Корица на лепестках жасмина

      Питера будто разбудила тишина вперемешку с утренней прохладой, которая, словно юркий ужик, закралась под белоснежное лёгкое одеяло и пробежалась от кончиков пальцев ног до самой макушки подростка. Сладко потянувшись и начиная медленно покидать царство грёз, омега с ноткой грусти обнаружил, что уже вторую ночь подряд его не согревают привычно ласковые объятия любимого альфы. В основном причиной этого служило чрезмерное увлечение Тони разработкой новых деталей для костюмов в мастерской, в которой он иногда сидел безвылазно по нескольку дней. Поэтому в такие моменты паучок выполнял своеобразную роль няньки мужчины, хотя ему безумно нравилось таким образом проявлять свою заботу. Время летело слишком быстро, меняя людские жизни порой до неузнаваемости, вот и Паркер не мог поверить, что живёт вместе с миллиардером уже четвёртый месяц. Для тёти Мэй этот период знаменовался началом стажировки в «Старк Индастриз» для её выдающегося любимого племянника, для Питера – самые прекрасные моменты в его жизни. Они ели вместе, обсуждали новости, которые Старк не очень-то и любил, иногда подросток удостаивался чести принять участие в работе мужчины, но самым смущающим для омеги было совершенно другое – они разделяли одну, пускай и огромную, постель. Пожалуй, их совместное проживание началось после их первой страстной ночи. Тони, в своей привычной манере, будто невзначай предложил омеге остаться на базе на какое-то время, обуславливая свои слова тем, что разработка нового костюма Человека-паука требует частых примерок. Хотя Питеру иногда и казалось, что это просто очередной предлог, чтобы обоснованно и с самыми серьёзными намерениями полапать его за задницу. Парень улыбнулся собственным мыслям, лёжа на прохладной шёлковой простыне и наслаждаясь непередаваемой мягкостью дорогого материала. Уже прошёл целый месяц с Рождества и с самого счастливого и памятного события в жизни подростка.

***

      Как понял паучок, альфа не очень любил все навязанные обществом праздники и, как следствие, их никогда по собственной инициативе не отмечал. В основном миллиардера приглашали на какие-либо мероприятия для первых людей мира сего, которые мужчина иногда посещал, а иногда просто оставался в своей излюбленной мастерской, проводя время в более приятной компании в лице «молчаливых железяк», как Тони сам порой отзывался о своих же костюмах. Но порой молчание и вправду было красноречивее тысячи слов, но изредка мужчина, даже не признаваясь самому себе в подобных глупых, по его мнению, мыслях, тайно желал, чтобы рядом был кто-то теплее, чем холодные, такие идеальные костюмы. В то время как на Старка зима не навевала никаких тёплых чувств, Питер же просто был в восторге от этого периода времени, такого волшебного и загадочного. Правда, как-то он едва не слетел с крыши при очередном ночном патрулировании, чуть не поскользнувшись на самом краю, но такая мелочь нисколько его не расстроила, всё же, в этом был весь Питер Паркер – неловкий подросток. И именно по воле омеги в мастерской мужчины теперь красовалась небольшая живая ель, которую, благодаря задорному блеску в глазах парня, они наряжали вместе. Тони тогда всячески пытался выказать своё недовольство сложившейся ситуацией, но на самом деле он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что лёгкая радость где-то внутри греет его сердце. Этот мальчишка и вправду пробуждал в нём нечто новое, какое-то неизведанное за долгие годы роскошной жизни.       К слову, омега открыл в себе ещё один интересный талант, кроме попадания в различные неприятности, - кулинария. На самом деле, Питер иногда помогал на кухне своей горячо любимой тётушке, но готовить полноценные блюда, которые по сложности превосходили яичницу или овсянку, ему приходилось довольно редко. Мэй попросту вполне управлялась на кухне сама, а подростку предоставлялась лишь роль, грубо говоря, су-шефа, который со всей ответственностью должен был бросить в ароматный суп лишь четыре щепотки соли, никак не больше. Но порой, когда тётя задерживалась на работе, каждый раз дома её ждал маленький сюрприз в виде или пасты Чикен Альфредо, или клэм-чаудра*, или киша и многого другого. На десерт же Питер очень любил яблочный крамбл** с изюмом, который они запивали дешёвым быстрорастворимым кофе из круглосуточного. И несложные блюда парня получались такими же прекрасными на вкус, как и у тёти Мэй, потому что она научила племянника главной хитрости кулинарного искусства – любви. Кухня на базе Мстителей для Паркера стала одним из любимых мест, и тот факт, что альфа очень даже любил еду домашнего приготовления, а особенно выпечку, только воодушевлял на поиски всё новых рецептов, в которые омега с каждым разом привносил что-то своё, какую-то пикантную изюминку.       На Рождество они остались на базе вдвоём, а любимой тёте племянник торжественно вручил пятидневную путёвку в Париж с денег, которые он получал благодаря «стажировке». На самом же деле, об оплате тура позаботился Старк, а для Мэй была придумана версия со «стажировкой», оправдывающая неожиданный приток крупной суммы денег. Для рождественского вечера омега постарался на славу: несколько часов были проведены на шикарной большой кухне, на которой имелось всё, о чём только мог мечтать любой кулинар. С эстетической точки зрения кухонный гарнитур выглядел, будто настоящее произведение искусства: фасад был выполнен из красиво обработанного дуба с чередующимися вставками белого материала, проводя рукой по резным дверцам можно было ощутить, словно прикасаешься к могучему, многовековому дереву, соединяясь через мимолётное прикосновение с природой; столешницы были изготовлены из мрамора в желтовато-белом оттенке с редкими вкраплениями чёрного, благодаря чему создавался какой-то необычный и неповторимый рисунок самого камня, который каждый раз приводил в восторг подростка. Паркер всегда был уверен, что лучший из деятелей искусства в этом мире – это природа, которая создаёт уникальные произведения, и настоящим подтверждением этого является сам человек. И довершал всю картину огромных размеров холодильник, который бы замечательно вписался на кухню какого-нибудь мишленовского ресторана. Он изобиловал самыми разнообразными продуктами, о названии и способе употребления некоторых омега даже и не догадывался.       Для одного из любимых праздников, да и теперь такого особенного, паучок хорошенько постарался. Пусть обеденный стол и не изобиловал дорогими изысками, но подросток был вполне доволен собой: был подан салат цезарь с куриной грудкой, анчоусами и гренками с заправкой из лимонного сока, горчицы и вустерширского соуса, а также яблочный пирог, который, как оказалось, тоже весьма приходился альфе по вкусу. Из напитков омега остановил свой выбор на коктейле эгг-ног, который готовится на основе взбитых яиц с добавлением сливок, сахара и пряностей. Именно в таком виде его пил Питер, добавив для большей сладости немного клубничного сиропа, а в напиток Старка он добавил ром, что придавало особую пикантную нотку. Самое забавное, что основным рождественским блюдом на их праздничном столе являлась пицца, которую миллиардер заказал из Lombardi's Pizza, где, по его же словам, он как-то ради разнообразия обедал.       До ночи они весело и в эмоциях разговаривали на самые разнообразные темы, ели пиццу и остальные приготовленные блюда, запивая горячими напитками, но тепло в душе разливалось вовсе не от них. Питер, пожалуй, ещё никогда не чувствовал себя настолько умиротворённо и счастливо, когда то самое тепло заполняло внутри каждую частичку тела. Больше не было смущения, даже наоборот, парню казалось, будто они знают друг друга целую вечность. В тот момент, когда, кажется, омега попытался неудачно пошутить, мужчина замолчал на несколько минут, даже отставив алкогольный напиток, от которого на его чёрных усах осталась белая пенка. Казалось, будто Тони пребывал в тяжких раздумьях, но тут же он поднял взгляд и серьёзно посмотрел в шоколадные глаза омеги, собираясь с мыслями и простраивая в голове свои дальнейшие действия, потому что настолько серьёзный шаг Железный Человек в своей жизни ещё не совершал. Он спасал тысячи жизней и стольким же не мог помочь, терял, пытался любить, скрывая истинные чувства за ширмой колких острот и холодного спокойствия. Но сейчас всё было как-то по-другому. - Питер, - мужчина коснулся шероховатой поверхностью ладони щеки омеги, от чего последний прильнул к ней, принимая желанную ласку и тут же заливаясь румянцем, - знаешь, я не силён во всём этом дерь… - альфа вздохнул, как-то пьяно, но так счастливо улыбнувшись. - Чёрт, просто хочу сказать, что ты лучшее, что случалось со мной в этой дерьмовой жизни. - Взаимно, Тони, - омега улыбнулся, его ладони невесомо прошлись по рукам альфы, поднимаясь вверх, и паучок обнял того, кого после такого короткого времени уже мог назвать своим родным человеком. – Помнишь, я ведь тебе уже тогда, в машине, говорил: для меня ты самый лучший. – Подросток прикрыл глаза, прижимаясь к чужим, слегка влажным губам, собирая остатки алкоголя, после, игриво пройдясь языком по жёстким волоскам под носом мужчины, слизнул часть густой, горьковатой, белой пены. Такие кроткие прикосновения порой заменяют тысячи слов, выражая такое же количество оттенков чувств. - Питер, позволишь надеть его на тебя? – омега пребывал будто в неком забвении и тут же бросил заинтересованный взгляд на небольшую, обшитую тёмно-красным бархатом коробочку в руках Старка.       Парень мог вообразить себе что угодно, но когда мужчина открыл тайну содержимого предмета в своих руках, Питер обомлел: внутри находилась тонкая цепочка плетения «ромбо» из белого золота, красиво переливающаяся под приглушённым светом, а на ней, вместо традиционного кулона, находилось аккуратное кольцо из того же белого золота с вставками маленьких бриллиантов по всей окружности изделия. Альфа показал подростку собственную левую руку, на безымянном пальце которой красовалось точно такое же кольцо, только чуть большее по размеру. И тут паучку вспомнились слова тёти Мэй, которые та произнесла ему буквально полтора года назад, отвечая на вопрос племянника: «Обручальное кольцо – это символ, объединяющий двух людей, и то, что оно круглое, объясняет бесконечную любовь. Мы носим его на четвёртом пальце, потому что у каждого пальца есть свой смысл: большие пальцы символизируют отца и мать, указательные – братьев и сестёр, средние – нас самих, безымянные – наших половинок, а мизинцы – наших детей. Так вот, Питер, если ты соединишь пальцы вот так, - женщина соединила подушечки тонких пальцев обеих рук между собой, согнув лишь средние и также соединив, - ты можешь разъединить все пальцы, кроме безымянных. Ведь все эти люди могут отдалиться от тебя, но только не твоя вторая половинка, которая должна быть с тобой вместе всю жизнь, как и ты с ней. Поэтому береги того, кто будет готов подарить тебе кольцо в знак любви, этот человек и проведёт с тобой всю жизнь, разделяя с тобой радость, любовь, счастье и любое горе». Тогда подросток был ещё мал, чтобы понять всю серьёзность слов любимой тётушки. Но теперь, когда великий Энтони Старк, миллиардер, филантроп, плэйбой, которого хочет половина населения планеты, дарит ему кольцо. Нет. Его Энтони Старк, его возлюбленный дарит ему кольцо. Питер прекрасно понимал, что всё сказанное далось мужчине весьма и весьма тяжело, в силу его непростого характера и вечного увиливания от проявлений каких-либо чувств. Возможно, подросток никогда не услышит заветных слов, не станет главным участником брачной церемонии, потому что это всё было слишком неправильно: мальчишка и зрелый, уже сформировавшийся телом и умом мужчина, Железный человек и школьник, богатый Тони Старк и бедный Питер Паркер. Но разве нужно всё это, когда тебя просто по-человечески любят, и ты готов точно так же любить независимо от положения в обществе, не прося ничего взамен? Паучок чувствовал, как настойчиво собирается влага где-то у нижнего века и в уголках глаз, он никогда в жизни не был так счастлив, так кому-то нужен, так любим. Конечно же, омега незамедлительно утвердительно кивнул, тем самым отвечая на вопрос мужчины, несмотря на такой, казалось, бесконечно долгий диалог между всеми своими «я» в собственной голове. – Я подумал, что в твоём случае будет лучше носить его как подвеску, знаешь, во избежание ненужных вопросов. Ну, а мне, - Тони указал на свою руку, - так проще отгонять излишне настойчивых омег, ведь у меня уже есть один паучок с шикарной задницей. – Альфа довольно ухмыльнулся, застёгивая на тонкой омежьей шее идеально подходящее светлой коже парня ювелирное изделие, подчёркивающее удивительную красоту мальчишки.       Тонкие струйки солоноватой прозрачной жидкости скатились по щекам, а сам подросток бросился в родные тёплые объятия, когда альфа сказал, что в сплав тонкой золотой цепочки добавлен палладий, который находился в груди Старка в старом миниатюрном ядерном реакторе, поддерживающем его жизнь. Попросту Питер осознал, что теперь, даже когда обстоятельства заставят их находиться за тысячи километров друг от друга, подросток всегда будет носить у сердца частичку его любимого. - Эй, тише, а то прибежит Роджерс и будет читать мне нотации, что деток нельзя доводить до слёз, - усмехнулся альфа, перебирая пальцами шелковистые короткие волосы омеги и чувствуя, как медленно намокает ткань его хлопковой футболки. - Знаешь, Пит, я давно об этом думал: а с твоими паучьими способностями, смогу я трахнуть тебя, скажем, на потолке? – И подросток рассмеялся, несмотря на всё ещё бегущие по щекам слёзы. Тони, пожалуй, никогда не изменится, но ведь именно таким омега его и полюбил. Таким самовлюблённым, иногда резким и раздражительным, но обычным человеком, у которого есть свои проблемы, который не обделён чувствами и живым, добрым, как у всех ритмично бьющимся в груди сердцем.       После у них был секс, много секса, всю ночь напролёт Тони не выпускал из своих крепких объятий стройное тело, правда идею с потолком они так и не опробовали. А утром Питер с улыбкой рассматривал багрово-красные следы, оставленные альфой на его бледной шее, смущённо вспоминая, как мужчина сжимал на ней сильные пальцы, а подросток просил ещё и ещё, теряя голову от новых острых ощущений и непривычного жжения в лёгких. Впервые Старк дал полную волю своему звериному «я», и его лёгкий, в меру необходимый садизм безумно заводил их обоих, принося небывалое, такое сладостное наслаждение. И пусть с его паучьей регенерацией достаточно лишь полдня, чтобы эти отметины, словно знак принадлежности, прошли, но Паркер был безумно счастлив. Он любит и любим, нужно ли что-то большее, чтобы в полной мере ощутить это желанное многими счастье?

***

      Питер улыбнулся, всё так же пребывая в приятной мягкости постельного белья, которая не желала отпускать омегу из своих объятий. Поёжившись, подросток медленно сел, слегка продавив под своим небольшим весом край средне-жёсткого матраса, опустив холодные ступни на тёплый пол с автоматическим подогревом, прикрывая в наслаждении глаза. Сегодня, да и последующие несколько дней, ему не нужно никуда идти, поэтому можно немного отдохнуть от рутинных школьных будней, хотя друзья и скрашивали эти серые деньки, но и паучьи обязанности с этим справлялись неплохо. Паркер зашёл в светлую ванную комнату, которая, в отличие от остального пространства базы, была не очень большой, но довольно уютной. Большую часть помещения занимала гидромассажная акриловая ванна с вставками из дуба, в которой подросток, пожалуй, мог лежать часами, особенно после очередных ссадин и ушибов вода расслабляла лучше сеанса массажа. У другой же стены располагалась двухместная угловая инфракрасная сауна из кедра с душевой кабиной, и, честно говоря, омега ни разу не видел, чтобы Тони использовал её по назначению, в основном просто ополаскивался под тёплыми струями в душе. А вот подросток наоборот старался всё опробовать, оно и немудрено, ведь для парнишки из Куинса вся эта роскошь была в новинку. Поначалу, конечно, паучок смущался пользоваться дорогими предметами на базе, но альфа как-то сам приобщил его ко всему этому, благодаря чему прогресс был налицо – Питер хотя бы больше не шарахался от мебели или электроники, да даже от простых элементов украшения интерьера, когда узнавал их стоимость, ведомый собственной любознательностью. Также как и в любой ванной комнате имелся унитаз и небольшая круглая раковина, выполненная из тёмного мрамора, узоры на котором напоминали чистое ночное небо с сияющими во всей своей красе звёздами. А над ней располагалось круглое зеркало со слабой подсветкой, чтобы сильно не напрягать глаза ярким светом. Как-то Старк говорил, что предпочитает в подобных комнатах эко-стиль, способствующий большему расслаблению, потому что ему нравился натуральный древесный запах, гладкость дорогого камня и сдержанные оттенки стен и полов, а также запах свежих цветов. Раньше на дубовой столешнице рядом с раковиной стояли в вытянутой белоснежной вазе аналогичного оттенка цветы жасмина, но Тони их убрал, потому что теперь, благодаря омеге, прекрасный аромат был повсюду, нотки которого можно было уловить чуть ли не на территории всей базы.       Подросток коснулся тонкими пальцами пуговиц на шёлковой ночной рубашке, чёрный цвет выигрышно смотрелся на светлой коже, а контрастная окантовка подчёркивала красоту изделия, длина которого вполне себе прикрывала самые аппетитные места. Предмет гардероба, на самом деле, принадлежал Тони, но омега иногда заимствовал его в случаях, когда приходилось проводить ночь в одиночестве, хотя мужчина не особо часто надевал верх ночного костюма. В таких случаях Питер чувствовал себя уютно не только благодаря приятному к коже одеялу и простыням, но и от обволакивающего его запаха пачули и пикантной нотки корицы в аромате. Быстро приняв тёплый душ, парень вновь надел ту же самую рубашку, которую до этого повесил на крючок рядом с инфракрасной сауной, а также короткие белые брифы-боксеры. Улыбнувшись своему отражению и на долю секунды засмотревшись на небольшое кольцо на собственной шее, Питер направился в одно из самых своих излюбленных мест – кухню.       Сегодня паучок решил приготовить на завтрак кукурузные панкейки с кленово-лимонной помадкой. Вообще, как оказалось, альфа любил домашнюю выпечку, особенно если к ней шла какая-нибудь сладкая добавка. Но всё же подросток старался следить за рационом мужчины, не просто так выбирая блюда, а наблюдая за состоянием Тони и решая, что именно тому необходимо. И к этой своей задаче парень подходил с максимальной ответственностью. Допустим, сейчас, когда мужчина был полностью загружен работой, сладкое как раз было бы кстати, а ещё что-нибудь бодрящее, потому что в своём воображении омега уже вырисовывал эти тёмные-тёмные синяки под глазами Старка и его усталый взгляд. Исходя из всех умозаключений, Паркер решил также приготовить кофе с коньяком, пряностями и апельсином. Обычно именно сочетание кофе и коньяка помогало альфе приободриться и даже немного расслабиться, поэтому омега остановил свой выбор именно на этом ароматном напитке. Когда кукурузные панкейки были готовы, а помадка ещё доходила до нужной консистенции на водяной бане, паучок решил приняться за кофе. В небольшую кастрюльку с покрытием из нержавеющей стали были помещены такие пряности, как: палочка корицы, несколько гвоздик, цедра лимона и апельсина, а также 20 миллилитров коньяка, после чего вся смесь отправилась на водяную баню. Через пару минут в кипящий напиток был добавлен последний ингредиент – эспрессо. После уже полученный готовый напиток был налит в чёрную высокую чашку Старка, стоящую рядом с тарелкой, на которой небольшой горкой лежали панкейки с желтоватого цвета помадкой и небольшим количеством листьев свежей мяты сверху. Взяв приготовленное, Питер направился прямиком в мастерскую, тщетно надеясь, что альфа снова не работал до изнеможения.

***

- Питер Паркер у дверей, – монотонно прозвучал механический голос Пятницы.       Питер не спеша прошёл через автоматические стеклянные двери, до этого чуть не поскользнувшись на лестнице, направляясь к мужчине, который с довольно серьёзным и полным сосредоточенности выражением лица занимался разработкой улучшенных деталей для костюмов на голографическом экране. И, честно говоря, паучка каждый раз завораживали настолько продвинутые технологии, потому что ещё несколько месяцев назад его пределом мечтаний была подержанная электроника, да ещё и со скидкой. Рядом с альфой на рабочем столе стояли несколько чашек, на дне которых легко можно было узнать тёмно-коричневые крупицы от остатков недопитого кофе. - Доброе утро, - улыбнулся паучок, ставя на упомянутый выше стол приготовленный несколько минут назад завтрак. На фразу Питера мужчина лишь иронично ухмыльнулся и повернулся на рабочем кресле в его сторону, так и говоря лишь одним своим, казалось, замученным взглядом: «Ты серьёзно думаешь, что оно доброе?». – Я приготовил твои любимые панкейки.       Омега обошёл обтянутое тёмно-серой кожей кресло под пристальным взглядом карих глаз. Старку казалось, будто сладкий запах исходил не от приготовленной и такой манящей выпечки, а от самого Питера, мгновенно пропитав спёртый воздух помещения своей приятной свежестью. Паучок коснулся кончиками пальцев горячей кожи на задней стороне шеи Старка, плавно проведя подушечками вниз в сторону широких плеч, которые не скрывала чёрная ткань рабочей майки, слегка пропитанная потом. Альфа в неком удовлетворении приподнял уголки губ и откинул голову назад, упираясь тёмной макушкой чуть ниже груди парня. - Ты сегодня как-то уж очень сладко пахнешь, - было удивительно, но Паркер подмечал это не раз: насколько бы уставшим миллиардер не был, как бы сильно его не изматывали занудные собрания Мстителей и глупая праведная физиономия Капитана Америки – если речь заходила о Питере, то голос Тони мгновенно преображался, приобретая нотки едва уловимой мягкости. Да и в целом казалось, будто мальчишка возрождал в израненном сердце мужчины что-то такое, что преображало его унылое мирское существование в полную красок и такую настоящую жизнь. Вездесущая Наташа Романова уже как несколько месяцев назад прознала об отношениях «старикана и мальчишки», как она сама однажды выразилась, хотя они и не афишировали свою взаимную симпатию. Но, однако, от Чёрной Вдовы было трудно утаить эту лёгкую, почти невидимую улыбку Старка, когда речь вдруг каким-то дивным образом заходила о Питере Паркере – стажёре «Старк Индастриз» и весьма выдающемся своими умственными способностями пареньке. А Роджерсу только и оставалось закатывать глаза на многозначительные улыбочки миллиардера. - Я как раз хотел с тобой об этом поговорить, - омега прижался ладонями к разгорячённой коже, медленно начиная разминать затёкшие плечи. Он то чуть сильнее надавливал, то едва касался особо чувствительных участков, боясь даже дышать, чтобы не потревожить умиротворение альфы. – Думаешь, сейчас лучшее время для разговоров?       Губы Тони тронула улыбка от какого-то ребяческого тона подростка, он выпрямился и, боком развернувшись к стоящему позади парню, сказал, предварительно пару раз, в игривой манере, хлопнув себя по бедру: - Ну же, малыш, иди к папочке на коленки и поделись с ним своими гениальными мыслями и гложущими тебя переживаниями, - пожалуй, ещё полгода назад парня до безумия смутила бы подобная выходка со стороны своего горячо обожаемого кумира, но сейчас, видя задорные огоньки алого пламени в коньячного цвета глазах, он лишь демонстративно закатил глаза. Вообще, Старк частенько шутил об их довольно ощутимой разнице в возрасте, что нередко являлось причиной появления алого румянца на щеках подростка, и последний никак не мог понять, хорошо это или же наоборот.       Омега удобно уместился на коленях мужчины, словно маленький ребёнок, который будто действительно собрался рассказать родителю о своём каком-то достижении, в ожидании похвалы. Ноги Паркера даже не доставали в таком положении до пола, свисая в одну сторону, что по какой-то причине немного смутило подростка. Руки же он положил на обнажённые плечи миллиардера, медленно водя подушечками пальцев от затылка до нижней части шеи, на которой так маняще выступала та самая пульсирующая венка. - Боги, только не говори мне, что ты без нижнего белья, - рука мужчины забралась под шёлковую рубашку, оглаживая плоский живот, отчего по телу мальчишки пробежал, казалось, целый табун мурашек. - Что вы, мистер Старк, но если вы так хотите, я могу его снять, - парень игриво улыбнулся, сильнее надавив на нежную кожу шеи короткими ногтями, оставляя на ней ровные красные полосы, прекрасно зная, что это нравится его альфе. - Ооо, ты напрашиваешься, паучок, - Тони, прижав хрупкое тело ближе к себе, впился в податливые губы грубым поцелуем, и Питер тут же сжал в ладонях ткань хлопковой майки, прикрывая от удовольствия глаза. Мужчина терзал такие желанные губы, сплетая в диком танце влажные языки, ублажая собственный слух тихими стонами, которые издавал его партнёр. – Так о чём ты там хотел поговорить? И вообще, когда ты ко мне на «вы» обращаешься, чувствую себя стариком, растлевающим малолетних сладких мальчиков. – Альфа отстранился, удовлетворённо рассматривая немного покрасневшие губы омеги, привычно издевательски улыбаясь. - У меня послезавтра течка, - отдышавшись ответил Питер, смотря куда-то в сторону ключиц альфы. Почему-то после таких моментов ему было всё ещё неловко смотреть Старку в глаза. В этот момент лицо миллиардера приобрело тень серьёзности, прогоняя прочь недавний задор. - Хорошо, что предупредил, нужно будет перенести все важные дела и бла-бла-бла, - подросток с некой укоризной посмотрел на альфу, в который раз удивляясь его подобному отношению к работе. – Или же ты хочешь, чтобы одной рукой я разрабатывал новые детали, а другой твою аппетитную попку? - В этом весь ты, - смущённо засмеялся Паркер, кладя голову мужчине на грудь, чувствуя его каждый рваный выдох, ставящий под сомнение шутливое настроение Тони. - К слову, Питер, ты, - миллиардер немного замялся, - принимаешь противозачаточные или что там у вас? Не пойми неправильно, дети - это класс, да, эмм… Но, во-первых, мне не особо хочется, чтобы мои костюмы кто-то постоянно облизывал и ломал, а во-вторых, я не готов к такой ответственности. Думаю, детям не особо понравится, когда их отца выкидывает с верхнего этажа излишне прилизанный божок. – На самом же деле миллиардер боялся, что жизнь отберёт у него всё: и детей, и Питера, но последнему вовсе не было обязательно об этом знать, пусть Тони так и останется в его добрых глазах страшным детоненавистником. Было прекрасно видно, что Старку неловко общаться на подобного рода темы, да и омега сам всё прекрасно понимал, но для него самого, заменяя всё вышесказанное, была только одна весьма весомая причина: - Тони, всё в порядке, я… Я бесплоден, - оторопевший взгляд заставил подростка продолжить тяжёлый разговор, который он все те долгие месяцы их знакомства не решался начать, – на самом деле, я предполагаю, что это всё из-за укуса паука. Помню, когда проходил медицинское обследование, врач долго не могла понять причины, потому что никаких отклонений в развитии организма не было. Но я ведь не мог сказать, что причиной всему то, что я могу спокойно лазить по стенам и швыряться паутиной. Наверное, это плата за дарованную сверхспособность, знаешь, в духе большинства комиксов, но, как по мне, эта плата слишком велика. – Питер боялся последующих слов со стороны альфы, хоть и не хотел самому себе в этом признаться.       Пожалуй, Тони ожидал любого: слёз, криков в свой адрес из-за нежелания иметь детей, да хоть избил бы его омега, и то было бы предсказуемей (но так только считал сам мужчина). Но ему и в мысли не приходило, что ситуация может завернуть именно в такое русло. Миллиардер положил свою большую ладонь прямо на макушку парня, перебирая короткие каштановые волоски, пытаясь успокоить, но не зная как. - Если хочешь, я поговорю с Беннером, он же, по идее, должен разбираться в подобном. - Нет, всё в порядке, правда. Возможно, это и к лучшему, не представляю тебя в роли заботливого папочки, - о нет, Питер врал, ещё как представлял и не один раз, вот только всегда в сердце что-то болезненно покалывало, и подобные мысли отправлялись в небытие.       Но, несмотря на улыбки и заполнивший просторное помещение смех, обоих не покидало ощущение, будто у их сердец отняли что-то очень важное, словно судьба резко вырвала ноющий зуб, на месте которого уже никогда не вырастет новый, как бы ты ни желал.

***

      Утро нового дня встретило Питера обжигающим жаром где-то внизу живота и пока ещё лёгкой туманной дымкой перед глазами. Мысли в голове ещё как-то более-менее были чисты, но подросток знал, что ещё совсем немного и ему будет тяжело нормально связать и членораздельно выговорить даже пару слов. Тони уже не спал, осыпая заднюю часть шеи омеги мимолётными поцелуями и жадно вдыхая заполнивший всё помещение цветочный аромат. Казалось, будто холод бледной кожи моментально заполнял жгучий огонь, и те места, которых касался мужчина, готовы были вот-вот загореться. Паркер тихо простонал, давая тем самым понять, что он уже перешёл из царства снов в реальность, положив свою прохладную ладонь поверх тыльной стороны ладони альфы, несильно сжав. - Доброе утро, паучок, - мужчина улыбнулся, повернув голову парня за подбородок в свою сторону и вовлекая в непринуждённый утренний поцелуй. – Чего-нибудь хочешь поесть, пока есть возможность? – Альфа провёл большим пальцем по розоватой нижней губе, слегка оттягивая её вниз и вырисовывая в голове картину всего того, что он сделает со своим мальчиком в ближайшие три дня. - Воды, - выдохнул омега, смыкая губы вокруг кончика пальца мужчины и пристально всматриваясь в карие глаза, которые лучше их обладателя давали понять, что мужчина уже был крайне возбуждён, но сдерживался, как обычно стараясь не выставлять эмоции напоказ.       Обычно, течки Питера пускай и длились всего лишь 3 дня, но протекали довольно тяжело, из-за чего даже Мэй приходилось на время оставаться у своих знакомых, хотя она и была бетой. В такие моменты подросток был готов бросаться на всё живое и умолять в самых постыдных фразах взять его, потому что ощущения были нестерпимыми. Но, несмотря на это, паучок никогда не ласкал себя сзади, потому что попросту боялся – типичное поведение юного омеги, который открывает для себя новый неведомый до сих пор мир. Но по-настоящему все прелести интимной близости открыл для него Старк, и парня одолевал страх, ведь он не знает, каким образом поведёт себя в постели с альфой, пребывая в сладостном бреду.       Из раздумий Питера вывела смуглая рука Старка, держащего перед его лицом стакан с пузырящейся прохладной минеральной водой. Паркер мгновенно выпил всё содержимое, в блаженстве прикрывая глаза – вместо томительного жара внутри разлилась лёгкая прохлада. В следующую минуту альфа навис над подростком, вдавливая хрупкое тело в спальный матрас, впиваясь в такие желанные губы жадным поцелуем. Сейчас, как никогда, хотелось разложить парня на всех возможных и невозможных поверхностях, терзать его опухшие губы, упиваться непривычно развязным бешеным взглядом, полным желания и призыва, хотелось ударить по бледным ягодицам до жгучего ощущения на загрубевшей коже ладони, хотелось… Мужчина попросту не простит себе, если не воплотит в реальность все свои самые грязные фантазии, слишком долго он желал этого заветного дня. Старк то мучительно медленно проводил языком по кромке белоснежных зубов, то со всей страстью неистово сплетал их языки в диком жарком танце, а омега, с трудом поспевая за напором партнёра, цеплялся за обнажённые плечи, выстанывая в перерывах что-то нечленораздельное. Питер сходил с ума от глубокого, мускусного и слегка горьковатого аромата альфы, который будто закрался в каждую частичку его тела, и непроизвольно старался сильнее прижаться жаждущей разрядки плотью к колену, которое Старк так удачно уместил между ног мальчишки. Альфа переместил правую руку к груди подростка, крепкими пальцами мимолётно пробежавшись вверх и, наконец, сжимая бледную шею, на которой выступили солоноватые капельки пота. Омега буквально задыхался от такого постыдного ощущения, когда ты балансируешь на грани жизни и смерти, когда чужой язык грубо шарит во рту, плавно проходясь по нёбу и дёснам, контрастируя с грубой хваткой на шее, а от недостатка кислорода уже начинало жечь щёки. Миллиардер отстранился, убирая руку, удовлетворённо наблюдая за результатами собственных действий. Омега выглядел прекраснее, чем когда-либо: губы припухли и так соблазнительно поблёскивали в утренних солнечных лучах, и мальчишка судорожно проходился по ним юрким язычком, глаза были слегка прикрыты и покраснели от слёз, и это тихое судорожное «Тони» заводило куда больше, чем любой, даже самый лучший, афродизиак мира. Опьянённо ухмыльнувшись, Старк резко развернул омегу на живот, задирая до груди его ночную рубашку и приподнимая его за бёдра, заставляя тем самым прогнуться в пояснице и предоставить альфе самый прекрасный обзор на ещё розоватую пульсирующую дырочку, из которой обильно сочилась пахучая смазка. Подросток вздрогнул и уткнулся лицом в прохладную подушку, неожиданно громко и протяжно простонав, когда сильные руки развели в стороны аппетитные половинки и его ануса коснулся горячий язык, который ещё минуту назад неутомимо терзал его рот. Мужчина обвёл языком тугое колечко мышц, собирая по каплям такой сладостный аромат его малыша, и слегка надавил на вход, дразня. Паркер застонал, приподнимаясь на локтях, и потянул дрожащую руку в сторону Тони, запуская пальцы в копну каштановых волос, стараясь притянуть альфу ближе и смотря через плечо в дикие любимые глаза, будто сам ещё сильнее поддаваясь их пьянящему разум возбуждению. Язык проник чуть глубже, раздвигая пульсирующие в желании чего-то большего стенки, и парень сильнее сжал в ладони короткие волосы, подмахивая бёдрами. Альфа отстранился от такого манящего нутра и до его ушей донёсся тихий стон разочарования. Мужчина надавил мальчику на спину, заставляя того полностью коснуться животом белой простыни, выпрямил правую ногу Питера, а левую согнул в колене почти до конца, отведя вверх ближе к животу, и снова прильнул к подрагивающей от предвкушения дырочке. Он вновь мягко надавил языком на вход и с лёгкостью проник внутрь, рукой отводя одну из половинок в сторону, пальцами впиваясь в нежную кожу. Миллиардер наслаждался ласкающими слух стонами, на которые его мальчик не скупился, постоянно норовя приподнять бёдра. Наигравшись, альфа переместил правую руку на шею подростка, отрывая того от холодной постели и прижимая спиной к собственной вздымающейся груди, вовлекая в поцелуй, полный страсти и какой-то отдалённой грубости, которая просто сносила крышу обоим. Омеге оставалось только промычать в моменте поцелуя, когда Тони прикусил его чувствительную от настойчивых ласк нижнюю губу, и когда три немаленьких пальца мужчины с лёгкостью проскользнули в горячее нутро. Пальцы мужчины то резко раздвигали горячие стенки, то плавно и даже как-то слишком медленно почти полностью покидали пульсирующее колечко мышц, и Питер заходился в экстазе от смешанного чувства боли и наслаждения, которое доставлял ему его возлюбленный. Не выдержав очередного рваного движения, только уже четырёх пальцев, омегу прошибла крупная дрожь, и он обмяк в сильных руках, со стоном кончая, поджимая от наслаждения пальцы на ногах. Мужчина отстранился, перед этим оставив на молочного цвета коже ягодиц красноватый оттенок от пары размашистых ударов, отчего по телу мальчишки прошлась новая волна удовольствия, отразившаяся сладкой тяжестью в паху. Тони подхватил лёгкое тело на руки и усадил подростка на тёплый пол, сам сев на край постели напротив омеги, предварительно избавив себя от мешающих предметов одежды. - Давай, малыш, ты ведь знаешь, что делать, верно? – хрипло проговорил Старк, пристально всматриваясь в затуманенные глаза подростка.       Питер приблизился к паху мужчины, и тот, в свою очередь, переместил ладонь на голову мальчика, слегка поглаживая, сдерживаясь из последних сил. Омега бросил жадный взгляд на сочащийся изнывающий от недостатка внимания член с такой манящей багровой головкой, которую подросток незамедлительно лизнул, благодаря чему тишину помещения нарушил гортанный рык. Пожалуй, Питер был готов вновь постыдно кончить лишь от него. Парень прошёлся влажным языком по всей длине, оставляя мимолётные поцелуи, и принялся снова мягко обводить языком налившуюся головку, игриво задевая уздечку и слизывая солоноватую смазку. И когда омега вобрал налитый орган Старка до половины, тот не выдержал: мужчина резко надавил на затылок партнёра, не давая шанса на собственную волю и тем самым заставляя брать с каждым сантиметром всё глубже. Миллиардера не останавливало хриплое мычание и попытки закашляться, он видел лишь своего мальчика, такого заплаканного, дрожащего и подмахивающего своей шикарной задницей в такт движениям, судорожно сжимающего его колени то ли от невообразимого нового ощущения заполненности, то ли от прожигающей горло боли. Тони пребывал в ярком экстазе от пусть и неумелых, но таких приятных действий его мальчика, ощущение, как его член скользит внутри влажного, такого правильного рта было непередаваемо, особенно когда омега невольно делал глотательные движения, принося ещё большее удовольствие. Но ничто не сравнится с его другим, более желанным мужчиной местом, которое так манящее буквально всасывало его широкие пальцы несколько минут назад. Альфа резко отстранил Питера от себя, удовлетворённо всматриваясь в окончательно опухшие губы, не обращая внимания на чужой кашель. Старк знает – его мальчику понравилось, потому что подросток снова не выдержал и излился в тот самый момент, когда Тони самый наглым образом грубо трахал его податливый рот, растягивая большими пальцами уголки раскрасневшихся губ.       Мужчина, предварительно стянув с Паркера тёмную рубашку и бросив её где-то неподалёку, вновь подхватил парня на руки, отмечая краем сознания удивительную лёгкость паучьего тела. Он лёг в середине просторной кровати, усадив сверху на себя ничего не соображающего Питера, призывно потирающегося увлажнённой смазкой дырочкой о его налитый кровью член. - Мм, Тони, пожалуйста… - подросток умолял, пусть после всего он и будет ужасно смущён собственными словами и поступками, но сейчас хотелось лишь одного – заполнить эту ужасную пустоту и избавиться от навязчивого зуда в районе ануса, требующего долгожданного продолжения. - Ну же, малыш, доставь папочке удовольствие, - казалось, Тони тоже не особо соображал, полностью поглощённый своим омегой и его умопомрачительным запахом, который хотелось вдыхать без остановки. - Папочке… - как в забвении повторил парень, припадая к узким губам, изогнутым в пошлой усмешке, целуя страстно и полностью отдаваясь своему альфе.       Разорвав поцелуй и рефлекторно стараясь набрать в грудь как можно больше воздуха, омега слегка приподнял бёдра и приставил к сочащейся дырочке пульсирующий член, водя головкой по входу, в нетерпении соединиться со своим альфой. Тони положил ладони на нижнюю часть бёдер подростка, сжимая, оставляя алые следы на бледной коже. Наконец пристроившись, подросток ввёл внутрь крупную головку, после резко насадившись на орган до основания, издав полувскрик от наслаждения. Тони просто сносило крышу от тугого нутра его мальчика, от того, как тот, задыхаясь, пытается насадиться ещё глубже, почти хнычет и умоляет, так пошло выстанывая это злополучное «папочка» и закусывая до алых капель крови нижнюю губу, вскрикивая, когда мужчина, рвано толкаясь навстречу, проходится по особо сладкому месту. Миллиардеру так мало, как ему казалось, медленных движений подростка, который обессиленно опирался руками ему на мускулистую грудь. Поэтому он повалил омегу на спину, наращивая темп и вбиваясь в хрупкое тело, вдавливая его всё сильнее и сильнее в мягкий матрас, подхватывая стройные ноги, не забывая оставить на них несколько ярко-красных засосов, и кладёт их себе на плечи. Питер утопал в ощущениях, разум его совершенно не слушался, он был где-то далеко-далеко, но так близко перед ним был Тони, которого можно было обнимать и целовать, и который так неистово разрабатывал его узкую дырочку своим толстым членом. Паучок судорожно цеплялся за крепкие руки мужчины, расставленные по бокам рядом с талией омеги, чувствуя, как Старк почти выходит из него и вновь резко заполняет пустоту, от чего из груди парня вновь и вновь вырывались всё более громкие стоны вперемешку со вскриками. - Тони, пожалуйста, ах… Я больше не могу, - выстанывал Питер, чувствуя, что очередной оргазм вот-вот вновь накроет его с головой, выбивая по крупицам остатки разума. Омега сходил с ума от великолепного запаха, от взгляда хищного зверя, который будто готов был с минуты на минуту растерзать свою добычу, впиться острыми клыками в чувствительную зону, оставить на коже багровый след, который даже в силу паучьей регенерации не исчезнет никогда. – Пожалуйста, я хочу…       Пожалуй, подростку не было необходимости договаривать, потому что сейчас, как никогда, альфа понимал все его желания без единого слова. Тело мальчишки говорило в данный момент куда больше, чем его обладатель произнёс за всё их время совместного проживания. Мужчина, предварительно выйдя из разгорячённого тела, резко перевернул Питера на живот, тут же входя снова на всю длину и возобновляя привычный бешеный темп. Альфа развёл колени мальчика в стороны собственными, чтобы увеличить возможную глубину проникновения, с наслаждением отмечая, как подросток дрожит всем телом, нетерпеливо потираясь жаждущим разрядки членом о прохладную простынь. Тони крепко сжимал тонкие запястья омеги над его головой, отмечая прелестный контраст молочной и смуглой кожи и на мгновение спрашивая себя, какого цвета могла бы быть кожа у их детей. Резко толкнувшись до самого основания, с наслаждением изливаясь внутрь содрогающегося нутра, Старк с рыком впился вмиг появившимися белоснежными клыками в тонкую кожу на задней стороне шеи омеги, из-за чего последний взвизгнул, сразу же изливаясь следом. Боль от постепенно набухающего внутри узла и только что поставленной метки отрезвляла, и возбуждение постепенно отходило на второй план, туманом приходило осознание. Миллиардер громко втягивал ноздрями воздух, также немного отходя от неистового желания обладания, с удовлетворённой улыбкой лицезрея багрово-красный след на бледной шее и медленно стекающую куда-то вниз каплю алой крови. Паркер тихо заскулил, положив голову набок и всё ещё пытаясь отдышаться, заполнить лёгкие воздухом, стараясь сильнее вжаться в матрас, чтобы уйти от неприятных жгучих, словно раздирающих изнутри ощущений. - Тише, малыш, скоро пройдёт, - альфа аккуратно стёр большим пальцем со щеки парня появившуюся дорожку от солоноватых слёз, одарив его лёгким поцелуем в уголок потрескавшихся губ, по которым также была размазана солоноватая кровь.       Стараясь сильно не шевелиться, чтобы не причинять нежелательной боли своему омеге, альфа нежно целовал его спину, придерживая одной рукой за грудь, иногда возвращаясь к истерзанной шее и проходясь языком по свежей ране, слизывая капли свежей крови. После они лежали на боку, Тони держал парня в своих нежных и тёплых объятиях, прижимая его спину к своей груди, в полном молчании. Мужчина водил рукой по бледной коже, иногда, будто бы невзначай, задевая чувствительные набухшие соски, которым он ещё обязательно уделит внимание, попробует на вкус розоватые горошины. Когда узел спал, а возбуждение новой волной накатило на них обоих, они почти безвылазно занимались любовью, наслаждаясь телами друг друга. И вся эта дикая страсть продолжалась до тех пор, пока не прошло три сладостных, наполненных неумолимой любовью и похотью дня.

***

- Эм, Тони, - Питер поёжился, стараясь удобнее усесться на мягком диване, - тебе нравится, когда я называю тебя «папочкой»? – Честно говоря, у омеги жутко болела вся спина, а в особенности поясница, и, конечно же, причинное место, которое до этого знало только болезненный вкус знатных передряг. А вот Тони наоборот был живее всех живых и чувствовал себя просто великолепно. - Знаешь, я не против, если ты будешь меня так называть, но, боюсь, если нечто подобное слетит с твоих губ при «Капитане Ледышке», то ты лишишь его моральной девственности, а может даже и физической, кто знает, - рассмеялся Старк, явно пребывая в великолепном расположении духа. - Хорошо, папочка, я тебя понял, - омега явно издевался, смотря с усмешкой в карие глаза напротив, пытаясь вот-вот не расхохотаться. - Ха-ха, а ты осмелел, как я погляжу, - альфа потрепал подростка по голове, словно отец, который рад взрослению своего любимого сыночка. - А если серьёзно, мы только отошли от этого твоего «Мистер Старк», поэтому не усугубляй, паучок. - И Паркер рассмеялся, смотря на умиротворённое и такое родное лицо.       Они сидели на диване под тихий шум идущего по телевидению какого-то популярного шоу, увлечённые поеданием пиццы, потому что нормально поесть, как очевидно, за эти три дня им так и не удалось. Сейчас подросток не был в состоянии даже нормально стоять без посторонней помощи, и Тони искренне забавляло, как трясутся коленки парня и как тот в очередной раз судорожно цепляется за вовремя подставленную сильную руку. И теперь, с криками «Ваша карета подана, принцесса» по всей базе, миллиардер носит на руках своего пока что немощного паучка. По этой причине о готовке не шло и речи, когда они решили перекусить, а вымотанное состояние мальчишки хорошо передавали кучи мягких подушек, которыми тот обложился во избежание обострения болевых ощущений во всём выжатом до предела теле. Пожалуй, даже тренировки выматывали не так сильно, как их страстный марафон. А ещё Паркер был безумно рад метке и, будто ребёнок (хотя он им и является), уже пятый раз проходил мимо зеркала, чтобы полюбоваться на алый знак принадлежности, чем вызывал на лице Тони снисходительную улыбку.       Питер был по-настоящему счастлив, да и Старк тоже, пусть последний этого и не показывал, но любовь – это то чувство, которое ты ничем не скроешь, если по-настоящему его испытываешь. Не важно, какой твой любимый человек: он может пить, казаться на первый взгляд совершенно безэмоциональным и бесчувственным, быть бедным или вовсе быть без возможности иметь детей, как многие говорят - дефектным, но разве это то, за что любят нас, и за что любим мы? Омега просто понял, что любим со всеми своими так называемыми дефектами, а альфа, кажется, вновь приобрёл в своей жизни смысл, который, казалось, он давным-давно потерял.