Мой бог и мой царь.

Мальчик с бронзовой кожей, медно-каштановыми волосами и огромными темно-синими глазами сидел перед зеркалом и беззаботно болтал ногой. Услышав шаги, он мигом вскочил и подбежал к игрушкам, которые его абсолютно не занимали, но его опекун, вернее новый владелец, без меры заваливал мальчика подарками. Когда двери раскрылись, и на пороге возник высокий мужчина, Орфей* даже не поднял голову, изображая увлеченность процессом игры. Хотя он толком не знал, как нужно играть. За всю свою недолгую жизнь маленький раб не имел даже деревянной игрушки, все его развлечения ограничивались дворовыми играми с такими же беспризорниками, как и он сам. — Тебе нравится? — Гефестион присел на корточки возле своего подопечного и поставил перед Орфеем греческую игрушку - глинянного коня. — Вот конь для твоего воина. Ты хочешь быть полководцем, когда вырастешь? Глаза мальчика азартно загорелись, и он подхватил игрушечного коня. — Благодарю, — слегка запинаясь, проговорил ребенок. Александр нанял по просьбе Гефестиона, лучших учителей для мальчика, чтобы те дали ему надлежащее образование. Гефестион с гордой улыбкой потрепал мальчика по волосам и поднялся. — Пойдешь со мной на прогулку? Я дам тебе управлять конем. — Живым?! — оживился мальчик, тут же забыв про новую игрушку. — Самым живым и резвым конем Македонии! — А как зовут коня? Гефестион улыбнулся - ему нравилась эта черта в мальчике: живо интересоватся всем новым и неизведанным. — Буцефал. — А разве это не конь царя? — настороженно спросил мальчик. — Царя, — спокойно согласился Гефестион. — Что такое? Ты не хочешь объездить царского коня? — Хочу, — послышался совсем тихий ответ. — А царь там тоже будет? — Да, Александр хочет провести с нами время, не волнуйся, самое главное - будь самим собой. Хилиарх не мог знать, что его подопечный испытывает перед Александром трепетный страх, мальчик видел царя только издалека и лишь однажды - вблизи. В тот день собралось много пьяных гостей, и государь не выделялся среди них своей ясной головой. Орфей издали любовался полубожественным-полусмертным правителем, который как раз демонстрировал, что полубоги могут выпить без видимого последствия куда больше обычных людей. Мальчик так залюбовался человеком, о котором слышал только из чужих уст, что упустил из внимания, как оказался обнаруженным. Орфей испуганно потупил глаза, когда один из свиты царя жестом подозвал его. Это никак не входило в его планы, но тем не менее, мальчик призвал все свое мужество и шагнул вперед. Мужчина с волосами черными, как смоль, и пронзительным, воинственным взглядом, заливисто рассмеялся, продолжая подзывать мальчишку. — Александр, — Клит поймал подошедшего мальчика за плечи, пока тот не успел ускользнуть. — Гляди, какой охотник до веселья сыскался! Орфей повел плечом, чтобы скинуть чужую руку, но не успел осознать, как оказался уже в других руках. Его развернули лицом к царю, и тот пьяно усмехнулся, глядя на робкое выражение лица этого смутно знакомого ему "гостя". — Как твое имя? — наконец поинтересовался царь, с интересом разглядывая тонкие черты лица и необычную синеву глаз. Орфей уже постепенно начал разбирать значение слов, но сам язык еще не освоил. — У него нет речи? — усомнился Кассандр, молодой, статный воин, один из приближенных царя. — Не мели чушь, — возразил было Клит, но тут его внимание привлек красивый персидский юноша-евнух в набедренной повязке и с изящными браслетами на лодыжках - наложник Александра, Багой, подал полный поднос фруктов гостям, но сначала дав подобрать гроздь винограда самому царю. Все мужское внимание переключилось с восточных танцовщиц на прекрасного перса. Александр лишь самодовольно ухмыльнулся, поднося кубок к губам. Багой уже собрался уходить, когда среди военноначальников заметил ребенка. Но еще большей неожиданностью стало осознание того, что перед царем стоит Орфей. При Александре уводить мальчика себе дороже, но и оставлять его здесь было крайне опасно. Единственный выход в данной ситуации - как можно скорее известить Гефестиона о том, что его подопечный каким-то образом оказался в центре пьяной вакханалии. (примечание: Орфей* — происхождение неясно, возможно, от гипотетического праиндоевропейского глагола *orbhao— — "быть отделенным, лишенным" (ср. греч. ὀρφανός (орфанос) — "сирота").