Звенья цепи

      — Канал телепортации открыт.       Нова стоит на ступеньке, которая визуально разделяет площадку телепортации от капитанского мостика. Мимо нее идут талдаримы, исчезая в сполохах энергии. Среди них призрак выделяет женскую фигуру Марвис. Вторая посвященная даже в массивной, чернеющей броне кажется хрупким тростником, особенно в окружении своих приверженцев.       — До завтрашнего рассвета, терран, — телепонирует она, прежде чем вместе со своими приспешниками опуститься на Слейн. Призрак вздыхает: завтра — Рак-шир. Конечно, за прошедшую неделю тренировок то с Аладаром, то с Алараком, ей удалось подтянуть уровень владения пси-энергией, но именно завтра ей предстоит использовать всю свою силу. За иллюминатами материнского корабля раскинулись зеленеющие джунгли, среди которых болезненным пятном выделяется территория бездн.       — Пора. — кратко кидает Аларак, когда проходит мимо Новы. Она оглядывается: остались пилоты и несколько талдаримов. Видимо, чтобы не опускать корабль на землю. Призрак спускается на площадку и телепортируется вниз. Она следует за Владыкой, который до этого предупредил, что до завтра она проведет ночь у него «под боком», во избежание происшествий в виде подсыльных убийц. Ночь проходит спокойно, окутанная фиолетовой дымкой дыхания жизни.       Бездны жертвенности пылают внутренним жаром планеты. Нова стоит у западного угла, проверяя в очередной раз крепление пси-клинков. Они ей не понадобятся в дуэли, но Аладар настоял, чтобы она их экипировала. Сам ученый стоит рядом с ней. Талдаримы окружают площадку, Нова слышит отголоски их мыслей и обсуждений. Хорошо, что им не знакомо понятие «ставок». У восточной бездны стоит Марвис, видимо, что-то обсуждает со своими союзниками, потому что в итоге рядом с ней остается только один.       Сереющее небо Слейна украшено едва видимой дугой солнца.       — Идем, терран. — Аладар направляется к середине между безднами, которая больше остальной территории выжжена псионной энергией. Нова делает глубокий вдох и шагает следом.       Они стоят напротив, ожидают, когда яркая звезда осветит их фигуры.       — Я буду сражаться на стороне Новы, — Аладар выпускает псионные клинки, становится в боевую стойку.       — Я буду сражаться на стороне Марвис.       Солнце освещает четыре фигуры. Пора.       Нова едва успевает поставить щит, когда в нее летит чужая молния. Она рассыпается яркими искрами, шипит на холодном металле, украшающего площадь. Марвис грубый противник — чередует волны с точечными атаками, перехватывает инициативу сразу. Призрак едва успевает уворачиваться и выставлять щиты; реагировать приходиться быстро, не имея возможности даже узнать, как справляется Аладар. Четверть пути к западной бездне уже пройдена, когда Нова не успевает отразить молнию — она едва ли задевает бок, проходит под женской рукой, но опаляет внешнее покрытие костюма, открывая виду переплетение гибких микросхем. Где-то в стороне скрипят скрещенные клинки — Аладар все еще не может помочь. Нова сжимает зубы, вскидывает руку в атаке: псионные импульсы разлетаются о щиты посвященной, не нанося никакого вреда. Их бой продолжается в цветном, жестоком танце, все еще по направлению к западной стороне.       Половина пути.       Десять шагов.       Два шага.       Нова напряжена, запрещает думать о раненном боке и опаленном бедре. Все удары в грудь ей удалось отразить, но каждый из них все равно заставлял отступать. Теперь за ее спиной жаркое и жадное чрево бездны. Во взгляде Марвис торжество, она готовит еще одну атаку. Призрак оглядывается мимолетно назад. Она знает, что делать. Псионная волна плотная, стремительная, Нова отступает в бездну, ухватывается руками за край. С него сыпется пыль, волна растворяется рядом с противоположным краем. Нова ощущает безграничную радость победительницы, стекающий по затылку пот, и — главное — сообщение от Аладара: «Мертв».       Пока еще не остыли камни и ветер не разогнал дым над бездной, Нова поднимается на площадку. Она чувствует, как ученый открыл ей свой колодец энергии, и черпает ее для удара в спину. Волна сносит щиты посвященной. Та оборачивается, но мгновение потеряно. Инициатива переходит к Нове, которую поддерживает союзник. Но даже в таком случае, их дуэль у края западной бездны длиться долго, Марвис не желает так просто сдавать позиции, каждый шаг на отступление — несколько атак Новы. Большая часть глушится броней в скрещенных руках. Призраку приходится менять структуру зарядов, чтобы испортить металл - очередной удар разрезает плотную кожу, пускает синюю кровь протосса. Марвис в ярости, но сил у нее не так много. Чужая энергия вынуждает ее отступать шаг за шагом, оставляя повреждения на броне и теле.       Солнце в зените. Нова видит, как тяжело вздымается грудь Марвис. У посвященной нет сил, ее руки едва дрожат. Остался последний удар, что отправит ее в бездну. Нова видит, как в глазах Марвис горит безнадежное желание выжить. Вторая выравнивается, закрывает глаза. Полностью открытая, она едва улыбается, когда волна Новы сталкивает ее с края. Рак-шир закончился.       Протоссы молчат. Призрак подходит ближе, смотрит, как в сером мареве пропадает тело посвященной. За спиной прекращают стрекотать клинки Аладара.       — Победа, терран.       В затянувшемся молчании ветер доносит удары крыльев о воздух. Безумное, бесконтрольное желание поглотить и овладеть наполняет псионное поле.       Зерги.       Муталиски и владыки широкими кожистыми крыльями закрывают яркое солнце Слейна, приближаются большой стаей. Все еще безмолвные талдаримы организованно разделяются на отряды, начинают сиять псионные клинки. Аларак, окруженный приверженцами, встречает первых летунов мощной волной. С истошным криком существа отлетают назад, падают на землю с поломанными крыльями, оставшиеся на лету беспорядочно машут обожженными конечностями. Кто может, сбивает подлетающих красными молниями. Талдаримы становятся одним целым: стреляющих закрывают плотными щитами от костяных чакрумов, щедро делятся энергией, остальные — вырезают подбирающихся личинок владык. Черный камень впитывает синюю протоссов и желчную, бурлящую зергов кровь.       Нова стоит спиной к Аладару, отбивая клинком летящие в них снаряды. Небо становится светлее, но проблемы только начинаются: со стороны джунглей раздается рев зерлингов. Сбитые в плотную стаю зерлинги несутся к своей добыче, оставляя за своей спиной гидралисков — шипами, они обстреливают обороняющихся, создавая прорехи для мелочи.       Призрак скидывает тело зерлинга, чувствует как нос забивает запах горелой плоти.       — Давай, к Алараку, — говорит она через плечо, уверенная, что ученый ее прекрасно слышит. После дуэли с поврежденной броней, несколькими ожогами и серьезными ранами, в этом море движущейся враждебной плоти, долго не продержаться. Псионная волна раскидывает зергов, но те как сходящееся море. Их слишком много, пробираться сквозь них сложно, но удается - не без помощи присоединившихся протоссов. И в какофонии визга, псионного крика боли Нова выделяет знакомый шум двигателей.       «Грифон».       Трель винтовок гаусса вплетается в звук неравного боя. С неба падают ошметки убитых тварей, обагряя своей кровью тех, кто внизу.       — К кораблю, живо. — командует она талдаримам, которые оказались поблизости. На пару с Алараком им удается очистить широкий путь к кораблю. Ученый с несколькими приверженцами сдерживает нападающих со спины.       — Райгель! — Нова не сдерживает улыбку, когда видит главного механика, стоящего на трапе. По бокам двое огнеметчиков, не позволяющие всякой мелочи забраться на металлическую платформу, перешучивающихся о «шашлычках из свеженьких зергов». Механик подает ей руку, помогая забраться наверх.       — Шустрее, Нова. Надо улетать, — и заметив возмущение в зеленых глазах командира, спешно добавляет: — Всех спасти не сможем.       — Улетаем. — соглашается Аларак, сбивающий подлетевшего муталиска. За его спиной талдаримы помогают другим забраться на платформу.       — Там твои люди, — противится призрак, оборачивается к побоищу, выискивает тех, кто еще смог выжить: совсем недалеко один из посвященных-прихвостней Марвис, чуть дальше еще кто-то и еще. Она уже открывает рот для приказа, но чувствует тупой удар в затылок. Перед глазами расползается тьма ослабевающего сознания.       — Скотина… — на выдохе произносит Нова, прежде чем безвольно обвиснуть в руках Владыки. «Грифон» поднимается над зергами, от огня двигателей сгорает еще несколько существ. Он быстро покидает атмосферу, уходит в варп-прыжок на безопасное расстояние от Слейна.