little princess

Мать всегда была с ней нежна и ласкова. Расчёсывала длинные волосы, укладывала спать и читала сказки на ночь, пока это было актуально. Отец позволял ей всё — сидеть с ним на переговорах, использовать его компьютер (рабочий, конечно) для игр, оставаться дома, когда очень не хотелось в школу. Это потом уже навалилось — работа, обязательства, и пришлось искать себе замену в виде омника-дворецкого. Сейчас Эш едва ли может вспомнить, как выглядели мать и отец, и вряд ли узнает их, если увидит сейчас. Слишком долго они не виделись, да и Элизабет родители, возможно, бы не узнали, не будь у неё весьма специфической внешности. Ах да, ну и мелькание её лица и имени — которое она, кстати, так и не сменила — в объявлениях розыска с круглой суммой под фото. В самом начале, почти сразу, как она свинтила из дому, отец пытался до неё дозвониться, вразумить, но что те попытки, когда всё было упущено ещё в детстве? Теперь ей не звонят. Конечно, она хранит — дурацкие сантименты — памятное фото в выдвижном ящике стола. Мать улыбается, а отец держит маленькую Лиззи в белом платьице на руках. За спиной стоит Боб, поправляя непослушную прядь волос девчонки, выбившуюся из хвоста. Эш считает, что кровное родство — чушь. Какой в этом смысл, когда вы друг другу чужие люди? Тот же Боб — а у него-то и крови нет — внезапно оказался гораздо ближе, роднее и дороже. Семья — это люди, которых ты выбираешь себе сам. Для Элизабет семья — это Боб, это Дедлок.