Appeler un chat un chat

Парень с иссиня-чёрными волосами ввалился в комнату через люк на крыше. Сегодняшний день оказался весьма утомительным: очередная изматывающая нервы перепалка с Хлоей, затем очередной озлобленный несчастный, околдованный Бражником. – Тикки, и почему я в костюме выгляжу, как девчонка? – обречённо выдохнул он, упав на мягкую канапѐ*. – Потому что исторически Леди Баг – женщина. – И чем я так провинился, что стал супергероем-женщиной?.. – вопрос был скорее риторическим, но квами ответила: – Потому что подходящие качества нашлись у тебя! – Тикки доверительно улыбнулась, подлетая к лицу хранителя. – У тебя обострённое чувство справедливости, ты добрый и сочувствующий, неконфликтный, талантливый и быстро учишься! – А ещё супер-неуклюжий, застенчивый и супер-неуклюжий… – Ты сказал «супер-неуклюжий» дважды… – Я знаю, – Мартин прикрыл глаза, закинув руки за голову. Какое-то время в комнате царила тишина, но вдруг квами воскликнула: – Но это же отлично! – Что я «супер-неуклюжий»? – скептически изогнул бровь тот, приоткрыв один глаз. – Нет, – хихикнула Тикки. – Что все считают Леди Баг девушкой! Никто не заподозрит, что она твоё альтер-эго – ведь ты парень! Мартин даже подорвался с канапѐ от удивления. А ведь она права! Юноша тепло улыбнулся: – Ты гений, Тикки! И как я сам не догадался! – от радости он даже приобнял квами ладонями. Но вдруг как-то сник, откидываясь обратно: – Хотя перед Котом всё равно неловко… Эти его постоянные подкаты в рамках работы, прозвище «миледи», и как он ляпнул Тео, что у них роман… Кстати о нём: у той скульптуры даже грудь есть! Вот уж правда: люди видят то, что хотят видеть, м-да. Особенно то, чего нет. Но Кот даже не догадывается, что «его леди» – совсем не леди! И продолжает заигрывать, хотя и не ясно, шутит он или всерьёз. Но они вроде как договорились сохранять инкогнито, так что Мартин принял решение и дальше притворяться «леди» в присутствии Кота и всех других, пока он в костюме. Тяжко. ** – … Спасение в любви! – закончила свою речь учитель, едва договорив перед звонком. – Напиши ему валентинку! – весело шепнула Алья, подталкивая друга локтем в бок. – Кому? Зачем? – Да Адриану! – С чего бы? – изумился парень. По правде говоря, он весь урок не сводил глаз с одноклассника: тот пытался написать кому-то письмо, и брюнету было любопытно. Но не более, правда! – С того! – злясь, шипела подруга. – Когда ты уже признаешь, что втрескался в него! – Я тебе уже говорил: всё не так! – Мартин уже собрал сумку, они выходили из кабинета. – Моё восхищение им носит другой характер. Он так легко говорит со всеми, успешен в учёбе, популярен… и да, он красавец. – И после этого ты заявляешь, что не влюблён? – скептически изогнула тонкую бровь подруга, хмыкнув с явным сомнением. Друзья покинули кабинет. – У тебя помутнение от Дня Влюблённых! – взмахнул руками Дюпэн-Чен, после чего принялся загибать пальцы: – Я просто хотел бы быть таким, как он. А я не уверен в себе, плохо выражаю мысли словами, бываю невнимателен… – И постоянно что-то ломаешь, – весело закончила лучшая подруга. – Спасибо, блин, – обречённо выдохнул Мартин, качая головой. – Слушай, по моим данным эта брошь – самый нравящийся девушкам подарок, – раздался голос Нино, когда друзья вышли из здания школы. Он говорил это внимающему Киму, разминающему ноги, как перед забегом. Его приятель протянул руку с раскрытой картой: – Вот её маршрут, а вот твой. Если побежишь с подходящей скоростью, встретишь её на мосту. – Ты собираешься подарить валентинку? Кому? – тут же заулыбалась Алья, подбежав и потянув за собой Мартина. Тот её и прервал: – Не спрашивай о таком – ты же тут же запостишь! С чувствами нужно быть осторожными. Давай, Ким, у тебя получится! Подбадриваемый друзьями, он уверенно рванул к цели. Ребята поспешили по домам. На полдороги у Альи и Мартина одновременно неожиданно тренькнули мобильные: смс от Хлои. – И давно нам Хлоя пишет… – вопросительная интонация сошла на нет, едва они увидели снимок несчастного Кима. – Кошмар! А мы так его подбадривали, если бы только знали, что его «цель» – Хлоя!.. – воскликнул Мартин, сочувственно глядя на снимок. Подруга хотела что-то ответить, но её прервало хлопанье крыльев. Брюнет успел только заметить, как чёрный ангел, зло усмехнувшись, запустил стрелу в Алью. – Бесишь меня своим дурацким сочувствием! И Адриан тебя не полюбит, ты же криворукий и вообще парень! – почерневшие губы подруги всё продолжали говорить гадости, но Мартин быстро понял, что это из-за воздействия акумы. Он хмуро убежал от кричащей вслед проклятья Альи, ища укромный угол. – Тикки, вперёд! – каждый раз, превращаясь, он вспоминает лёгкое удивление подруги, когда та впервые увидела на нём чёрные каффы, что сейчас покраснели, оставив чёрными лишь три пятнышка. И вот ЛедиБаг снова на улицах Парижа! – Моей леди не нужна помощь? – лукаво улыбается Кот Нуар, ловко поймав «напарницу». Он часто, в силу обстоятельств, конечно, носил ЛедиБаг на руках, хотя Мартин примерно той же комплекции, а ростом даже чуть выше. – Спасибо, ты вовремя, – хмыкнул в ответ тот, вставая своими ногами на торчащий из стены шест. – Но, Леди, я хочу кое-что сказать тебе! Я… Берегись! – Кот быстро развернулся, закрывая ЛедиБаг от удара стрелы – и подставляя себя. – Я ненавижу тебя! Ты не нужна здесь! Ты… Мартину было тяжело бить товарища, но он смог оттолкнуть того, вырываясь из опасно стискивающихся объятий. Почерневшие губы подтвердили догадку: Кот стал жертвой Разлучника! Вновь спасая неблагодарную Хлою, Мартин в который раз клял свои «супергеройские качества». Ведь скольких бед можно было бы избежать, если б только он позволил уже покарать эту склочную девчонку: большинство жертв акум незадолго до того оказывались униженными Буржуа-младшей! У фонтана в парке герой снова столкнулся с Разлучником, но, к великому сожалению, и с бывшим напарником! Не желая с ним сражаться, ЛедиБаг судорожно соображал, как бы вывести того из-под чар… «Спасение в любви!» – эхом отозвались в голове слова учительницы с сегодняшнего урока литературы. – Только не это… – уже смиряясь, выдохнул Мартин. Кошмарная перспектива: целовать Кота Нуара! Но больше в голову ничего путного не приходило – одни сказки про заколдованных принцесс и поцелуи. Хотя и ради этой глуповатой, на взгляд Дюпэн-Чена, идеи пришлось изрядно повозиться, борясь с товарищем, который пытается тебя убить, при этом самому не ударить его. Сильно, по крайней мере… Губы Кота были мягкие, будто свежий круассан – первая ассоциация сына булочника. ЛедиБаг отчаянно прижимался губами к губам напарника, стараясь не думать, кого он всё-таки сейчас целует. Получалось плоховато… Когда он понял, что на поцелуй стали отвечать – и даже попытались углубить – с силой отстранил пришедшего в себя товарища. Не до конца пришедшего – понял Мартин по потерянному взгляду Кота. Кивнул на активированный Котоклизм: – Достань брошь! Позднее, попрощавшись с бабочкой, Мартин решил прояснить неловкость с поцелуем, но, кажется, лишь усугубил ситуацию: Кот ничего не помнил, и теперь на его лице была странная смесь потерянности и торжества: он целовал любимую (точнее, она его), но он этого не помнит! Не успел он предложить повторить – «напарницы» и след простыл. – Mon Dieu! Я целовал Кота Нуара! – Мартин ходил по комнате из угла в угол, схватившись за голову, Тикки же привычно сидела на столе, следя за ним взглядом тёмно-синих глаз. – У тебя не было выбора, Мартин, – робкая попытка успокоить юношу. – Нет, был! Но понимаю я это только сейчас, – он устало опустился на кровать. – Я мог просто швырнуть его на Разлучника и попасть Котоклизмом по ремню… – Но потом не факт, что тебе удалось бы достать брошь раньше него! – тут же возразила квами. Чем быстрее она убедит парня в верности его решения, тем быстрее он с этим смирится. – К тому же, он всё равно не помнит этого, тебе не о чем беспокоиться. – Думаешь… – глядя в пол, нечитаемой интонацией протянул Мартин, слегка касаясь всё ещё пылающих губ. ** За суетой дней поцелуй как-то позабылся, хотя первое время ЛедиБаг смущённо отводил глаза от Кота, впрочем, больше никак не проявляя своё состояние. Напарник всё также вешался на него, носил на руках и подкатывал, шутливо бросая «до встречи со следующим акумой!» Школа радовала лучащимся позитивом Адрианом, напрягала подколами Альи по поводу Агреста-младшего и теориями о личности ЛедиБаг, раздражала вездесущей Хлоей… Словом, ничего нового.