Blood is thicker than water

      Стоило близнецам войти в дом, как из гостиной тут же вышел Карлайл, вид которого не предвещал ничего хорошего. Отец редко читал им нотации, особенно обоим за раз, но, похоже, что сейчас был как раз такой случай. Светлые брови главы семьи нахмурились, но при этом, мужчина все равно выглядел уставшим, что частенько бывало с ним после сложных операций.       — Ребята, я думаю, нам надо поговорить, — сухо сказал он, скрестив руки на груди и прислонившись к стене.       На удивление Джаспера, Розали не стала пытаться сгладить конфликт, а внезапно вспылила, прекратив обнимать собаку и поднявшись на ноги.       — Сегодня день рождения мамы! И ты прекрасно знал об этом! Сколько можно делать вид, будто бы этого дня не существует в природе?! — её вскрик эхом отразился от стен, отчего все присутствующие в комнате замолчали, включая Барби, которая прижала уши в голове и замерла.       — Розали… — сурово начал отец, но девушка лишь мотнула головой и бросилась наверх, громко топая по ступеням, с трудом сдерживая слезы.       Не прошло из пяти секунд, как дверь её комнаты громко хлопнула, что означало только одно — младшая Хейл не хотела никого видеть.       Джаспер хотел сказать что-нибудь язвительное и удалиться вслед за сестрой, но взглянув на лицо Карлайла, которое на секунду дрогнуло от боли, он передумал и негромко произнес.       — Ничего, пап, она отойдет. Мы весь вечер провели вместе: поужинали, сходили в кино, чтобы развеяться. Ты ведь знаешь, что этот день так важен для Роуз, поэтому… — он замолк, тщательно подбирая слова, чтобы никого не оскорбить. — Ей не хотелось делать вид, что всё хорошо и болтать с Лиз, как ни в чём не бывало.       — Да, я понимаю, — с тяжелым вздохом отозвался отец, а затем отправился обратно в гостиную с понурым и задумчивым видом, словно этот инцидент смог сломать его маску.       К сожалению или к счастью, это было временным явлением. Завтра доктор Хейл вновь станет самим собой: собранным и отстраненным, будто это могло помочь ему скрыть боль, которую он переживал глубоко внутри, в отличие от его детей. От размышлений Джаса отвлекла Барби, которая тревожно заскулила, требуя к себе внимания.       — Эй, все хорошо, девочка. Неужели ты испугалась? — дружелюбно спросил парень, потрепав собаку по холке.       Ответом было невнятное ворчание, но этого было достаточно. Усмехнувшись этому звуку, Хейл разулся и наконец-то отправился наверх, планируя пройти в свою комнату. Тем не менее, он все равно не смог удержаться от соблазна и замер посреди темного коридора, прислушиваясь к звукам, раздающимся за дверью, ведущей в комнату Розали. Джаспер надеялся услышать, что она плачет, тогда у него был бы официальный повод зайти к ней, чтобы успокоить, но из-за двери раздавались лишь негромкие звуки знакомой, переливчатой музыки.

And then she'd say, it's Ok, I got lost on the way but I'm a supergirl, and supergirls don't cry*.

      С трудом подавив тяжелый вздох, Джас на цыпочках прокрался в свою комнату, понимая, что сейчас к Роуз лучше не соваться, ведь она всегда слушала эту песню, когда очень грустила и хотела побыть одна. Барби тоже двинулась вслед за парнем, будто на инстинктивном уровне распознавала настроение своей хозяйки.       Отбросив школьный рюкзак на пол, Хейл присел на корточки и первым делом занялся поиском старого мобильника, который, насколько парень помнил, лежал где-то в одном из ящиков стола. Телефон был найден спустя десять минут в полупустой коробке из-под презервативов и то только по той причине, что Джас решил проверить, сколько штук у него осталось и в каком они состоянии.       Вытащив один блестящий квадратик, он пробормотал вслух название, напечатанное на нем.       — Светящаяся любовь, незабываемые ощущения, — он хмыкнул и процедил сквозь зубы, закидывая презерватив обратно в коробку. — Пиздеж.       Напоминание о Марии взбесило его, поэтому Хейл попросту забросил коробку к себе в рюкзак, чтобы выбросить завтра по дороге в школу. Конечно, можно было бы сделать это дома, но он не хотел, чтобы презервативы попались на глаза кому-нибудь из членов семьи, во избежание лишних вопросов о новой девушке, которой у него не было.       Главное, что он нашел мобильник, который, само собой, оказался разряжен. Повертев небольшой серебристый кнопочный аппарат в руке, Джас принялся искать нужный провод в огромном гнезде из проводов, которое напоминало прическу Медузы Горгоны или огромного макаронного монстра. Закончив с поисками и убедившись, что телефон начал зарядку, Хейл наконец-то переоделся в домашнюю одежду и сел за стол, чтобы вывести компьютер из спящего режима.       Ему требовалось заняться уроками и заодно заплатить по тарифу, чтобы его труба вновь ожила. Насколько Джаспер помнил, его тариф был ориентирован как раз на безлимитные смс и почти полное отсутствие интернет-трафика, чтобы абонентская плата была как можно ниже. Очень предусмотрительно, то, что нужно для покупки и продажи наркотиков.       Едва он успел открыть браузер, как одна из вкладок ожила, оповещая парня о том, что кто-то прислал ему сообщение в одной из соцсетей. Он вдруг понадеялся, что это Роуз, которая могла скинуть ему смешной мем или видео, но, к несчастью, это была не она.

«Как там твоя собака? Надеюсь, все хорошо».

      Вот блять. Вечер с сестрой так вскружил голову Хейла, пусть они и собрались по печальному поводу, что он совсем позабыл о том, как некрасиво поступил с Брендон, фактически сбежав из её дома.       Оглянувшись, Джас обнаружил, что Барби растянулась на его постели и успела задремать, забавно приоткрыв пасть, откуда был готов вывалить розовый язык. Он сфотографировал её и отправил фото Элис, подписав его:       «Наелась и спит. Порез оказался не таким серьезным, поэтому ничего не пришлось ампутировать. Ха-ха. Надеюсь, тебе понравилась моя шутка, а то я подумывать стать звездой стендапа».       На самом деле, Джас писал это сообщение с абсолютно отсутствующим выражением лица и даже ни разу не улыбнулся. Он искренне не любил лгать, но ему раз за разом приходилось это делать, чтобы не обидеть девушку. А ведь он, похоже, правда ей нравился. Разве можно было быть таким куском дерьма? Почему бы ему не перестать морочить её хорошенькую, но странную голову и не дать понять, что у них ничего не выйдет? И дело не в том, что он дрочит на собственную сестру. Совсем нет.       Пока Хейл занимался самобичеванием, то Элис прислала ему ответное фото. Нахмурившись, Джас принялся разглядывать изображения, понимая, что это рисунок, сделанный карандашами на бумаге, на котором была видна нижняя часть тела женщины, а вся её промежностью была залита кровью.       Из горла Джаспра вырвался смешок, потому что он не знал, что на это ответить, благо, Брендон прокомментировала свое художество.

«Вместо тебя мне пришлось рисовать это. Вдохновилась фильмом фон Триера и картинами Фриды Кало. Если будет время, посмотри «Антрихриста»*, это клёвый фильм».

      Прежде чем ответить собеседнице, Джас загуглил картины Фриды* и краткий сюжет фильма. Всё это было как-то… странно? Что Элис хотела этим сказать? Что он ранил её, поэтому она нарисовала, какую-то тетку, которой отрезали клитор? Или таким образом она попросту выражала свое видение искусства без всякого личного подтекста? Понимая, что он затянул с ответом, Хейл выдавил из себя максимально нейтральный отзыв.       «Выглядит жутко, но спасибо за совет. Надеюсь, это не автопортрет».

«Хах, нет, это слишком жестко, мы же не в Африке живем».

      Африка? Хейл нахмурился и напряг все свои знания об Африке, с трудом вспомнив о том, что в некоторых племенах до сих пор существовал странный обычай, по которому женщины совершали подобное действие со своими половыми органами. Какая гадость.       «Как твоя домашняя работа по химии? Я весь вечер проторчал в ветеринарной клинике, а потом имел честь присутствовать на семейной видеоконференции. Лол. По сравнению с этим, домашка — это даже весело».       Наверное, со стороны его сообщение выглядело так, словно он просил одноклассницу прислать свои ответы на задания, но на самом деле, Джаспер просто хотел увести разговор в безопасное русло, потому что обрывать его было бы грубо. Эл и без этого явно расстроилась из-за его поведения, раз решила нарисовать какую-то кровавую мерзость.

«Честно говоря, я надеялась списать её у тебя, потому что рисовала все это время».

      Прочитав сообщение, Джс усмехнулся и просто отправил в ответ смеющийся смайлик, после чего закрыл вкладку, дабы Брендон больше не мешала ему.       Расплатившись за тариф с помощью карточки, Хейл отметил, что у него осталось не так уж много карманных денег. Ему, пожалуй, стоило попросить отца подкинуть пару долларов, но ведь сейчас была только середина недели, поэтому вопросов о том, куда он подевал все деньги, было не избежать. Отмахнувшись от этой мысли, парень схватил телефон с зарядки и плюхнулся на кровать рядом с Барби, которая вздрогнула и проснулась, издав тяжелый вздох.       — Извини, Ракета, — миролюбиво сказал Джас и потрепал ретривера по золотистой холке, пока она вновь укладывалась, растянувшись вдоль его бедра.       Индикатор заряда показывал одну палочку из трех, но сейчас это вполне устраивало Хейла. Он вбил номер сестры в телефонную книгу, где всё ещё хранился старый номер Марии, который больше не обслуживался. Нахмурившись, парень удалил его, понимая, что бывшая никогда не напишет ему, да и он сам не хотел её больше знать.       Открыв пустое поле для нового сообщения, Джаспер остановился и осознал, что не имеет ни малейшего понятия о том, как начать разговор. Ему нужно было как-то заинтересовать Роуз и не спугнуть её, но он не знал, как это сделать. Парень и сам не заметил, как принялся нервно покачивать ногой, отчего Барби вновь проснулась и отодвинулась от него на край постели, дабы глупый хозяин не мешал ей спать.       Закусив щеку изнутри, Джас все-таки написал, придумывая более-менее правдоподобную легенду на ходу.       «Привет, Розали! Ты здорово танцевала сегодня на тренировке. Я не успел подойти и познакомиться с тобой. Меня зовут Джон».       Прочитав набранное сообщение, Джаспер едва не застонал от разочарования. Оно выглядело так, словно его писал умственно отсталый. Наверное, ему следовало написать что-нибудь вроде: «Роуз, у тебя классные сиськи, почаще надевай эту майку на тренировку», но он не хотел оскорблять сестру, да и сообщение такого содержания могло сказать ей о том, что ей пишет какой-то озабоченный кретин, у которого мозг размером с грецкий орех.       Скрипнув зубами, Хейл стер сообщение и набрал его заново.       «Привет! Видел тебя сегодня на тренировке. Ты классно двигаешься».       Это звучало не идеально, но вполне могло заинтересовать младшую Хейл. Если сообщение не понравится ей, то она попросту не ответит, так ведь? Джаспер ничего не терял, но все же хотел, чтобы сестра написала в ответ хоть что-нибудь, дабы у них завязался разговор, иначе повторное сообщение будет выглядеть слишком настырно, с учетом того, что они не знакомы.       Нервным движением большого пальца Джас отправил сообщение, а затем прислушался, стараясь уловить вибрацию телефона Роуз, но его кровать стояла слишком далеко от стены, соединяющей их комнаты, поэтому он ничего не услышал. Хейл замер и боялся пошевелиться, будто любое его движение могло каким-то образом повлиять на возможный ответ. Ему казалось, что прошла целая вечность во время которой серебристый аппарат, брошенный рядом, так и не завибрировал. Посмотрев на часы, Джаспер вдруг осознал, что прошла всего пять минут. Его захлестнула холодная волна нервозности, из-за чего он подорвался и вскочил с кровати, в который раз разбудив Барби.       Собака потеряла остатки всякого терпения и тяжело спрыгнула на пол, остановившись около двери, молча требуя выпустить её из комнаты. Воспользовавшись этим, Хейл приоткрыл дверь и, высунувшись в коридор, прислушался к звукам из комнаты сестры. Оттуда все ещё негромко играла музыка, но определить, чем сейчас занята Роуз не представлялось возможным. Надежды на то, что Барби решит попасть к ней в комнату и начнет скулить у закрытой двери, не оправдались, потому что ретривер засеменила вниз по лестнице, намереваясь спуститься на первый этаж. Проклятье!       Постояв на пороге своей комнаты ещё немного, но не добившись ровным счетом ничего, Джас все-таки закрыл дверь и подошел к постели, чтобы взять телефон. От волнения по его телу пробежал сноп мурашек, а дыхание вдруг перехватило, но переживать было не о чем, ведь экран доисторического мобильника был пуст. Никаких новых сообщений. Хейл с трудом скрыл своё разочарование и удержался от того, чтобы не швырнуть проклятый аппарат обратно на постель. Вместо этого он положил его на компьютерный стол и смиренно сел делать домашнюю работу, то и дело поглядывая на экран, будто сообщение могло каким-то образом затеряться в электронных дебрях.       Спустя три сделанных домашних задания, мобильник внезапно ожил, завибрировав так сильно, что Джас вздрогнул и подскочил на стуле, ударившись коленкой о стол. Зашипев и выругавшись себе под нос, он схватил телефон, тут же позабыв о боли. Розали ответила ему!       Хейл был так рад, будто никогда не разговаривал с сестрой до этого момента, хотя, она находилась буквально в паре метров от него, если не считать стены между ними. Затаив дыхание, он открыл сообщение, которое оказалось очень коротким.

«Привет! Спасибо. Мы знакомы? Если нет, тогда откуда у тебя мой номер?».

      Нахмурившись, Джас перечитал ответ сестры ещё раз, пытаясь найти в нём какой-то тайный подтекст или понять, в каком она пребывала настроении. Сообщение от незнакомца разозлило её или, наоборот, дало повод для гордости? К несчастью, никакой дополнительной информации из такого сухого ответа добыть не удалось, поэтому, нервно облизав губы, парень принялся писать ответ, тщательно подбирая слова.       «Мы не знакомы, но можем сделать это сейчас. Меня зовут Джон. Твой номер мне дали парни из твоей школы, чтобы я мог узнать тебя поближе, если ты не против».       Перечитав послание, Джаспер хотел стереть последнюю часть, но затем — передумал, потому что решил показать девушке, что он уважает её выбор и не собирается ни на чем настаивать, как какой-нибудь тупой качок, вроде Эмметта.       Отправив сообщение, парень запустил пальцы в светлые пряди волос, взъерошив их в нервном жесте. Ему оставалось сделать домашнее задание по литературе, но он не мог сосредоточиться на «Повелителе мух», хотя, до этого книга про мальчиков, попавших на необитаемый остров, казалась ему нетривиальной и интересной, не то что сопливые романы сестер Бронте. Недолго думая, Хейл закрыл вкладку с книгой и потер уставшие глаза руками, в этот момент внезапно понимая, что он чертовски устал. Сегодня был такой длинный день, поэтому ему следовало перекусить чем-нибудь, сходить в душ, а затем завалиться спать. И никаких видеоигр, железно! Иначе он опять просидит добрую половину ночи, пытаясь пройти очередной квест.       С трудом оставив безмолвствующий телефон лежать на кровати, Джаспер неторопливо спустился вниз на пустующую кухню. Судя по приглушенному свету из гостиной и негромкому бурчанию телевизора, Карлайл все еще был там, но, возможно, дремал или читал новости в телефоне, как он любил это делать. Можно было бы заглянуть к отцу, но Хейл решил этого не делать, чтобы избежать очередного неловкого разговора о Роуз или Лиз. Интересно, когда мачеха должна была вернуться домой? Вероятно, она говорила об этом перед отъездом, но Джас, само собой, пропустил ее болтовню мимо ушей. Ему не хотелось бы вернуться завтра из школы и увидеть на пороге дома знакомые чемоданы. Он был морально не готов к возвращению мачехи, потому что, откровенно говоря, устал от ее чирикающей манеры речи, неуемной энергии и присутствия в доме. К тому же, Лиз старалась проводить с Розали как можно больше времени, которого у младшей Хейл и так не было, что крайне раздражало Джаспера, хотя, он понимал, что это неправильно. Нельзя было быть таким сраным эгоистом. Как жаль, что ему было наплевать и на это тоже.       Усмехнувшись собственным мыслям, парень доделал сэндвич с индейкой и налил апельсиновый сок в лиловую кружку сестрицы, после чего отправился обратно в комнату, намереваясь поесть за компьютерным столом в компании домашнего задания по литературе.       Поставив тарелку и чашку на стол, Джас первым делом бросился к телефону, одиноко лежавшему на кровати. Увидев значок с новым сообщением, Хейл победно усмехнулся, но радость, как рукой сняло, стоило ему прочитать послание.

«Приятно познакомиться, Джон! Боюсь, мы не сможем познакомиться поближе, потому что у меня есть парень, но мне приятно, что ты обратил на меня внимание».

      Эмметт мог гордиться своей малышкой, ведь она была такая правильная и даже не стала флиртовать с незнакомцем, максимально вежливо и учтиво отшив его.       — Блять, — прорычал Джаспер, все-таки не удержавшись и швырнув телефон в мягкость постели, отчего серебристый аппарат подпрыгнул и исчез за подушкой в изголовье постели.       Разве он мог ожидать от сестры чего-то другого? Конечно же, нет. Она ведь не была какой-нибудь ветреной девчонкой, которая переключалась с одного воздыхателя на другого в мгновение ока. Его план провалился, потому что был идиотским с самого начала, ведь Джаспер знал Роуз так, как никто. С чего это он взял, что девушка тут же заинтересуется им и предложит увидеться или пришлет интимное фото? Последнее, конечно, было бы очень неплохим подарком, но он мог об этом лишь мечтать.       — Больной ублюдок, — пробурчал он себе под нос, вновь усаживаясь за компьютер и делая большой глоток кислого сока.       Восстановив вкладку с книгой, Джаспер с тоской взглянул на время и отвел следующие полчаса на чтение, которое продвигалось с большим трудом, потому что все его мысли были о Розали, которая отшила его, даже в роли другого парня.       Похоже, это событие так взволновало Хейла, что он всю ночь проспал каким-то беспокойным и прерывистым сном. Если бы Лиз была дома, она непременно сказала бы, что все дело в жирной пище на ночь. Джасперу следовало выпить стакан морковного сока и съесть немного петрушки, тогда он бы спал сном младенца. Да-да, конечно.       В который раз за ночь парень открыл глаза и взглянул на электронные часы, которые горели в темноте, оповещая его о том, что сейчас было всего лишь половина седьмого утра. Он мог спать ещё целых полчаса, но не стал. Раздраженным движением Джас откинул тяжелое одеяло и выбрался из постели. В комнате было душно, поэтому он направился к окну, дабы впустить внутрь побольше свежего воздуха и взбодриться. Парень рывком раздвинул шторы и прислонился лбом к прохладному стеклу, отчего его светлые волосы прилипли к окну. Сонно осмотрев полупустую улицу, по которой изредка проезжали машины или проходили люди, спешащие на работу, Хейл осознал, что ничерта не выспался. Все его тело ломило так, будто он всю ночь разгружал вагоны, хотя, общее время сна составило около семи часов, что было для него даже много. Наверное, ему все-таки следовало поиграть во что-нибудь на ночь, потому что от этого и то было бы больше толку.       Неужели отказ Розали действительно задел его настолько сильно? Задумавшись, парень фыркнул, не желая признавать это. Херня. Тем не менее, он был на взводе настолько, что был готов ворваться в комнату сестры и признаться во всем, чтобы, наконец, освободиться от этого острого и болезненного чувства внутри. Вот она, неразделенная подростковая влюбленность, бессмысленная и беспощадная. Это было так глупо, что Джас с трудом подавил желание рассмеяться над самим собой. Если бы он сейчас находился в Бостоне, то рядом был бы Питер, которому можно было бы рассказать даже этот секрет. К несчастью, сейчас Джасперу было не с кем поделиться этой проблемой, потому что никто бы его не понял, а звонить Питеру он не хотел, потому что они несколько отдалились из-за переезда Хейла.       В его голову закралась мысль о том, чтобы прогулять школу, но затем парень одернул сам себя, отказываясь от привлекательной идеи. Если он останется дома, то все равно не сможет заняться ничем интересным, потому что потратит весь день на прокрастинацию и гнетущие мысли о чувствах к сестре. Лучше уж он отправится в школу, чтобы элементарно отвлечься и сбежать от самого себя, хотя бы на полдня.       Он не смог расслабиться даже после холодного утреннего душа. Угнетенный и раздраженный парень направился в свою комнату, чтобы одеться. Натянув обычный тонкий пуловер болотного цвета через голову, Джас внезапно понял, что могло бы помочь ему расслабиться. Один невинный косячок, но, к сожалению, у него не осталось ни грамма травки, а в школе он не знал никого, кроме сраного МакКарти, кто мог бы вывести его на определенных продавцов. Поджав губы, Хейл разгладил ткань свитера и сел на корточки, чтобы открыть один из ящиков стола. После непродолжительных поисков он вытащил на свет помятую и почти пустую пачку сигарет, которая была куплена еще в Бостоне в тот день, когда Мария бросила его, по смс, как последнего придурка. Открыв ее, Джаспер посчитал, что в ней осталось всего лишь три сигареты. Мог бы уж докурить или выбросить, а не везти с собой в Чикаго, будто здесь не продавали табачные изделия. Тем не менее, он всё ещё был несовершеннолетним, так что, пойти и купить пачку сигарет, было не так-то просто. Нужно было разузнать особые места, где подобные вещи продавали, независимо от возраста, а он, признаться, не исследовал округу настолько, потому что не думал, что вновь станет покуривать.       Покопавшись в ящике ещё немного, Джаспер нашел зажигалку и, прежде чем закинуть ее в рюкзак вместе с сигаретами, проверил, работает ли она. Удовлетворенный результатами, парень захватил рюкзак и направился вниз, стараясь не шуметь. Судя по звукам текущей воды из ванной комнаты, Розали была там. Он хотел позавтракать, как можно скорее, чтобы не встретиться с ней, а затем отправиться в школу, где не увидит сестру до второго урока.       Пройдя на кухню, Хейл обнаружил, что чайник уже горячий, что было ему только на руку. Судя по тому, что Барби нигде не было видно, он мог сделать вывод о том, что отец проснулся и отправился с ней гулять, перед этим успев выпить чашку кофе, что было его привычным утренним ритуалом. Сделав себе сладкий черный чай и отправив в тостер пару кусков хлеба, парень открыл инстаграм и принялся просматривать новые посты в ленте, чтобы скоротать время.       Наткнувшись на фотографию сестрицы и её обезьяноподобного парня, он поморщился. Розали выглядела вполне счастливой, хотя, она умела изображать широкую и правдоподобную улыбку, если того требовало фото. Ухмылка, застывшая на губах Эмметта, обнимавшего Роуз со спины, была мерзкой, отчего Джаспера передернуло. Он без зазрения совести не стал оценивать фото, а мельком пробежался по комментариям, самым мерзким из которых был оставлен МакКарти. «Моя малышка». Какая гадость.       Пролистав ленту дальше, Джас увидел знакомое фото картины, которую Элис нарисовала еще вчера. «Я просто вне себя от вдохновения», — гласила короткая подпись под кровавым фото, которое не стало привлекательнее даже после наложение пары фильтров. Эта фраза показалась Джасперу какой-то агрессивной, совсем не в духе Эл, но он бы нисколько не удивился, если бы она не стала разговаривать с ним сегодня. Может быть, это даже к лучшему. Поставив фотографии лайк, он заблокировал телефон и переключил все внимание на подрумянившиеся тосты. Намазав их абрикосовым джемом, Хейл с трудом смог съесть один, потому что кусок не лез ему в горло, хоть хлеб был свежим и идеально хрустел.       Он раздумывал над тем, не попробовать ли съесть второй тост, когда услышал, что дверь ванной комнаты едва слышно хлопнула, что означало только одно — Роуз скоро спустится вниз. Джаспер допил чай одним долгим глотком и поставил пустую кружку в раковину. Лиловая чашка Розали с её детской фотографией так и осталась стоять в его комнате на столе. Интересно, взбесится ли девушка, когда не сможет найти её на кухне?       Отряхнув руки от хлебных крошек, Хейл бросился в прихожую, чтобы одеться, как можно скорее. Тем не менее, Розали будто внезапно заподозрила, что что-то не так и окликнула его, свесившись через перила на втором этаже.       — Уже уходишь? — её голос звучал удивленно, потому что Джаспер редко вставал так рано и выходил раньше неё.       — Ага. Увидимся, — сухо бросил он и, закинув рюкзак на одно плечо, исчез за дверью, успев заметить, как Розали наградила его недоуменным взглядом, явно не понимая, в чём успела провиниться с самого утра.       Выйдя из дома, Джас воровато огляделся по сторонам, высматривая знакомую фигуру отца, но никого, кто гулял бы с собакой поблизости не было, поэтому парень закурил, пройдя пару домов. От первой затяжки он даже закашлялся, но затем все пошло, как по маслу. Нащупав в кармане ветровки наушники, Хейл неторопливо размотал их и вставил в уши, включив всю музыку, что у него была в случайном порядке, следуя собственному утреннему ритуалу, который происходил каждый раз по дороге в школу.       Он едва не застонал, услышав знакомые звуки хорошей, но такой болезненной песни. Похоже, собственный телефон решил добить Джаспера окончательно, но он стоически решил не переключать «Inhaler», потому что она была по-настоящему классной, хоть и напоминала ему о том, что происходит у него с сестрой, как и все вокруг.

It’s lock n load It’s a dead end road for you & me*.

      Слова песни должны были отрезвить парня, но почему-то подействовали на него совершенно иначе. Он вдруг свернул с намеченного пути и направился в соседний квартал в ближайший цветочный магазин, потому что его охватил приступ нежности к сестре. Само собой, Джас не мог подарить ей цветы от своего имени, потому что девушка не восприняла бы этот подарок всерьез. Всё, что ему оставалось — это представить проклятым Джоном, которого даже не существовало, и надеяться на то, что Роуз напишет слова благодарности за подарок. Может быть, тогда беседа между ними как-то завяжется. Хейл понимал, что это, откровенно говоря, очень слабая идея, ведь наличие букета в школьном шкафчике не избавит Розали от Эмметта, который, если верить словам девушки в сообщении, был причиной отказа. На самом деле, Джасперу нужно было начать предпринимать хоть какие-то действия, иначе он бы сошел с ума. Успокаивая себя тем, что он не делает ничего предосудительного, ведь это всего лишь невинный букет цветов, Джас зашёл в магазин.       Над его головой звякнул колокольчик, а в ноздри тут же ударил тонкий запах различных цветов, от которого у парня почти моментально заболела голова. Моргнув пару раз, чтобы привыкнуть к яркому искусственному свету, парень огляделся, понимая, что выглядит так, будто не знает, зачем явился. В этот момент он понял, что дарить букет — глупо, ведь цветы, скорее всего, не выдержат целый день без воды, а им придется пролежать в тесном и темном шкафчике до вечера. По этой причине Хейл выбрал небольшой горшок с цветущей луковицей гиацинта, которая пестрела мелкими розовыми цветами. Логичнее было бы купить розу, как советовала продавщица, но Джаспер знал, что Розали считает эти цветы посредственными, потому что ей постоянно дарили подобные букеты на различные праздники и сравнивали с этим цветком из-за имени. В добавок к подарку, Джас попросил вложить карточку, где нужно было вписать свое имя, чтобы получатель знал, кого благодарить. Опасаясь, что Роуз может вычислить его по почерку, Хейл попросил продавщицу подписать карточку за него, несмотря на то, что она явно была удивлена подобной просьбой. Покрасней, он поспешно расплатился и, захватив бумажный пакет с цветком, вылетел на улицу. Джас с шумом втянул в легкие прохладный осенний воздух, ощущая себя каким-то шпионом, которому требовалось незаметно пронести подарок в школу и оставить его в нужном месте.       Весь оставшийся отрезок пути, парень накручивал себя, перебирая в голове различные варианты дальнейшего развития событий. Он уже сто раз пожалел о том, что решил принести подарок самостоятельно, ведь его мог кто-то заметить. Но незнакомец, в теории, не мог знать домашнего адреса Розали, поэтому вариант с доставкой каких-либо вещей на дом сразу же отпадал. Можно было попросить подкинуть пакет в шкафчик сестры кого-нибудь из школьников, но Хейл опасался втягивать в это ещё кого-то, потому что не мог доверять никому, кроме себя. Ему следовало бы подготовиться получше, но подарок был уже куплен, причем на последние деньги, из-за чего Джасперу сегодня не светит никакой обед, выкидывать цветок было бы глупо.       Хейл зашел в школу, тут же смешавшись с другими учащимися, которых было не так уж много, потому что до первого урока оставалось еще целых полчаса. Джас старался вести себя так, как обычно, но, наверное, со стороны он выглядел так, словно принес в бумажном пакете бомбу, а не невинное растение.       Воровато осмотревшись по сторонам, парень направился к стройным рядам шкафчиков, отсчитывая нужный. Подойдя к темно-синему шкафчику сестры, он смог набрать правильный пароль не с первого раза, потому что у него тряслись руки. Он совсем не подумал о том, откуда незнакомец из другой школы мог узнать код от шкафа Розали? Много ли было человек, которые его знали? Вероятно, это, помимо Джаспера, мог быть Эмметт, может быть, какие-то её напарницы по тренировкам… Черт их знает. Наверное, после магазина Джасу следовало выкурить еще одну сигарету, чтобы успокоиться, но сейчас уже было поздно об этом думать. Наконец-то замок поддался и шкафчик распахнулся под облегченный выдох Джаспера. Внутри оказалось чисто и аккуратно, как и в комнате Роуз: все учебники были расставлены на верхней полке, а внизу лежала косметичка и пакет, откуда торчала физкультурная форма. Недолго думая, парень сунул пакет с цветком на нижнюю полку и собирался поскорее захлопнуть дверцу, как услышал знакомый голос, окликнувший его:       — Эй! Воришка, что это ты там делаешь?       Все внутри Джаспера оборвалось, а сердце застучало так громко, что он едва не оглох от этого звука. Медленно повернувшись, он увидел, как Розали движется к нему, но, судя по выражению лица, она не злилась, а была позабавлена увиденным.       Как можно было быть таким ебаным неудачником? Видимо, вся вселенная была против того, чтобы он стал тайным воздыхателем собственной сестры.       — Да так, забыл учебник по английскому дома, хотел повторить материал, — прочистив горло, отозвался Джаспер, делая шаг в сторону, чтобы дать Розали место, которая собиралась взять нужные книги.       — Но ведь по нему не было устного задания, — недоуменно протянула она, но тут же замолкла, когда увидела пакет. — Вау! Что это такое? Это ты его принес?       — М? О чём ты? — как можно более незаинтересованно спросил Хейл, чувствуя, как прохладная капелька пота стекает по его виску вниз, щекоча кожу.       Слава всем Богам, что Розали была поглощена распаковкой подарка и не заметила, что ее братец подозрительно вспотел, да и вообще выглядел слишком уж нервным. Джаспер имел возможность наблюдать за эмоциями на лице девушки: цветок ей определенно понравился, но затем она взяла в руки карточку и её настроение моментально изменилось, словно Роуз надеялась прочитать там другое имя. Нахмурившись, она зачем-то огляделась по сторонам, будто искала отправителя, но его здесь явно не было.       — Мой шкафчик был открыт или закрыт, когда ты пришел? — спросила она, пряча карточку в карман сумки.       — Закрыт... Что-то не так? — участливо поинтересовался Джаспер, наблюдая за тем, как сестра вытаскивает из шкафчика учебник по грамматике для него и по праву — для себя.       От Хейла не укрылось то, что Роуз смерила его подозрительным взглядом, но затем, видимо, решила, что он не может быть к этому причастен, поэтому смягчилась.       — Да так, ничего. Не бери в голову, — с улыбкой ответила она и отвернулась к небольшому зеркалу, приклеенному к внутренней стороне дверцы, чтобы расчесать волосы.       Пользуясь возможностью, Джас попрощался с Розали и заспешил прочь из коридора, чтобы укрыться в туалете. Как ни странно, помещение оказалось пустым, поэтому Хейл немного расслабился и неторопливо умылся, чтобы унять горящую кожу. Взглянув на себя в зеркало, он обнаружил, что выглядит, как шизик: болезненно-бледное лицо, спутанные и слегка мокрые от пота светлые волосы, дикий взгляд. Неужели Роуз ничего не поняла? У него же на лбу было написано то, что он врет!       Вытерев лицо подолом собственного же пуловера, Джас кое-как привел волосы в относительный порядок, после чего вышел из туалета и направился к своему шкафчику, чтобы оставить там куртку, которая все это время была на нем, и взять нужные учебники.       Внезапно в рюкзаке парня что-то требовательно завибрировало, отчего он напрягся и стащил его с плеча, попутно вспомнив, что с утра забросил туда кнопочный телефон. Джаспер нисколько не сомневался в том, что Розали написала ему, отреагировав на подарок, и он оказался прав.

«Спасибо за цветы! Меня немного пугает то, что ты смог оставить их в моем шкафчике, который был закрыт. Это можно расценить, как взлом».

      Вот черт. Вместо того, чтобы сделать Роуз приятно, он испугал её. Идиот.       По пути в класс, Джаспер быстро набрал сообщение, на этот раз не став думать над текстом и исправлять его по десять раз, как вчера.       «Извини, я вовсе не хотел тебя пугать. Думал, ты порадуешься, увидев подарок перед началом уроков. И я вовсе не какой-нибудь взломщик со стажем. Я просто попросил кое-кого из твоих знакомых помочь мне с доставкой».       Он уже не первый раз упоминал каких-то мифических знакомых, но Розали, пока что, не спрашивала его о том, кто это. Будь Джас на её месте, он бы тоже испугался, потому что это выглядело, как какая-то одержимость. Неужели это правда так?       Раздраженный и взвинченный, Джаспер с грохотом отодвинул стул и сел за парту, слыша, как доисторический телефон вновь завибрировал, а буквально через пару секунд его смартфон сделал тоже самое. Дело плохо.       Сначала он прочитал сообщение, пришедшее от Роуз на кнопочный агрегат.

«Подарок мне очень понравился, но, прости, Джон, я не ищу новых знакомств. Всего хорошего!».

      Хейл усмехнулся сам себе, потому что не ожидал от сестры другого ответа. Какая она вежливая и осторожная, с ума сойти. Забросив телефон обратно в рюкзак, он заглянул в смартфон, видя, что она написала ему и туда.

«П-с-с, ты знаешь какого-нибудь парня из другой школы, по имени Джон? Он, кажется, преследует меня».

      Черт возьми!       Джаспер не успел ничего ответить, потому что прозвенел звонок, да и ему самому нужно было обдумать ответ, чтобы не испортить всё ещё больше.