Всякие никому не всратые зарисовки

— Блять, блять, блять! Давай, сука, закрывайся! Ну же! — причитал парень, судорожно тыкая по кнопке 1 этажа на панеле лифта, потому что как назло кнопка для закрытия дверей сломалась.       Пока квартира прямо напротив кабины, неспешно открывалась, а после закрывалась. Но Антон не успел обрадоваться, начавшим смыкаться дверям, как между ними оказалась чья-то рука с красной нитью на запястье. А после, сопровождая всё многочисленными тихими «блять», парень наблюдал, как двери вновь расходятся и к нему в кабину присоединяется ещё один человек. — Доброе утро, Антон, — здоровается мужчина, внутренне насмехаясь тому, как кончики ушей парня покраснели от неловкости. — Доброе, Арсений Сергеевич, — неловко тянет уголки губ вверх Шастун и поспешно отворачивается, моля лифт ехать быстрее. — Я даже сделаю вид, что не заметил, как ты насиловал бедную кнопку «1», — улыбнулся брюнет, переводя взгляд на вконец покрасневшего парня. — Ладно, простите. Просто мне неловко из-за того случая с дурацким Матвиенко! Я только на пару секунд задержался, чтобы квартиру закрыть, а эта придурь уже постучала к вам и убежала вниз! — оправдывался парень, избегая взгляда и нервно крутя кольца на пальцах. — И ты как взрослый и разумный человек, конечно же кинулся вниз вслед за другом, матерясь на весь дом! — насмешливо протянул мужчина, умиляясь с такой смущённой реакции. — Не хотелось на вас перегаром дышать, — едва слышно прошептал парень, надеясь, что Арсений его не услышал и в следующий же миг, как только двери распахнулись, вылетел словно пробка из бутылки и у стремился к выходу из парадной, но не заметил оставленный парнем с 3 этажа скейт и с высоты своего немалого роста рухнул прямо перед выходом. — Сукааа, — жалобно протянул Шастун в землю, а после почувствовал, как его подхватывают сильные руки и тянут вверх, поднимая с бетонного пола. — Ты как, Антош? Ничего не разбил, крови нет? — обеспокоенно спрашивал брюнет, метая взгляд по всему лицу парня и продолжая удерживать того за плечи. — Разбито только моё чувство собственного достоинства, — с максимальным трагизмом произнёс парень, завершив это эпичным вздохом. — Это поправимо, не переживай, — улыбнулся Арсений, наконец прекращая переживать, но не убирая руки с плеч парня, — точно всё хорошо? — Да, точно, — для верности кивнул Шастун, с печалью осознавая, что тёплые руки покинули его худые плечи, а их хозяин, бросив что-то вроде «ладно, увидимся» покинул подъезд.       Антон вспомнил, куда так неторопился изначально и вздохнув, побрёл на учёбу.

***

      Единственная на весь этаж лампочка подозрительно потрескивала и периодически затухала на долю секунды, снова тускло сияя. Атмосфера была напряжённая, как и нервы светловолосого парня, которого прижали к стене два крупногабаритных гопника. Возможно и не таких уж и крупногабаритных, но в сравнении с самим парнем это выглядело именно так.       Антон понимал, что фраза «в жопе у меня поищите» в ответ на вопрос о сигаретах, сказанная им с ухмылкой была явно не лучшей идеей. Но он же не виноват, что его практически довели до ручки на учёбе, а тут впервые подвернулась возможность хоть как-то выплеснуть эмоции. Жаль, жертва совсем немного оказалась ему не по зубам. Вернее очень даже по зубам. Он получит. Уже совсем скоро. — Ладно, пацаны, сорян. Просто день у меня сегодня херовенький, — попытался хоть немного сгладить ситуацию Антон, примирительно поднимая руки. — А тебе, швабра, не кажется, что это только твои проблемы? А за базар отвечать нужно, — бросил один из них, тут же нанося удар, который пришёлся на скулу.       Лицо обожгло болью, а голова ударилась о стену позади. Следом второй удар, который рассек губу и не слабо так зацепил нос. Антон почувствовал металлический привкус на языке и тупую боль по всему лицу и затылку.       Попытка вырваться ни к чему не привела, его только сильно пихнули в живот, от чего на пару секунд перехватило дыхание. Сквозь зажмуренные глаза парень ничего не видел, но знал, что сейчас будет и третий удар, но его не последовало. Гопника отвлек голос, раздавшийся совсем рядом. — А тебе не кажется, что двое на одного слегка неблаговидно? — занесенная рука опускается, а на лице гопника появляется крайняя степень озадаченности. — Чё? — спрашивает он, поворачиваясь к источнику голоса. — Охуели вы, говорю, — вновь говорит очень знакомый Антону голос. Арсений Сергеевич. Ну конечно. — Чё?! — уже с возмущением подключился второй гопник, грозно надвигаясь на мужчину. — Это единственное знакомое вам слово? — с такой же ухмылкой, как и Антон пару минут назад тянет Арсений, следя за идущим к нему гопником.       Затем слышится небольшая возня, а после почти девчачий визг «ай, сука!» и Антоновские лопатки больше не вдавливаются в расписанную стену. Гопник, что держал его, поднимает своего сотоварища с пола, и они оба быстро ретируются, оставляя за собой лишь едва слышный писк домофона. — Антон, ты как? — Арсений подходит к нему, начиная рассматривать повреждённые участки. — Бывало и лучше, — пытается улыбнуться подросток, но болящая губа не даёт этого сделать, — спасибо Вам большое. — Да не за что, горе луковое. Пойдём, обработаю всё, — Арсений уже ухватил его за локоть и потащил по лестнице на их этаж. — Я сам справлюсь, спасибо, — мягко отказывается парень, когда они минуют один пролёт. — Ага, справишься ты, конечно. Я сказал, обработаю, значит, обработаю, — настоял мужчина, продолжая тащить Шастуна за локоть. — Но… — Ещё слово и я даже не подую, когда больно будет, — перебил Арсений, замечая, что сработало и парень умолк, слегка надувая щеки.       Антон впервые был в квартире Арсения и сейчас вертел головой во все стороны, стараясь запомнить уютную обстановку. Вскоре появился и хозяин, бросая открытую аптечку на диван рядом с парнем.       Брюнет аккуратно повернул голову к свету и провел ватным диском, предварительно смоченным антисептическим средством по небольшой ссадине на скуле, тут же начиная дуть, видя, как морщится Шастун. Затем настал черёд губы, и единственными мыслями в голове парня было то, что его сосед сейчас буквально дует ему в рот и это как минимум странно, но в то же время приятно.       Когда Арсений закончил пародировать ветер и отложил аптечку на стол, Антон с грустью осознал, что нужно уходить. — Спасибо вам, Арсений Сергеевич, — после кивка мужчины подросток вышел в коридор, накинул свои кроссовки и ещё раз поблагодарив, вышел из квартиры, делая два шага и заходя уже в свою квартиру.

***

      Перед глазами всё плывёт, когда Антон с трудом и далеко не с первой попытки открывает ключом домофон, после спотыкается о порог и теряет равновесие, но не падает. Пока что ему везёт.       Парень с трудом вспоминает, что лифт сломан, поэтому минует его и идёт сразу к ступенькам. На первый взгляд это страшное жесткокое орудие сломанных шей доверия не вызывает. На второй, если честно, тоже. Да и на третий пьяный взгляд Шастуна лестница не вызывает никакого доверия.       Поэтому подросток около трех минут стоит перед первой ступенью и ждёт какого-то чуда. И что удивительно это чудо и правда появляется в виде его соседа, который здоровается, но, не услышав ответа, потому что Антон вдруг решил не палиться и не показывать своего весёлого состояния, подходит ближе и становится рядом с Шастуном. — Антох, ты чего, оглох? — тактика «не палимся» с треском проваливается, когда до мозга Антона, приправленного алкоголем, дошло, что это было в рифму. Парень глупо захихикал, прикрывая рот ладошкой с огромным количеством колец и браслетов.       Арсений сначала нахмурился, не понимая, что тут происходит, а потом до него дошёл запах весёлого вечера подростка и мужчина вздохнул. — Понятно всё с тобой, пьянчужка, — брюнет подхватывает парня за талию, перекидывая его руку через свою шею, и бережно ведёт его вверх по лестнице. Ну как ведёт. Тащит на себе, чуть ли не матерясь, потому что тушка явно не лёгкая, какой кажется на вид, а ещё и не помогает ему совсем, даже не пытается двигать ногами.       Спустя пять с половиной этажей и всё-таки вылетевших пару «блять» из интелегентских уст, Арсений остановился, облокачивая парня о стену и восстанавливая дыхание. Нелёгое это дело тащить пьяного Шастуна на седьмой этаж. Антон начал крениться вбок и Арсений тут же оказался рядом, удерживая от падения и практически обнимая подростка.       Сходил за тортиком называется.       Эти недообъятия длились ровно столько, чтобы мужчина успел отдохнуть, а после снова подхватив светловолосого за талию, продолжил их восхождение. Антон пребывал в отключке с того момента, как сосед оказался слишком близко к нему, а его парфюм ударил по рецепторам, но зато пришёл в себя, когда почувствовал как чужие руки лапают его везде, где только можно. — Эй! — возмущается парень, когда одна рука оказывается на его попе. — О, пришёл в себя? Рассказывай, куда ключи засунул, недоразумение. Я уже где только не искал, — продолжая шарить по бухому телу, объяснял мужчина. — Да я чувствую, как вы ищите! Хватит! — отмахиваясь от рук визжал Шастун. Впрочем, эти руки были единственной опорой, поэтому Антон начал падать прямо на соседа, который снова не сдержал ёмкое «блять». И за что ему это чудо по соседству?       Антон протянул руку на уровень глаз мужчины, где в ладони были зажаты ключи. Он так и не убрал их никуда, после того, как открывал домофон. Снова раздалось сдавленное «блять»       С горем пополам квартира была открыта, Антон подхвачен на руки и отнесен в спальню, хотя сперва Арсений перепутал и зашёл на кухню, потому что планировка очень отличалась от его собственной.       Аккуратно уложив пьяное тело, мужчина стянул с него куртку и кроссовки, а после и футболку со штанами, под слабые протесты подростка и что-то вроде «я ещё не готов», впрочем, Арсений не хотел задумываться, что это могло значить. Укрыв мгновенно уснувшего мальчишку одеялом и подоткнув его со всех сторон, мужчина ушёл, захлопнув дверь.

***

      Антон задумчиво крутил провод от наушников, спускаясь вниз и бросая взгляд на всё ещё не работающий лифт. Никому, видимо, до него дела нет, раз уже какую неделю его двери не раскрываются, а табличка «не работает» покрывается уже каким по счету слоем пыли.       На втором этаже, Антон настолько задумался, что не заметил пару огромных пакетов, лежащих возле ступеней, и благополучно споткнулся, впечатываясь в кого-то впереди. — Да пиздец, — охарактеризовал ситуацию подросток, отлепляясь от неизвестного пока человека и находя опору в своих ногах, — ой, здрасьте, Арсений Сергеевич. — Привет, Шастун. За мат мы с тобой потом поговорим, а вот кто под ноги смотреть должен? — мужчина расправляет смявшуюся толстовку и смотрит на рассеянного парня, который неловко запускает руку в волосы и слегка ерошит их. — Извините, я просто задумался, — и мягкая улыбка, дабы сгладить ситуацию. К счастью, улыбка срабатывает и на губах мужчины появляется не менее красивая. — Ладно уж, иди куда шёл, — Арсений отходит в сторону, стараясь отодвинуть пакеты, чтобы это чудо снова не споткнулось.       Антон обходит одни огромные пакеты и тут же натыкается на другие, не менее огромные, а после в его мозгу что-то щёлкает. — А вы это сами всё тащите? — неуверенно тянет парень, прикидывая насколько это должно быть тяжело. — Конечно нет, за меня это всё делают слуги, разве ты не видишь? — усмехается мужчина, поднимая ближайшие к нему пакеты и начиная подниматься. Если бы не толстовка, Антон бы позалипал на руки соседа, которые явно сейчас очень напряжены, но дурацкая ткань всё скрывает. — Ну давайте я вам помогу, — решается парень, тут же поднимая оставшиеся пакеты. Было даже тяжелее, чем он думал, но отпустить их сейчас было бы слишком позорно. Он же мужик в конце концов.       Арсений возражать не стал, просто начал подниматься по лестнице, надеясь, что продукты не перевесят Шастуна и он не полетит вниз.       И всё-таки самую большую сложность составляла не тяжесть, от которой руки начали болеть почти сразу же, а не смотреть на обтянутую не самыми свободными штанами задницу соседа. Парень отводил взгляд, как только мог, но в итоге всё равно возвращался к этому занимательному виду.       Спустя долгие минут десять, за которые Шастун успел проклясть свою доброту, из-за которой он теперь вынужден ползти под гнётом пакетов, а также успел узнать, что столько продуктов куплено человеком, живущим в гордом одиночестве для приезжающей завтра семьи.       Конечно Антон сразу же уточнил, что семья — это не жена с детьми, а родители с сестрёнкой. После ответа брюнета, парень еле слышно выдохнул от облегчения. Ещё блин только жены ему не хватало тут.       Как только нужный этаж был достигнут, Шастун тут же свалил свои пакеты на пол и принялся потирать слегка онемевшие пальцы. Арсений последовал его примеру, а потом достал ключи и, открыв дверь, снова подхватил продукты и затащил в квартиру, затем оставшиеся пакеты не без помощи Антона перекочевали к своим предшественникам. — Спасибо большое, Тош, — улыбнулся Арсений, возвращаясь с кухни, куда уже успел всё отнести. — Да не за что, Арсений Сергеевич. Ладно, я пойду, — и не успел парень положить руку на ручку двери, как его остановил мужчина. — Ну давай я тебя хоть чаем напою.       Возражать Антон не стал. Ну, а что? Он никуда не спешит, прогуляться хотел с друзьями, так он еще не успел позвонить им, так что его не ждут. А отказываться провести чуть побольше времени с самым горячим мужиком на районе, так от такого только придурок откажется. Или натурал. Да не суть важно вообще.       Чай они пили с купленным вишнёвым пирогом.

***

      Арсений слышит какие-то крики, поэтому приоткрывает входную дверь и оглядывает пустую площадку. Снова кто-то кричит, и становится понятно, что это доносится снизу. Мужчина вздыхает, выходит полностью, прикрывая дверь, и начинает спускаться. — Почему ты бегаешь от меня?! — истерично орёт женский голос. — Потому что ты преследуешь меня! Меня твой сталкеринг уже вконец заебал! — отвечает криком мужской слишком знакомый голос. Орёт Шастун. Арсений закатывает глаза. Что там у этого недоразумения снова случилось. — Потому что ты мне нравишься! — А ты мне — нет! — слышатся громкие шаги вперемешку с цоканьем каблуков. — Да объясни почему! — вопит девушка, видимо хватая парня за рукав, потому что далее слышен шорох одежды. — Ты не в моём вкусе! — Арсений понял, что подслушивать чужие ссоры не особо приемлемо, но он вообще-то вышел, чтобы устранить шум, а источник как раз приближается к шестому этажу, на котором стоит мужчина. — А кто в твоём?! Я перекраситься могу! И линзы надеть! — продолжает вопить особь женского пола под тяжёлые вздохи Шастуна, а после шаги возобновляются, как и цоканье каблуков. — Ты в любом случае не станешь в моём вкусе! — Арсений уже видит тень парня на стене вдоль лестнице и складывает руки на груди. Совсем скоро он надаёт этому чуду по ушам, чтобы больше не поднимал крик на весь дом. — А что мне сделать, чтобы стать?! — Антон поднимается по лестнице в паре метров от мужчины, но смотрит себе под ноги, поэтому пока не видит его. — Отрастить себе член! — орёт в ответ парень, поднимает взгляд и тут же видит Арсения. Абзац.       Попов растерянно смотрит, как лицо парня становится красного оттенка и не понимает, что вообще происходит. Антон же срывается на бег и исчезает на лестничном пролёте, ведущим на их этаж, а после слышится хлопок двери.       Арсений видит застывшую девушку на высоченных каблуках у основания лестницы и немного приходит в себя. Девушка, видимо, тоже, раз тут же разворачивается и причитая что-то про «педиков» уносится вниз. Мужчина поражается, как она участвовала в догонялках за парнем на таких каблуках и не навернулась.       Следующая мысль Попова как раз о самом шокирующем факте. Шастун только что сделал каминг-аут на весь дом. Скорее всего конечно, это было сказано для того, чтобы отвязаться от приставучей особы, но почему он тогда покраснел? Можно списать на неожиданную встречу, но как-то слабо верится.       Ладно, лучше просто не думать об этом и всё. Арсений возвращается в квартиру, думая, зачем он вообще попёрся туда.

***

      После того неловкого по мнению Арсения случая и «сука это пиздец» по мнению Антона прошло два дня. Шастун всеми силами избегал своего соседа, поэтому даже и не думал входить в наконец-то работающий лифт, дабы избежать случайной встречи, как в прошлый раз. Учимся на своих ошибках, ага.       Даже пришлось один раз расталкивать контингент бабулек, дабы протиснуться к выходу, потому что в глубине подъезда послышался голос Попова, здоровающийся с кем-то. Наверно, Арсению пришлось потом долго выслушивать их причитания про наркомана охамевшего.       Сейчас парень медленно осиливал шестой этаж, серьёзно начиная думать, что со стороны лифта доносится смех. Пиздарики. Доподнимался, сука. Финишная прямая, ключ входит в скважину, делает два оборота и Антон становится вне опасности. Правда чуток подвисает, когда видит лишнюю обувь и женскую сумку. А потом вообще хереет, когда к нему в коридор выходит его друг. — О, Шаст, привет. — Ты что тут делаешь? — вместо приветствия спрашивает Антон, скидывая обувь и проходя на кухню. — Да тут такое дело, понимаешь… — Привет, — перебивает оправдания красивая девушка, сидящая за столом и потягивающая какао. Антон аж рот приоткрыл от удивления. — Это Марина, моя девушка. Это Шаст, мой лучший друг, который не станет меня убивать, правда же? — Матвиенко, ты в конец ахерел?! — возмущается парень, понимая, что тут делает этот придурок, — скажи, что это было не на моей кровати! Потому что если так, то вам пизда! — Не на твоей, расслабься, — вклинилась девушка, за что получила в свою сторону испепеляющий взгляд. — А где тогда, сука?! — оттолкнувшись от тумбы, на которую опирался до сих пор и, отойдя на шаг, спросил Шастун, окидывая ту подозрительным взглядом. — Тох, видишь какое дело, Поз отказывается покидать нашу с ним квартиру, чтобы оставить нас с Мариной наедине. И постоянно оправдывается учёбой. Поэтому пришлось искать другие варианты… — Я тебе, блять, не для этого сказал, где запасные ключи храню! — перебил парень. — Знаю, извини. Так вот, мы тут провели пару часиков вместе, пока тебя не было, вот, — неловко закончил Серёжа, присаживаясь рядом с девушкой. — Пиздец, конечно. Ладно, кролики, за это делаете мне чай, — Антон плюхнулся на ближайший стул. — Это ещё не всё… В общем, мы кое-что потеряли и есть все шансы, что это оказалось у твоего соседа, — Матвиенко как мог отводил взгляд от раздражённого лица друга. — У какого, нахер, соседа?! Нормально объяснить можешь?! — снова раздражение затопило все другие эмоции и вышло на первый план. — Мы занимались этим на балконе, и Серёжа сорвал с меня трусы… — Можно, сука, без подробностей?! На балконе, блять! Это ж ахереть можно!!! — перебил парень, вскакивая с места и гневно уставляясь на виновников торжества. Кто бы мог подумать, что это милейшее с виду блондинистое чудо может оказаться настолько без комплексов, что станет заниматься сексом в чужой квартире на балконе! — В общем, они оказались в воздухе, а нехуёвый такой порыв ветра доставил их на соседний балкон, — закончила девушка свою прерванную речь и отвела взгляд на Серёжу, который всем своим видом показывал, как ему неловко. — Молитесь, что речь идёт о балконе соседа слева, — начал Антон, но его опередил тихий шёпот Матвиенко. — Нет, Тох, они на балконе справа.       Пиздец. Только это слово крутилось в голове парня, когда он стоял под дверью Арсения и крутил кольца на своих пальцах. Антон устроил хорошую взбучку кроликам-извращенцам, которых кровать уже не устраивает. Хотя если подумать, сделать это на его, Шастуна, кровати, было бы хуже для парня.       Пришлось смириться, что седьмой этаж, как ни крути — опасно. И перелезать на соседний балкон не лучшая идея. Даже если ему и повезёт, и он доберётся до балкона Попова, то сделать всё незаметно и тихо будет почти непосильной задачей, а когда Арсений, заслышав возню, или увидев его силуэт выйдет на балкон, дабы узнать, какого собственно х происходит, будет ещё более неловко всё объяснять.       Посылать кроликов, чтобы они сами исправляли свой косяк, тоже не катит. Ибо Антон не хочет выглядеть в глазах соседа ещё более низко, как человек, у которого дома какой-то бордель без его ведома происходит.       Вздохнув и завершив 35-й оборот кольца на среднем пальце, Антон наконец нажимает на кнопку звонка и параллельно материт всю эту ситуацию. После небольшой возни за дверью, её распахивают, и перед парнем возникает домашний Арсений, по глазам которого читается удивление. — Антон? Ты что-то хотел? — после двухсекундного молчания спрашивает мужчина, отходя в сторону, чтобы парень зашёл. — Да, извините за беспокойство. Просто тут такая ситуация… — Шастун закрыл за собой дверь и теперь не знал, куда себя деть от неловкости, — у вас на балконе сейчас одна вещь, которая с помощью ветра туда попала с моего балкона, и я пришёл её забрать. — А, ну хорошо, сейчас принесу, — Арсений уже развернулся, намереваясь идти за этой вещью, но был остановлен рукой, ухватившей его за локоть. — Нет, стойте, можно я сам заберу? — чувствуя, как полыхают щеки, вбросил Антон.       Арсений даже растерялся от такой просьбы. А ещё почувствовал, как любопытство охватывает его. Что же это такая за вещь, если подросток стоит весь красный и напуганный. — Тош, у меня сейчас уже пару сотен версий что это может быть и там одна хуже другой. В одной из них даже предполагается вызов полиции, поэтому лучше отпусти мою руку, и я пойду сам принесу, — парень и не заметил, что до сих пор сжимает руку Попова.       Впрочем, он тут же её отпустил и стал комкать края толстовки, пока Арсений исчез в глубине квартиры. Мелькавший ранее «пиздец» в мыслях парня сейчас уже горел неоновым светом, бросая блики на все прочие мысли. Спустя несколько мгновений мужчина снова появился в коридоре, держа в руке полупрозрачные фиолетовые трусики. — Надеюсь, ты не имел в виду в прямом смысле «моя вещь»? — уточнил Арсений, сдерживая смех и протягивая элемент нижнего белья парню. — Конечно нет! Это не мои! — выхватив трусы и тут же убрав их в карман, возмутился парень. — Ладно, расслабься, я же шучу, — засмеялся Арсений и Антон позволил себе немного смущённо улыбнуться. Ну пиздец, как девчёнка себя ведёт! Антон уже проблеял что-то напоминающее «до свидания» и потянулся к ручке двери, но его остановил Арсений, начав говорить. — Стой, Тош, я хотел ещё поговорить о том случае… — неуверенно начал мужчина, чувствуя, что парень из-за этого его избегает. — Да? — То, что ты тогда сказал, это… в общем, я не стал как-то по-другому к тебе относиться, это только твоё дело, — Арсений словил взгляд зелёных глаз и попытался разглядеть там облегчение, но что-то ничего подобного там даже близко не было. — А, хорошо, ладно. Теперь можно я пойду? — снова схватился за ручку двери парень, надеясь сбежать, но не тут-то было. — Нет, подожди, я… Что-то не так? Ты просто как-то странно реагируешь…- Попов не знал, что нужно сказать, но реакция парня его настораживала. — Да, что-то не так, — неожиданно подросток понял, что хочет признаться. Да, себе он признался сразу же после того случая с девушкой, но вот теперь нужно сделать это именно тому человеку. — Я влюбился. В Вас. До свидания.       Антон мигом выскочил за дверь и секунду спустя уже захлопывал дверь своей квартиры. — Ты чего, Тох? — спросил Матвиенко, вышедший из кухни. — Ничего. На, — вытащив из кармана трусы, парень вложил их в руку растерянного друга, — не теряйте больше.

***

      Антон сидит на подоконнике и делает третью затяжку, кончик сигареты не спеша тлеет, грея пальцы. Почему он вышел покурить в подъезд, когда есть балкон, парень и сам не знает. Просто захотелось. Да и вообще плевать. Неделя выдалась тяжёлой и видеть одиночество собственной квартиры сейчас хотелось меньше всего.       Ещё пара затяжек и сигарета почти кончается, осталось ещё на раз затянуться. Но в один миг никотиновая палочка исчезает из пальцев и оказывается по ту сторону окна. — Какого… — Курить вредно, — Арсений присаживается напротив и заглядывает в глаза Шастуна.       Антону даже не неловко. Ему никак. Он так вымотался эмоционально, что ему плевать, что скажет сейчас сосед. — Только в физическом аспекте. Морально, знаете ли, очень даже успокаивает, — парень не отводит взгляд, он смотрит в голубые глаза напротив и чувствует какое-то спокойствие и даже тепло. — Есть много более щадящих способов успокоиться, — пожимает плечами сосед, — поговорим? — Давайте. Думаю, хуже уже не будет.       Антон вздыхает, медленно моргает и ждёт, когда же Арсений начнёт говорить. Он его не торопит, понимая, как трудно говорить на такую тему. А ещё совсем не знает чего ожидать. Как-то злобно или раздражённо Попов не настроен, значит ли это, что его сейчас не пошлют далеко и на долго, а скажут что-то обнадёживающее? На взаимность надеяться не приходится. — То что ты тогда сказал, было очень неожиданно для меня, — наконец-то подал голос мужчина, начиная дёргать красную нить на своём запястье, что говорило о том, как он нервничает, — я не знаю, как это объяснить, меня просто тянет к тебе. Просто хочется постоянно зайти к тебе и узнать, чем ты занят, о чём думаешь, какие планы на день. И я сначала списывал это на твой раздолбизм, что хочется просто присматривать за тобой, как бы что ни случилось. Но нет, тут другое. Ты мне тоже нравишься, Тош. И я чувствовал себя ужасно, понимая, что влюбился в подростка, но когда ты признался, я просто…       Арсения прервали, схватив за шиворот и наклоняя к своему лицу, но не прикасаясь. Давая возможность передумать, но мужчина, ощущая горячее дыхание на губах, сам впивается в них, утягивая в нежный поцелуй.       Под потолком периодически мигает лампочка, из окна дует лёгкий ветер, в какой-то квартире орут дети, а в другой доносится шум пылесоса и в этот миг двое людей, живущих в соседних квартирах абсолютно счастливы.