался, судя по небольшой одышке. — Привет. Да, я только въехал, — приветливо отозвался Раша, глядя на незнакомца. — Я Канада. Приятно познакомиться. А тебя как зовут? — подошёл ближе новоиспечённый знакомый и протянул руку для рукопожатия. — Меня зовут Россия. Взаимно, — пожал руку Росс с улыбкой на лице. Это знакомство принесло много приятных воспоминаний. Они многое вместе пережили.

Как бы он хотел вернуть это время…

***

— Россия? Ты меня слышишь? — Казахстан, всё это время сидевший возле России, выглядел обеспокоенно. Блондин, переутомлённый всем тем, что он пережил, уже не слышал его, посапывая у брата на плече. Казах поняв, что сегодня от младшего ничего не добьётся, отнёс его в спальню. Положив Росса на кровать, старший сел на стул рядом и практически мгновенно заснул.