Ночной ветер

— Что ты думаешь о моих младших товарищах? — спросил Гриндевальд, когда последний гость был отправлен в выделенную ему комнату, и они с Виндой остались в зале вдвоём. Винда на секунду задумалась, склоняя голову набок в своём привычном жесте. — Думаю, что сегодня мы стали намного сильнее. Большинство этих людей внушают доверие, — протянула она, — на первых порах. — А что ты думаешь о тех, кто не внушает? — прищурился Геллерт. Ему действительно было интересно, совпали ли их точки зрения снова. Знаком указав ей идти следом, он вышел из зала и двинулся в сторону своей спальни. Сегодня его настроение располагало пройтись по просторным коридорам. К тому же, подслушать разговор хозяина в Нурменгарде было физически невозможно: все, кто сейчас мог им встретиться, вдруг вспоминали про неотложные дела в другом месте. Действие этих чар было очень похоже на магглоотталкивающие, и они оба находили это весьма ироничным. — Полагаю, Стефан Крауз имел к вам какое-то отношение во времена вашей учёбы, — разумеется, она поняла, про кого он спрашивал в первую очередь. — Вы ему не доверяете, но он всё равно здесь. Вероятно, он представляет какую-то особую ценность. Он был вполне удовлетворён, но отчего-то желал услышать больше. — А если бы я попросил тебя предположить, как мы можем быть связаны? Она слегка ухмыльнулась, а потом взглянула прямо на него. — Я думаю, что это как-то связано с вашим исключением из Дурмстранга. Возможно, он приложил к этому руку, — она слегка задумалась. — Косвенно, разумеется. Гриндевальд ответил на её полуулыбку. Конечно, она догадалась. — И что же навело тебя на такие мысли? Он открыл дверь своей спальни, пропуская её вперёд. — Когда вы нас оставили, — Винда остановилась посреди комнаты и повернулась к нему лицом. — Он сразу же начал убеждать меня в том, что, несмотря на дурные слухи, Думрстранг является надёжным и безопасным учебным заведением, — она все ещё улыбалась. — И что либеральный подход к деятельности студентов не мешает руководству принимать крайние меры в случае прямой угрозы. От мистера Крауза так и веет аурой веры в систему. Он её часть. Геллерт с удовлетворением отметил, что её напряжение улетучилось, и теперь перед ним снова стояла его проницательная сторонница, которая, порой, видела в людях то, что он сам мог пропустить. Такая Винда нравилась ему куда больше напряжённой и растерянной. Беспомощность была ей не к лицу. Она была рождена, чтобы обладать силой. Как и он. Гриндевальд остановился напротив Винды, вглядываясь в её лицо и находя там отражения своих мыслей. Это завораживало. Он испытывал что-то подобное больше двадцати лет назад, но сейчас ощущение было сильнее. С Альбусом Дамблдором у них была общая тяга к новому, а с Виндой к этому прибавилось и общее видение будущего, и одинаковый взгляд на средства достижения целей... — Как ты думаешь, Стефан поверит в нашу систему? — он поднял руку и очертил её подбородок большим пальцем. — Станет её частью? — Я думаю, что нам стоит дать ему шанс. В следующее мгновение она накрыла его руку своей, и они одновременно потянулись друг к другу за их привычным глубоким поцелуем.

***

Следующим утром он проснулся в одиночестве и обнаружил, что книга со сказками лежит на прикроватной тумбочке с другой стороны. Впрочем, скорее всего, она лежала там со вчерашнего дня. Недовольно отмечая, что из-за её раннего ухода они не смогут поговорить до завтрака, он трансгрессировал в столовую, надеясь, что этим утром срочные дела обойдут его стороной. Так и произошло: после завтрака они вдвоём трансгрессировали в кабинет. — Я прочитала последнюю сказку, — сразу начала Винда. — Бузинная палочка? — спросила она, кивая на его ладонь. Геллерт явно её недооценивал. Альбус и то сообразил не сразу, непонимающе уставившись на него, когда прочитал всю книгу, данную без каких-либо пояснений. — Как ты догадалась? — спросил он, протягивая ей древнейший артефакт. — Подумала, что вас вряд ли способны впечатлить прыгающая посуда и вырезание органов, — она снова улыбнулась уголком губ, принимая у него из рук палочку и рассматривая её со всех сторон. Геллерт невольно засмотрелся на неё в этот момент. Неужели кто-то действительно мог принять её за пустышку, вечно маячущую рядом для отвода глаз? Ему теперь казалось, что её окружала аура опасности, тёмной магии и непокорности существующему укладу, и это завораживало. — Я давно заметила, что ваша палочка старше всех жителей крепости вместе взятых. Вы не склонны к сентиментальности и не больны манией чистоты крови, поэтому версия с семейной реликвией отметается, — она стала серьёзнее и протянула палочку назад. — Ты помнишь заклинание, вызывающее синее пламя, которое я испробовал в Париже? — спросил он, опуская голову набок и игнорируя её протянутую руку. — Сотвори его. Тень искреннего удивления прошлась по её лицу. — Для этого заклинания нужна магическая сила, намного превосходящая мою. Она, казалось, искренне не верила в свои силы в этот момент, и это вызвало у него ухмылку. Конечно, это подсильно не каждому, но в её магических способностях он не сомневался никогда, хоть и редко становился их свидетелем. Гриндевальд верил, что сила магии зависит от силы характера и от самой личности, а у Винды с этим точно не было проблем. — Для любого заклинания нужно лишь почувствовать, как его сотворить. Попробуй, сила палочки поможет тебе понять принцип, и ты сможешь повторить это со своей. Он отошёл на пару шагов назад, наблюдая. Винда неуверенно перехватила палочку на привычный манер, и лицо её приобрело сосредоточенное выражение. То, что заклинание было придумано ими самими, а потому являлось невербальным, очевидно, добавляло сложности. На кончике палочки загорелся и тут же погас синий огонёк. — Это заклинание может работать по-разному в зависимости от твоих намерений. Создай вокруг нас стену, через которую не пройдёт ничего,и внутри которой будет действовать твоя магия, несмотря на все возможные ограничения извне. Не зацикливайся на том, что ты видела, думай о сути. После ещё нескольких неудачных попыток, результатом которых стал лишь вновь показывающийся и гаснущий огонёк, Гриндевальд подошёл к ней и положил свою руку поверх её, направляя магию. Он плавно повёл их руками, и вокруг них образовалась полупрозрачная синеватая сфера, по своему свечению действительно напоминающая огонь. — Интересная концепция, — протянул он, оглядываясь, и отпустил её руку. Сфера продержалась ещё несколько секунд и медленно потухла. Винда закусила губу. Порой она была слишком требовательна к себе. — У тебя есть время до обеда, чтобы натренироваться, потом у нас дела. Он вытащил из кармана мантии Винды её собственную палочку и покинул комнату, оставив озадаченную соратницу наедине со своим приказом и самым сильным магическим артефактом в мире.