Ночной ветер

— Ты в порядке?! Геллерт всё ещё не мог поверить, что Винда стояла перед ним живая. Его реакция на её пропажу выбила его из колеи. Не зная, где она и что с ней, он чувствовал колющий дискомфорт, нарастающий с каждой минутой. Всё, о чём Геллерт мог думать, это то, как её вернуть, и на это сразу же были пущены все силы Нурменгарда. — В порядке... — выдохнула она куда-то ему в шею, и её голос сорвался, опровергая её слова. — Я... в порядке... — Всё хорошо... хорошо... Я рядом, — он шептал ей в волосы и судорожно прижимал её к себе сильнее, не зная, кого успокаивает этим больше. Когда наваждение начало спадать, он понял, что на них смотрит половина Нурменгарда, но у него не было сил оставить Винду сейчас, поэтому он просто сжал её крепче и трансгрессировал в свою спальню. — Всё хорошо, всё закончилось, ты дома... Он прижимался лицом к её волосам и гладил её плечи, медленно приходя в себя и по крупицам собирая утраченное самообладание. Он знал, что допустил слабость, но сейчас это было не важно, и Гриндевальд решил простить себе это. Винда перестала плакать, но дышала тяжело, пряча лицо в его рубашке. Ему нужно было собраться. — Ты ранена? — он мягко отстранил её и осмотрел. В глаза бросились окровавленные запястья. Геллерт взял руки Винды в свои и поднёс их к губам, позволяя себе целовать её пальцы, пока раны медленно исчезали. Он не думал, что делает и как это выглядит. Это было совершенно не важно по сравнению с тем, что сегодня он мог потерять её насовсем и снова остаться один. На миг — дольше он не позволил — его разум нарисовал картину того, как он жил бы, если бы Винда Розье исчезла из его жизни. Как просыпался бы, руководил чередой сменяющих друг друга сторонников, создавал новые заклинания, строил планы — один, не зная, что думает по этому поводу она, не ощущая её рядом — разумом, телом, душой... — Тебе нужно отдохнуть, а утром мы поговорим, — мягко произнёс Геллерт, собравшись с мыслями. Он подхватил её на руки, хотя в этом и не было никакой необходимости, и опустил на кровать прямо в одежде. — Они хотели знать координаты крепости, — когда она заговорила, голос её был ровным. — Крауз трансгрессировал почти отсюда, он мог бы вычислить местоположение сам, но они хотели, чтобы я сказала. Гриндевальд замер. Он понял. Они хотели, чтобы она его предала, и тогда их воссоединение стало бы невозможным. По их мнению. Может быть, по её тоже. Но Гриндевальд никогда не отказался бы от неё так легко. Ей совсем не обязательно было сейчас об этом знать, но он понимал, что жажда избавиться от боли Круциатуса не определяет верность. По крайней мере, в случае Винды. Он был в ней уверен и простил бы ей, даже если бы она под пытками рассказала им всё, что знала. Узнав, что она попала в лапы Аврората, всё, чего он желал, это найти её живой. — Гриндевальд? — Да...— он мотнул головой и вздохнул, возвращаясь к реальности. — Благодаря тебе, Крауз в наших руках, и мы выясним, что ему было нужно. Завтра. Винда не стала ничего отвечать и расслабленно откинулась на подушки. Вскоре она заснула, а Геллерт всё сидел рядом и не мог найти в себе силы, чтобы обойти кровать и лечь. Тревога не желала отступать. Сейчас Винда была рядом, но сегодня она подверглась опасности в стенах этой крепости, а он узнал об этом лишь спустя несколько часов. Нужно было что-то придумать, чтобы такого больше не повторилось. Их враги узнали про его слабость и теперь будут бить прицельно. Он должен её защитить. И он защитит. Поразмыслив, Гриндевальд призвал с полки довольно неприметную книгу и пробежал глазами по содержанию. "Протеевы чары".