Прости меня, моя любовь

—Хюррем! — грозный мужской голос окликнул беженку. —Повелитель, — госпожа согнула колени в низком поклоне, — простите, я не ожидала… —Где ты была, Хюррем?! Как посмела ты покинуть дворец ночью? И почему об этом никто не знал, а стража даже тебя не видела? — падишах взял супругу за локоть и повёл в её покои. —Извините меня, — султанша посмотрела на мужа, и ни с того ни с сего её глаза предательски стали влажными. Большего выдавить из себя Хюррем не смогла. —Ты хоть понимаешь, как заставила меня переживать? — такие слова от мужа, необращавшего на неё последние несколько лет внимания, стали для Хасеки неожиданностью, — а если бы с тобой что-то случилось? — мужчина подошёл к рыжеволосой, осторожно взял её за подбородок и поднял её голову выше. Из глаз возлюбленной падишаха начали спадать капельки, словно алмазы, слёз. Нервно сглотнув, султан внезапно притянул супругу к себе, обхватил её за изящную осиную талию и зарылся в её пламенных локонах. О, этот дивный запах. Как же скучал он по своей госпоже. Вот она теперь здесь. С ним. Казалось, больше ничего не сможет их разлучить. У Хюррем прихватило дыханье. Вот она стояла, обнимаясь с драгоценным мужем. Как долго она этого ждала. Но надо ли ей это теперь? Конечно, тёплые чувства к отцу её детей у Хюррем присутствовали, но скорее это было лишь уважение и симпатия. Однако в глубине души Хасеки понимала, что сейчас ей так хорошо, она дома. Вот оно счастье. Что осталось от их страстной любви? Остались дети, за которых госпожа могла порвать глотку любому. Именно для того, чтобы не навредить детям, их мать приняла одно очень важное решение. Как раз сейчас, когда чувства Сулеймана к ней вернулись с новой силой, опасно было рождать в нём какие-либо подозрения. Ради детей, их жизни, нужно как можно скорее отослать Мурада агу подальше, лишь бы никто не узнал, кем он приходится жене повелителя Мира. Наслаждавшись женой, султан не мог выпустить её из своих объятий, будто бы боясь потерять. За сегодняшний день он снова понял, как ему дорога эта рыжая бестия. Светало. Поправив одеяло своей Хасеки, Сулейман нежно убрал шёлковую прядь волос с лица Хюррем и аккуратно, дабы не разбудить её, поцеловал. Опустив голову на подушку, падишах любовался своим спящим сокровищем, положив грубую мужскую ладонь на её ангельское личико. Как бы он хотел, чтобы эта ночь не заканчивалась.

***

С рассветом Великий визирь Оттоманской порты направился к одному скромному поместью в центре города. Раздался стук в дверь, и спустя некоторое время двери отворил заспанный хозяин. —Мурад ага, не побеспокоил? — с насмешкой протянул Ибрагим. —Что вы, паша. Прошу простить меня за такой вид, — Ага согнулся в низком поклоне, — Не ждал вас сегодня. Могу вам предложить пройти в мой дом? —Не стоит. Погода чудесная. Расскажи-ка мне лучше, Мурад ага, Хюррем султан вчера ночью была здесь с тобой? — заинтересованно стал выяснять Великий визирь. —Да, паша. Уже после захода солнца госпожа была здесь. Что будет дальше? —Ну же, не торопи события. Но будь на чеку, тут могут появиться мои люди. Скоро всё свершиться, — черноглазый друг падишаха похлопал агу по плечу и тронулся в обратный путь.