Ноа

      В замке императрицы было светло, несмотря на раннее утро. Вокруг было зажжено столько свечей, что ими можно было бы осветить соседнее увядающее королевство. Пока весь Лотэр вместе с прочими землями Империи только просыпался, в замке уже несколько часов кипела жизнь, напоминая огромный и очень величественный, но всё же муравейник. Императрица Дора Леркеа Амалара была вынуждена проснуться раньше обычного и, спешно одевшись без помощи слуг, отправиться на встречу с лейтенанткой Далин из лотэрской Стражи в один из множества кабинетов. Данный предназначался для встреч того рода, о которых знали все, но в то же время никто не представляла, о чём вёлся разговор. Дора, казалось, лично казнила бы ту архитекторку, которая провела к нему потайной выход: в конце концов, если был выход, значит, рано или поздно он стал бы входом.       Дом Линны Ортрицкой был сожжён этой ночью, а в спальне, где начался пожар, владелица дома была найдена уже мёртвой. Служанки не пострадали.       Лейтенантка Далин выгодно выделялась редким немногословием. И ранним утром императрица очень это ценила.       До Стражи руки Доры никак не доходили. В отсутствии капитанессы Стражу возглавляла лейтенантка Далин, флегматичная и незаинтересованная девушка, которая никогда не отличалась инициативностью. Оставлять на неё руководство и дальше было нельзя, но подходящих кандидаток не наблюдалось, и императрица была вынуждена обходиться тем, что у неё было. Она уже направила запросы в прочие города Империи, но знала, что это не было выходом: стражница из другого города не прижилась бы в столице. Здесь даже местные стражницы редко задерживались надолго.       — Так что послужило причиной смерти? — спросила императрица и прикрыла глаза.       Она совершенно не выспалась. Неужели нельзя было устроить покушение в день, когда госпожа Рита Трибиан не издала новую книгу? Она отправилась спать, когда буквы начали плыть перед глазами, и ради чего? Чтобы через несколько часов её разбудили из-за Линны? Если её хотели удивить, нужно было придумать что-то, о чём она не знала.       — Несомненно, Ваше Величество, сначала госпожу Линну Ортрицкую закололи, пока она спала, а после этого дом подожгли, — отчиталась лейтенантка Далин. Несмотря на требуемое почтение, она будто бы смотрела поверх императрицы, кажется, в окно за её спиной. Это нервировало. Даже если на императрицу вообще не полагалось смотреть. — И поскольку дом не пострадал серьёзно, мы обнаружили странные обстоятельства этого убийства. На стене в спальне была разлита кровь, а на двери призванные на помощь Страже алхимицы из Мастерской обнаружили следы мела.       Дора слушала рапорт с очень серьёзным видом. У неё, по правде говоря, всегда был очень серьёзный вид — этого требовал титул. Она коротко кивала, а глаза её тем временем закрывались всё сильнее. Спустя какое-то время императрица заметила, что лейтенантка молчит и с тем же взаимным безразличием смотрит поверх неё. Императрица произнесла, призвав на помощь тот тон, которому её учили с малых лет:       — Надеюсь, вы найдёте убийцу и отправите её на виселицу.       — Бросим все силы, Ваше Величество.       — Можешь быть свободна.       Иногда ей были просто необходимы люди, которые не смотрели в рот. А у некоторых в этом заключалась вся работа.       Императрице полагалось быть холодной и неподкупной — до некоторых пор. Даже глядя в идеально ровное зеркало она не смогла бы подумать, что причастна к убийству. Просто у неё было подходящее лицо, которое вызывало доверие; лицо монархини, за которую полагалось умирать. Не более, чем особенность их семьи. Линна Ортрицкая как раз любила смотреть в самую суть и всегда, всегда добиралась до истины; что же, у неё появилась отличная возможность продемонстрировать своё усердие. Вот только вряд ли старые методы вроде холодного голоса, пронзительного взгляда и подчёркнутой неприязни помогали после смерти…       Линна сама была виновата в том, что с ней случилось. Дора лишь помогла закономерному возмездию случиться. Чем же занималась Линна в своём доме, из которого наотрез отказывалась съезжать в более благополучный район под любым возможным предлогом? Не имело никакого значения. Дора была императрицей, и ей никогда не требовался лишний повод, чтобы избавиться от подданной, чья верность подверглась сомнению столь сильным образом.       Просто Линна Ортрицкая... в какой-то момент перешла черту. Дора ценила её, правда ценила, потому что никто во всей Империи так хорошо не решала проблемы. И всё же это не значило, что можно было начинать чувствовать себя всесильной. Она спустила Линне с рук одну вольность, другую... А потом терпение закончилось.       Империя Корас руководствовалась, в сущности своей, несложными правилами. Одно из них гласило: «Если ты не служишь императрице, ты не служишь никому». Элементарно, правда?       Дора встала из-за стола и направилась к большому окну, в котором открывался отличный вид на город; во многом для того, чтобы была возможность первой заметить недовольные массы людей и закрыться в другой комнате с толстыми стенами, где подобные окна отсутствовали в принципе. В остальное время императрица предпочитала любоваться видом. Лотэр никогда не представлял из себя безобразные развалины, и императрица, насколько хватало ресурсов страны, старалась поддерживать это впечатление. Хотя бы для самой себя. Все имеют право на хороший вид из императорского замка.       Империя Корас, в свою очередь, никогда не была страной, что старалась плыть по мировой истории кое-как, да ещё и с пробоиной в днище. Правящая династия строила империю собственными руками, захватывала земли, когда соседние государства ослабевали, и не питала особых иллюзий относительно судьбы, которая рано или поздно постигнет их семью. Дора Леркеа Амалара ждала, когда старшая и (она ежедневно благодарила судьбу за это) самая умная дочь вырастет и наберётся необходимого опыта. Сама же она изо всех сил старалась передать дочери государство, за которое будет не стыдно на семейных ужинах.       Императрица смотрела на поднимающееся над городом солнце. Иногда благополучие нации требовало жертв.       В дверь аккуратно и со всем уважением постучали.       — Ваше Величество, к вам прибыли волшебница Рикса Ниардам и алхимица Виенна фон Лаомос.       — Пусть войдут.       Наконец-то. На секунду императрице показалось, что она теряет терпение, но всё обошлось. У некоторых людей была поразительная способность оказываться в нужном месте в нужное время. Она вернулась за стол, и смягчившееся в отсутствии людей выражение лица вновь приобрело пристальный, пробирающий до костей взгляд и губы, сжатые в тонкую линию.       Когда обязательные формальности, представляющие из себя целую полосу исторических и языковых препятствий, были пройдены, императрица придвинулась в кресле ближе к столу и наклонилась, незаметно понижая голос.       — По итогу в деле оказалась замешана… — Дора тщетно пыталась припомнить слово. Чего-то не знать — непозволительная для императрицы роскошь.       — Некромантка Ноа, — осторожно подсказала Виенна и добавила, расправив плечи: — Это наше экспертное заключение как незаинтересованных лиц.       — Она сегодня отплывает из Империи, можете не волноваться, — совершенно расслабленно махнула рукой Рикса. Она практически лежала в кресле. — Мы планировали сделать эту информацию более доступной, но она зачем-то решила поджечь весь дом.       — Мне известно о ней. Помнится, уже в тюрьме она предлагала воскресить моих сестёр и братьев. Как думаете, нужно было соглашаться? — Волшебница и алхимица непонимающе переглянулись. — Мне также известно, что её поимкой вместе с сбежавшей капитанессой Аларой занималась именно Линна.       — Мы тоже считаем, что это было спланированное убийство, — догадливо подхватила Виенна. Просто находка. Монархиням было крайне приятно иметь с ней дело.       — Не думаю, что в этом деле замешана кто-то ещё, — согласно закивала Рикса. — Наше участие в расследовании вряд ли принесёт что-то, кроме того, что нам уже известно. В самом деле, мы же не можем доставить её в замок.       Очень быстро все три женщины сошлись во мнении, что убийство — ужасное преступление, и беглую некромантку следует ловить с двойным усердием, раз уж она позволяла себе подобное. Императрица пообещала, что Стража выделит на это дополнительные силы, и вновь осталась в кабинете одна.       Виенна и Рикса были поразительными, молодыми, но крайне сообразительными девушками, которые понимали её с полуслова. Пожалуй, она могла бы выделить для них спальню и оставить жить в замке, приглашала бы на семейные ужины и конные прогулки, и в конце концов смирилась бы с мыслью, что относится к ним как к дочерям. На таких детей не страшно было бы оставить Империю. К тому же, не так важно было, что ты говоришь, намного важнее, что ты имеешь в виду. Рикса и Виенна справлялись с этим блестяще.       — По-моему, рано или поздно ты доиграешься, — авторитетно заявила Виенна.       Она несла в руках плетёную корзину, полную фруктов и овощей, из-за которой едва могла рассмотреть дорогу. Рикса, идущая рядом, открыла ей дверь в дом.       — Ничего подобного, — она победно усмехнулась. — Императрице нравится. Тебе тоже нравится.       — У тебя будут неприятности, — повторила Виенна.       — Только если ты сейчас опрокинешь корзину. Богиня, дай же мне тебе помочь!       Виенна сделала широкий шаг в сторону, после которого рванула к кухне с проворностью кошки, где с довольным видом опустила корзину на стол. Она, по правде говоря, не нуждалась в помощи, и пресекала все попытки помочь со стороны Риксы. С магией можно было забыть обо всём на свете, и она не хотела терять это чувство реальности. Даже если полная корзина еды тянула к земле. Когда она начала разбирать покупки, Рикса обняла её со спины и шепнула на ухо:       — Всё будет хорошо.       — Ты помогла некромантке, — буркнула Виенна и наклонила голову, подставляя кожу под обжигающее дыхание. Она покрывалась мурашками, но Виенна ничего не могла с собой поделать. — Дала ей кристалл для Лорды.       — Ты против?       Виенна поджала губы. Она старалась держать себя в руках, упорно напоминала, что они с Риксой совершенно разные люди, но иногда… иногда случались и такие ситуации. Что-то вроде недопонимания. Подобное, конечно, требовало немедленного решения. Они постоянно говорили обо всём на свете, и даже если Виенна чувствовала себя в такие моменты просто потрясающе, это вовсе не означало, что Рикса была с ней солидарна.       Виенна не слишком-то и хотела помогать какой-то там некромантке. Непонятно зачем. Они использовали её, но разве сама Ноа не хотела того же? Если бы она не таила обиду на Линну, то никогда бы в жизни не согласилась настолько быстро. По правде говоря, они планировали потратить на переговоры не один день. Но дело, скорее всего, было в Аларе. Если бы не Линна, они обе остались бы в городе, а что теперь?       Получалось, что и Виенна, и Рикса просто воспользовались ситуацией. У них был приказ императрицы и хорошая смекалка.       «Если ты не служишь императрице, ты не служишь никому», — о, они были прекрасно осведомлены об этом правиле. И ни в коем случае не хотели испытывать его прочность на себе. Императрица просто нашла их, так же, как они нашли Ноа. Не более, чем череда удачных стечений обстоятельств. Вот и всё. Поэтому им нужна была Ноа.       Однако что следовало делать теперь? Для начала, поговорить. Точно.       — Нет, но… — Виенна прикусила язык, однако почувствовав, как Рикса тёрлась носом об её волосы, была вынуждена продолжить: — Но она убивает людей. А потом их раскапывает и подчиняет. Тебе не кажется, что это… ненормально? Словно нарушает естественный порядок вещей. Я знаю, о чём говорю, в Мастерской у нас был очень длинный курс по этому поводу.       — По поводу некромантии? — Рикса искренне изумилась.       — Нет, естественного порядка вещей. «Правило первое: не ломай то, что работает». Этому учат ещё в первый год.       — О, ладно. Но она тебе не понравилась, — заключила Рикса и шумно выдохнула. — Да, с ней было непросто. Но она оказала нам услугу, и теперь только императрица знает, кто за всем этим стоит. Хотя технически мы ни при чём.       — Хочешь сказать, Лорде она понравится больше?       — Не знаю, — Рикса пожала плечами. — Но кристалл лежал без дела после того, как ты его создала, и Лорда просто обожает такое. А мы, кажется, пока не планируем переезжать.       — То есть ко мне ты переезжать тоже не планируешь? — мгновенно переменилась в лице Виенна и развернулась, чтобы оказаться с Риксой лицом к лицу. Выражение растерянности сменилось хитрой ухмылкой.       Рикса отвела взгляд и разжала объятья.       — Ты не приглашала…       Виенна рассмеялась. Рикса практически всё свободное время проводила в её доме: они вместе завтракали, засыпали в одной постели, а места в шкафу становилось всё меньше. Рикса обещала, что разберётся с этим с помощью магии, и иногда, исключительно ради приличия, отправлялась спать в свой дом. Однако улыбка быстро сошла с лица Виенны.       — Я переживаю из-за сегодняшней ночи, — честно призналась она.       — В таких ситуациях полагается убеждать себя, что Линна была ужасным человеком.       — А она была?       Воцарилось молчание. Рикса никогда не интересовалась этим вопросом, а Виенна была слишком занята непосредственным выполнением заказа.       — Несомненно. Поздно задавать вопросы, — наконец изрекла волшебница. — Сначала ты делаешь то, что тебе говорят родители. Потом то, что говорят в Мастерской. И если будешь делать всё правильно, то закончишь тем, что будешь делать то, что говорит императрица. Если хочешь, я просто переложу всю ответственность на неё. По крайней мере, она об этом не узнает. Но если разобраться в проблеме... Мы просто инструменты, верно? Как и Ноа. Не думаю, что она будет хуже спать по ночам.       — У тебя точно когда-нибудь будут проблемы.       — Я слышала, что Линна никому не нравилась. Наверняка у неё хватало скелетов в шкафу, а мы просто сделали так, что они прекратили там размножаться. Нет, стоп. Не мы. Это сделала Ноа, — она заглянула в глаза Виенны, но увидела в них лишь прежнюю тревогу. — Не хочу об этом думать. Да, эгоистично. Можешь пойти в замок хоть сейчас и спросить, чем она заслужила такой конец. Лично у меня такого желания не возникает.       — Поцелуешь меня? — спросила Виенна через какое-то время. Она прекратила прожигать взглядом стену и посмотрела на Риксу в ответ.       — Ты недостаточно чёрствая, — заключила Рикса. — Только попроси, и мы больше не окажемся в такой передряге.       — Конечно, ведь тогда ты окажешься в ней одна. А это ещё хуже. Теперь поцелуй меня.       Рикса выполнила её просьбу и запустила пальцы в чужие волосы, притягивая Виенну ближе к себе. Виенна не хотела отгораживаться от всего мира и делать вид, будто всё, что происходит в её жизни, происходит и во всех остальных, а значит, всё хорошо. Иногда жизнь наносила удар, к которому она не была готова. Жизни были неведомы правила честного боя, вот и сейчас она ударила Виенну по ногам и заставила упасть на землю. Виенна отбросила в сторону деревянный меч, который держала в руках, и попыталась усмехнуться, убирая от себя меч Жизни, с достоинством принимая поражение. Однако деревянным был лишь меч Виенны.       Виенна уже давно не могла мечтать об обычной жизни. По крайней мере, сейчас события закручивались лишь сильнее, и оставалось только искренне надеяться, что всё обойдётся. Что когда-нибудь — желательно, как можно скорее, и желательно, уже сегодня вечером — всему наступит конец. Она не была бы против конца всего сущего, но пока хватило бы окончания этой истории. Всего одной. В которую они зачем-то ввязались.       Но ведь некромантка Ноа... Разве она в действительности станет хуже спать по ночам? Уж в этом Виенна очень сомневалась. Всегда были люди вроде неё, и мысль об этом успокаивала. Всегда были люди и всегда была Виенна. Она просто... осваивалась здесь. А ещё была Рикса. И её поцелуи могли заставить забыть обо всём на свете.       Дело совершенно точно было не в волшебстве.