Лучший подарок на Рождество

Дэрил никак не мог осознать реальность происходящего с ним. Он столько раз слышал о том, что в Рождество случаются чудеса, но веру в них утратил ещё в глубоком детстве, когда ждал, просил и мечтал, да так ничего и не дождался. Может быть, у других людей чудеса и были, только не у него. В то, что чудо может произойти с таким, как он, Дэрил давно уже не верил. И все же это чудо было здесь, рядом с ним, на него можно было смотреть, его можно было трогать, обладать им так, как не представлялось возможным даже в самых смелых фантазиях. Всего несколько дней назад Кэрол, лежащая на мягком ковре у камина, совершенно обнаженная, позволяющая ему смотреть во все глаза, трогать, где ему вздумается, гладить, целовать, облизывать, прикусывать, слушать ее стоны, наблюдать и повторять снова и снова самые удачные движения, казалась ему фантастикой. Всего несколько дней назад он совершенно не хотел с ней знакомиться, не хотел смотреть на нее, разговаривать с ней. Сейчас же всеми его мыслями, желаниями и стремлениями владела лишь она одна, так же жадно глядящая на него, с таким же страстным пылом касающаяся. Ему и в голову не могло никогда прийти, что кто-то когда-то будет относиться к нему с такой нежностью, с таким трепетом изучать его тело, не пропуская тонкими нежными пальцами ни единого сантиметра. Он даже в самых жарких мечтах не мог представить ее, одним лёгким движением руки вынуждающую его лежать спокойно. Ее, оказывающуюся сверху, изгибающуюся в отблесках огня из потрескивающего камина, громко стонущую его имя, склоняющуюся для поцелуя, позволяющую ему крепко держать ее за бедра и глубокими толчками проникать внутрь все быстрей и быстрей, пока перед глазами не вспыхнул самый настоящий салют, пока она с громким стоном не опустилась обессиленная ему на грудь, пока он не умер и не воскрес снова. Она продолжала лежать рядом и после, прижавшись к его боку, устроив голову у него на плече, закинув одну ногу на его бедра и выводя пальцами какие-то узоры на его груди. — Что ты на меня так смотришь, солнышко? — с улыбкой тихо спросила она и прижалась нежным поцелуем к его ключице. — Понравилось? — Ты же не видишь, — хмыкнул Дэрил. Отвечать на второй вопрос нужды не было. Она и сама прекрасно знала ответ. — Не вижу, но чувствую. — Никак не пойму: это сон или сказка, — признался он честно. — Сказка, Дэрил. Я твоя зимняя сказка, — прошептала Кэрол, чмокнув его в грудь. Она слегка приподнялась над ним, заглянула в глаза затуманенным взглядом, подарила ещё один долгий и нежный поцелуй, а потом стянула с дивана плед, накрыла им их обоих, снова легла и чуть повозилась рядом, словно поудобней устраиваясь для сна. — Только зимняя? — едва слышно спросил Дэрил. Но она услышала. Снова подняла голову, задумчиво посмотрела ему в глаза, едва слышно вздохнула и странно улыбнулась. — А это уже зависит от тебя. Он ещё долго ломал голову над тем, что она имела в виду, перебирая пальцами ее кудряшки на затылке. А она в самом деле уснула, свернувшись у его бока, обнимая его одной рукой и щекоча его кожу своим тихим дыханием. Дэрил смотрел на нее, пока глаза окончательно не слиплись: ему хотелось запечатлеть в памяти каждое мгновение этой ночи. Ведь наутро волшебство наверняка развеется и его рождественская сказка превратится в печальную реальность. И вправду, проснулся он уже совсем один у остывшего камина, накрытый по самую шею мягким пледом. Дэрил со стоном сел на ковре, потерев пальцами виски, и попытался понять: то, что вчера было, это было на самом деле или все же приснилось ему, когда Кэрол, как обычно, поднялась к себе наверх спать, а он, выпив лишнего, свалился с дивана?.. Он не без труда отыскал на полу трусы и джинсы, натянул их на себя и огляделся в поисках рубашки. Ничего похожего на нее рядом не было, и Дэрил, решив, что и впрямь забыл ее в ванной комнате перед сном, вышел в коридор. Услышав знакомые звуки из кухни — Кэрол готовила завтрак — он не решился войти сразу и сначала пошел умываться. Рубашки не нашлось и в ванной, где Дэрил долго плескал себе в лицо ледяной водой. Чем больше проходило времени, тем ясней становилась его голова. Выпил он вчера совсем немного, да и все случившееся вспоминалось слишком подробно. Значит, между ним и Кэрол в самом деле все было. Было. Это слово забывать никак нельзя! Глядя на себя в зеркало, Дэрил пытался убедить себя в том, что он все прекрасно понимал с самого начала: надеяться на что-то, что станет большим, чем развлечение для Кэрол на одну ночь, было просто глупо. И все же дурацкая надежда, свернувшаяся крохотным клубком в самом дальнем уголке его души, была жива. И стала очень быстро воскресать, разворачиваясь в полную мощь, когда он открыл дверь на кухню и сразу увидел стоящую к нему спиной у плиты Кэрол, в одной его рубашке, судя по всему, на совершенно голое тело. Дэрил шумно сглотнул, все ещё не уверенный в том, что он все-таки проснулся, ведь это было слишком уж похоже на продолжение чертовски счастливого сна. Кэрол оглянулась с лопаткой в руке, сладко улыбнулась ему, даже не пытаясь придержать распахнувшуюся от резкого движения расстегнутую рубашку, и сказала: — Доброе утро, пупсик. — Угу, — настороженно произнес он и подошёл поближе, заглядывая ей через плечо на гору аппетитных оладий и все ещё не решаясь касаться ее. — Ты уже видел, что творится за окном? — спросила она, вернувшись к плите, успевая следить за закипающим кофе и искоса на него поглядывая с непонятным выражением лица. — И чего там? Не дождавшись ответа от Кэрол, Дэрил подошёл к окну и невольно поморщился. Снег таял и таял быстро. Вчера на улице уже было довольно тепло, а сегодня, очевидно, потеплело ещё сильнее. Слепленные ими снеговики были похожи на бесформенные горки с расплывшимися по ним украшениями, а кое-где даже виднелись следы зелёной лужайки, выглядывающей небольшими островками из-под снега. С крыши то и дело срывались крупные капли и создавалось впечатление, будто на улице идёт дождь. — Если так дело пойдет дальше, то завтра после обеда, наверное, можно будет выезжать, — сказал он неуверенно. Была бы его воля, метель бы здесь длилась вечность, не отпуская Кэрол никуда и никогда! — Завтра? — напряжённым, почти чужим голосом переспросила она. — Ну, сегодня ещё точно нет, увязнем по-любому. Завтра — это в лучшем случае ещё, — пожал Дэрил плечами и вдруг замер, ощутив ее прикосновение. Голой спиной он чувствовал ее обнаженную кожу. Ее грудь, выскользнувшую из-под распахнутой рубашки. Ее руки, скользнувшие по его торсу, погладившие живот и замершие на поясе джинсов, у самой молнии. — Вообще-то, когда я ехала сюда, я планировала остаться здесь до Нового года, — прошептала Кэрол, задевая губами его ухо. — А ты? — Угу, — кивнул Дэрил, с трудом концентрируясь на смысле сказанных ею слов. — Так зачем нам менять свои планы и уезжать отсюда уже завтра? Он развернулся к ней и, приподняв пальцами ее лицо за подбородок, требовательно уставился в ее спокойные улыбающиеся голубые глаза. — Ты уверена? — пробормотал Дэрил почти жалобно, понимая, что, если это вдруг окажется просто шуткой, он просто не вынесет. Но она выдохнула ему прямо в губы, поднявшись на цыпочки: — Да, да, и ещё раз да! Оладьи остывали возле плиты вместе с разлитым уже по чашкам кофе, а Дэрил, смахнув с обеденного стола все лишнее, к счастью, небьющееся, прямо на пол, опустил туда подхваченную им на руки Кэрол. Завтрак подождёт. Он ещё не успел сполна насладиться своим рождественским подарком.