For Y.O.U

Песни Shim Changmin (TVXQ) – I love you - И? – Спросил доктор Ли умоляющего Донхэ, скептически вскинув брови. - Я хорошо вёл себя в течение всей недели! Я не кричал, ни устраивал истерик, не просил, чтобы Хёкджэ оставался у меня на ночь, съедал всё, что мне давали медсестры, глотал все лекарства, и всё это без единого слова против! - Я знаю, Донхэ, я уже поздравил тебя с этим! Но это нормально, быть дружелюбным и спокойным, ты так не думаешь? Итак? Какой в этом смысл? - ЯХочуЗавтраУйтиИзБольницыИззаДняРожденияХёкджэ! ПожалуйстаПожалуйстаПожалуйстаНуПожалуйста! - Прости? - Завтра день рождения Хёкджэ… Я не купил ему подарок и ничего не сделал для него…Я просто… Я просто хочу выбраться куда-нибудь с ним один раз… Пожалуйста… - Грустно пробормотал Донхэ, перебирая пальцами рук. - Не знаю… - Пожаааалуйста, доктор! Я обещаю, что буду хорошим и послушным ещё неделю! - Две. – Довольно сказал в ответ доктор. - Два дня. Договорились. – Серьезно сказал Донхэ. - Йа. Две недели. Тебе придется слушаться и делать всё без плача, ворчания и криков в течение двух недель. Донхэ с ужасом в глазах посмотрел на доктора, но, тем не менее, кивнул, принимая сделку. Потому что это было меньшее, что он может сделать для своего Хёкджэ. - Н-Но Хёкджэ можно будет несколько раз остаться со мной на ночь, да? Пожалуйста… - Умолял он, смотря на доктора щенячьими глазами, потому что он никак бы не смог две недели спать один в этой палате. Доктор вздохнул от вида слезящихся щенячьих глаз, уже раздраженный тем фактом, что Донхэ во всяком случае выиграет с этим взглядом. Затем он улыбнулся из-за того, что брюнет готов сделать всё что угодно для своего друга, и подумал, что Донхэ был слишком очарователен, когда дело касалось Хёкджэ, чтобы ему сопротивляться. - Хорошо. Куда ты хочешь поехать? – Спросил он, а Донхэ немедленно улыбнулся, сверкая радостно глазами. - К морю! Пожалуйста, доктор, я буду осторожным! - Только два-три часа, не больше… Понятно? – Заявил доктор, и Донхэ послушно кивнул. – И мне придется поговорить с Хёкджэ… Ему нужно будет позаботиться о тебе… - Продолжил он, хотя он не был серьезен насчёт последнего предложения – Хёкджэ ВСЕГДА отлично заботился о Донхэ, все в клинике знали это. - Спасибо… - Донхэ широко улыбался, когда доктор, приказав взволнованному брюнету ложиться спать, вышел из палаты. Но Донхэ всё рано не послушался, его бледная рука уже набирала номер его квартиры. *** - Алло? – Ответил сонный голос, от которого сердце Донхэ сразу растаяло. - Хёкки? Ты спишь? – Прошептал он, хотя его вопрос был глупым. - Нет… Всё хорошо… Ты в порядке, Хэ? – Соврал Хёкджэ, потому что он уже спал, была уже почти полночь. Но он привык к звонкам Донхэ посреди ночи и отвечал на каждый из них. Хэ звонил почти каждую ночь в их квартиру, к радости Хёкджэ, во всяком случае, когда Хёк не мог ночевать с ним. - Хёк, завтра у меня есть для тебя сюрприз. - Правда? – Улыбался Хёкджэ, бодрый голос брюнета в трубке поднял ему настроение. - Да-да! Хэхэхэ тебе придется пообещать мне, что ты придешь сюда рано! Я имел в виду… Правда, ооочень рано утром! - Я обещаю, Хэ… - Нет-нет-нет! На самом деле, очень рано! – Настаивал Донхэ, слегка вскидывая брови. - Во сколько ты хочешь, чтобы я пришел? – Посмеивался Хёкджэ, довольный настойчивостью Донхэ. - В 5 утра! - Чт… Клиника будет закрыта! – Воскликнул Хёкджэ. - Я поговорил с доктором – он пустит тебя! - Хмммм… Должно быть это очень крутой сюрприз, не так ли? – Радостно спросил Хёкджэ, улыбка всё ещё расплывалась у него на лице. Как же ему нравилось, когда Донхэ был так счастлив, как сейчас. - Самый гениальный в мире сюрприз… - Посмеивался Донхэ, но затем его голос немного понизился. – Я скучаю по тебе… - Пробормотал он, и улыбка сразу же исчезла с его лица от одной мысли о том, что Хёкджэ очень далеко от него. - Хэ, я видел тебя три часа назад! И я увижу тебя через пять часов! – Засмеялся Хёкджэ, но сразу же прекратил, когда услышал молчание на другом конце провода. – Я тоже скучаю… - Также пробормотал он, но друг всё ещё не отвечал. – Ты… Ты хочешь, чтобы я пришел прямо сейчас? – Добавил он обеспокоенным голосом. - Нет… Я хочу тебя удивить… Я подожду. – Снова улыбнулся Донхэ, пораженный этими теплыми словами. Как танцор может быть таким добрым, таким преданным? Если он попросит, друг будет в клинике, без каких-либо сомнений, через час. - Я могу разговаривать всю ночь! – Горячо воскликнул Хёкджэ и услышал легкий смешок от друга. - Хёкки, тебе нужно быть в отличном состоянии завтра! И мне тоже! Давай спать! – Сказал Донхэ, закрывая глаза и уже лёжа на кровати. Он был так счастлив, так рад, что в его жизни есть такой человек, как Хёкджэ. – Но тебе придется поговорить со мной, пока я не усну. – Ребячась, добавил он. - Хорошо-хорошо… Тогда… Хммм… Я когда-нибудь рассказывал тебе про пари между Джунсу и мной, когда нам было по девять? Я задался вопросом, сколько раз нужно облизать чупа-чупс, чтобы добраться до центра, и…. Донхэ смеялся и улыбался, когда танцор рассказывал обо всём подряд, и мечтал о том, чтобы всегда засыпать под звук мягкого голоса Хёкджэ. *** Один шаг по песку и Донхэ начал бегать, широко улыбаясь. Он кричал и кружился, а Хёкджэ счастливо смеялся, потому что вид такого Донхэ заставлял его практически забыть о болезни, клинике и проблемах, которые у него самого были. Когда Хёкджэ вошёл в палату рано утром, Донхэ уже полностью проснулся, надел своё пальто и без каких-либо объяснений поторапливал его ехать к морю. И Хёкджэ подчинился, чувствуя, что молча улыбается, как подросток, который первый раз идет на свидание со своей первой любовью. По пути к морю, пока он вёл машину, он не мог сдержаться, чтобы осторожно не взглянуть на улыбающегося ангела рядом с ним, и каждый раз его сердце трепетало и пропускало удар. Да, он со слезами на глазах смотрел на Донхэ, идущего к машине, разговаривающего с ним о погоде или о шоу, которое тот смотрел по телевизору, поздравляющего его с днём рождения не меньше десяти раз за минуту, ведущего себя так, будто у него не было этой долбанной болезни, как будто они только что закончили сниматься в очередной программе и их жизнь такая же, как и прежде, сделанная из разноцветных выступлений и радостного смеха. Сейчас Донхэ тяжело дышал, уже устав от всех своих прыжков и кружений, но выглядел всё ещё счастливым, на пляже, среди шума от раскачивающихся волн и сильно дующего ледяного ветра. Он широко улыбнулся своему безупречному Хёкджэ, поздравляя его в тысячный раз с днём рождения. Танцор подбежал к Донхэ и упал перед ним на колени, прося того забраться к нему на спину. Брюнет охотно согласился, обхватывая ногами талию Хёкджэ, а руками – шею, и снова засмеялся, глядя на бурное море. - Хёкджэ, я хочу прикоснуться к воде! – Радостно воскликнул он, крепче обнимая друга за шею. Хёкджэ мгновение колебался, а затем побежал по направлению к морю с Донхэ на спине, слушая яркий смех и крики брюнета. Он опустил Донхэ на песок недалеко от воды и заставил его подождать там, не желая, чтобы друг промок. Холодный и соленый апрельский ветер трепал волосы Хёкджэ, пока он набирал воды в ладони. Затем он побежал так быстро, как только мог, чтобы не намокнуть от достаточно большой волны, и сел рядом с Донхэ, показывая ему руки. Донхэ снял свои перчатки и бледными и трясущимися пальцами дотронулся до жидкости в ладонях Хёкджэ. - Холодная… - Пробормотал он, улыбаясь и пристально смотря на руки Хёка. - Сейчас только апрель… - Ответил ему Хёкджэ дрожащим голосом, его ноги промокли, а он заледенел. Донхэ надулся из-за внешнего вида друга и забрал его руки в свои, чтобы согреть. - Идиот… - Пробурчал он, слёзы собирались у него в уголках глаз. Он прикусил губу, виня себя в том, что Хёкджэ может заболеть из-за одного из его капризов. Они молчали, сидя на песке и смотря, как волны резко разбиваются о берег, ветер дул всё сильнее и сильнее. Донхэ почувствовал, как Хёкджэ обхватил руками его плечи, и слегка улыбнулся, ощущая себя в безопасности и тепле. Он облокотился головой о грудь Хёка и прикрыл глаза, позволяя сердцу успокоиться от песни моря. Я хочу, чтобы всегда так было… От этой фразы в голове Донхэ резко вскочил и направился к воде. Он остановился в нескольких метрах от нее и печально посмотрел на горизонт, уйдя в свои мысли. Хёкджэ собирался предупредить его, он не хотел, чтобы брюнет заболел, когда вернется обратно в клинику, несмотря на тонну одежды, которую он ранее надел на Хэ (перчатки, шарф, шерстяные носки и т.д.). Ветер был холодным, а песок - влажным, и Хёкджэ не мог никак успокоиться, смотря на хрупкую фигуру своего друга. Он поднялся и собирался что-то сказать, когда Донхэ, всё еще стоя спиной к нему, начал неожиданно говорить. - Ты знаешь, что Море знает секреты каждого? Хотя никогда не наслаждается ни одним из них… Оно хранит их всех в глубинах своих пропастей и ждёт… - Ждёт чего? - Ждёт кого-то, с кем Оно могло бы поделиться ими… - Печально ответил брюнет. - Хэ… - Я хочу, - продолжил Донхэ, не обращая внимания на танцора. – Я хочу рассказать Ему секрет… Мой секрет… - Шепотом закончил он, всё ещё пристально смотря на волны перед собой. - Поэтому, пожалуйста, Хёкджэ… Мы будем вести себя так, будто тебя здесь не было, хорошо? Не говори ни слова, хм?... Не прерывай меня… - Сказал он, повернув голову с красными глазами, чтобы посмотреть на Хёкджэ, который сразу же кивнул, закусив губу, чтобы не рвануть к брюнету и не заключить его навсегда в крепкие объятия. Донхэ сделал глубокий вдох, его глаза затуманились от холодного и солёного ветра. - Я хотел детей. – Начал он, и это предложение, которое особо ничего не значило для других, имело огромный смысл для Хёкджэ, который мгновенно задержал своё дыхание. - Я хотел детей. Я хотел быть таким же хорошим, каким мой отец был для меня. – Продолжил он, его голос начал дрожать. – Жить не имея этой возможности… Не думал, что я смогу. – И сердце Хёкджэ разбилось. - Я был айдолом. Кроме пения и танцев, моей целью было быть красивым, желательно, чем-то вроде секс-символа, я думал… - Он горько улыбнулся, всё ещё смотря на Море. – Я работал так усердно… Так усердно для того, чтобы всё потерять – славу, фанатов, мэмберов Super Junior… Я был не готов… - Мои мама и брат, они воспитали меня так, чтобы я был сильным, был хорошим сыном, хорошим братом, будущим хорошим мужем и будущим хорошим отцом, ты знаешь? И я хотел заставить их гордиться мной… Я не хотел разочаровать мою семью… Ты же так хорошо это знаешь, правда? Также, как и ты… - И Хёкджэ больше не был уверен, разговаривает ли Донхэ с ним или с Морем. - Дети, семья, жизнь айдола и это общество… это было тяжело… слишком тяжело… Но теперь болезнь… Это другое препятствие между нами… - Пробормотал Донхэ последнее предложение, а сердце Хёкджэ сжалось, понимая слишком отчётливо, о чём говорил друг. - Должно быть это судьба? Я имел в виду… может Бог не хочет, чтобы мы были вместе… Он наказал меня за мои чувства к тебе… Потому что это грех, так ведь? Это грех… - Произнёс Донхэ сломавшимся голосом и с глазами полными слёз. – И я уже так сильно пытался. Так сильно пытался забыть тебя, прекратить эти чувства к тебе… Но ты совсем мне не помогал! Ты продолжал оставаться рядом, быть таким добрым, таким щедрым, таким идеальным! - Моя… Моя мама… воспитывала меня быть сильным… Н-но единственное, что я хотел делать, это чувствовать себя в безопасности в твоих руках! О-они хотели.. хотели, чтобы мы вели себя как пара, по-помнишь? Это должно было быть для веселья и для фанатов, но всё, что я хотел сделать, это кричать на весь мир, что для меня всё по-настоящему! Правильно было бы жениться на красивой девушке и иметь кучу милых детей, правда? Но почему единственная вещь, которая кажется мне правильной, это быть с тобой? – Тяжко воскликнул Донхэ, и большие и тяжелые слёзы начали катиться по его щекам. - Это слишком тяжело… слишком тяжело… Я просто хочу быть нормальным… Иметь такую спокойную жизнь, где мы будем вместе петь в Super Junior до тех пор, пока не откажут наши легкие, затем я бы хотел жениться на доброй девушке и иметь дете… Нет, видишь, даже когда я говорю это вслух, это больше не кажется мне правильным… Потому что это не может быть «нормальным», если тебя нет рядом со мной!! – Горько засмеялся он, а Хёкджэ оцепенел, не смея сделать ни единого движения. - Я больше не знаю… что, на самом деле, делать… Сначала… сначала я думал отказать тебе, я не хотел, чтобы ты ехал со мной в Японию и чтобы ты отрекся от своей жизни только из-за меня, но я так слаб… Я даже это не могу сделать, потому что я не смогу провести и дня без тебя!! – Жалко засмеялся Донхэ, плача и не смея посмотреть на молчащего Хёкджэ позади себя. – Я даже не могу попросить тебя вернуться в Корею и оставить меня одного… Я даже этого не могу сделать для тебя!! – Продолжил он, вытирая слёзы трясущейся рукой. – Я не смогу бороться без твоего присутствия рядом со мной… Я не смогу победить эту болезнь без тебя… - Я знаю… Я знаю, что это будет бессмысленно говорить теперь… Но я говорю с морем прямо сейчас, так ведь? Я хочу, чтобы оно знало мой самый главный секрет… - Улыбался он, громко шмыгая носом. – Но это будет единственный раз, когда я скажу это. Потом не будет никакого смысла говорить подобное… Ничего не будет важно… Я умру, и даже если я выживу, будет слишком много препятствий, правда? Я могу победить болезнь, но мне не устоять против целого мира… - Итак… Я хочу, чтобы ты помнил.. Даже если это бесполезно… пожалуйста… - Сказал он, тяжело дыша. – Всегда помни, что я люблю тебя… и всегда буду любить. Навсегда. – Пробормотал Донхэ сломавшимся голосом. Он, наконец, признал что-то, что прятал и отрицал в течение более чем десяти лет. Он вдохнул холодный воздух и обернулся на своих каблуках, поворачиваясь лицом к мучающемуся Хёкджэ. - Ли Хёкджэ, я люблю тебя. – Удалось произнести Донхэ между рыданиями, а Хёкджэ не мог ничего сделать, кроме как отвернуться от Хэ и закрыть лицо руками, что есть силы пытаясь не заплакать. Он так хотел ответить ему, обнять его, поцеловать его, сказать, что ничего не важно, кроме них двоих. Но он знал, что Донхэ упрямец, и даже если он признается брюнету прямо здесь и сейчас, друг откажет ему, слишком поздно. Его сердце болело и разрывалось на куски. Было слишком поздно. Когда слёз накопилось чересчур много, угрожая упасть, Хёкджэ прикрыл глаза и молился Богу ещё раз позволить Донхэ жить и вылечиться от болезни. Донхэ должен выздороветь. Донхэ должен жить. Он пообещал себе ещё одно, в основном то, что никогда не опустит руки и никогда не бросит друга. Затем он решительно снова открыл глаза. - Когда ты вылечишься, я покажу, что нет никаких препятствия между нами. – Сказал он вслух, уверенно смотря в глаза Донхэ. И Донхэ улыбнулся, потому что он знал, что Хёкджэ говорил правду. Хёкджэ всегда говорил правду. Всегда. *** Они сели на песок, и Донхэ вынул маленький клубничный торт, который они купили по дороге. Ледяными и дрожащими руками ему удалось зажечь свечи, и он начал петь для Хёкджэ знаменитую песню «Happy Birthday». Черноволосый парень радостно засмеялся и задул мерцающие огоньки. - Загадай желание! Загадай желание! – Взволнованно воскликнул Донхэ, возбужденно смотря на старшего. Хёкджэ закрыл глаза и молча загадал желание. - Скажи мне! Скажи мне! – Продолжил Донхэ, шмыгая носом из-за холода. - Нет. Оно не сбудется, если я скажу тебе! И уже пора возвращаться в вашу прекрасную комнату, мистер! Или ты заболеешь! – Засмеялся Хёкджэ, закидывая Донхэ к себе на плечо и неся худого парня к машине. - Нет! Нет! Хёк! Я хочу остаться здесь! Опусти меня! Пожалуйста! – Заныл Донхэ, слегка ударяя кулаками в спину Хёкджэ. - Донхэ. Я не хочу, чтобы ты заболел. Это меня расстроит. А ты же не хочешь расстраивать меня в мой день рождения? - Хорошо. – Вздохнул Донхэ, позволяя танцору отнести себя к машине. - Но я хочу поехать в нашу квартиру до возвращения в эту долбанную клинику! – Ныл Донхэ, пристегивая ремень безопасности, Хёкджэ широко улыбнулся, яростно кивая, и завел машину. - Горячий шоколад в тепле нашей квартиры, мммм… Звучит здорово! – Воскликнул он, в то время как Донхэ мурлыкал музыку, льющуюся из радиоприемника. Брюнет счастливо захлопал в ладоши от этого предложения, восторженно пританцовывая под какую-то мелодию. Хёкджэ горько улыбнулся, пытаясь смотреть на дорогу и заставив себя сконцентрироваться на управлении автомобилем. Красный цвет щёк и носа Донхэ, расплывшаяся на его лице улыбка, его глаза, горящие радостью, его смех вперемешку с его голосом, подпевающим песням, которые звучали по радио, всё было идеально в это мгновение, и Хёкджэ молился, чтобы это длилось вечно. - Каким было твоё желание, Хёкджэ? – Снова спросил Донхэ, потянув его за руку и смотря на него щенячьими глазами. Хёкджэ не ответил, потому что он хотел, чтобы желание исполнилось. Он выполнит его. Он сделает его реальным. Я просто пожелал, чтобы мы были на этом пляже в следующем году на мой день рождения, вместе. В этот раз будет моя очередь рассказать секрет Морю.