могила светлячков

— Ну ты и долбоеб, — Федя, привалившийся к дверному проему, ржал чуть ли не до слез. Было, сука, почти обидно. Андрей снова посмотрел в зеркало, двумя пальцами поднял изумрудно-зеленую прядь, покрутил. Ничего не изменилось. Андрей вздохнул. Федя сделал шаг вперед, и крохотная ванная стала совсем тесной. Остановившись за спиной Андрея, Федя, коротко дыша тому в затылок, поинтересовался — почему-то шепотом: — А какой цвет должен был получиться? — Я блонд хотел. Обесцветиться, в смысле, а потом, может, фиолетовый ебануть... Федя снова засмеялся. Потом положил тяжелую ладонь на голое плечо — Андрей стянул футболку, пока полоскал волосы над раковиной. — Ладно, забей, завтра утром сходишь в норм салон, все поправят. На крайняк побреют тебя, — и Федя провел рукой по волосам Андрея, ничуть не смущенный тем, что они мокрые. — Да иди ты, — Андрей в священном ужасе попытался пихнуть Федю локтем. — Я тогда парик куплю! — Никто еще не умирал от короткой стрижки, — хладнокровно отозвался Федя. Андрей с трудом подавил желание назвать его бессердечным ублюдком. — А знаешь что? — он поворочал головой из стороны в сторону. — А мне нравится этот зеленый, и я его оставлю! Потому что зелёные волосы — это охуенно, вот почему. Федя за спиной тяжело вздохнул. — А ведь я даже не удивлен, — пробормотал он. — Вот ни капли. Он будет охуенно сочетаться с твоим красным кимоно. — Ты просто завидуешь, — к Андрею возвращалось хорошее настроение. — Зависть — это плохо, Федор! Федя ничего не сказал в ответ. Он был как Кролик — очень воспитанным, поэтому никто не узнал, о чем он подумал. (Хотя Андрей в целом, конечно, догадывался.)