Карнавал безумства

      — Эй, ребята, погодите!       Мы только собирались зайти в здание вокзала, когда чей-то окрик нас остановил. Впервые за долгое время мы втроём с Викой и Колей удосужились отправиться в Лунадон вместе, но кажется, кто-то намеревался разбить нашу компанию. Разом обернувшись, мы увидели подбегающего к нам Эдуарда.       — Хрусталёв? Ну что такое опять? Думаешь, Таня должна всё время проводить только с тобой? — нахмурилась Вика, скрещивая руки на груди.       — И я тебя рад видеть, — отмахнулся от неё Эдик и, демонстративно отвернувшись от неё, обратился к нам с Колей. — Как насчёт техники безопасности? Не наталкивает на какие-нибудь здравые мысли?       Я растерянно переглянулась с Колей. До меня сразу дошло, на что намекает Эдуард. После того, как над подземным озером появился разлом, Эд вдруг напрягся и заговорил о том, что ходить поодиночке небезопасно, и вообще ничего хорошего трещина в небе не сулит. Но мне казалось, он преувеличивает, в конце концов, профессора никак не комментировали эту ситуацию и не предостерегали нас, да и вообще это событие более никак не всплывало. Друзьям я, конечно же, предусмотрительно не стала рассказывать об этом, чтобы лишний раз не волновались.       Так что сейчас на лице Коли отобразилось полное непонимание, зато Вика тут же навострила уши и принялась переводить пытливый взгляд с меня на Эдуарда. Даже удивительно, что до неё не дошла история, произошедшая на озере, раньше — всё-таки там было много народа.       — И не потрудитесь ли вы объяснить, что за вопиющая осторожность? — наконец, спросила она.       — Да ничего не случилось, — я устало закатила глаза. — Эдик перестраховывается, всё нормально…       — Я знал, что ты меня не послушаешь, — усмехнулся Эд. — А раз переубеждать тебя всё равно бесполезно, хотел навязать вам своё общество. Ну, так, на всякий случай…       — Да объяснит тут кто-нибудь в конце концов, что происходит?! — отчаянно замахал кулаками, словно капризный малыш, Коля. Выглядело это довольно забавно, но почти всегда действовало безукоризненно, возможно по той причине, что всегда миролюбивый Коля крайне редко выходил из себя.       — Случилось то, что неделю назад, пока мы гуляли по подземному городу, на небе появился разлом, который открыто толсто намекает на то, что впереди случится что-то очень плохое, — вкрадчиво произнёс Эдик. — Но поскольку вам троим нет до этого никакого дела и сидеть дома вы не будете, я хочу пойти с вами — четверым более безопасно, чем троим, верно?       Я уставилась на него с открытым ртом — не ожидала от него такой прямолинейности. Коля и Вика тоже выглядели ошарашенными, правда по другой причине.       — Что, Таня, даже не рассказала своим друзьям, что подвергаешь их опасности? — шутливо проговорил Эдик, хотя я в его голосе уловила нотки укора. — Ай-я-яй, нехорошо.       — Я тебе говорила, что на мой взгляд, ты сгущаешь краски, — устало вздохнула я. Но вместе с тем внутри засвербело: а вдруг и правда я поступила опрометчиво, не предупредив друзей о потенциальной угрозе? А ведь хотела как лучше.       — Ребята, у вас есть шанс ещё передумать, пока не поздно, и отправиться домой, — заулыбался Эдуард, обращаясь по большей части к Коле и Вике. Но последняя тут же встрепенулась, видимо почувствовав запах очередной сенсации.       — Так, ничего мы не передумаем! — обрубила она. — И вообще, ты должен мне рассказать всё с самого начала и со всеми подробностями!       — Как тебе будет угодно, — на удивление быстро согласился Эдуард, услужливо открывая дверь в здание вокзала и пропуская нас вперёд.       Для него это было непривычное поведение: обычно он любил подразнить Вику, прежде чем дать ей все нужные ей ответы. Но сегодня то ли настроение у него было такое, то ли ещё по каким неведомым мне причинам, он был поразительно великодушен по отношению к Вике, так что даже уже после того, как мы поднялись в Лунадон, уделил ей внимание, и пока мы с Колей ушли вперёд, они плелись позади нас, обсуждая последние новости в ГЗУПИ.       Стоял жаркий майский день. Улицы Лунадона утопали в цветах яблони и сирени, и я в очередной раз удивилась, как красив этот маленький город. В каждое время года он проявлялся во всей красе с особой, новой стороны. На улице было так хорошо, что нам даже не хотелось нигде надолго останавливаться, однако ближе к вечеру нас сморило от жары, да и ноги устали от длительной прогулки. Но возвращаться в студенческий городок всё-таки не хотелось.       — Может быть пойдём посидим где-нибудь? — предложил Коля. — Я тут знаю поблизости один хорошенький садик. Там даже пруд есть.       Никто из нас не возражал, поэтому мы, купив в ближайшем магазине мороженое, дошли до упомянутого Колей пруда и там уселись прямо на траву, подстелив лёгкие куртки, которые на всякий случай прихватили с собой. На некоторое время между нами возникла мирная тишина. Я задумчиво смотрела на плавающих в пруду уток, прислушиваясь к пению птиц.       — Странно, — внезапно прервал молчание Коля. — Вроде бы выходной день, да и погода хорошая, но почему-то здесь никого нет.       Только я успела мысленно согласиться сним, как Вика произнесла:       — Ну… не то чтобы совсем никого, — она кивнула в сторону забора, огораживающего сад от тротуара, и я увидела, как в калитку вошли трое человек.       Они были достаточно далеко, так что я не сразу их разглядела, но что-то в них показалось мне знакомым. Как будто я сегодня уже их видела в городе краем глаза — два парня и девушка в запоминающемся красном платье. Когда они подошли поближе, я обнаружила, что вообще-то все трое мне знакомы.       Гарик, Лиза и Евгений. Внезапно тут оказавшаяся компания. Слишком внезапно, чтобы полагать, будто это случайность. Я медленно повернулась к Эдуарду, почти наверняка уверенная, что он каким бы то ни было образом причастен к появлению в саду этих троих.       — Что? — спросил он ещё прежде, чем я успела что-то сказать.       Но в этот же момент солнце резко скрылось. Небо быстро затягивали тёмные, будто грозовые тучи.       — Э, разве сегодня обещали дождь? — удивился Коля, поднимаясь на ноги и видимо намереваясь побыстрее покинуть парк, пока не ливануло.       — Вообще-то нет… — протянула Вика, растерянно оглядываясь по сторонам.       Я понимала её реакцию. Вокруг сада начал довольно быстро сгущаться непроглядный туман, сжимая кольцо, в центре которого оставался пруд и семь человек, оказавшихся поблизости.       — Вот что-то такого я и опасался, — почти неслышно пробормотал Эдуард, но я зацепилась вниманием за его слова и почти с мольбой уставилась на него, надеясь, что он найдёт всему какое-то простое объяснение.       Против моей воли в груди сжался комок. Моя интуиция не предвещала ничего хорошего.       — Привет! — к нам подбежала Лиза и остановилась рядом с нами. Гарик и Евгений от неё не отставали. — Кажется, мы чуть не опоздали? — В её голове послышалась едва уловимая тревога, как будто она изо всех сил старалась скрыть волнение.       Все трое стояли в каких-то напряжённых позах, как будто были готовы в любой момент кинуться в бой.       — Да… похоже на то, — согласился Эдуард.       — Во можете объяснить, что происходит? — спросила я, изо всех сил пытаясь сохранять спокойствие.       Ответом мне было потрескивание, заставившее всех замолчать. Поверхность пруда стремительно затягивалась коркой льда. Вокруг стало так темно, будто город погрузился в глубокие сумерки, от солнечного дня осталось лишь воспоминание. И эти погодные перемены вводили в ступор — я совершенно растерялась и не знала, как реагировать на эту ситуацию.       — Почему мы стоим? — воскликнул Коля. — Надо скорее уходить отсюда! — Он сорвался с места.       — Стой! — испуганно крикнула Лиза и даже попыталась схватить Колю за руку, но тот оказался неожиданно прытким.       Но только он добежал до границы, где начинался туман, как вдруг болезненно вскрикнув, как будто ударился о невидимую преграду, отшатнулся назад.       — Здесь стена! Мы не можем отсюда выбраться!       — Этого мы и опасались, — проговорил Гарик. Он, запустив руку во внутренний карман своей куртки, достал уже знакомые мне палки и вручил по одному Коле и Вике. — Мы допускали, что может что-то случиться. Поэтому я прихватил с собой проводники энергии — они помогут вам вызвать источник энергии и использовать её для своей защиты. Таня, ты уже умеешь вызывать энергию без проводника. Пришло время применить свои навыки!       — Вы что, прикалываетесь? — возмутилась Вика. — Волшебные палочки? Вы серьёзно вручили нам волшебные палочки, чтобы мы себя защищали?! — Кажется, она была склонна больше поверить в магию, чем в возможность пользоваться подобным инструментом.       Зато Коля продемонстрировал совершенно противоположную реакцию.       — Ух ты! А есть что-то вроде заклинания, чтобы этим пользоваться?       — Увы, но нет, — развёл руками Гарик. — Вам придётся во всём полагаться на силу мысли.       — Ты требуешь нереального! — отрезала Вика. — Я этим заниматься не стану!       — Вика, пожалуйста, отбрось сейчас свой скепсис и поверь, что в тебе существуют стороны, о которых ты сама не знаешь. — Гарик говорил очень спокойно и внушительно, так что Вика даже не стала его най сей раз перебивать. — Если вы в себя поверите и сосредоточитесь на задаче, у вас всё получится!       — Таня, — Эдуард чуть коснулся моего плеча, и когда я обратила на него внимание, указал на центр пруда.       Прямо над замёрзшей поверхностью вспыхнул большой костёр. А потом пруд невероятным образом увеличился раз в пять, сравнявшись размерами примерно с футбольным полем, и по очереди в сопровождении громких хлопков по границе тумана на равном расстоянии друг от друга вспыхнули костры поменьше.       Всё это время Гарик торопливо объяснял Коле и Вике основы взаимодействия с энергией, а я пока всеми силами пыталась понять, что всё это значит.       — Да уж, ну и обстоновочка, — пробурчал себе под нос Евгений. Эта была первая фраза, которую я от него сегодня услышала.       — Старался для вас! — мужской голос прозвучал неожиданно громко, как будто он раздавался ото всюду и отразился от невидимых стен продолжительным эхом.       И в этот же момент на фоне костра появилась фигура человека. Он стоял так, что его лицо оказалось в тени, и только редкие отблески освещали его, но мне и так стало понятно, кто это. Теперь я бы этот голос узнала, наверное, даже через десятки лет.       Сергей Лебедев.       — Господа! — с насмешкой, тонко завуалированной в одиозной вежливости, провозгласил он. — Не ожидал я, что вас будет так много. Прошу меня извинить за засаду, которую пришлось вам устроить.       — А ты ещё кто такой?! — возмущённо воскликнул Коля и вдруг резко выбросил вперёд руку с зажатой «волшебной палочкой», из которой, неожиданно для нас всех, вырвался большой поток зелёного света.       Он почти достиг Лебедева, но в последнюю секунду тот вскинул руку, и энергия, высвобожденная Колей, ударилась в выпущенный ей навстречу сгусток голубоватого света, после чего оба рассыпались тысячей искр.       — Что ж вы так не бережёте свои силы, — покачал он головой. — Они бы вам пригодились. Можно было бы их потратить более разумно. Да и вообще, я не хочу причинять вам вред.       После воспоминаний о новогоднем банкете верилось ему с трудом.       — Что же тебе тогда вообще нужно, раз ты такой добренький? — мрачно усмехнулся Евгений.       — Ничего особенного. Всего лишь один из вас. Догадываетесь кто? Вика Абрамова!       — Что? — невольно вырвалось одновременно у Эдика, Лизы и Гарика. Остальные, включая меня, невольно начали образовывать кольцо вокруг Вики, но та вдруг возмущённо вскликнула.       — Вы серьёзно? Понятно же, что он блефует! Нахрен ему я сдалась, когда известно, что этот хрыч старый крадёт музыкантов! И Таню он пытается похитить не первый раз!       Для остальных это оказалось достаточно убедительным аргументом, чтобы тут же загородить меня.       — Эй, барышня! Ты довольно смышлёная, но не особо-то любезно с твоей стороны называть уважаемого человека «старым хрычом»! — насмешливо проговорил Лебедев.       Но Вику этим было не напугать.       — Заткнись, — откровенно хамски крикнула она. — Никакой ты не уважаемый. Преступник!       — Тихо, не стоит его злить! — мягко проговорила Лиза, сделав плавное движение руками. Вокруг нас вырос едва различимый взглядом купол, и треск костров вдруг стал звучать глуше. — Ребята, помогите мне кто-нибудь держать звукоизолирующую сферу. И поставьте щит!       Эдик, Гарик и Евгений тут же вытянули руки, и из их пальцев появились тонкие струйки света: синего, жёлтого и фиолетового, которые словно подпитывали сферу, созданную Лизой. В то же мгновение в неё ударился первый сгусток, выпущенный Лебедевым. От удара сфера сотряслась, но выдержала и не исчезла.       — Что нам делать? — спросила я. — Не можем ведь мы так всё время держать сферу?!       — Да, — напряжённо ответил Эдик. — Подождите чуть-чуть. Я думаю.       В нашу защитную сферу прилетел ещё один сгусток и в момент, как он ударился в неё, границы купола стали хорошо заметными и пошли трещинами.       — Эдик, если ты там думаешь, пожалуйста, постарайся делать это быстрее! — с мольбой в голосе воскликнула Лиза, от напряжения у неё дрожали руки.       — Вообще, он нападет с большими перерывами, — внезапно отметил Евгений.       — Да, я тоже обратил на это внимание, — согласился Эдуард. — Я думаю, это не просто так… Вся эта обстановка… Это иллюзия! — в его голосе послышалась радость. — И скорее всего он сам — это только его проекция.       — Для проекции он достаточно хорошо пуляется, — отметил Коля, поморщившись, когда Лебедев в очередной раз атаковал сферу.       — И тем не менее, он сейчас недостаточно силён, ему нужно время, чтобы полностью воплотится, — заметил Эдик. — И прежде, чем он успеет это сделать, надо понять, как разрушить иллюзию.       И в этот момент наш защитный купол всё-таки развалился. Лебедев в буквальном смысле подлетел к нам ближе и навис над нами угрожающей фигурой, воспарив над поверхностью земли в нескольких сантиметрах.       -Больше двух говорят в слух, — насмешливо и одновременно грозно прогремел он. — Разве вас не учили манерам?       Он над нами откровенно насмехался, и неожиданно меня накрыла такая злость, что прежде, чем отдать себе отчёт в том, что делаю, я вытянула обе руки вперёд, и призвав всю свою волю, выбросила в сторону такой мощный поток энергии, на какой только была способна. Но сгусток оранжевого света просто прошёл сквозь него, не причинив никакого вреда. Лебедев сардонически расхохотался, но Эдик, мимо внимания которого не прошла эта сцена, воодушевился.       — Смотрите, он нематериален! Значит это точно иллюзия! Надо только понять как ра… — он вдруг осёкся, видимо с запозданием осознав, что лучше бы Лебедеву не подозревать о наших догадках. — Ребята, попробуйте затушить костры!       Остальные не заставили себя ждать и кинулись в рассыпную к кострам, горящим по периметру зоны, свободной от тумана. Гарик, Лиза и Евгений видимо умели с помощью энергии вызывать стихию воды — из их ладоней уже били фонтаны, заливающие костры, но мы с Викой и Колей мало что могли придумать. Пруд покрылся толстой коркой льда, да и у нас всё равно не было ёмкостей, которыми можно было бы набрать воду.       — Эдик, а ты уверен, что это хорошая идея? — крикнул Коля, в растерянности остановившись у одного костра. — По идее они рассеивают туман и к тому же дают хоть какое-то освещение…       — Не в этом случае! — крикнул Эдуард. В отличие от Гарика, Евгения и Лизы он занимался тем, что отбивал пока ещё нечастые атаки Лебедева, хотя этого хватало, чтобы полностью занять его время. — Я думаю, эти костры имеют чужеродную природу. Если моя догадка верна, это они питают иллюзию!       — Вода не помогает! — крикнула Лиза. — Как только перестаёшь тушить, костёр загорается вновь, даже если полностью его погасить!       — Эй, ребята! Песок! — я впервые услышала в голосе Евгения нечто, похожее на воодушевление. — Песок помогает!       — Ну хоть появилась возможность как-то помочь! — обрадовался Коля и, опустившись на корточки, начал интенсивно прямо руками копать землю и забрасывать ей ближайший костёр.       К моему удивлению Вика присоединилась к нему. Но она не была бы собой, если бы вместо того, чтобы как и Коля, копаться в земле руками. Вместо этого она принялась ковырять палочкой, предназначенной для более лёгкого доступа к энергии. Наверное Эдуард не обрадовался бы, если заметил, как обращаются с проводником. Даже для меня это было немного кощунственно.       — Ха-ха-ха, — зловеще рассмеялся Лебедев, от этого звука леденела кровь. — Вы можете сколько угодно пытаться тушить костры, вам это не поможет! — Он возвёл руки вверх, и вокруг него начали формироваться высокие фигуры из камней. Тяжёлыми шагами они направились в нашу сторону.       -Что это? Каменные идолы? — в панике спросила я.       — Точнее големы, — поправила Лиза. — Они медленные и неповоротливые, но очень сильные и абсолютно послушные своему создателю.       — Вы обещали, что не причините нам вреда! — в отчаянии крикнула я, обращаясь к Лебедеву.       — Я и правда не хотел этого делать. Но ваше упрямство не оставляет мне выбора.       — Нет, не может быть…       Я в ужасе смотрела, как Эдик, Гарик, Лиза и Евгений посылают силы разрушающей энергии в одного из пяти големов, но та отскакивает от них, не причинив никакого вреда. Победить их казалось совершенно невозможным. И Лебедев, видимо, уже до такой степени окреп, что смог призвать столько силы…       Но тут, глядя как под каменными ступнями големов сотрясается земля, меня озарила спасительная идея. Я обратилась к разрушающей энергии — благо уже сотню раз успела попрактиковать этот приём вместе с Эдиком — и направила её прямо под ноги голема. Лёд под ним пошёл трещинами, и в следующее мгновение голем провалился вниз, с грохотом распадаясь на груды камней.       — Отлично сработано, Таня! — похвалил меня Гарик, тут же сориентировавшихся и потопив таким образом ещё одного голема.       — Да! А теперь продолжайте тушить костры! — крикнул Эдик. — Жека, ты можешь призвать энергию земли и создать кучу песка, чтобы ребятам не приходилось ковыряться в песке?       — Легко! — ответил тот, и сев на корточки, сосредоточил энергию между ладонями. Рядом с ним достаточно быстрым темпом начала разрастаться куча песка.       Я даже какое-то время засмотрелась на это зрелище — вообще не знала, что такое возможно. Похоже, взаимодействие с энергией позволяло обратится ко всем природным стихиям. Как многое мне ещё предстояло об этом узнать!       Из оцепенения меня вывела Вика, которая раньше остальных кинулась к куча и, используя свой красный пиджак, как подобие мешка, накидала на него песка и понесла к костру. Могла ли я представить, что ради спасения она безжалостно испортит такую хорошую вещь? На самом деле узнав её поближе не приходилось этому удивляться. Но тогда, когда я впервые её увидела, в этом же самом пиджаке, я бы ни за что так не подумала!       Лебедев издал досадный вздох, похожий на рычание.       — Какое потрясающее упорство! Вы только попусту тратите свои силы, юнцы! — Он взмахнул руками, и вокруг центрального костра образовался купол, очень похожий на тот, под которым мы защищались с самого начала, только выглядевший гораздо более прочным. — Ну посмотрим, сможете ли вы добраться до меня теперь!       — Ребята, не останавливайтесь! — подбодрил нас Эдик. — Он блефует! Да, купол придётся разрушить, но он изрядно выдохся, создавая големов! Тушите мелкие костры, чем меньше огня, тем меньше источник энергии, от которого он подпитывается!       Я, воодушевлённая Эдуардом, по примеру Вики набрала в куртку песка и кинулись к наиболее дальнему от кучи костру, но стоило мне высыпать весь песок на яркое пламя и развернуться, как я лицом к лицу столкнулась с Лебедевым, что от неожиданности даже вздрогнула и отшатнулась назад, чуть не наступив в не затухшее до конца пламя.       — Вы? пробормотала я, машинально выставляя руки вперёд, готовая в случае чего призвать энергию.       — Ну а кто же ещё? — улыбнулся он. В серых глазах зловеще мелькнули блики от костра. — Слушай, я предлагаю уйти мирно. Ты не пожалеешь, я приготовил для тебя хорошую роль. Я желаю тебе только добра!       — Вы избрали неверную тактику! — со сталью в голосе процедила я. — Нападать на меня с ножом и подкарауливать нас с друзьями в городском саду — не лучший способ убедить меня в этом!       — Да, прости, это была ошибка с моей стороны, — он протянул раскрытые ладони, словно демонстрируя свою безоружность. — Такого не должно было случиться, и такое никогда не повториться. Я очень переживал из-за того, как всё обернулось. Но ведь теперь всё в порядке?       От его наглости и чрезмерно вежливого тона я растерялась и как будто впала в ступор, не в силах ни пошевелиться, ни сказать чего-нибудь. А Лебедев всё продолжал говорить, сокращая расстояния между нами маленькими шажками.       — У тебя наверное остался шрам? Не переживай, я найду тебе лучших пластических хирургов, которые всё замаскируют…       -Что? Нет! — я наконец вышла из оцепенения. — Лучшее, что вы можете для меня сделать — то не появляться на моём пути!       — Таня, не будь такой эгоистичной. — Он решил надавить на другие рычаги. А может просто начал терять терпение, потому что в его голосе впервые послышалась угроза. — Посмотри на своих друзей! Думаешь, они способны противостоять мне?       — Эдуард очень талантлив! — упрямо заявила я, медленно отступая назад.       — Даже если и так. Они могут быть все чрезвычайно талантливыми. Но они ещё только дети, им предстоит долго и много учиться, прежде чем они смогут противостоять взрослому человеку. Ты действительно думаешь, что Эдуард способен вытащить тебя из любой передряги? Он настолько сомневается в себе, что сегодня призвал подмогу.       — Зато он предвидел каждый ваш шаг! И сейчас, он раскусил эту вашу иллюзию. Ещё немного, и мы её разрушим! — Да неужели? Посмотри на Евгения — он истратил почти всю свою силу на создание кучи песка! А Лиза? Она с трудом удерживала щит, и то с помощью товарищей. И много ли мне потребовалось времени, чтобы разбить его? Его разрушил даже не я — всего лишь моя слабая проекция. И ты подвергаешь своих друзей такой опасности? Ради чего? Ты можешь просто пойти со мной. Добровольно. Так всем будет только лучше. И тебе тоже. Обещаю, ты не будешь жалеть о своём решении.       — Никогда!       И я, практически машинально изобразив правой рукой своё движение, выбросила в сторону Лебедева волну энергии. Я думала, что она пройдёт сквозь него, и рассчитывала скорее просто выиграть несколько драгоценных секунд, чтобы отбежать и помочь друзьям гасить костры, но на удивление Лебедева отбросило на несколько метров. Я не мешкала и тут же кинулась к куче песка, где сейчас копошились Эдик и Евгений с Викой. Остальные тушили ещё не погасшие костры.       — Мне удалось отшвырнуть его энергией! — поделилась я с ребятами.       — Я бы этому не радовался, — мрачно отметил Евгений. Выглядел он неважно — бледный, как будто вот-вот свалиться в обморок. Скорее всего Лебедев говорил правду о том, что он растратил почти все силы. — Раз на него можно воздействовать физически, значит он почти полностью воплотился в этом измерении.       — Ничего, — Эдик быстро оглянулся по сторонам. — Нам остаётся потушить всего пару костров. Таня, помоги Вике и Коле, а мы попробуем разбить щит!       Дважды просить меня было не нужно. Быстро накидав песка на куртку, я потащила её к последним догорающим кострам. Мы справились с ними быстро — складывалось впечатление, что чем сильнее становился Лебедев, тем слабее пламя, как будто их сила переходила к нему. Наконец, когда погасла последняя искра, мы с Колей и Викой подбежали к Эдику с его однокурсниками, которые усиленно атаковали купол вокруг центрального костра.       — Он не поддаётся! — выкрикнула Лиза. — Мы должны что-то сделать!       — Глупые дети! — Лебедев вышел из сгустившейся темноты и остановился по другую сторону от костра. — Вы не сможете ничего сделать.       — У меня есть одна идея, — сказал Эдик, словно не замечая Лебедева. — Последняя, но она должна сработать! — Он развёл в стороны руки, и между ними возник шар света.       — Что, ты хочешь меня победить жалким подобием солнца? — усмехнулся Лебедев, но я как будто бы услышала в его голосе тщательно скрываемый страх.       — Да! — Эдуард шире развёл руки, и шар увеличился почти в два раза. — Вы создали свою иллюзию всё благодаря свету, но я подозреваю, что её можно так же легко разрушить тем же оружием, если направить его против вас! Подобное порождает подобное. Равно как подобное может разрушить подобное! — Эдик ликовал! Я слышала его уверенность — он нашёл ответ. — Лиза, Гарик, Жека — помогите мне!       Его однокурсники как по команде подняли руки, и из их пальцев полился поток света — на этот раз у всех белого — питая и увеличивая шар Эдуарда. Лебедев смотрел на это всё со смесью эмоций — скепсис и… тревога? Но шар увеличивался, а его мир не рушился.       — И сколько света тебе потребуется? — похоже, видя усилия Эдика и понимая, что этого всё равно не достаточно, Лебедев успокоился.       — Ребята, вы тоже можете нам помочь! — крикнула Лиза. — Представьте свет и призовите его мысленно! Так же, как призываете энергию! Коля и Вика — используйте проводники!       Я неуверенно вытянула руки перед собой. Как сложно сделать что-то первый раз. Тем более настолько непонятное. Но я же как-то прежде справлялась, а сейчас наступил решающий момент. Надо доказать, прежде всего самой себе, что все долгие старания и тренировки с Эдиком были ненапрасны. Я зажмурилась и, задействовав всё своё воображение, попыталась нащупать источник силы. Для меня процесс взаимодействия с энергией всегда был похож на представление этой силы — надо было её почувствовать, услышать, увидеть до того, как она появится, и тогда волшебным образом она материализовывалась буквально в твоих руках.       Вот и сейчас сквозь моё тело прошла энергия, от стоп до самых кончиков пальцев, а когда я открыла глаза, то увидела ярчайшие струи света, вливающихся в разросшийся шар Эдуарда. Он словно держал его на вытянутых руках у себя над головой, и шар светил так ярко, что на него было больно смотреть. Но Лебедев ещё оставался тут.       — И насколько вам хватит сил? — насмешливо спросил он. — Вы истощите свою энергию и потом никогда не сможете её восстановить.       От напряжения дрожали руки. Я бы не удивилась, если Лебедев оказался прав, и после такого мы никогда уже не сможем пользоваться энергией. Казалось, из меня уходят последние капли силы. Ещё несколько секунд, и я упаду…              …Но за мгновение до того, как это произошло, небо пронзил ярчайший луч света извне, а в следующее мгновение реальность Лебедева пошла трещинами и развалилась на тысячи развеявшихся в воздухе лоскутков.       Всё исчезло, как будто бы Лебедева тут никогда и не было. О нём напоминала только страшная усталость во всём теле.       Мы всемером стояли на том же месте, где были на момент появления Лебедева. А в нескольких шагах от нас стоял Исаков с непроницаемым лицом и поднятой правой рукой, вокруг которой всё ещё продолжал клубиться свет, отливающий всеми цветами спектра.