Лучший подарок на Рождество

Конечно же, того, чего можно было бы ожидать от других мужчин — например, любовных утех до, после или вместо завтрака — от Дэрила ждать не стоило. Для него даже поцелуй под собственноручно привязанной им над дверью омелой, похоже, был настоящим подвигом. И Кэрол этот подвиг ценила. Она отлично понимала, скольких усилий для него стоило все это: украшение дома по собственной инициативе, старательное приготовление сандвичей с кофе и этот поцелуй, говорящий сам за себя. Верней, за Дэрила, который определенно не мог произнести такие вроде бы простые слова, как: «Извини за вчерашнее. Давай попробуем снова?» Но Кэрол не так важны были слова, как поступки. Уж кто-кто, а она отлично знала, как мало порой стоят красивые слова и как много — настоящие поступки, в которых человек, как сейчас Дэрил, к примеру, даже переступает через самого себя, через пару десятков лет комплексов и страхов. И все это лишь для того, чтобы не разочаровать ее. Трогательный в своей неловкости поцелуй показался ей слишком коротким. Кэрол впервые чувствовала такое удовольствие от каждого прикосновения мужчины, от его рук, губ, горячей кожи и запаха. От его дыхания ей в висок, от голоса, которого он, кажется, почему-то тоже стеснялся, от каждого слова в ее адрес. От каждого намека на улыбку от него. Дэрил по-прежнему не решался открыто смотреть ей в лицо, но всякий раз, когда она опускала глаза, продолжая незаметно наблюдать за ним из-под ресниц, впивался в нее таким жадным взглядом, что ей становилось неудобно. Он глядел на нее так, будто она в любой момент могла куда-то пропасть, испариться, растаять, как тот снег за окном, слегка осунувшийся на крышах их автомобилей из-за резкого потепления. Сделав все приготовления к праздничному ужину заранее, Кэрол была свободна уже к обеду и, перекусив вместе с Дэрилом прямо перед телевизором, предложила: — Идём лепить снеговиков? Кажется, снег сейчас идеально для этого подходит? — Мы же не дети, — настороженно посмотрел на нее сидящий совсем близко Дэрил, который после того утреннего поцелуя касаться ее больше не решался. А она и не настаивала, выжидая и наблюдая: как далеко он решится зайти? И решится ли? — Ну и что? Идём, на диване ты ещё успеешь насидеться! Кэрол поднялась и взяла его за обе руки, со смехом потянув на себя. Наверное, она бы выглядела очень глупо, если бы он заупрямился, или вовсе, как Эд, послал ее куда подальше с ее идиотским идеями. Но Дэрил чуть сжал ее ладони в своих, послушно встал и, пробормотав тихо что-то недовольное себе под нос, натянул на плечи куртку. Кто бы мог себе представить, что уже через полчаса он будет носиться между двумя огромными снеговиками, украшая их на свой вкус найденными все в тех же коробках с разной рождественской ерундой шляпами, шарфами, осторожно вставляя пуговицы вместо глаз и сучки деревьев вместо носа. Одному из снеговиков он даже сигарету на место рта засунул и радостно хмыкнул, созерцая труд своих рук. Кажется, он даже не заметил, что Кэрол почти не принимала участия в создании этих снежных скульптур, а стояла в сторонке, выполняя его просьбы найти пуговицы или мишуру, которую он поместил снеговику женского пола под шляпку вместо волос. Дэрил был похож на увлеченного мальчишку, впервые в жизни делающего что-то просто так, исключительно ради удовольствия, что-то бессмысленное, но чертовски веселое. Вынув из куртки телефон, Кэрол сфотографировала Дэрила ровно в тот момент, когда он счастливый, со столь редкой улыбкой на губах, оглянулся на нее, стоя между двух своих творений. — Эй! — тут же нахмурился он. — Нафига? Удали, блин! — Не удалю! Но и Мэрлу показывать не стану, обещаю! Если ты, конечно, будешь хорошим мальчиком и будешь хорошо себя вести, — рассмеялась Кэрол, торопливо сунув телефон к задний карман джинсов под длинным пуховиком, доходящим ей до колен. — Давай ещё снежных ангелов сделаем? Смотри, какое отличное место! Она показала на участок нетронутого ими снега, который бы точно не обошла своим вниманием София, и, посмотрев на озадаченного Дэрила, закусила нижнюю губу. — Ясно, вы такое с Мэрлом тоже не делали. Это очень просто и весело. Нужно только лечь на снег… Смотри, как надо! Раскинув руки под его взглядом, становящимся все более изумленным, Кэрол упала в мягкий снег и пошевелила руками и ногами, оставляя след, который должен будет напоминать ангела. Небо над ней сияло чистым голубым цветом, и ей было так легко и хорошо, как никогда прежде. — Давай ты! — сказала она, видя, что Дэрил подошёл ближе. Но он, похоже, чего-то не понял, потому что вдруг опустился рядом с ней на колени, наклонился и потерся чуть теплыми губами о ее губы. Едва не застонав от этого робкого касания, согревшего ее всю в один миг, Кэрол с готовностью ответила на долгожданный поцелуй, закинув руки ему за шею и со счастливым смехом потянув его на себя. Потом им пришлось долго отряхивать от снега одежду, а следы, оставленные ими во дворе, были похожи на что угодно, только не на ангела. Зато их губы горели огнем от множества жарких поцелуев, а глаза сияли от радости. Кэрол никогда ещё не чувствовала себя такой беззаботно-счастливой, совсем как в юности, когда можно было отдаваться любому самому безрассудному порыву, ни о чем не думая. Она смотрела на Дэрила, который вертелся возле нее на кухне весь остаток дня, с готовностью помогая ей фаршировать индейку, и видела в его ошеломленно-радостном взгляде свое отражение, все такое же изумлённое и счастливое. Вечером они зажгли все гирлянды снаружи и внутри, разожгли камин и, переключив пару каналов, остановились на традиционной «Этой замечательной жизни», которую, вопреки ее ожиданиям, смотрел не раз даже Дэрил. Ужин Кэрол удался на славу, а их бокалы были полны вина и виски. Но и она, и Дэрил не столько ели и пили, сколько поглядывали друг на друга, взявшись в итоге за руки и переплетая пальцы все крепче и крепче. Когда фильм закончился, а остатки слишком обильного для них двоих ужина совместным решением были отложены на завтрашнее утро, а может быть, даже и обед тоже, Кэрол подлила себе ещё немного вина и потянула Дэрила за руку вниз. Он удивленно посмотрел на нее, удобно устроившуюся на мягком ковре у камина, поколебался мгновение и сел рядом. — И как тебе наше Рождество? — спросила Кэрол, положив голову ему на плечо и глядя в потрескивающий огонь перед собой. Никогда раньше она не чувствовала себя такой счастливо-взволнованной каждым взглядом и касанием находящегося рядом мужчины. И то, что его взглядов, касаний и слов было так мало, лишь больше подогревало ее и без того раскаленные до предела чувства. — Настоящее, — кивнул Дэрил и чуть повернул голову, неловко чмокнув ее куда-то в висок. Кэрол улыбнулась, немного отстранилась, поставила бокал на столик и покачала головой. — Нет. — Нет? — удивился он, озадаченно на нее глядя. — Кое-чего нам все ещё не хватает, Дэрил. Думаю, ты в курсе, что на Рождество ещё принято распаковывать подарки. Взгляд Дэрила тот же миг стал почти отчаянным. — Я не… — начал он виновато, но Кэрол приложила палец к его губам. — Ш-ш-ш… Подожди, я ведь не договорила. Без подарков Рождество настоящим не получится, так что я предлагаю приступить к распаковке прямо сейчас. Она протянула руку и осторожно расстегнула верхнюю пуговицу на его рубашке. Потом вторую, третью. Он наблюдал за ней, затаив дыхание. Кэрол вполне допускала, что он может сейчас отодвинуться, встать, сбежать, и была готова к этому. Готова была не расстраиваться и терпеливо ждать дальше. Или не очень терпеливо, главное, чтобы он не убегал слишком далеко и надолго. Но он оставался на месте, и она взяла его руки в свои, поместив их под свой свитер, который уже через минуту, когда Дэрил сообразил, что это не шутка, что это по-настоящему, отлетел куда-то далеко за диван. Остальная одежда, ну точно как обёртки бумаги, была так же торопливо и нетерпеливо отброшена в сторону. Они больше не могли ждать, им нужно было смотреть, трогать, наслаждаться. Друг другом. Самыми лучшими подарками в это Рождество из всех возможных.