Звенья цепи

      Вокруг множество теней. Плотные, почти осязаемые, они как стражи в этом необычном мире грез. Но внутри тревога, ползет от сердца по венам до кончиков пальцев, сковывает. Мир смазывается, силуэты становятся тяжелее, разрастаются как густой туман ранним утром. Превращаются в плотный кокон, который не дает сделать вдох. На месте нельзя стоять, надо двигаться. И каждое движение тонет в этом бесплотном тумане, заставляет склониться к сухой земле. Нова упирается руками, чувствует ладонями грубые обезвоженные трещины, открывает рот для глубокого вдоха. Кажется, что от нехватки воздуха начинает болеть голова — с затылка крадется к вискам, опоясывает плотным обручем, давит, заставляет кровь гудеть в ушах. Призрак качает головой, пытается этим бесполезным движением скинуть неприятное ощущение, к которому примешивается назойливый, неразборчивый шепот. Он что-то хочет. Требует. Гремит набатом в ушах.       И отступает. Нехотя удаляется, вместе с расползающимся туманом, среди которого два белых пятна. Они отгоняют от Новы что-то чужеродное и опасное. Тоже — требовательные. Велят проснуться, но сон, липкий, как ползучие лианы ядовитых, диких планет, не отпускает просто так жертву.       Возвращение в реальность болезненное. Резкий удар о стену спиной выбивает воздух из легких. Нова успевает выставить руки, прежде чем упасть на пол. Непозволительная беспечность так уснуть на корабле протоссов.       — Сколько же от тебя проблем, терран. — голос Аларака раздражен. Призрак поднимается на ноги, смотрит на него и испытывает невольную благодарность. Пусть метод пробуждения жесткий, но действенный. Недалеко от Владыки стоит Аладар, вглядывается внимательно и любопытно.       — В чем дело? — голос хрипит после пробуждения, призрак прочищает горло, морщится от легкой боли, дающий в затылок.       — Ты как паразит. Тянешь из всех энергию, и теряешь ее, не в силах с ней справиться. — из слов Аларака ситуация понятнее не становится. Только больше объяснений он давать не собирается, выходит из комнаты, оставляет призрака на пару с приставленным к ней талдаримом. Нова чувствует раздражение на происходящее. Надевает форму, старается не смотреть в сторону Аладара. Молчание затягивается, не прерывается и тогда, когда призрак выравнивается, складывает руки на груди. Ей хочется защититься от этого странного взгляда, от ощущения, словно она зверушка под пристальным взглядом биолога.       — Ученого, терран. Мы изучаем все аспекты параллельно. — поправляет ее Аладар. — И я, похоже, знаю, что с тобой делать. Пока же тебе не следует снова засыпать.       Нова кивает. Аладар тоже уходит, оставляет ее в одиночестве. Вовремя, потому что руки призрака начинают едва дрожать, изнутри расползается жар, но ей больше холодно. Лихорадка. Не хватает только заболеть на корабле этих нелюдей.       Болезненные ощущения отпускают ее через долгое время, к моменту, когда ученый успевает вернуться. По его виду можно сказать только, что он недоволен, напряжен и задумчив. Еще Нова замечает, что на нем боевой доспех, тоже с накопителями, сплетающимися в центре груди. Напоминает мишень.       — Идем, терран.       Помещение, куда ее привел Аладар, большое, светлое от энергетических стен. Помимо их двоих никого нет, но Нова чувствует, что за ними наблюдают; ей любопытно, что они здесь делают. Прежде объяснений, протосс цепляет на ее руки псионные браслеты, которые накануне были оставлены в арсенале.       — Бой? — предполагает Нова, встряхивает рукой, проверяя крепление оружия, чтобы оно не скользило по ее костюму.       — Да. Возможно, истощение твоих сил позволит спать нашим солдатам спокойнее. Готова?       Нова активирует клинки. Энергия кружится вокруг нее, неравномерно выплескивается пламенем, подсвечивает серую кожу протосса красными бликами. Тот ощутимо поморщился.       — Отвратительный контроль.       Нову это задевает: призраки являются элитой в терранской армии, она — одна из лучших, и такая оценка ее способностей кричит о беспомощности перед этими существами.       — Всегда есть к чему стремиться. — видимо, таким образом Аладар пытается ее утешить. Он активирует свое оружие: клинки чистой энергии едва дрожат, кажутся тонкими и хрупкими, едва ли не стеклянными.       — Активирована программа тренировки с одним противником. — телепатический голос оператора сопровождает появление фантомного приверженца. По негласной команде готовности тень нападает на талдарима. Схватка короткая, показательная: Аладар слитным движением отбивает направленные в грудь клинки и по инерции движения перерезает грудную клетку противника. Тень замирает.       — Подобный способ контролирования клинка позволяет точечно лишить брони или даже пробить ее. — поясняет ученый. Призрак осматривает повреждения: броня вспорота ровными, параллельными линиями, и сквозь нее видно зияющие дыры в фантомной коже. Аладар изменяет клинки — они становятся плотнее, энергия по лезвию неравномерно дрожит. Еще один удар в центр тела сминает нагрудник приверженца, и тот наконец рассыпается красной энергией.       — Это два принципиальных отличия. При должной тренировке можно подстраиваться под каждого противника.       Нове также понятно другое: второй удар существенно лучше пробивает щиты, нежели первый, которым можно добить врага. На этом краткая лекция оканчивается. Их бой напоминает больше обучение с инструктором: Аладар только защищается, комментирует ошибки и промахи призрака. Нова использует новую информацию, перестраивается, пробует атаковать иначе.       По ощущениям призрака проходит около двух часов. Мышцы слабо гудят от напряжения, что ее удивляет. Выносливости должно хватать на большее время. Правда, против терранов. Да и как успела заметить Нова, любое движение Аладара — математически выверено по силе и смещению. Они скупые, не позволяют потерять капли преимущества в положении. Их одиночество нарушает Аларак. Не вмешивается, ничего не говорит, только наблюдает. Благодаря азарту Нова почти не ощущает раздражения от такого пристального внимания. Бой останавливает Аладар: блокирует клинки террана на уровне ее груди. Красный отблеск энергии отражается от желтых зрачков протосса, Нова замирает: она четко улавливает в коротком мгновении желание уничтожить все.       — Вижу, вы закончили? — интересуется Владыка.       — Да.       — Второй достал требуемые образцы. — по мнению Новы это звучит как приказ немедленно свалить. Заинтересованный ученый вряд ли видит подобный подтекст, и покидает тренировочную комнату.       — Тебе рассказали на счет Рак-шира, терран?       — И то, что мне его вряд ли избежать — тоже.       — Замечательно. Мне придется заняться твоей подготовкой. Удовольствия в этом мало, — Аларак обходит ее по кругу, как хищник, — но твой проигрыш мне сейчас ни к чему. Впрочем, — Нова чувствует усмешку в его тоне, — твоим друзьям тоже.       — Что? — все тело призрака напрягается. Да, она на корабле инопланетян, которые сильнее ее, но если дело касается «Грифона» и его экипажа…       — Их корабль преследует нас на достаточно безопасном расстоянии. Пилоты их еще не заметили, а я не отдаю приказ на уничтожение, потому что ты, не взирая на проблемы, можешь оказаться полезной.       — Например, быть щитом между тобой и остальными посвященными? — Нова убирает клинки и скрещивает руки на груди. Алараку доверять не стоит, призрак помнит, чем закончился их договор на Вардене. И терпеть очередную манипуляцию не желает. Владыка смеется. Подходит к ней вплотную, поднимает руку, скованную темной броней. У Новы перехватывает дыхание от псионной удавки, достаточной, чтобы наглядно продемонстрировать разницу в положении и силе.       — Талдаримы амбициозны, терран. Так что не пытайся торговать со мной чужими жизнями. Понятно? — после кивка призрака, Аларак отпускает свою хватку и продолжает. — Каждый из участников в цепи желает однажды стать Владыкой. Для кого-то — это единственная цель существования, для другого — возможность использовать нашу силу для войны за главенство в этой части Вселенной.       — Мы можем и будем вам сопротивляться, — Нова ладонью накрывает горло, трет кожу, чтобы смягчить неприятное ощущение. — На Вардоне мы разгромили ваш флот смерти.       — Действительно. — Аларака этот факт не задевает. Нова хмурится: ей эта реакция кажется слишком спокойной. Словно это не имеет никакого значения. Об этом следует подумать, но не сейчас.       — Думаю, на этом твой отдых окончен. — заканчивает диалог Аларак. И атакует.