Мой бог и мой царь.

Гефестион тихо рассмеялся, сжимая фибулу на плече генерала. - В чем дело? - рука Клита медленно сместилась вдоль спины хилиарха, рассеянно поглаживая острые лопатки. - Тебе совсем не жаль Кассандра? - Он по-царски избалован, даже Александр не такого высокого мнения о себе, как этот дерзкий юнец, попортивший немало моей крови. - Я не хочу становиться разногласием между вами, ты слишком много значишь для этого дерзкого юнца, и он производит впечатление беспамятно влюбленного человека, цени это. - Не станешь, - Клит разжал руки, выпуская Гефестиона. - Мне не нравится, как ты выглядишь, - критично вынес приговор генерал, рассматривая своего собеседника. - Быстро же ты меняешь мнение... Только сейчас утверждал про мою несравненную красоту, - тихо рассмеялся, снова облокачиваясь к стенке. - Я про твой вид, ты слишком бледен, - на полном серьезе проговорил брюнет. - Позволь проводить тебя до покоев. Ты должен больше отдыхать. - Ты слишком обо мне заботишься, - неловко улыбнулся пеллеец, чувствуя, что излишне обременяет Клита даже при том, что тот сам выказывает свое добровольное участие. - Мне это доставляет только удовольствие, теперь я понимаю, отчего царь так стремится проводить с тобой время. Гефестион молча отвернулся, плотно поджав губы. - Ты не можешь вечно убегать от него. Однажды Александр потеряет терпение, тогда разговор предстоит не из приятных, сам знаешь, каков он в гневе. Когда ты намереваешься сообщить ему? - Клит вопросительно кивнул на его живот под броней. - Каким образом?! - вышел из себя хилиарх, резко разворачиваясь к Черному. - Ты себе это как-нибудь представляешь? Я - нет! - Успокойся. - Он - не ты... Это... - опустил глаза на свой живот, который хорошо скрывала броня. - Это напугает его. - "Это" - его ребенок. Ты ведь не боишься того, что происходит? И Александр сможет принять. Хилиарх сглотнул, страдальчески сводя брови. - Я боюсь. - Что? - Клит пораженно взглянул на влажные глаза напротив, теряя дар речи и теряясь сам. - Мне страшно. Ты не знаешь, каково это. И я не знал, я не понимаю, почему боги послали мне это наказание... - по щеке скатилась светлая дорожка, которую генерал тут же стер с его лица, и затем бережно притянул к себе напуганного юношу. - Не называй наказанием того, кого потом ты будешь называть своим ребенком, дети - это божественный дар, и ты поймешь это, когда у тебя появится собственный ребенок. - А у тебя... есть дети? - почему-то Гефестион никогда не сомневался, что генерал уже давно переплюнул рубеж многодетного отца со своими многочисленными любовными похождениями. - Видно, боги посчитали меня недостойным этой почести, - тонко ухмыльнулся Клит: по-крайней мере, еще ни одна женщина не пророчила ему нежданное отцовство, ну не было на свете его кровинки с теми же непроглядно-черными глазами и темными, как смоль, волосами. - А ты желал бы? - На заре зрелого возраста я стал чаще задумываться о наследнике, но что не дано, то не даровано. И полно об этом, пошли, лично прослежу, чтобы ты прилег отдохнуть. - Пошли, - обреченно усмехнулся Гефестион. *** Стоя за его спиной, Клит помогал Гефестиону избавиться от броневых лат. Он осторожно снял панцирь и убрал его в сторону. - Спасибо... - сдавленно продышал хилиарх, поспешно оборачиваясь в гиматий, чтобы скрыть от генерала едва выявляющийся живот. Но Клит успел пресечь его действия, удержав руку Гефестиона и заходя спереди, чтобы получше разглядеть грубые следы, оставленные броней на слегка проявившимся животе. Клит без слов скинул худую кисть, осуждающе глядя на юношу. Тот стыдливо прикрылся, старательно отводя взгляд. - Закажешь новую, - генерал обернулся на звук, когда в покои проскользнула прислуга и, оставив поднос с едой, склонившись, удалилась. - Для тебя же будет лучше, если ты голоден, - смягчился в тоне Клит, подходя к подносу и пробуя плоды фруктов и горячее блюдо, проявляя чрезмерную настороженность. - Не отравлено, - уже с улыбкой обернулся мужчина к Гефестиону, желая изгладить резкий тон. - Твоя опека меня уже настораживает, - когда хилиарх подошел, Клит поднес к его губам кусочек баранины. - И она будет докучать тебе, покуда я не буду убежден, что ты вновь под покровительством Александра. Гефестион покорно принял пряное мясо из руки генерала. - Слишком много пряностей, - забавно сморщил нос, но все же дожевал и проглотил его с некоторым усилием, на что Клит только усмехнулся, намериваясь закормить пеллейца до отвала. *** Покидая покои хилиарха, Клит столкнулся в сенях с Кассандром. Государственный деятель нетвердой походкой измерял расстояние от сих до сих, без видимого интереса разглядывая каменные своды потолка. Услышав шаги, юноша устремил блуждающий взор на генерала и расплылся в эйфорической улыбке. - Тебе не повредил бы катарсис, - сухо подметил мужчина, проходя мимо Кассандра к своим дверям и полностью игнорируя его присутствие, прошел внутрь. Кассандр ввалился следом, не желая упускать того, кого прождал под дверьми несколько часов подряд. - Ступай к себе, - с нажимом произнес Клит, поворачиваясь к молодому диадоху, но вместо полного послушания получил глубокий поцелуй, отдающий вином. - Ты прогоняешь меня? - юноша безвольно повис на его шее, утыкаясь лицом в темные пряди генерала. - Похоже на то, - настойчиво убрал его руки и развернул к выходу. - Погоди, я не хочу уходить, - Кассандр развернулся к нему лицом и умоляюще заглянул в холодные глаза. - Клит. - Я устал, давай не сегодня. - Я ничего не требую, - честно произнес юноша, с горечью отводя взгляд. - Хотел лишь увидеть тебя. Молчание Клита смело последние робкие надежды Кассандра, и он безмолвно развернулся, чтобы оставить его, как тот и желал. - Коль прождал так долго, должно быть было, что сказать? - Клит выжидающе скрестил руки на груди. Кассандр отрицательно покачал головой и в следующий миг с замиранием в сердце почувствовал, как широкие ладони обхватывают его за талию, притягивая обратно. Смакуя, Клит начал покрывать изящную шею юноши поцелуями. - Тогда скажи, как любишь. - Вот еще... - Ведь любишь, - самоуверенно заключил генерал, убирая длинные волосы Кассандра и собственнически припадая губами к нежным изгибам длинной шеи.