Вкус пепла

Никогда ведь не знаешь, насколько ты привязан к человеку, пока эта связь не оборвется. А.Хейли «Аэропорт»

Как только Осаму завернул за угол вместе со своими подчинёнными, я быстро рванула вперёд, хватая пистолет с бетонного пола и заталкивая его себе за пояс штанов. Дазай не запер дверь на ключ, но почему же? Давал мне шанс сейчас уйти? Если да, то я им воспользуюсь, ведь при другом раскладе дел, я выйду из здания Портовой Мафии только лёжа в гробу. Может быть, у них был эспер, что мог создавать невидимые стены? Но ведь, когда меня втолкнули в камеру, то её открывали и закрывали металлическим ключом. Так же сделал и Осаму, когда пришёл ко мне. Тем не менее, времени думать об этом не было, и его становилось всё меньше с каждой секундой, и поэтому я приняла решение — нужно отсюда уходить. Я поднялась на ноги, стараясь игнорировать нарастающую боль в бедре, которая сильно отдавала мне в колено, и как можно медленнее пошла к незапертой железной двери. Ставим ставки — пришибёт ли меня или я сбегу. Я даже не знаю, что было хуже: с одной стороны, мне нужно было вернуться в Гильдию и отчитаться, какого чёрта я не смогла выполнить задание, а с другой, я могла бы просто принять свою скорейшую смерть и расслабиться. Я подошла к двери и толкнула её, едва касаясь пальцами шершавой поверхности старого металла с потрескавшейся чёрной краской на нём. Решётка рвано дёрнулась, проскулила на всё помещение и остановилась, проехав не больше тридцати сантиметров. Ни хлопка, ни взрыва, ни чего-то ещё не последовало, и я выдохнула, переступая через слегка выпуклый порог, имея при этом хоть капельку уверенности. Как только кончик большого пальца коснулся холодного пола, покрытого капельками воды, в ручке двери что-то звонко щёлкнуло. С испуга я схватилась за решётку и выскользнула из камеры, как можно быстрее, попутно зарабатывая себе инфаркт. Да что же это такое? Обернувшись, я прошлась взглядом по замку, сделав заключение, что механизм не новый, поэтому и стучит. Как моё испуганное сердце сейчас, пытаясь разогнать внезапно появившуюся порцию кортизола по всему организму. Я перепроверила наличие пистолета за пазухой и с облегчением выдохнула, обнаружив его на своём месте. Теперь же, оставалось лишь покинуть эту лагуну отчаяния и зарыться лицом в рубашку любого из Гильдии, а руками в его волосы. Я и вправду соскучилась, как никогда. Даже… даже по Твену. Особенно по нему. Да что же со мной не так, словно между двух огней мечусь, как корабль на волнах в шторме. Лишь бы не напороться на рифы. Хотя, я сделала это уже давно. Твен чуть не убил меня, но я продолжаю верить, что он блефовал, а Дазай сказал, что его чувства лишь жестокая шутка надо мной ради задания и информации. Чёрт бы их побрал! Я ударила кулаком по стене, больно прикусывая губу от обиды. У меня было двое мужчин и пока я металась от одного к другому, я потеряла обоих. А были ли они у меня? Или это всё иллюзия, выдуманная мной же? Я резко заглянула за угол, тут же морщась из-за тянущей боли в бедре, и огляделась. Темно, хоть глаз выколи, единственный источник света в виде желтоватого сияния от лампочки виднелся в метрах пятидесяти от меня. У меня был шанс пойти налево, туда, где не было света от слова «совсем», но я выбрала право, и, возможно, ошиблась. Да плевать, я вернусь, не могла же весть о том, что я теперь не член Мафии донестись так быстро до всех гангстеров, чтобы мне не удалось уйти. Я проскочила несколько лампочек, тускло освещающих коридор, перед тем, как снова наткнуться на развилку коридоров. Мне уже начало казаться ещё давно, что я всё-таки повернула не в ту сторону, поэтому наобум свернула снова вправо. Меня, если честно, привлекли множество дверей по обеим сторонам коридора. Выглядело более-менее безопасно. Но это только выглядело… Громкий топот прихвостней мафиози заставил меня вжаться в стенку, на секунду потеряв самообладание. Я ненавидела то состояние, когда тебя накрывает с головой волна паники, и ты не можешь ничего стоящего ни сделать, ни произнести. Хорошо, если я сейчас пройду мимо них с таким лицом, будто бы я только что завоевала мир, они ведь ничего не заподозрят? Я оттолкнулась от стены и поправила на плечах перекошенный свитерок. Совсем ведь неважно то, что я босиком, верно? Кто знает, может быть, я йог? Вздохнула и прикрыла глаза на несколько секунд, чтобы успокоиться и рассчитать два-три других варианта развития событий, а затем уверенно сделала шаг вперёд и только сейчас обнаружила, насколько же был холодным пол и насколько же замёрзли мои ноги, что стали почти такой же температуры, что и бетон под ними. Подтянула штанишки на талии, слегка припрыгнув, и натянула на лицо слабую надменную ухмылку. Я, конечно, не актриса, но и они не выдающиеся эсперы, чтобы понять, где и как. Только то, что я, скорее всего, выглядела как пленница, выдавало меня, но… — Ты кто такая? — я вздрогнула, услышав их голоса, а их ладони моментально легли на пистолеты, слегка сжимая их. Они так быстро дошагали? Или это стены разносили звук слегка криво? — Чего тут забыла? — Я… — от неожиданности я забыла абсолютно все хрупко построенные планы за это минимальное количество времени. — Я ищу Дазай-сана, мне сказали, что он тут… Пытает заложницу. Лишь в последнем я особо не соврала. Особо, потому что Осаму не касался меня, не считая того поцелуя. Самого мерзкого, лживого и лицемерного поцелуя за всю мою жизнь, такого я не получала даже от Твена в моменты наших ссор и расставания. Их было двое. Справилась бы я с ними, учитывая мою колотую рану в ноге? Возможно, но нереально сложно. Они были здоровые высокие парни, с парочкой пистолетов на двоих, а я ниже их сантиметров на двадцать пять, с больным бедром и босиком. Здесь мне могли помочь лишь благословение Бишамон, удача и эффект неожиданности. Мне не нужны были от них смерть или что-либо ещё, даже ботинки, мне нужны были лишь их пистолеты, но не чтобы использовать, а чтобы иметь лишь малейший шанс на побег. Отсутствие у них огнестрела повышало мои шансы на побег до сорока процентов, в ином же случае они достанут пистолеты и застрелят меня быстрее, чем я достану свой. Но все мои мысли тут же раскрошились в мелкий порошок, когда их взгляд упал на мои босые стопы. Даже дурак мог догадаться, что я сбежала, не стал бы подчинённый мафиози расхаживать без обуви. Прежде, чем один бросил другому: «Хватай её!», я дёрнулась в их сторону, но не чтобы ударить, а чтобы просто пробежать между ними. Я смогла выхватить лишь один пистолет, до второго я не успела дотянуться, потому что парень понял мои действия быстрее, чем я их исполнила, и резко развернулся на сто восемьдесят градусов. Хорошо хоть, что они расстегнули кобуру ещё несколько секунд назад в целях безопасности, но сами же за это и поплатились, и я смогла забрать хотя бы один пистолет. Я удобнее перехватила оружие за рукоятку и побежала дальше по коридору, просто молясь о том, чтобы мне попался любой поворот хоть куда. Если я сейчас заверну куда-нибудь, то смогу скрыться от них. Но попалось кое-что лучше, чем просто поворот: поворот с лестницей и дверью. Эти три препятствия замедлят этих двоих, давая мне около семи секунд, чтобы скрыться за очередным поворотом. Если он там будет… Наступив на первую ступеньку, я мигом пролетела несколько ступенек сразу же, чуть не споткнувшись на последней и толкая плечом дверь. Я не знала, что мне было ожидать за ней, но я надеялась, что это что-то будет хорошим. Очередной длинный коридор с множеством дверей и развилкой в конце. Времени думать не было, поэтому я просто решила забежать в первую попавшуюся дверь. Я пнула ту ладонью чётко в центр — закрыта. Следующая тоже. Но третья поддалась, и я ввались в какое-то тёмное помещение от неожиданности спотыкаясь о собственную ногу и шумно падая на гладкий пол, ударяясь коленями и ладонями. Тихо проскулив, прикусывая губу, я замолчала, как только дверь захлопнулась. Громко прогремело не столь моё тело, упавшее на пол, сколько пистолет, что я сжимала в ладони. Пальцы так сильно окатило болью, что мне на секунду показалось, что я их сломала, но к счастью, они двигались. Те двое парней быстро пробежали по коридору, не додумавшись заглянуть в комнаты, и мне наконец-то удалось спокойно вздохнуть и повернуть замок на двери, который, к моему удивлению, был самым обычным, как на межкомнатных дверях. Такой, конечно, при самом большом желании никого не остановит, но всё же. Я поднялась на ноги, опираясь одной рукой о стену и попыталась отдышаться. Ещё чуть-чуть, и я бы упала в обморок — по-прежнему ныло бедро, и боль в нём даже и не хотела угасать. По всему телу чувствовалась слабость из-за нехватки крови, хоть её и пытались заменить физраствором. Провела ладонью по стене, в надежде нащупать выключатель, и щёлкнула им, как только коснулась его пальцами. Свет на секунду ослепил меня, и я зажмурилась, отворачиваясь в сторону стены. Я не знала, находился ли ещё кто-то в помещении, поэтому опасливо обернулась, крепче сжимая в ладони пистолет и направляя его в центр комнаты. Но никого не было. Не знаю, что это за помещение, но чересчур смахивало на раздевалку. Почти новая бледно-коричневая деревянная скамья в центре и два ряда железных шкафчиков, выкрашенных в тёмно-синий цвет, который слегка выгорел со временем. Переведя взгляд чуть выше, я сразу же заметила небольшое окошко под потолком и дёрнулась в его сторону, тут же останавливаясь: оно было заперто, а выбить его ногами никак не предоставлялось возможным — окно захлопнуто и в замочной скважине ручки нет ключа. Бессмысленно даже пытаться. Ладно, сейчас не время, чтобы раскисать и ныть, нужно выбираться отсюда. Прерогатива умирать меня не радовала, уж лучше терпеть презрительный взгляд Фитцджеральда, чем оставаться здесь. Да, то, что я сейчас делала, это несомненно поступок той ещё трусишки, но ведь любой человек в такой ситуации хотел бы спастись. С Мафией меня теперь ничего не связывало, Осаму обрубил всё, и поэтому я поставила себе новую цель: узнать, что замышляла Гильдия эсперов. Я больше не намерена никому давать шансов. Ни первых, ни тем более вторых и третьих. Жизнь показала мне, что если человек поступает крайне гадко один раз, то дай ему волю, и он разотрёт тебя в порошок. Я больше не стану жалеть тех, кто ведёт себя нагло по отношению ко мне. Плюнул мне в душу? Ничего, я приложу всевозможные усилия, чтобы ты почувствовал тоже самое, даже захлебнулся в этом же дерьме. Доброй быть классно, но мягкотелой — тот ещё отстой. Моё добро и милосердие не знает границ по отношению к близким людям до тех пор, пока человек не перешагнёт через все допустимые нормы. В таком случае, я лучше подам руку своему врагу, который признал свою неправоту, чем улыбнусь лживым и подлым псевдо-друзьям, которые вытирают ноги о мою доброту, которые плюют прямо в моё сердце, которые с милой улыбкой на их прекрасных лицах всаживают нож мне в спину. Всё, господа и дамы, теперь как вы ко мне, так и я к вам — церемониться больше ни с кем не стану. Ваши шансы кончились, Гильдия. Шансов больше нет. Чтобы там не задумала Гильдия, мне нужно остановить её, потому что всё, что она делала и делает — приносит людям горе. Уверена, что в этот раз они втянут не только Портовую Мафию, но и всю Йокогаму. Я подошла к ближайшему железному шкафчику и дёрнула за небольшую ручку. На удивление, он был не заперт, видимо, в Портовой Мафии нет дурацких привычек выгодно менять на воздух чужие вещи. Я протянула руку и прошлась кончиками пальцев по мягкой аккуратной белой ткани. На ощупь она была совершенно новой, поэтому я нахмурилась и вытащила вешалку с висящей на ней формой. — Это же… форма конной полиции… — невольно произнесла вслух, ещё сильнее сводя брови к переносице. Что форма служителей государственных органов тут забыла? На плечиках аккуратно висел плотный белый твёрдый жакет, а под ней на бруске были сложены чёрные неплотные штаны с двумя яркими белыми полосками под цвет верхней части формы. Времени на раздумья особо не было, поэтому я быстро стянула уже поднадоевший мне свитер, бессовестно кинув его и пистолеты на рядом поставленную скамью, но он соскользнул с неё и расположился на грязном полу. Я предпочла не обращать на это внимания и надела жакет прямо поверх нижнего белья. Он немного не подходил мне размером, был немного больше, чем нужно, но значение сейчас не имело. Как можно аккуратнее поддев застёжки, я застегнула жакет и выдохнула, подхватывая с вешалки штаны. Пока я надевала их, морозя задницу о холодную скамью, я наткнулась взглядом на стоящие в самом низу шкафчика чёрные шлем и высокие сапожки до колена. Те самые простые, которые используют люди, увлекающиеся верховой ездой. Ботфорты были на два размера больше моего, но на ноге сидели вполне неплохо, если покрепче затянуть ремешок на голени, а шлем я предпочла повесить на руку за ремешки. Я поднялась со скамьи, разминая плечи и поудобнее располагая жакет по телу. Он слегка давил в плечах и обтягивал грудь и спину, давя на неё плотным материалом. Конечно, ко мне явно возникнут вопросы от подчинённых мафиози — думаю, что здесь вряд ли кто-то должен находиться из правоохранительных органов государства. Это яркая противоположность Портовой Мафии. Хоть Мафия и пыталась сохранять порядок на территории всей Йокогамы, она так же и наводила полнейший хаос, достаточно взять любую их крупную операцию. Не знаю уж, как сживаются между собой йокогамская полиция и мафиози из порта, но их отношения явно на ладан дышат. Перед тем, как выйти, я должна была сделать ещё кое-что — проверить белую дверь в одном из углов комнаты. За ней точно никого не было, но проверить, что там было — дело принципа и ужасное любопытство: что там? Я медленно подошла к двери, скинув с руки каску и крепко сжав её за ремешки в ладони. Конечно, так точно никого и быть не могло, но на всякий случай нужно было и подстраховаться. Толкнув дверь носком ботинка, та скрипнула и распахнулась, ударив металлической старой ручкой о кафельную стенку, разнося звонкий гул по обеим комнатам. Ванная. Как раз её мне и не хватало последние пару дней, но сейчас принимать душ было бы опрометчиво, поэтому я ограничилась мытьём рук и лица. Горячая чистая вода тут же неприятно обожгла грязную и ледяную кожу, заставляя её покалывать из-за большой разницы температур, а меня просто растаять от приятной возможности освежиться и согреть руки. Так, ну не могла же я здесь оставаться аредовы веки*, поэтому мне пришлось с неохотой расстаться с тёплой проточной водой, которая успела разгорячить новый алюминиевый кран, и поднять взгляд на висящее зеркало над раковиной. Сказать, что я выглядела солидно — это ничего не сказать. Мне шло. Мне действительно шла форма полиции, и я даже на секунду пожалела о том, что отметала всю жизнь идею о том, чтобы пойти в полицейскую академию. Могла бы сейчас защищать граждан Америки, а не пытаться сбежать целой и невредимой из помещения, находящегося под контролем Мафии. Рука непроизвольно потянулась к серебристым аксельбантам на правом плече, поправляя их, укладывая серебряные плетённые шнурки с металлическим наконечником покрасивее, чтобы те выглядели совершенно. Кончиками пальцев я отряхнула арматуру на своём воротнике, убирая с неё небольшое количество пыли — видимо, форма использовалась не так уж часто. На другой металлической эмблеме ведомства, что была намного крупнее первых двух на воротнике, и которая находилась на плече чуть ниже погон, была надпись на японском «Йокогамская конная полиция». Вытерла руки о висящее голубое махровое полотенце и пригладила растрепавшиеся грязные волосы. Да уж, душ мне сейчас точно не помешал бы. А то выгляжу как собака побитая, которая доброе количество времени провалялась в строительной пыли и грязи. Я зачесала волосы назад и приняла решение всё-таки надеть шлём — в нём я смотрелась более-менее нормально. А теперь нужно выйти из комнаты и уверенным шагом пройтись через парочку коридоров и выйти. Я вышла из ванной комнаты, подхватывая со скамьи свой пистолет Обрегона, оставляя обычный ТТ. Первый превосходил его по нескольким характеристикам, поэтому я остановила выбор на нём, только ведь… вот же чёрт! Я совсем забыла, что через него за мной и следил Огай всё время! Значило ли это, что и сейчас Мори знал, что я находилась здесь? Но… но почему тогда он не послал за мной несколько своих подчинённых, они могли бы легко со мной расправиться, учитывая моё нынешнее состояние. Даже, отправив того же Накахару, но мог бы с лёгкостью уложить меня взмахом ресниц. Как бы то ни было, я заткнула дуло Систера себе за ремень штанов, кое-как прикрыв краешком жакета, чтобы было хоть как-то менее палевно. Шлем решила не застёгивать и оставить болтаться эти ремешки. От пуль он не спасёт, а при необходимости, может быть, придётся его скинуть, поэтому снова перестраховка. Как только я засунула пистолет за пазуху, со стороны коридора кто-то рвано дёрнул ручку двери на себя, заставляя меня вздрогнуть и подпрыгнуть на месте. С интервалом в пару секунд незнакомец дёрнул ещё два раза, а затем быстро постучал. Ладно, Тесс, тебе нечего бояться, всё в порядке, будь уверена, смотри уверенно, и не пропадёшь. Открыть придётся всё равно, иначе они взломают дверь и будет ещё хуже. Если бы свет тут не горел, то могли бы свалить на то, что дверь просто заперта, хотя… ручка такая, что закрыться можно только изнутри. Я подошла к двери и медленно щёлкнула замком, а дверь тут же распахнулась, ударяя меня по носу так, что я даже отступила назад на пару шагов. Если бы козырёк не смягчил удар, то нос мне точно бы разбили. — Хашияма-сан? — послышался юный совершенно незнакомый мне голос, заставивший отнять руку от носа и открыть глаза, чтобы осмотреть моего нападавшего. Им оказался милый русоволосый парень в чёрном костюме, который был чуть большего размера, и с папкой в руках. Что за чёрт, уже и детей берут в подчинённые. Мори за этим совсем не следит что ли? — Чёрт… — прошептала я, растирая ударенную переносицу и поправляя каску на голове, которая от удара сползла на затылок. Парнишка выглядел ужасно перепуганным, поэтому я как можно скорее убрала руку от лица и поморгала несколько раз. Наверняка, это было его первое настоящее важное поручение, а тут такой конфуз. Но я прекрасно понимала его, я была точно такой же, когда Фрэнсис отправил меня с Марком на заказное убийство… только мне было тринадцать. — Пресвятая Бишамон, простите меня, Хашияма-сан, — мальчик оказался около меня в доли секунды, протянув руки ко мне, но тут же опешил и никак не мог решить, можно ли ему касаться меня. В итоге, он опустил руки, обеспокоенно оглядывая меня испуганными янтарными бегающими глазками. — Вы же… Вы же Хашияма Со? Прости меня, незнакомый милый парень. Я знаю, что тебе за это будет большое наказание, но, пожалуйста, прости. — Да, это я, — я слегка нахмурила брови, чтобы казаться не слишком ванильной мягкотелой девушкой, которой подала себя пару минут назад, ничего не высказав подопечному Мафии. Надеюсь, что этот парень не видел реальную Хашияму Со и не вызовет подмогу, поняв, что я не Со. Я понятия не имела, как мне сейчас нужно было выкручиваться, я даже представить не могла, кем являлась эта Со, если она что-то забыла в здании Портовой Мафии. Кто она? Руководящее лицо или крыса, засланная Мафией в полицию? Но стали бы тогда обращаться к ней настолько уважительно и бить в нос дверь не специально? — Вы немного опоздали, — паренёк опустил по-прежнему обеспокоенный взгляд в самый первый листок из многочисленных, что он так крепко сжимал в руках, пока носился вокруг меня. — Мне нужно написать причину, по который вы опоздали… Господину Мори важно знать, что за вами не было хвоста. Я запнулась. Причина опоздания? — В таком случае, я передам Мори-сану всё сама, — я скрестила руки на груди и согнула одну ногу в колене. Если судить по их обращению ко мне, то сейчас я была представителем явно не из низших чинов, поэтому мне стоило выглядеть более сдержанной и хмурой. Именно такими были все мои начальники. — Х-хорошо, пройдёмте за мной, я отведу вас в нужный кабинет, чтобы вы здесь сами не потерялись, — он слегка улыбнулся мне и пошёл по коридору дальше, не ожидая, пока я нагоню его. Чёрт возьми, главное, чтобы я не встретила этих двух парней, иначе пропаду пропадом и убежать у меня вряд ли получится, я выдохлась ещё в тот раз и ещё не восстановилась. Всё гораздо сложнее, когда четверть твоей функционирующей крови — это физраствор. Я выглянула из комнаты, моментально осматривая коридор, и быстро поспешила за парнем, заметив выходящую из соседней двери девушку с блондинистыми волосами, собранными в высокую причёску и в строгом чёрном костюме. Явно она была сотрудником Портовой Мафии и скорее всего она знала, как выглядела Со. Конечно, если та к ним захаживала нередко. — Надеюсь, что вы не против подождать господина Мори. Он задерживается на совещании глав Исполнительного комитета, — парень обернулся ко мне, через плечо бросая взгляд на моё лицо, и крепче прижал листы к своей груди, словно боясь, что их кто-то отнимет у него. Вот же, какая я чертовски везучая, оказалась. То побегала от двух подчинённых Мафии, то в плен попала, то самую важную миссию в своей жизни провалила и раскрыла способности всех членов Гильдии, но это уже неважно, и вот сейчас я снова возвращалась к тому, с чего начала — к Мори Огаю. — Нет проблем, — я шла за парнем и старалась рассмотреть всё, как можно более детально, запомнить, куда мы сворачиваем, вдруг мне придётся бежать обратно в раздевалку. Проходящие мимо люди мельком оглядывали меня, также, как и я их, некоторые менялись в лице в отрицательную сторону, другие без интереса отворачивались, равнодушно выдыхая воздух через нос и утыкаясь обратно в документы в руках. Мы явно вышли из пыточной уже давно, хотя и странно, что она находилась в столь близком расстоянии с кабинетами. — Вот здесь подождите, Хашияма-сан, — парень остановился у двери карамельного цвета с несколькими завитушками узоров и распахнул её передо мной, вставая чуть в сторону и пропуская меня внутрь. Была ли это ловушка, я понятия не имела. Вдруг они хотели заманить эту Хашияму и устроить допрос с пристрастиями? Я знала лишь то, что если буду медлить, то у паренька это вызовет подозрения и он незамедлительно сообщит об этом вышестоящим лицам. А этого мне не нужно было. Поэтому я одарила его еле заметной улыбкой, отчего тот просто расцвёл, и прошла внутрь, а дверь за мной моментально мягко захлопнулась. Я прошла вглубь комнаты и мельком огляделась. Совершенно обычная комната, почти аналогичная принадлежавшей Накахаре. На столе была лишь настольная чёрная лампа и несколько папок с бумагами внутри, аккуратно сложенных в стопочку. Открыв первую, в глаза мне сразу же бросился вырезанный заголовок из газеты, который гласил о том, что некоторые отделы полиции крышевали Портовую Мафию, закрывая глаза на совершённые ими преступления. Вероятнее всего, насчёт этого Огай и хотел поговорить с Хашиями. Я закрыла папку и вздохнула, снимая с головы каску и кладя её на стол — она ужасно неудобно сидела на голове и давила со всех сторон. Нужно было убираться отсюда поскорее, иначе придётся вновь встретиться с господином Мори. Решив, что каску лучше будет оставить, я поправила пистолет за спиной и направилась к выходу. Хорошо, что на мне была эта форма, потому что, как показал результат прохождения из раздевалки до этого кабинета — всем всё равно. Но как только я схватилась рукой за ручку двери и собиралась провернуть её, за дверью послышались удалённые голоса женщины и мужчины. Оба мне были незнакомы. — Хашияма-сан, мы правда не знаем, как так вышло, мы сейчас же всё исправим. — Да, пожалуйста. И накажите эту девчонку. Решила потаскать мои вещи, вот сучка! Вот блин, вот же я влипла. Я просто чувствовала, как ко мне идёт смерть и пытки, а не два человека. Как можно скорее я сорвалась с места, забегая в другую дверь, которая находилась наискосок от стола. Главное сейчас — это не поддаваться панике. Как и ожидалось, это была такая же ванная, что и в раздевалке. Различались они разве что цветом полотенец, висящих на белых пластмассовых крючках. Я обернулась и быстро захлопнула дверь, запирая её на защёлку и подпирая ручку первым, что попалось под руку — какой-то палкой, видимо для мытья полов, хотя какую роль это вообще сейчас играло?! Зачем-то проверила дверь, раз дёрнув на себя, а затем вскочила на крышку унитаза и схватилась руками на решётку вентиляционного люка, потянув его на себя. — Чёрт, — шикнула я, когда поняла, что того, что я сейчас делала было просто недостаточно. Поэтому мне пришлось упереться здоровой ногой в кафельную стену и дёрнуть вновь. Лишь на третий раз решётка слетела, больно ударив меня в грудь так, что я чуть не оступилась и не упала на пол. В этот момент входная дверь распахнулась, ударяясь ручкой о стену, а я как можно скорее нырнула в оцинкованную большую круглую вентиляционную трубу, бросая на пол крышку от неё. Меня совсем не заботило то, насколько громко это вышло и насколько сильно я ободрала свои ладони снова, снимая решётку с люка. Уверена, что сейчас я сдеру и колени в мясо, пока буду ползти по трубе. Нужно лишь найти ещё один люк, выходящий в коридор. Думаю, что грохот от того, насколько быстро я перебирала коленями и ладонями слышала вся Йокогама. Я проскулила и, закусив губу, зажмурилась и ускорила темп. Мне хотелось заплакать, моя ситуация в данный момент выглядела абсолютно до никчёмности безвыходной. Но если я сейчас поддамся панике, то все мои шансы упадут к абсолютному нулю. В панике человек теряет способность мыслить рационально, и я уже теряла её. Первая решётка, за которой виднелся пустой коридор. Её я и решила выбить, до следующей ползти чёрт знает сколько, поэтому я как можно быстрее развернулась, упёрлась спиной в противоположную стенку трубы и со всего размаха ударила ногами по решётке, выбивая её в коридор. Та отлетела к центру и звонко оповестила всех, где сейчас находилась беглянка. Даже не хватаясь за края, я быстро спрыгнула вниз и, чёрт, у меня глаза на лоб полезли из-за ужасной боли, начавшейся в стопах и отдающей по всем ногам, останавливаясь в бедре. — Давайте, давайте, — даже не оборачиваясь на звук, я быстро побежала в противоположную сторону от него, стараясь как можно чаще поворачивать за углы. Так была надежда, что они могут потерять меня из виду. Или поймать в тупик на одном из таких поворотов. Я бежала так быстро, как не бегала в старшей школе на уроках физкультуры, клянусь. Я бы сейчас даже обогнала Синкансэн**. Выхватив пистолет из-за спины, я трижды перепроверила, что сняла его с предохранителя. Неожиданно по ушам приятно резанул хлопок, и слева от меня от пола отрикошетила пуля, отскакивая куда-то вверх. Что насчёт ещё сильнее ускориться и побежать зигзагами? Так, риск попадания в меня пуль сводится к процентам шестидесяти. Я бросила взгляд вправо, пока ещё несколько пуль пролетели просто над головой, и дёрнулась в ту же сторону — там была дверь. Неважно, вела она на улицу или нет, это их задержит, как минимум. Чёрт, я просто чувствовала, как мне дышали в спину, но мне было просто жизненно необходимо попасть в эту дверь. Она выглядела той, которая должна была меня вывести из всего этого кошмара. Пистолет был наготове, но оставить его мне следовало здесь, потому что, если в нём был жучок до сих пор, то Мафия без особых проблем вычислит моё местонахождение, а, следовательно, и всей Гильдии. Я не знала, заперта ли была дверь, поэтому приготовилась к тому, что нужно будет выбить её плечом. Но она оказалась открытой, и это слегка напрягло меня: как-то непредусмотрительно для Портовой Мафии оставлять двери открытыми… Дверь распахнулась, и я вывалилась на улицу, спотыкаясь о порог и падая на землю. Если бы я вовремя не подставила ладони, то упала лицом прямо в асфальт. Снова ударилась пальцами о пистолет, но на этот раз менее болезненно. Я моментально вскочила и вскинула руку с пистолетом, оборачиваясь назад и стараясь прицелиться, а сама делала быстрые шаги назад. Я и не заметила, как оттуда выскочил тот самый русоволосый паренёк, который провожал меня до комнаты, и вскинул на меня пистолет. Не было времени на размышления, а тем более на сожаления, поэтому я нажала на спусковой крючок, выстреливая. Знала бы я, чем это закончится… Из-за того, что у меня отсутствовало время на то, чтобы схватиться обеими руками за рукоятку пистолета и напрячь их, я выстрелила одной расслабленной. И в следствии этого, пистолет просто вылетел из моей руки из-за отдачи и ударил меня по носу затвором, разбив его. Но были и хорошие последствия: я попала пареньку не в грудь, куда целилась, а в плечо. Он закричал и упал коленями на землю. Это был мой последний и единственный шанс убежать, что я и сделала, метнув прощальный взгляд на пистолет, подаренный Мори. Жаль было его оставлять, отличный огнестрел. Я обернулась буквально на секунду, чтобы убедиться в том, что смогу убежать без пули в спине и увидела то, что не ожидала увидеть никаким образом: Осаму схватил второго преследовавшего меня подчинённого за руку, что-то быстро сказав, а тот тут же опустил пистолет. Я перевела взгляд с винтовки на Дазая, и он просто улыбнулся мне. Что же ты делаешь, Дазай? Фитцджеральд сказал мне, что если я буду готова, то должна буду прийти в центральный сад Йокогамы в восемь вечера и сесть на скамью в беседке под вторым деревом сакуры, и там меня встретит кто-нибудь из Гильдии. Сначала я засомневалась в правильности выбранного места, но Фрэнсис положил руку на моё плечо, наклонился и напомнил, что если ты хочешь что-то спрятать, то положи это на самое видное место. И я согласилась с ним. Сев на скамейку и вытянув больную ногу вперёд, я выдохнула. До восьми вечера было ещё два часа, но меня это не беспокоило. Меня уже ничего не беспокоило, особенно после того, как я вновь чуть не убила человека и оставила пистолет, подаренный Огаем. До сих пор я смеялась над тем, что совсем забыла о том, что в пистолете был жучок, который отслеживал моё передвижение. Я согнула здоровую ногу в колене и положила на него руку, утыкаясь разбитым носом в изгиб локтя. Теперь уже я даже не беспокоилась, что испачкаю в крови этот красивый кавалерийский жакет какой-то девушки, мне было абсолютно плевать. Должна признать, мне хотелось домой, но не в тот, что назывался «Гильдия», а в тот, где живёт моя мама, мой отец и мой старший брат. Хотелось сейчас придти к ним, помочь маме с ужином, поцеловать отца в щёку, который только что вернулся с работы, и обнять брата, который почти закончил со школьной домашней работой. Мне этого ужасно не хватало. Если бы я могла, то отдала бы всё, что накопила и насобирала за всю свою жизнь, лишь бы вернуть то, что было до их убийства. Мне казалось, что я уже и не держала зла на Портовую Мафию за их преступление, совершённое над моей семьёй. И я не понимала, почему мама говорила мне опасаться рыжеволосого мальчика, ведь Чуя… Чуя совершенно не опасный, даже наоборот, он любил своих друзей и был готов ради них на многое. Он любил их, даже своего напарника, и беспокоился о Дазае. Я увидела Митчелл раньше, чем она меня. Она по-прежнему была той ослепительной молодой девушкой, как и год назад, в прекрасном бирюзовом платье и такого же цвета шляпке, под которой прятались её шелковистые русые волосы, в которые было так хорошо зарываться носом по утрам, а потом целовать её в затылок. На её плече всё также красовался зонтик с красивой отделкой по краям ткани, а на её руках была моя Грейси. Как же давно я не видела их обеих… Мне было так радостно, что в груди даже защемило от счастья видеть их снова в добром здравии и невредимыми. Надо же… совершенно не изменились… — Маргарет! Эй, Маргарет! — я подскочила со скамьи и побежала к ней по каменистой дорожке. На бегу я видела, как она сначала нахмурилась, подумав, что по моему крику нас обнаружит Мафия, но я-то знала, что всё будет хорошо, в противном случае Осаму так просто меня живой не отпустил бы, а затем она испуганно приложила ладонь в перчатке к приоткрывшемуся рту, прикрывая его. Видимо, она увидела, что одна из моих штанин была окрашена в красный, из-за того, что разошлась рана на бедре уже триста раз за это время, увидела и кровь на моём носу и рукаве жакета. — Тесс… — успела она только выдохнуть, а я уже налетела на неё, заставляя её уронить и зонтик, и кошку, и прижалась лицом к её груди, сильно обнимая за талию. — Тесс, испачкаешь меня всю, а ну отойди! Боже мой, вот же не повезло именно мне встречать тебя! Я даже не буду спрашивать, почему ты в форме конной полиции, мадмуазель! Вот врунишка же, мы обе знали, что были безумно рады наконец-таки увидеться. Об этом говорило даже то, что она моментально положила ладони на мои плечи, сжимая пальцами ткань жакета. Несмотря на то, что Митчелл была моей ровесницей, я всегда чувствовала себя маленькой непослушной девчонкой рядом с ней. Маргарет очень рассудительная и всегда действовала по своим давно поставленным принципам, а я всегда всё делала наобум, но даже такой Митчелл любила меня. Я отстранилась от Маргарет, быстро вытерев рукавом жакета мокрые глаза, чтобы она не начала подкалывать меня в излишней сентиментальности. А ещё она думала, что я не замечу, но я заметила её мимолётную небольшую улыбку при виде меня почти плачущей. Я присела на корточки и приласкала свою кошку, аккуратно беря её на руки. — Я думала за Грейси присмотрит моя соседка. Откуда она у тебя, Марго? — я любила называть так Маргарет, хоть и знала, что ей это особо не нравилось. Но злилась она только тогда, когда я назвала её так не наедине, а рядом с кем-то, особенно с её напарником Готорном. А когда мы были вдвоём, её даже забавляла такая своеобразная кличка, но сейчас она лишь как-то расстроено вздохнула: — Видимо, Мафия побывала у тебя в квартире, — Митчелл скрестила руки на груди и обернулась в сторону Токийского залива, позволяя встречному вечернему морскому ветру растрепать её волосы в причёске и чуть не унести с головы шляпку, которая была спасена рукой Маргарет. — Она перерыла всё. Когда мы пришли туда, соседка не открывала дверь, а в квартире из целого была лишь Грейс. — Ясно, — кратко отозвалась я подруге, наклоняясь и поднимая зонтик с асфальта, протягивая его Митчелл. Та мягко переняла его из моих рук и обернулась, окидывая меня всю взглядом. — Идём, — она неожиданно подхватила меня под чистый локоть и потянула в сторону порта для пассажирских суден. — Нас там ждёт корабль, что отвезёт нас к Моби Дику. И… — Митчелл оглядела меня вновь. Ей богу, её взгляды смущают меня и вводят в краску, заставляя чувствовать себя неловко и нелепо. — Что не так? — задала я в лоб вопрос, потому что мне надоели её молчанка и постоянные странные взгляды. — Действительно спрашиваешь, что не так? — Марго изумлённо вскинула брови. — Ты почти вся в крови, идём скорее. Я вообще удивлена, как тебя не схватила местная полиция. Я решила начать рассказывать Маргарет о моих похождениях в Портовой Мафии ещё задолго до того, как увижусь с другими членами Гильдии, и она внимательно слушала меня, вникая каждому слову, и я действительно ценила в ней это качество. Немногие умеют слушать и не перебивать, но она это умела. Она не перебила меня даже тогда, пока мы шли до причала, и тогда, когда поднимались по трапу на корабль, и даже тогда, когда нам предложили поесть — она отказалась вслед за мной. Лишь раз Митчелл прервала меня и то, только для того, чтобы протянуть мне чистое полотенце, сейчас она могла мне предложить лишь душ, но я была и этому безгранично рада, и красивое белое платье из её собственного гардероба. Она знала, что я не любила такие пышные, как её, поэтому нашла для меня простое, длиной по щиколотки, аккуратными кружевными рукавами до середины плеча и неглубоким полукруглым вырезом на груди. Я могла бы бесконечно рассказывать Маргарет о том, что было в Портовой Мафии, о том, как я проводила там время, о миссиях и разносортных людях, что там работают, но было кое-что, что всё обрывало. Когда я дошла до рассказа об особенных отношениях с Дазаем, мы стояли на палубе корабля, облокотившись на перила, и смотрели на то, как наш корабль отдалялся от причала. Я произнесла имя Осаму и замолчала. Мне было стыдно. Мне было стыдно за любовь. — Мы все про это знаем, Тесс, — тихо произнесла Маргарет, поворачиваясь ко мне лицом, а я же наоборот уткнулась взглядом вниз, рассматривая свои босые ноги, которыми сейчас переминалась на палубе от неловкости момента и волнения. — И Марк? — я подняла на неё взгляд, надеясь, что она отрицательно покачает головой, хотя в глубине души я знала, что ответ будет положительным. И Марго кивнула. Как же мне теперь вообще смотреть ему в глаза? Я столько раз клялась ему в верности и вечной любви, как и он мне, а теперь… теперь он знал, что я закрутила служебный роман на миссии, да ещё и с тем, кого изначально должна была убить. — Мы выйдем в залив Сагами, и тогда вы поговорите по душам, — бросила Митчелл, сбивая меня с мыслей и отходя от меня, направляясь на другую сторону корабля. — Всё будет хорошо, Тесс. Я кивнула, ничего не ответив. Когда ты находишься в море и видишь удаляющиеся причалы, подёрнутые дымкой, то начинаешь отчётливо понимать, что теперь можешь полагаться только на себя, и что уже не принадлежишь тому месту, которое только что оставил. Я мечтала убить Дазая. Но сама влюбилась в него.