Чужая

      Чужие то и дело высовывали свои головы из разных ходов, уходящих то в стену, то наверх, когда ксеноморф вел Эмму неизвестно куда.       Сказать, что Малоун была обеспокоена – ничего не сказать, потому что хоть ученая и несколько доверяла этому большому грозному чужому, но пока она находилась в гнезде, опасность стоило ждать отовсюду. Но ничего не происходило. Они то и дело куда-то сворачивали, петляли так, будто ходили кругами, и вдруг вышли на довольно открытую площадь. Эмма догадалась, что это центр колонии, и прямо над ними располагается блок охлаждения. С недавних пор он стал сдавать, из-за чего «Надежда Хадли» порой превращается в русскую баню. Но сейчас здесь внизу было невыносимо жарко даже для бани.       Когда ксеноморф остановился, Малоун вопросительно оглянулась. Вокруг ничего не было, кроме небольшого темного пятна в углу помещения. Зачем он привел ее сюда? Неужели это пятно кто-то, а не просто игра воображения и плохо сдающего позиции зрения. И вправду: пятно зашевелилось, вытянулось, удлинилось в ширину, как вдруг неожиданно перед ученой вырос просто непомерной величины ксеноморф. Именно ксеноморф: назвать это существо чужим просто язык не поворачивался.       «Она прекрасна», - невольно подумала Эмма, залюбовавшись изящной и мрачной красотой объемной «короны», длинной головой и тонкими конечностями.       Королева лениво распрямилась, похрустывая затвердевшими суставами. Некоторое время она просто уставилась на чужого и человека, будто не понимала, кто перед ней. Но как только поняла, резко дернула длинным хвостом и пронзительно зашипела. - Человек? Как ты мог привести ко мне человека?! Чего ты добиваешься? Смерти моей хочешь? Даже если она уже является носителем дитя, человек по-прежнему опасна, - яростно визжала на него она, скаля острые большие зубы.       «Что? Человек? Мне показалось, или она только что сказала «человек»? Не может быть, Королева говорит! Она говорит! Чужие умеют разговаривать! Нет, мне это, наверное, все кажется: мое сознание сейчас шаткое, всякое может померещиться от жары. Но все же…». Эмма была просто не в себе от радости, была готова пуститься в пляс да хоть с той же Королевой, вдруг овладевшей английским. - Вы говорите. Самым непостижимым образом говорите! – не выдержала женщина. Королева метнулась к ней, задержав долгий изучающий «взгляд». - Мы не умеем говорить на человеческом языке, но я могу подражать ему. Пускать похожие вибрации не голосом, а мыслью. Ты чуткая, поэтому понимаешь меня. Еще никто из людей не слышал мою речь. Они так невнимательны к окружающему. Уверена сейчас они в страхе бегают и ищут пути спасения. Какие же вы смешные! Однако…       Она резко переменилась и вновь перевела внимание на рядом стоящего с ученой ксеноморфа, когда столь очевидная догадка посетила ее. – Ку Хо, ты соврал мне, когда доложил, что сам выбрался из той западни, так еще и брата приговорил подчиняться твоему обману. Ты хоть понимаешь, чем тебе это грозит?! Да я тебя своими клыками разорву! В своем гнезде я измен не потерплю!! Этот человек спас тебя, да? Я ведь не слепа: я чувствовала, как моя власть над вами ослабевает. И ждала подлянки от кого угодно, но не от тебя. Как же смехотворна жизнь!       В ответ чужой что-то провизжал, но Малоун его не понимала. Даже обидно, что не все такие умные, как Королева. Она никогда бы и не подумала, что мать ксеноморфов обладает высшим разумом, может логически рассуждать и способна на осмысленную речь. Да ей об этом и не снилось.       Тут Эмма замерла. Словно камень ударил в грудь, когда вспомнила она о своем плане. А ведь этому прекрасному существу необходимо умереть, погибнуть во благо развитию своих приспешников. Но действительно ли это так необходимо, неужели нет иного пути? - Не убивайте его! – выдала профессорша, не выдержав нарастающий визг с обеих сторон. Создавалось впечатление, что еще минута, и от чужого не осталось бы и куска его бронированной кожи. – Это ведь я спасла ему жизнь, он никаким образом не мог попросить у меня помощи. Хочу даже вас уверить, что он до последнего пытался в любой удобный момент прикончить меня. Но ученые не из пенопласта – нас голыми лапами не взять. Поэтому я очень надеюсь, что вы проявите милость к вашему подчиненному, верному помощнику. Я могу рассказать вам подлинную историю произошедшей с нами встречи. Если хотите… - Хм…       Она задумчиво откинулась, медленно и вальяжно усевшись на пол. Кончик ее хвоста тревожно дернулся и хлестанул ногу Эммы. Та от боли отчаянно запрыгала на здоровой. – Так и быть, я выслушаю тебя. Хотя и знаю, что людям привычно врать. - У меня нет ни единой причины обманывать вас. - А они и не нужны. Все делается от привычки. Ну так давай, рассказывай быстрее. Не думаешь ли ты, что у меня времени полный багаж, - на ее слова Эмма опешила, ошеломленная присутствием человеческих высказываний в словаре инопланетной королевы. – Не удивляйся так. Помни, что ты меня не слышишь, а чувствуешь, поэтому не обольщайся. Это все твой жаргон. - Оу. Даже как-то стыдно. - А знаешь что, не нужны мне ваши оправдания. Они ничего не решат, так как я уже решила. Я пощажу Ку Хо. А вот ты… тебя бы я отправила на мясо, - заметив, что женщина вздрогнула, Королева поспешила прибавить, - Не подумай! Это лучшая участь. Ежели ты станешь инкубатором для дитя, твоя смерть будет долгой и мучительной. - Я не могу даже рассчитывать на пощаду? Знаю, у вас нет причин доверять мне, но я не против чужих. Но и не против людей. - Что? Как это? Нельзя быть ни на чьей стороне. Ты изгой? - Можно и так сказать, - Малоун с горечью усмехнулась. – Но люди – моя семья, и я буду стараться из всех сил, чтобы спасти обе стороны. - Ты нацелена на невозможное, - со стороны ксеноморфа послышалось подобие смешка. - Это возможно! Мне совсем не хочется убивать вас, ведь вы такие же, как мы, существа. Да, мы не понимаем друг друга, противостоим. Но зачем убивать, когда можно пойти на компромисс? - Это очень необычно – судить так о существах, поддерживать обе стороны. Я так не могу. И люди не могут: они не видят в нас живых существ. Что ж, пожалуй, мы это заслужили. А твои суждения не слишком легкомысленны? Мы не просто охотимся друг на друга – между нами война! - Это так. Одной своей частью я ненавижу вас: вы убиваете дорогих нам людей, вы убили моего друга. Он был еще совсем молодым. Но ваша жизнь для меня так же важна. Если убить вас, к жизни он уже не вернется. А если помогу вам запугать людей, раскрашу жизнь в соседней колонии в радужные цвета, и они сами сломя ноги полетят туда… - Улетят из колонии?! А нам как выживать? – яростно зашипела Королева и подошла к женщине, приблизив свою громоздкую голову. Ее зубы блеснули в красном пламени ламп. Запахло чем-то отвратительно гнилым, и Эмма слегка отвернулась. - Извините. Но так будет лучше для всех. - А кто тебя просил вмешиваться?! - Никто. Да, никто не будет мне благодарен, даже наоборот. Но разве вам нравиться причинять другим страдания своим существованием? – Королева ничего не ответила, и Малоун с удвоенной уверенностью продолжила, - Мы ведь могли бы попытаться разрешить эту войну, в исходе которой одна сторона погибнет. Рано или поздно вы все равно лишитесь еды и сосудов для нового потомства – будь-то победа или поражение.       Вокруг была гнетущая тишина: она давила на голову, садила на колени перед великим ксеноморфом, подавляла уверенность в своих силах. Ведь кем здесь была Эмма? Всего-то жалким маленьким человечиком в убежище, полном кровожадных монстров. И этот человек пытается высказаться, выявить свое мнение. Осознав всю тщетность своего положения, Эмма поубавила свой пыл, но отступать была не намерена. Это единственный шанс, выпадающий раз… да никогда! Ученая открыла рот, но Королева перебила ее. - Ну и что же нам остается делать? Так или иначе, нам суждена погибель. Неужели мы не созданы для жизни?.. - Не говорите так, – ее слова больно отзывались в душе Малоун, она невольно переживала за них, как за своих близких. – Если изменить ваш уклад, то все возможно. Чужие стали реже использовать людей как сосуд, тогда вам остается лишь найти еще один достойный источник питания. Вот если бы вас переместить на плодородную планету… - Не все так просто! Да, чужим пришлось уклониться от заведенного порядка потому, что я больна и не могу воспроизводить потомство. - Чем вы больны? - А мне-то почем знать? - Может… я могу как-то помочь?       Спросила Эмма и чуть не откусила себе язык за только что сказанное. Какой «помочь», если она сама недавно хотела убрать Королеву, чтобы эволюция продолжалась. А теперь «помочь»? Но теперь, когда она стоит перед ней, когда говорит с ней! у Эммы нет сил, чтобы вонзить нож в ее горло. Вот она, Королева, прямо перед ней, необычно заинтересованно и доверчиво склонила голову. Ее шея открыта для нее. Один взмах, и проблема решена. Сейчас она может спасти как колонистов, убив источник бедствия, так и избавить чужих от начальства, продолжить их изменения. Но также она может сохранить этому жуткому и великому существу жизнь, может быть, увеличит шанс выжить, потому что в любых двух случаях ее разорвут на месте. Даже спасенный ею чужой ринется на нее, только Малоун покусится на жизнь его матери и королевы. - А ты можешь? – деловито, с ноткой подозрительности спросила Королева. - Не уверена. Но стоит попытаться.       Стоящий рядом с Эммой чужой вопросительно повернул на женщину голову, потом на Королеву. Не дожидаясь решения матери, он деловито подтолкнул Малоун в спину. - Эй! - Хорошо, - Эмма удивленно посмотрела на нее, не веря своим ушам, ну или чувствам, - Так и быть, ты можешь попытаться. Но если выкажешь нечто нецелесообразное. Тч! Я что только что сказала?! – заверещала Королева, увидев вынутый из спины человека нож. - Извините, он мне необходим. Вы, похоже, заражены, поэтому не повредит испустить немного крови.       На это ксеноморф ничего не ответила, лишь замерла в нерешительности. Что-то подсказывало ей, что этому человеку можно доверять. Сама-то она ничего в лекарствах и медицине не понимала. И она вверит свою жизнь, так как уже все равно отчаялась, наблюдая за беспокойством детей перед собственной беспомощностью помочь им.       Эмма подошла к ней вплотную и нажала пальцами на выступ на руке. Ее кисть была очень твердая, словно вылепленная и сваренная из металла. Сможет ли нож проткнуть столь прочный материал? Долго щупав предплечье, Малоун все не могла определиться, куда резать, относить анатомию ксеноморфа к человеческой или к кошачьей, а может быть к собачьей? - Будет больно.       Долго метив и примериваясь, Эмма наконец воткнула нож в кожу, но лезвие лишь слабо проткнуло материю. Тогда она замахнулась. Наблюдающий за происходящим чужой рванул к ней, но Королева шикнула на него. Он подчинился и внимательно наблюдал за происходящим из-под опущенной головы.       Лезвие вонзилось в руку до половины, и ксеноморф завизжала от боли, но осталась стоять на месте. Быстро вынув нож, она тут же воткнула его в другую руку. Теперь клин был расплавлен уже на половину, и Эмма откинула нож в сторону. «Прости, Варнер. Не умею я беречь подарки», - Эмма усмехнулась собственным мыслям. Ядовитая кислота брызнула из руки, и женщина спешно отпрянула. И стала ползать всеобъемлющим взглядом по покрытому темнотой телу ксеноморфа. Вспухшие «вены», обильный пот и вялость говорили ученой об отравлении. Все таки это произошло по вине взрыва радиатора. - Вам стоит найти другое место, попрохладней и поглубже. Здесь заражение до конца не уйдет. Но в целом, вскоре вы должны поправиться. - Со стороны все выглядит так просто, а ведь несколько минут назад я была готова писать завещание. - Писать? - Я такого не говорила. - Разве? - Я очень признательна за твою доброту, - резко продолжила Королева. - Никогда бы не подумала, что приму помощь от человека. Но раз это произошло, с моей стороны будет вопиющей жестокостью убить тебя. Не удивляйся так, да, со стороны я могу не выглядеть тем, кто соблюдает правила приличия. Ты попыталась помочь, и я это ценю.       Она вытянулась во весь свой великий рост и стала еще более зловещей, но и прекрасней. В этом инопланетном существе, по сути не разумному, таилась некая кошачья грация, собственные мысли и переживания. - Ку Хо, проводи ее на территорию людей. И сам незамедлительно возвращайся обратно. Чтоб без самовольных вылазок!       Чужой низко склонил голову к самому полу, после чего подтолкнул женщину к выходу. Уже в проеме Эмма обернулась. - До свидания!       Королева посмотрела на нее, но ничего не ответила и неторопливо куда-то поплелась. «Неужели все-таки послушалась моего совета? Не может быть. Такого просто не бывает», - думала Эмма и не верила своим глазам. Но от чувства радости ей закрыться не удалось. Лицо растянулось в благоговейной улыбке.       Некогда спасенный Малоун чужой, но сейчас такой одинаковый, сливающийся с черной массой, был для профессорши чуть ли не родней. Он шел рядом с ней большими шагами, буквально бок о бок, из-за чего они слегка сталкивались. Эмма была безмерно счастлива, просто не верилось, что она как в гостях побывала у чужих, а сейчас один из жильцов этого «семейства» провожает ее до дома.       Поднявшись на лифте, причем тут Малоун пришлось запихивать настырного чужого силой, ведь тот так и норовил повести ее по вентиляционным шахтам, механизм звякнул, и железные двери растворились. Эмма остановилась у входа на ее территорию. Территорию людей, на которой не было места этим холодным темным существам. Чужой стоял позади, выжидающе смотря на женщину. Малоун слегка улыбнулась. - Она тебя там как-то называла… Ки Ин или Ин Хо. Поэтому, надеюсь, ты будешь не против, если я просто назову тебя Хадли?       На это чужой никак не отреагировал, все время озираясь по сторонам и принюхиваясь. Но ответ был и не обязателен. Даже если бы он вдруг человеческим голосом сейчас запротестовал, намерение называть чужого по имени глубоко засело в ней. - Ну ладно. Тогда пока, - бодро, однако с тоской попрощалась она, - Хадли.       Эмма направилась прямиком к колонии, как ксеноморф вдруг, не долго раздумывая, подскочил и ткнулся головой в ее бок, буквально не свалив от нерассчитанной силы. Ученая негромко засмеялась. Чужой чуть отошел и поклонился, прям как недавно кланялся Королеве.       Не зная, что ответить внезапно расчувствовавшемуся существу, она кивнула и быстрыми шагами пошла в сторону штаба. Впереди ждал разработанный план, который, однако, не ждал. Впереди был Варнер, который, возможно, уже похоронил ее вместе со своей женой и сыном. Но ей придется вернуться с того света.