Мой бог и мой царь.

Гефестион вошел в опочивальню, где находился генерал. Обнаружив Клита в сознании, но бледного и ослабшего, хилиарх не решился подойти к ложу больного. Заметив хилиарха, замявшегося у двери, Клит кивком пригласил его пройти. Боги милостивы, они дали ему возможность и дальше видеть Гефестиона, быть с ним рядом и, по возможности, оберегать. Если бы снова потребовалось пожертвовать собой ради его жизни, он бы, не задумываясь, принял любую участь. Сейчас Гефестион наверняка винит себя в случившемся, но как ему истолковать, что существование без него Клиту стало бы в тягость? Пусть он вечно будет верен Александру, и пускай в сердце хилиарха никогда не отыщется для него места, он всегда будет питать к сыну Аминтора самые светлые и возвышенные чувства. - Я... Не знаю, как я могу отблагодарить тебя. Ты спас меня, и главное, спас жизнь моего ребенка... - Я смог защитить вас, а как - это не так уж важно... - Ты мог умереть, - Гефестион потер двумя пальцами переносицу, когда слезы выступили наружу. – По моей вине... - Где здесь твоя вина? Ты не гонялся за смертью. И я жив, всё обошлось. - Как твоя рана? – окинул взглядом туго перевязанный торс генерала. - Представь, запретили притрагиваться к вину!.. – со всем негодованием возмутился мужчина. - Это ничего, - юноша окунул компресс в сосуд с чистой водой, затем с осторожностью провел им по челу генерала, стирая испарину со лба. – Я буду всячески отвлекать тебя, что просто не будет возможности грустить о вине. - Ради этого стоило получить ранение, - усмехнулся Клит, затем, понизив голос, продолжил. – Здорово я напугал Кассандра... - На нем лица не было, ему и сейчас тяжело. Клит, на тот миг мне показалось, что Кассандр готов отправиться за твоей душой прямиком к Аиду. - Когда он успел столь привязаться ко мне? - А это ты спроси у него. Поговори с ним, только не откладывай. Тебе есть, что сказать, а он... А он просто должен услышать твою правду. - Ты что-то недоговариваешь? - Недосказанность есть только между вами. *** Посреди ночи Гефестион поднялся с ложа, но, невзирая на его осторожность, Александр тоже пробудился. - Куда ты?.. – сонно пробормотал Александр, уже тянясь к амфоре с чистой водой. – Хочешь пить? - Хочу проведать Орфея, - накинул на полуобнаженное тело халат из шелковой материи. - У его покоев стоит караул, тебе не о чем тревожиться, любовь моя, - взял Гефестиона за руку и усадил рядом с собой. Раскрыв шелковый халат, переместил ладони на теплый живот возлюбленного, ласково поглаживая заветную округлость. - Он может быть все еще напуган. - Хорошо, я распоряжусь, чтобы его привели к нам. Ложись. *** Через час допросов, которые им устроил любознательный ребенок, лежа между ними в царских покоях, наконец, воцарилось затишье, говорящее о том, что Орфей уснул. - Кто бы мог подумать, - начал Александр, но Гефестион его перебил, приложив палец к губам и призывая царя понизить голос. – Извини... – виновато улыбнулся светловолосый мужчина. - О чем ты говорил?.. – шепотом спросил хилиарх, улыбаясь царю в ночной полумгле. - Что это удивительно, как ты проникся к мальчику... - Он уже стал мне родным... - Насчет родного, откуда такая достоверность, что у нас мальчик? - Он мне снился... - И какой он? Как выглядит наш сын?.. - Твой живой портрет, только глаза мои... - Лучше и не пожелаешь, - восхитился Александр, протягивая руку возлюбленному, их пальцы сплелись над головой спящего мальчика.