Красота Ада

      Сколько себя помню, всегда принимала решения быстро, эмоционально и, порой, необдуманно. Со стороны даже кажется, словно это больше секундный порыв, нежели что-то стоящее и логичное. Но со мной… всё иначе. Да, я действую эмоционально, что открыто признаю. Однако должна отметить, что по большей части мои эмоциональные поступки — самые верные. Я не думаю, не рассуждаю, не разглагольствую…       Я действую.       Сейчас, здесь, в эту секунду.       Пан или пропал — вот принцип моей жизни.       В работе полицейского нужно уметь предпринимать быстрые и верные решения. Это подобно тому, как если бы ты подбросил в уме монетку. Что выпадет, то и будет. А уже оттуда начать плясать.       Но не все принимают мой принцип и стиль работы. Не всем он понятен и не все с ним согласны. Именно поэтому, когда я объявила в отделении, что намерена поехать в Италию, дабы вести собственное расследование по делу Мастера, верховенство, естественно, высказало мне категоричный отказ. Хех! Я вновь бросила в их сторону эмоциональный выпад и сказала, что в таком случае подаю в отставку.       В этом деле не следует лишний раз тянуть кота за яйца. Да, вероятно, многие не поймут моего поступка. На отца напали, и вместо того, чтобы просиживать и день, и ночь около его койки, я решила порезвиться в Европе. Ведь именно это пришло большинству на ум, верно? Но я знаю, что с отцом всё будет в порядке. Зак и остальные начальники охраняют его лучше, чем Мону Лизу в Лувре. К тому же недавно были вызваны специалисты с пламенем Посмертной Воли Солнца, которые известны своими уникальными способностями в области медицины и врачевания.       Я здесь… просто лишняя.       Я не врач, не охранник, не нянька… Я полицейский и неплохой детектив. Всё, что умею, это выяснять правду и отлавливать плохих парней. Так почему бы не заняться тем, что получается у меня лучше всего?       Однако так думают не все. Меня ведь отстранили от дела. Хех… Что за бред вообще?! Чего это дерьмовое начальство вообще от меня хочет? Чтобы я выписывала штрафы на парковке? Сборище неудовлетворенных козлов… В итоге я послала всех своих начальников куда подальше и, связавшись с Заком, сказала, что заявление на увольнение передам ему через сутки утром. Мне же необходимо было немного поспать. Хотя бы чуть-чуть…       Правда, дома я так и не смогла уснуть.       Порой наступает такой момент, когда ты настолько устал, что даже сон становится недоступной роскошью. В такие ночи я могу провести часы, тупо валяясь в кровати и смотря в потолок. И так до самого утра, пока вновь не затрезвонит ненавистный будильник.       Кстати говоря, сколько себя помню, мне никогда не снились сны. Я их просто не вижу. Даже не знаю, что это такое уснуть и увидеть красочный сон или хоть что-то. Отголосок прожитого дня… В моём случае с засыпанием начинается темнота. Всю жизнь я видела одну лишь холодную темноту, а, проснувшись, была даже счастлива тому, что спать больше не нужно.       Но и сейчас заставить себя заснуть просто так не получиться. Всегда нужны либо лекарства, либо… алкоголь. Много алкоголя. И сегодня я решила прибегнуть ко второму варианту. Да, вернулась в тот самый бар, откуда ушла. К моему счастью, посетители там практически одни и те же. И меня там все знают.       — Мне очень жаль, Эм, — произнёс Пьер, ставя передо мной бокал и целую бутылку крепкого алкоголя. Ещё не знаю, какого именно, но этот бармен точно понимает, что я сюда не за соком пришла. — Я действительно надеюсь, что с твоим отцом всё обойдётся.       — Спасибо, старина, — кивнула бармену и взялась за бутылку. Не люблю, когда мой бокал наполняет кто-то другой. Всё предпочитаю делать сама. Так я чувствую контроль, которого мне сейчас не хватает.       — Что собираешься делать? — поинтересовался Пьер.       — А разве ты не знаешь нашу малышку Эмили? — вздохнул Ньют, махнув в сторону бармена ажурным платочком. — Естественно, она будет искать Мастера! Она в этом деле лучшая!       — Да-да, — тут же ответил Пьер делая шаг назад, чтобы не получить ещё и косметичкой от трансвестита. Ньют может. Особенно в пылу эмоций. — Но как именно? — продолжал интересовать бармен. — Весь город на ушах. Теперь всё сложно…       — А когда было легко, Пьер? — фыркнула я, делая глоток из бокала. Ох… Что это? Ром? Неплохо. — Я собираюсь отправиться в Италию.       — Италию?! — хором воскликнули Ньют и Пьер.       — О мой Бог! — вздохнул переодетый в женщину мужчина, обхватив себя ладонями за щёки. — Милая, ты там хоть кого-то знаешь? А жить где будешь? Да и знания языка…       — Успокойся, Каролина! — фыркнула я, поднося бокал к губам. — Мне, по-твоему, что, пять лет? Если кого-то не знаю — познакомлюсь. Тем более, еду туда не друзей выискивать, а прикончить Мастера. Он должен ответить за свои преступления. Насчёт жилья, то можно и номер в гостинице снять, не слыхал о подобном? А знания языка… С этим проблем не будет. Хорошо или нет, но я неплохо владею итальянским языком. Да и не только. У меня вообще способность к языкам имеется. Английский, итальянский, немецкий, французский…       — Да уж, — вздохнул Ньют. — Представляю, сколько твой отец потратил денег на твоё обучение…       — Хм? Не поверишь, но ни копейки, — усмехнулась я. — Изучение языков неплохо тренируют память. А память, порой, самое важное и единственное оружие, что у тебя остаётся в момент расследования. Каждая мелкая деталь важна. Вот я и учила все языки, до которых могла добраться. Кстати, по сей день что-нибудь да учу. Мозг тоже мышца, и его нужно держать в тонусе.       — Боже-боже… — вздохнул Ньют, прижимая платок к глазам. И протирал их так, чтобы ненароком не повредить наложенную косметику. — Эмили, душа моя, но это же опасно! А твой отец… Неужели ты хочешь оставить его здесь одного?       — Моё присутствие ничего не изменит, — строго произнесла я, чувствуя нарастающее раздражение. — Будет лучше, если я продолжу поиски и лично выйду на Мастера.       — Нет! Так дело не пойдёт! — настаивал на своём Ньют, швырнув платок на стол, и принялся что-то искать в своей огромной сумочке, которая доверху была заполнена различной косметикой. Для начала достал оттуда небольшой блокнот, раскрыл его, а после сделал небольшую запись. — Вот, — бросил он, протянув оторванный листочек мне. — Это адрес моего дома в Сицилии. Я, конечно, хотел его продать, но раз такое дело, то повременю немного. Можешь остановиться там. Живи, сколько понадобится.       — Ньют… — удивилась я.       — Каролина, — поправил парень, также доставая из сумки связку ключей, на которых висел брелок в форме красного сердечка, и вручил их мне в руки. — И вообще, девочки должны помогать друг другу.       — Хех! — усмехнулась я, подбрасывая связку ключей в воздух и тут же ловя её. — Так ты у нас богатенький. То-то я думаю, откуда у этой красотки столько денег на выпивку?       — А вот это уже личное, и вас не касается, лейтенант! — фыркнул он, недовольно скрестив руки на груди и гордо задрав подбородок. — Что за допрос друзей?!       — Ладно-ладно, — кивнула я, делая новый глоток. — Также стоит вам знать, что скоро я перестану быть лейтенантом. Подам в отставку.       — Что?! — вновь ахнули ребята.       — Эмили, неужели всё так серьёзно?! — не скрывал своё переживание Пьер.       — Меня задолбало это дерьмо, приятель, — бросила в ответ. — Карьерного роста мне не видать, как своих ушей. Так почему бы не пойти в самоволку? Открою детективное агентство или что-то в этом роде… Правда, после того, как поймаю Мастера и выведу его на чистую воду.       — М-да-а… — протянул бармен, потирая затылок. — Если тебе что-то понадобится, ты же сообщишь, Эм?       На это я лишь улыбнулась. Он ведь прекрасно знает, что я редко жалуюсь и прошу помощи. Практически никогда. Привыкла всегда и во всём полагаться только на себя. Так проще. Нет вероятности, что тебя кто-то подведёт или предаст. А если и будут ошибки, то они только твои. Именно поэтому я в основном и работаю без напарника. Хах! Хотя со мной и сработаться толком никто не может. Характер не сахар.       В какой-то момент у меня зазвонил телефон, и пришлось посмотреть на экран, чтобы понять, кто звонит. Это был Зак. Скажу честно, что отвечать не хотелось, но вполне вероятно, что это что-то важное. Либо он просто хотел уточнить насчёт заявления об отставке.       Что ж… Тогда с этого и начнём разговор.       — Зак, я же сказала, что заявление занесу утром, — тут же начала, не дожидаясь слов мужчины.       — Нет, Эмили, я не об этом, — успел он вставить, до того, как я отключила сотовый. — Я договорился с отделом итальянской полиции. Они отчасти уже в курсе о том, как тут обстоят дела. К тому же знают, кто ты и как выглядишь. Хотя… тут скорее благодарить нужно недавнюю встречу с репортёрами.       — Ближе к делу, Зак, — одёрнула я его.       — Так я и говорю, — чуть строже начал он. — Я договорился с ними о временном переводе в штат работников полиции Италии, пока не будет закрыто дело о Мастере. Им также не нравится, что какой-то маньяк прибыл в их страну и желание сотрудничать тут обоюдное. Конечно, у них на это имеется свои требования.       — Требования? — нахмурилась я. — Подробнее можно?       — Хм… Как я понял, тебе придётся параллельно работать с плохими парнями, при этом теми, кто стремится исправиться.       — А?! — Вот это было удивительно. — Они хотят, чтобы я занималась перевоспитанием их взбунтовавшихся подростков? Чёрт… Зак, я что, так похожа на няньку?!       — Эм, это их условия, — напомнил помощник комиссара. — Официально ты числиться не будешь, но при этом тебе будет открыт доступ ко многим делам, которые вызывают подозрения, а также ты обязана будешь следить за мелкой шпаной, которая сбилась с пути. Разве это плохая сделка?       — Хм… Нет, — признала я. — Сделка неплохая. В принципе, даже выгодная, что меня слегка смущает.       — Да, — согласился Зак. — Меня это тоже слегка смутило. Обычно наладить работу с полицией другого города, практически не возможно, а тут не город. Здесь целая страна, но всё проходит очень даже удачно. Сдаётся мне, что и верхушка Италии видела твоё обращение к Мастеру. От того и всё так просто.       — Что ж… Оно и к лучшему. Но наше начальство, что на это смотрит?       — А разве тебя подобное когда-то волновало?       На этот вопрос я просто посмеялась. Вот уж точно. Мнение начальства меня никогда особо не волновало. Я просто действовала так, как чувствовала и считала нужным, ни с кем не считаясь и не советуясь. Так было, так есть, и так будет. А если кого-то что-то не устраивает, то хватайте пистолет и идите, жертвуйте своей жизнью сами.       — Отлично, тогда следующая остановка — Сицилия.       Не могу сказать точно, существует ли судьба, но после происшествия с отцом всё пошло словно по маслу. Я бы сказала даже слишком легко. Словно кто-то стремился загладить вину за то, что случилось. Чушь, не так ли? Но это так.       Временный перевод был оформлен быстрее, чем только можно представить. Обычно на это уходит, как минимум, неделю, а тут… Даже не дни, а часы. И вот — все документы у меня на руках. Более того, имелось жильё, но это спасибо моему ненормальному приятелю, который любит натуральный загар на всё тело. Вот и едет периодически в тёплые края. Хех…       Но мне Сицилия знакома не по достопримечательностям или местам отдыха, а потому, что это сердце всех мафий в мире. Да-да, именно. Об этом не знает мирное население. А если и знает, то старается помалкивать, чтобы продлить своё существование. Но одно дело, когда об этом знают гражданские, и совсем другое о нас, полицейских. К счастью или нет, но полиция также знает многое. Если не всё.       Но вопрос в другом, что они могут сделать?       Всё дерьмо заключается в том, что большинство боссов мафиозных семей обладают сильным политическим влиянием. Деньги, власть, оружие, сила… Естественно, к этому криминальному источнику обращаются и обычные политики, желающие подняться по карьерной лестнице. И, получая желаемое, они закрывают глаза на большую часть делишек мафиози.       И даже если ты видишь, как прогнил этот мир и как можно вырезать эту опухоль, под названием мафия, — ты этого сделать не можешь из-за давки начальства. Всё, что остаётся, это просто смотреть и молчать. Именно поэтому большинство из начальства меня действительно терпеть не могут. Они считают, что моё чувство справедливости затмевает мне ум. Хах! А что тогда у них? Мозги давно уже заплыли в жиру и алчности.       Ох, моя бы воля, и я бы сделала этот мир лучше. Убила бы каждого! Всех, кто продал свою офицерскую гордость и клятву служить и защищать мирных жителей. И особенно мафиози. Всех, до единого! Что бы кто ни говорил, а мафия — есть мафия. Она только отнимает и никогда ничего не даёт взамен. А если и даёт, то потом всегда предоставляет счёт, который придётся оплачивать именно тебе.       Конечно, многие не понимают, откуда у меня эта ненависть к мафии. Но я не собираюсь искать понимания. Не собираюсь выслушивать нравоучения и объяснения того, почему наш мир такой, каков он есть. Я не ребёнок, и всё прекрасно понимаю. Но в отличие от остальных я никогда не предам то, во что верю. Я не лишусь офицерской гордости. И лучше сгнию в сточной канаве, чем изменю своим принципам.       Её слёзы и окровавленная улыбка до сих пор стоят перед моими глазами…       — Chiedo scusa, signora, — послышался мягкий женский голос над моей головой, вырывая из собственных мыслей. Рядом с моим местом в самолёте стояла молодая стюардесса, которая мягко улыбалась и указывала на выход из салона. — Прошу прощения, сеньора, но мы уже приземлились. Добро пожаловать в Италию.       — Grazie, — поблагодарила я, прихватив свою сумку и чёрную кожаную куртку.       Не успела я покинуть здание аэропорта, как мне навстречу уже бежал невысокого роста тучного телосложения мужчина, который постоянно протирал лицо носовым платком. Хоть на календаре и был практически конец осени, здесь, в Италии лето словно и не собиралось уходить. Всё так же жарко и свежо. Что и сказывается на таких людях как он.       — Эмили Картер? — поинтересовался мужчина, на что я согласно кивнула. — Ох! Добро пожаловать. Меня прислали встретить и сопроводить вас. Можете звать меня Антонио. — Мужчина тут же попытался перехватить у меня из рук чемодан, чтобы помочь, но это оказалось ему не по зубам. Чемоданчик у меня не из лёгких. А чего он хотел? Только один бронежилет сколько весит…       — Ясно, — кивнула, вновь взяв свой чемодан в руки. Антонио не стал сопротивляться. — А меня зови просто — Эм. Не люблю полную форму своего имени.       — А?! — удивился он. — К… конечно. Но позвольте узнать, почему? Хотя если я лезу не в своё дело, то прошу простить и…       — Всё нормально, — отмахнулась, запрокинув куртку, свободной рукой, к себе на плечо. — Просто считаю это имя чересчур женственным и мне не подходящим.       — Хм? — Похоже, это Антонио удивило ещё сильнее. — А что означает ваше имя?       — Так, что-то вроде «старательная», «крепкая» и «сильная». — Пожала плечами.       — Ну… — протянул мужчина, глянув на то, как я спокойно тащу чемодан одной рукой. — Вы довольно сильная, мисс Картер.       — Эм.       — Мисс Эм.       — Хех… Спасибо, что ли…       Ну, да, я сильная. Это не отрицаю. И всё же… Как по мне, имя «Эмили» больше подойдёт для женственных и ранимых девочек, нежели для такой, как я. Именно поэтому большинство своих знакомых прошу звать меня так — Эм.       Хм, но это ладно. Должна признать, что тут чертовски жарко. В штатах, когда я улетала, как раз начинался осенний дождь. От того и прихватила с собой куртку, но теперь, думаю, её можно спрятать в чемодан. Сама же я сейчас была одета в чёрные обтягивающие штаны, которые не стесняли движения и не болтались, когда я передвигалась, что очень люблю. Но это не касалось верха… На мне как раз была просторная белоснежная майка без каких-либо рисунков и узоров. Для полного моего ежедневного образа не хватает кобуры, которую я ношу либо на поясе, либо на груди, в виде жилета.       Вначале они всегда натирали мне плечи, но со временем привыкаешь… Но думаете, что я вообще безоружна? Хех… Нет. Один пистолет всё же припрятан за спиной и прикрыт майкой от посторонних глаз.       Так, о чём это я? Этот мелкий Антонио без перерыва что-то лепетал о чудесах их региона. Природа, красота, музыка, искусство, еда… Рай, одним словом. Но будем серьёзны, я сюда не отдыхать приехала. Вот только этого коротышку остановить трудно. Пока мы ехали в его машине, он то и дело, что советовал сходить то в одно место, то в другое…       Наконец-то мы доехали до участка, где я должна была встретиться с новым начальством и обсудить до конца все условия моего пребывания в Италии. Антонио, конечно, вначале предложил съездить в гостиницу, чтобы я избавилась от лишних вещей, но его ожидал прямой отказ. Не хочу даром тратить и так драгоценное время.       Итальянские отделения полиции практически ничем не отличаются от наших. Даже запах тот же. Кругом носятся сотрудники, работая над своими делами, а кабинет самого начальника находится подальше от остальных и застеклён. Хех… Словно дома, честное слово.       Когда шла в кабинет, то замечала на себе непонимающие взгляды. Хотя, стоило им заметить грубый и глубокий шрам на лице, как их эмоции сменялись. Кто-то пугался, кто-то испытывал дискомфорт и отвращение, а кто-то тут же выражал сочувствие. Эх… Я привыкла к этому. Это в моём городе все уже знали, кто я и что делаю, а тут…       Всё с начала?       — Здравствуйте, — поздоровалась, открыв дверь в кабинет начальства и заставив находившегося там человека слегка подпрыгнуть. Не дожидаясь приглашения, я шагнула вперёд и первая протянула правую ладонь. — Я — Эмили Картер. Ваш новый сотрудник.       — А? — вначале не понял мужчина лет сорока с короткой русой стрижкой, в рабочей форме и задумчивым карим взглядом. — Ох, точно! — наконец-то вспомнил он, пожимая мою руку. — Вы так быстро прибыли сюда? Я думал, что для начала вы разместитесь в одной из гостиниц… От офицерского общежития вы отказались и…       — Да, мне это не нужно, — отмахнулась я, присаживаясь на стул, что находился напротив стола начальства. — Да и с жильём никаких проблем нет. Поэтому и поспешила сюда. Хотела побыстрее приступить к работе. Слышала, что за доступ ко всем делам касаемо Мастера, вы прицепите ко мне какого-то неуправляемого подростка на исправлении, верно? В принципе, с подобными испорченными сопляками мне не впервой работать, так что проблем не возникнет.       — Что? Ох… Мисс Картер… — начал начальник. Кстати, как его зовут? Он не представился. Хотя, на его столе имеется табличка. Хм… Барита Романо. Господин Романо, значит? Заметив моё недовольство, мужчина откашлялся и продолжил: — Лейтенант… — О! Это что новенькое. Моя должность сохраняется? Удивительно. — Условия и правда таковы, что вам предоставляется полный доступ к нашим делам, которые хоть как-то связаны с Мастером. И даже больше. Мы будем рады любому вашему сотрудничеству и помощи со стороны. Опыт наших американских коллег будет весьма кстати.       — Хм… Вы уж простите меня за дерзость, — нахмурилась я. — Я действительно ценю вашу открытость и активную помощь нашему отделению, но… На моём веку встречаю впервые подобное открытое и явное желание сотрудничать. Сдаётся мне, что здесь что-то нечисто… И уж если впереди дерьмо, то я его сразу же начинаю чувствовать. Так что давайте доставайте всё, что у вас есть. Не люблю играть в тёмную…       — Кхм-кхм! — тут же закашлял он, потянувшись к небольшой бутылке с питьевой водой, что стояла на его столе рядом с кипой документов. — Что ж… Вы правы, лейтенант. Проблема в вашем подопечном. Он… Он… Особенный. Во всех смыслах этого слова. И ещё это он настоял на том, чтобы именно вы и только вы были его надзирателем. После того вашего выступления на весь мир…       — Ого! — усмехнулась. — Это что же за подросток такой? Сын президента? Или ещё какой-нибудь крупной шишки?       — Нет, — отрицательно покачал головой мужчина, на ходу бледнея. Его ладони вспотели и затряслись. Он чудовищно напуган. Что тут явно происходит. Осталось только понять что именно. — Это не сын президента и… не подросток вовсе.       — Что?.. — А вот теперь удивилась я.       Романо уже собирался ответить, как дверь за моей спиной резко открылась. Обернулась, чтобы встретиться с новым гостем, который помешал нашей беседе, но… Не тут-то было. Я даже взгляд сфокусировать не успела, как передо мной промелькнуло что-то синее, а после что-то обхватило мои плечи и яростным жадным ненасытным поцелуем впилось в мои губы.       Секунды три я была подобно каменному изваянию, ничего не понимала. Мозг просто отключился, не веря в происходящее. А после сработал рефлекс. Секунда, и вот этот ублюдок, стремящийся покончить жизнь самоубийством, придавлен лицом к столу начальника полиции. Его руки заломлены мной за спиной, а длинные синие волосы намотаны на мою ладонь. Я даже не знаю, кто это… Не вижу его лица из-за коротких прядей волос, скрывающих его глаза.       Но губы… Он улыбался. Он точно улыбался.       — Да какого дьявола?! Ты ещё, мать твою, кто такой?! — закричала на этого ненормального, скручивая ему запястья ещё сильнее, но тот продолжал улыбаться.       — И… Инспектор Картер… — почти шёпотом произнёс Романо. — Это… Мукуро. Рокудо Мукуро. И… с этого момента он ваш подопечный на пути исправления.