Ученица

У меня были женщины. Не шлюхи и не девочки на одну ночку из клубов. Женщины, которых я вполне уверенно называл своими. С одной я был целых четыре года. Она была умна, достаточно симпатична. Нет, она не была типа модельной внешности, как того требуют современные стандарты, как и не была одним из кандидатов наук, неким светочем будущего. Она была просто женщиной, совершенно обычною для кого-то, но достаточно особенной для меня. С которой мне было легко и свободно в общении и хорошо в постели. К которой я мог почти что в любой день завалиться, чтобы отдохнуть от своей тяжелой работы. Сходить в уютный ресторан, а то и просто поесть заботливо приготовленной ею домашней еды, чтобы под конец вечера оказаться в ее тёплой постели. И это я называл отношениями. Потому, что других в то время мне было не нужно. Потому, что работа отнимала все мое свободное время. И я, чуть добившись чего-либо, продолжал все также стремиться покорять новые из вершин, не тратя времени на любовные сантименты. Хотя, в то же время, и признавал, что за всю мою жизнь эта женщина была единственной, с кем бы я мог завести ребёнка. Любила ли она меня? Я иногда задумывался об этом, и каждый раз приходил к выводу, что наверное, да. Хоть она никогда и не говорила об этом. Но все же из раза в раз продолжала принимать почти что в любое время, и я ни разу не видел её с другими. Так как она даже не настаивала на свадьбе, продолжая так бескорыстно отдавать мне свое тепло и не требуя ничего взамен. Я думаю, что любила. Любила, наверное, слишком сильно. Но все равно пожелала уйти, стоило ей узнать то, что я состою в клане. Что я не такой хороший, как она думала обо мне. И я отпустил её за так просто, зная, что она умна ровно настолько, чтобы не выдать никому мою тайну. Возвращая ей обратно подаренную мне когда-то свободу. И не убиваясь из-за разрыва слишком уж сильно. Так любил ли я сам её? Когда то я думал, что тоже да. Мы ведь были с ней вместе длинных четыре года. Ведь я действительно в какой-то момент хотел жениться на ней и потом завести вместе с ней долгожданного малыша. Любил ли я её? Только в то утро я понял, что нет. Я был привязан, определённо, но не любил. Потому что просыпаясь в то утро, наше первое утро с тобою в одной постели, я испытал такое невероятное счастье, которого не ощущал ни единого раза доселе. И, ещё держа тебя в кольце своих рук, глядя на тебя еще спящую, отчаянно пытался запомнить каждую мелочь. Вдыхая поглубже запах твоих волос и вслушиваясь в такое спокойное дыхание. Наслаждаясь всецело тобою, так безмятежно лежащей в моих объятиях, спокойствием от этого и своим собственным трепетом. И, разумеется, таким тягучим и сладостным поцелуем, который ты подарила мне, только проснувшись. Твоей улыбкой. Ласковой и безмятежной. И, разумеется, совсем не позволил тебе подняться с нагретого ложа, схватив в охапку. - Так ты расскажешь мне, почему все это? - спросил я, продолжая все так же внимательно всматриваться в твоё лицо. Вполне искренне радуясь тому, что через пару минут ты все же прекратила свои слабенькие попытки вырваться на свободу и осталась лежать рядом со мною. Что ты желала быть рядом со мною. Внутренне ещё содрогаясь от мысли, что ты снова закроешь свой маленький рот на неприкосновенный замок. - Хотелось, - ты протянула явно делано равнодушно, беспечно пожимая плечами. Явно понимая, что я намекаю на желанный тобою секс и двухнедельный соблазн. Что прошу тебя объяснить, почему ты так поступила. Не говоря мне почти что ни единого слова. Что хочу поговорить сейчас. И я, кажется, вполне мог бы поверить, что тебе просто этого захотелось. Как в ту ночь, когда мы были в том клубе. Что я был тобою желанен. Просто попался под руку. Если бы не страшная тайна, что легла меж нами, словно непреодолимая пропасть. Если бы твоё сердце вмиг не забилось настолько сильно, что готово было выскочить из грудной клетки. Если бы ты давала всем без разбора. Но все это было не так. И я отчаянно хотел знать, почему. Что ты чувствуешь, даже узнав всю правду. - Я думал, что ты меня ненавидишь, - я произнёс это медленно, стараясь тебя подтолкнуть к ответу. Боясь в самой глубине своей чёрной души, что ты действительно все ещё ненавидишь меня. Что это ночь значит для тебя не более, чем пустой звук. Не более, чем простое желание плоти. - Я очень хотела тебя ненавидеть, - ты произнесла это очень тихо, отворачивая голову и смотря влево куда-то. Снова не на меня. Точно боясь своего же ответа. - Я думала, что должна тебя ненавидеть, - твой голос упал ещё тише. - За друзей. Ведь ты не солгал мне тогда, в последнюю нашу ночь, даже не сказав мне ни слова, я уверена в этом. Ведь я все видела своими глазами. Но я не смогла. Выдавила ты из себя еле слышно, комкая одеяло и все так же не смотря мне в глаза. - Я пыталась забыть эти полтора месяца, правда, - ты выглядела так, будто плачешь внутри. - Хотела оставить в прошлом, просто забыть. Даже пробовала встречаться с другими, как бы ни было это противно. Даже несмотря на то, что они были такими пустыми, и их слюнявые поцелуи приносили мне вовсе не дрожь, а мерзкую тошноту. И мне казалось, что я почти что забыла. Пережила все, даже смирилась. Как ты вновь появился и эти чувства вернулись! Ты выкрикнула эту последнюю фразу, ударяя меня в грудь руками и больше без страха заглядывая в глаза. Так что было в твоих очах в тот момент? Какое-то слепое отчаяние. Не ненависть. И тепло. Все в вперемешку. - Ты хотя б представляешь, каково мне было? - теперь была злость. - Думать, что ты убийца и отчаянно стараться избавиться от дурацких ночных видений? Стараться держаться как можно дальше и, одновременно, мечтать быть с тобою рядом. Убеждать себя, что я тебя ненавижу за все и ласкать себя каждой ночью, представляя твои лишь руки. Ты знаешь хоть, каково это? Последний удар и ты опускаешься мне на грудь, продолжая дышать как после бега. Так же громко хватая воздух. Все так же разрываясь на части и страдая от этого. - И поэтому я решила переспать с тобою, надеясь, что мне станет хоть чуточку легче, - закончила ты, продолжая доверительно прижиматься ко мне. - Но мне не стало. Ты хоть знаешь, какого это? - Знаю, - я ответил тебе почти эхом. - С тех пор как встретил тебя, я это понял. *** Я не помню, сколько мы лежали вот так. Прижимаясь друг к другу. Наслаждаясь друг другом, и не требуя ничего больше. Много, мне кажется, целую вечность. Потому, что ты была у меня теперь. Потому что я был у тебя. И в тот сладкий миг это зыбкое "мы" казалось мне почти нерушимым. Но, как бы мне не хотелось лежать с тобой рядом и далее, я знал, что моя работа не позволяет отсрочки и фальши. И пропустить хотя бы один из дней в столь жаркое время было бы слишком губительно и убыточно как для меня, так и для остальных парней моей банды. Поэтому я все же поднялся с нагретой постели, когда стрелки подошли к десяти, очень уж нехотя выпуская тебя из своих объятий. Ну а ты, ты просто поцеловала меня в губы ещё жарче и попросила вернуть тебе твой мобильник и провести к ноутбуку вай-фай. Сказав, что ужасно соскучилась по мировой паутине и своим тайным файлам. Отчего я снова почувствовал очень уж неприятное жжение внутри. Потому, что не позволял тебе оного эти дни не из простого желания запереть тебя в четырёх стенах, отгородив от мира. Только лишь отгородить от отца. Так как с точностью знал, что любая твоя попытка установить контакт не только с ним, но и даже с любимой подружкой, вмиг станут для его поисковой группы известны. Что и поможет им вычислить мой, даже самый оснащенный и тайный дом, за считанные часы. Что тебя заберут у меня. Но, все же напоминая себе о том, что не смогу держать птичку в клетке слишком уж долго. Что ты умная девочка и, если захочешь сбежать, то рано или поздно все равно найдешь этот единственный способ. Наскоро и, наверное, слишком сухо и холодно объяснил тебе положение дел со связью. После чего, так и не взяв с тебя обещания, что ты не используешь интернет, чтобы тебя нашли, просто ушёл на работу. Давая тебе тем самым свободный выбор. Твой собственный выбор. Даже со всей четкостью понимая, что отпустить тебя от себя я был ещё совсем не готов.