Ouma vs. Komaeda

      Вы же не думали, что у них похожие сюжетные арки? Потому что если да, то ваши мысли были неверными. В прошлой части я расписал события, через которые они проходили, чтобы показать, что у них та же роль, но всё же у них разные сюжетные арки.       В SDR2 сюжетная арка Комаэды в том, что он сходит с ума. Это причина его проблем, корень того, почему сам Комаэда проблема в его невообразимом желании создать абсолютную надежду. В первой главе Комаэда постоянно говорит о надежде и об его желании создать эту абсолютную надежду. Он опускает руки, когда понял, что Ханамура не может быть этой надеждой из-за того, что стало ясно, что он не сможет победить на суде, и даже комментирует это. После того, как он раскрылся, он постоянно говорит об этом. Все вокруг него называют это бредом сумасшедшего, который они не понимают, но Комаэда всегда оставлял понятными свои мотивы и желания. Он хочет абсолютной надежды. Это единственное, чего он действительно желает. Нет никого и ничего, что могло бы остановить его, и он не побоится использовать любые методы. Его можно связать, изолировать, критиковать, даже попытаться договориться, но он не остановится. Это главная причина того, почему он сходит с ума. Желание Комаэды создать абсолютную надежду с каждой главой только усиливается, и именно таким образом он продолжает сходить с ума.       В четвёртой главе он осознаёт, что все вокруг него, исключая предателя, являются СУСШ отчаянием, и становится высокомерным мудаком высшего класса. Он относится ко всем, особенно к Хинате, как к дерьму, и после того, как он это узнал, пропасть к пониманию и, возможно, даже изменению Комаэды только расширяется. В конце концов, если они все — отчаяние, то почему их мнение касательно надежды вообще должно быть важно? «Они никогда не поймут, как работает надежда, поэтому на хуй их» — так мыслит Комаэда, начиная с этого момента. Всех остальных вокруг для него уже не существует.       И так он создаёт «неразрешимое преступление» в пятой главе. Неважно, верите ли вы в то, что Комаэда собирался убить их всех, или согласитесь со мной в теории* о том, что это был очередной его «конкурс надежд», результат всё равно тот же. Комаэда создал «неразрешимое» убийство, поставив жизни всех на кон, чтобы создать абсолютную надежду. Тот факт, что они все погибнут, был ему неважен, если из этого родится абсолютная надежда. И он определённо верил в то, что так и будет, учитывая, что в своём «пожелании» он хотел, чтобы ему поставили бронзовую статую. Говоря проще, Комаэда идёт на самые радикальные и аморальные меры, чтобы создать абсолютную надежду.       И никто не мог его остановить. Никто не мог пойти против Комаэды или даже понять его. Даже закончив все его ивенты свободного времени Хината не смог действительно понять его, и Хината к концу, возможно, подобрался к пониманию ближе всех. Они не могли познать его, чёрт, я готов поспорить, что они и не пытались, исключая ивенты свободного времени, а он всё продолжал сходить с ума, считая себя правым, и он определённо точно должен сделать это всё ради надежды. Они не были в состоянии убедить его, что он неправ, и Комаэда, в общем-то, не считал себя неправым, начнём с этого. Комаэда даже не осознаёт, что он неправ, и он умирает, полагаясь на свой жестокий план, который ещё глубже уходит в его систему мышления.       В противовес этому, Оума не сходит с ума, хоть это и выглядит так. Он подошёл к этому образу очень близко. Если бы не было пятой главы, я бы сказал, что он и поехал. Паранойя Оумы главная причина всех его проблем, а не его цели или идеи. На самом деле, если бы он не был таким параноиком, но остался с той же целью «разрушить игру убийств», он бы вряд ли вообще был такой уж проблемой. Всё было бы, в принципе, хорошо. Однако взгляните на проблему: Оума не доверяет никому и вынужден идти на крайние меры, так как не может быть уверенным, что кто-то ему поможет.       Если вы посмотрите на Оуму с самого начала, он даже больше тянет на сумасшедшего, чем Комаэда. Его действия заходят всё дальше и дальше, и апогей этого тот пиздец из пятой главы. Смотря на это всё вы можете сказать, что «ну блин, очевидно что у него шарики за ролики, только глянь на его действия.» Но он… не сходил с ума. Ну, или сходил, перед своими последними моментами. Но нам нужно начать с самого начала, чтобы действительно проанализировать его сюжетную арку.       Он с самого начала дал понять, как именно он мыслит касательно доверия и сомнений, часто призывая на судах всех сомневаться друг в друге. Говоря о том, что они могут лгать или иметь какие-то страшные секреты, и вам нужно подозревать других, чтобы двигаться дальше. Как и Комаэда, Оума открыто показывает проблематичность своего характера, но тут легко запутаться из-за всего этого его «лидерско-злодейского» дерьма. Чтобы вы понимали, этот метод мышления касательно доверия и сомнений необязательно плох, но в четвёртой главе мы видим, как далеко это может зайти.       Четвёртая глава лучше всего показывает, насколько сильная у Оумы паранойя. Оума оказывается в ситуации, в которой, если он не будет действовать, то кто-то, возможно он сам, умрёт. Ирума планирует убийство, его убийство, и он об этом знает. Он не хочет умирать; пока он не покончит с игрой, но он и не хочет, чтобы Ирума убила кого-то другого. Это довольно малая деталь, но заметьте, как он пришёл к выводу, что если он просто не войдёт в виртуальный мир, то она сменит жертву. Он намерен остановить её, так как у её плана слишком большой шанс оказаться успешным и пройти суд, и, к сожалению, из-за его паранойи отсюда начинается всё дерьмо. Если бы он не был таким параноиком, он мог бы рассказать об этом всем остальным или хотя бы Сайхаре. Он мог вместе с группой составить план, с помощью которого они могли бы остановить Ируму и предотвратить убийство. Он этого не делает. Почему? Потому что он знает, что они не доверяют ему, но, что более важно, он сам не доверяет им. Поэтому он берёт всё в свои руки и решает, что единственный способ остановить её — это убить. Он организовал убийство так, что он смог выжить и продолжить исследовать игру, и количество смертей сократилось до минимального. Он более активный на этом суде, чем на любых других, чтобы убедиться, что умрут только двое людей. Но, как я и говорил, если бы Оума не был таким параноиком, ничего из этого не случилось бы.       И тут мы приходим к пятой главе. План Оумы захватить титул главаря и насильно покончить с игрой начинает набирать обороты. Но четвёртая глава не прошла без последствий, потому что если четвёртая глава SDR2 только усиливает убеждения Комаэды, четвёртая глава NDRv3 заставляет Оуму пересмотреть самого себя. Конечно, он выжил, но теперь на его руках чужая кровь. Оума теперь погряз в том, что он ненавидит больше всего. Но раз он зашёл так далеко, то он должен закончить со своими делами. К сожалению, главарь решает нанести ответный удар, воспользовавшись импульсивностью Харукавы, заставив её напасть на него, и пока Оума умирал от яда, он пришёл к своему самому эффективному плану.       Пятая глава, на самом деле, доказательство того, что Оума изменился. И я не говорю о том, что у него было что-то вроде арки искупления, такого не было, но он осознал, что он поступил отвратительно. Смотрите: в этой главе он мог легко и просто выпить антидот, позволить Харукаве слиться из-за убийства Момоты и прожить ещё день, но он этого не сделал. Взамен он решает умереть сам. Он больше не хочет загрязнять свои руки кровью. И он втягивает в это Момоту. Он не просто даёт Момоте антидот и умирает от отравления. Он не отрекался от своей цели, поэтому они вместе составляют план, и в этом плане он полагается на Момоту.       План из пятой главы не сработал, и мог вообще не произойти, если бы Оума не доверял Момоте в этом вообще. Это некий поступок веры — выбрать смерть и позволить кому-то другому нести твоё желание. И опять же, я не говорю, что Оума внезапно научился доверять всем. Оума умер, всё ещё неся с собой кучу информации, которую он не мог доверить другим, и имея на руках оружие, попадания в руки главаря которого он не хотел бы. Оума не изменился полностью как человек. Но это было началом.       Оума проходит через арку, где ему приходится пересмотреть свои действия, и он чувствует за них вину, и отсюда вырастает его последняя арка. Он достигает точки начала развития как персонажа и умирает из-за побочных эффектов своих экстремальных действий, не способный всё исправить. В противовес этому решительность Комаэды только усиливалась, он ничего не осознал, и его последние моменты — это просто он в своих крайностях.       Иными словами, основная разница в их сюжетных линиях в том, что Комаэда ничего не осознает и никак не меняется, когда Оуму настигает осознание своих действий, и это влияет на его последние решения. И это определённо не одна и та же сюжетная линия, ведь так?       Но это ещё не всё! Здесь есть ещё, где покопаться.