Rainy days

      Камилла молчала, ощущая всем своим существом важность этого момента. Теперь она уже не думала о том, что занимало ее разум неделю назад. Все, чего она хотела, — быть частью этой идеи, принести как можно большую пользу их общему делу. Она глубоко вздохнула.       — Ты хотела о чем-то меня попросить? — вкрадчиво спросил Темный волшебник.       — Если я могу быть полезной. Хоть как-то. Я могла бы сделать все, что угодно, — выдохнула девушка.       — Ты хочешь помочь? Это похвально. Что ж, у меня есть дело для тебя. Тебе надо будет поработать в Министерстве какое-то время, — Гриндевальд выдержал паузу, будто проверяя, какую реакцию вызовут его слова. Камилла внимательно слушала. — Добыть информацию для меня о нескольких мракоборцах. Ты же выполнишь мое задание?       — Я приложу все силы, — коротко ответила Камилла.       Гриндевальд посмотрел на девушку. В его глазах промелькнуло что-то отдаленно похожее на торжество.       — Даже не спросишь о том, как попадешь туда?       — Думаю, вы это уже продумали и проблем не будет, — девушка сама не знала, почему она была так спокойна. Ей предстояло вернуться в Министерство, откуда она недавно сбежала, работать там, не выдавая себя, а она даже и бровью не повела. Ей хотелось понять, почему так, но пока она просто наслаждалась этим чувством полной уверенности.       — Так веришь в меня, что даже не задаешь вопросов. Ты поменялась, Камилла, — отметил Гриндевальд. — Я посвящу тебя в детали вечером. А чтобы ты знала, когда мне понадобишься, — он протянул ей символ Даров Смерти. Камилла испытала какую-то особую радость в этот момент, но виду не подала, а просто поклонилась и вышла из комнаты.       Она удалялась от кабинета, и с каждым шагом возрастало чувство облегчения и радости. Камилла задумалась, отчего так, и, поразмыслив немного, пришла к мысли, что это оттого, что она наконец обрела твердую веру.       «Наверное, за этим и были придуманы все религии. Тяжело ни во что не верить», — так она размышляла по дороге к библиотеке. Сейчас ей как никогда нужна была хорошая книга, в которой она нашла бы подтверждение всем своим чувствам и мыслям.       Однако, после десятиминутных попыток начать читать, девушка поняла, что не способна сейчас на это, хотя в ее душе в кои-то веки и царило удовлетворение и в покой. Тогда Норберт отправилась в парк, чтобы хоть как-то отвлечься, хотя и была зима, которую она слегка недолюбливала.       Все вокруг было укрыто толстым слоем снега. Ветки деревьев гнулись под его тяжестью и иногда, когда неосторожный порыв ветра слишком резко пробегался по ним, снег осыпался на землю, где смешивался с таким же белым, чистым и холодным покровом. Зима вообще скрывала почти все краски, оставляя белый заместо них.       Камилла шагнула на тропинку и тут же по щиколотку утонула в снегу. Он приятно заскрипел под ее ногами, словно приглашая идти дальше. Девушка сделала еще шаг и в этот раз погрязла глубже. Но это ее уже не волновало, она осматривалась по сторонам, стараясь подметить все изменения, которые зима привнесла в этот заросший уголок.       Внезапно ее нога погрузилась слишком глубоко, и Норберт полетела в сугроб. Лежа вся в снегу, чувствуя, как он проникает ей за шиворот, она осознавала, что без посторонней помощи не сможет подняться, но в принципе не очень и хотела.       Перед ее глазами было пасмурное зимнее небо, какое оно обычно бывает, с него падали редкие снежинки, обжигая кожу своим холодом, и эта картина ей очень нравилась.  Камилла и осталась бы лежать в том сугробе, если бы вдруг не появилась Сибил.       — Давай только уточним, ты хочешь получить только обморожение или замерзнуть сразу насмерть? — насмешливо спросила она, останавливаясь перед сугробом, в который упала ее сестрица.       — Я ничего вообще не хочу сейчас, я полностью удовлетворена. А небо сегодня просто прекрасное! Я бы его даже не заметила, не упади бы я сюда, и это было бы ужасным упущением с моей стороны, — полушутя ответила Камилла.       — Небо все в облаках. Совсем не так, как летом… Хотя тебе именно такое и нравится. И все-таки, — Сибил протянула руку, вытягивая сестру из снега. — Не хочу, чтобы ты умерла именно в тот момент, когда начала мне хоть немного нравиться, — Блэр усмехнулась.       — Какое у тебя потрясное чувство юмора. А мы случайно не родственники? — в тон ей ответила Камилла, отряхиваясь.       — Увы, не кровные.       — Да уж, увы, — девушки взглянули друг на друга и рассмеялись.       — Кстати, а где ты пропадала утром? Я тебя искала, — поинтересовалась Сибил.       — Я ходила к нему… Было страшно, но я должна была, — Камилла поведала сестре все то, что она пережила в последнее время, включая и утренний визит.       — Ты наконец повзрослела. Я рада, — только и сказала Сибил в ответ на ее рассказ.       Они больше не говорили на эту тему и до самого вечера разговаривали только о последних новостях, книгах и музыке.