Draw with consequenses or My Fucking Life

— Адааам.... Резко сажусь в кровати. — Аааааай! Ты чего? Больно же... — Какого... — Не... Ну я уже не знаю, чего от тебя ждать. Вчера сшиб с ног. Сегодня утро начинаешь с виртуозного удара "лоб в лоб"... У меня же шишка будет! — Томми хныкал, сидя на кровати и потирая ушибленный мною лоб. — Какого хрена ты делаешь в моем номере... — я оглянулся на часы. — В шесть часов утра?!! — Почему ты на меня орешь? Ты забыл, что я вчера тебе сказал? Мы выезжаем через три часа, идиот! — Томми обженно посмотрел на меня и пробормотал: — Собирайся, Ламберт. Через час все должны быть внизу на рецепшене. Не опаздывай. Он развернулся и вышел из комнаты. Вот черт... С самого утра начинаю со всеми собачиться. Ванная. Завтрак. Наспех накрашиваюсь. Запихиваю разбросанные вещи в свой любимый чемодан цвета фуксии. Вчерашний скандал почему-то выветрился из головы. Вообще никакой злобы... Никаких эмоций. Вот именно, что НИКАКИХ... Я сам чувствую себя, как пустой сосуд... Рассвет из окна пятидесятого этажа отеля послужил отрезвляющей пощечиной от моего странного "пустого" состояния. Красный, изрезаный высотками кружок солнца протягивал свои длинные лучи сквозь стеклянные холодные здания. Яркий свет ,отражаясь от зеркальных окон, и , преумножая силу, врезался мне в глаза при первом же взгляде. „Спасибо...” — подумал я. Вот чего мне не хватало. Резкая боль в глазах. Они начинают слезиться. Сажусь на диванчик. Тру глаза. Не помогает. Слезы просто текут... Знаете, бывает такое,когда просто сидишь, и без всякого повода начинают течь слезы. Да... Похоже на сумасшествие, но я уставился в одну точку и слушал, как стучат капли по моим новым лакированным брюкам. Глаза стало щипать. „Тушь. Черт.. Придется опять у кого-то просить...” — подумал я. Да пошло оно все... Я чуствовал себя так хреново, как еще ни разу до этого. И главное — из-за чего? Из-за обычного рассвета? Как приеду в Лос-Анжелес — сразу к психологу... А то так и до психушки недалеко... Так. Все. „Соберись,тряпка!” — я похлопал себя по лицу. Пошел в ванную. Опять. — А ты ничего... Черт... Опять кто-то меня напугал. С нескрываемым раздражением я развернулся и хотел послать побеспокоившего меня на все что только можно, надолго и подальше. — Привет. Тебе тоже плохо, а? Я остался стоять с открытым ртом. На меня смотрел парень с теми же признаками дипресняка, что и у меня. У него были волосы цвета воронова крыла с каким-то мистическим фиолетовым отливом и очень странные глаза. Они были яркого зеленого цвета у радужки, а ближе к зрачку начинали прыгать зигзагами желтого. — Эй.. Что с тобой? — А? Что? Со мной... Со мной все в порядке. А как ты сюда пробрался? Я же заперся.. — Хм.. Это секреты мастера. — он чуть-чуть улыбнулся и посмотрел на свои идеально наманикюренные ногти. — Так почему такой красивый паренек плакал,а? — Это не твое дело. — я ощетинился. — Ох.. Что ж ты так грубо-то? — он надул губки и сложил брови "домиком". — Ладно... Если уж я тебя так раздражаю... Он снова мило улыбнулся и вышел из ванной, а затем и из номера, тихо закрыв дверь. Я остался стоять на месте. Опять смотрел в одну точку. Потом очнулся и выбежал за ним. Увидев, что он стоит в уже отъезжающем лифте выкрикнул: — Подожди! Он почему-то засмеялся. Лифт уже пять минут назад уехал, а у меня в ушах звенел его смех. „Странный он какой-то...” — подумал я ,начиная нервно хихикать. Зашел в номер. Умылся. Опять стал краситься. -ЛАМБЕРТ!!! Я резко развернулся,чиркнув подводкой по щеке. В дверях стояла возмущенная Минг. Я взорвался: — Какого хрена меня все пугают в последнее время?! Вы не можете стучать когда входите?! — Адам, остынь, дорогой. У нас у всех нервы. Знаю. А сейчас поднимай свой психованный зад и вперед в автобус. Ты опаздываешь на полчаса. — Минг примирительно положила руки мне на плечи. — Это я психованный? — Ламберт, — она вздохнула. — Не. Беси. Меня. — Ладно. Иду уже. — я скорчил недовольную рожицу, но поднялся и стал навьючивать на себя свои многочисленные чемоданы, как на верблюда. Через час наш черный автобус мчался по шоссе в сторону города грез и американской мечты. Лос-Анжелес, готовься.