In your eyes

I must stay conscious Through the madness and chaos. Я должен оставаться в сознании Сквозь безумие и хаос. State of mine – Rise

      – Чу-у-у-я! – Дазай зовет бывшего напарника так громко, насколько это возможно.       Хотя в царящей тишине наверняка слышен даже шум его шагов, не то что этот крик. У Осаму неосознанно складывается впечатление, что он попал в эпицентр взрыва: вокруг растерзанные тела, разрушенные здания и несколько выдранных с корнем деревьев. В воздухе все еще витают тяжелый запах крови и пыль.       Словно некстати детектив вспомнил, что в последний раз видел бывшего напарника в ту ночь, когда они вновь объединились в Двойной черный, чтобы победить двух одаренных из Гильдии. Короткое перемирие БДА и Портовой мафии ради устранения общих врагов.       – Это Дазай. Ты меня слышишь, Чуя? Я пришел тебе помочь.       «Он не мог умереть», – именно это было единственной мыслью, когда Дазай столкнулся с реальными разрушениями лицом к лицу. Что бы ни двигало Накахарой, невольно возникала мысль о его безумии. Зачем он убил всех? Разорванные тела бывших соратников виднелись с той же частотностью, что и незнакомые детективу люди.       Чуя уничтожил всех. Возможно и самого себя.       С трудом пробираясь через очередной бетонный блок, Дазай наконец-то нашел его: где-то далеко впереди мелькнула хорошо знакомая рыжая шевелюра. Чуя привалился спиной к полуразрушенной стене. Со стороны могло показаться, что он совершенно не дышал и был мертв. Осаму почему-то хотелось верить, что это не так. Он коснулся чужой шеи, ощущая слабый пульс. Это позволило ему вздохнуть с облегчением.       Наверное, Накахара пребывал сейчас в таком состоянии, которое было максимально приближенно к смерти. Долгое использование мощной формы Порчи могло не только убить физически, но и здорово ударить по рассудку. Он не говорил ничего, но безумные глаза все еще были широко раскрыты, словно в этот момент Чуя старался увидеть что-то за чужим плечом. Присев рядом с ним на корточки, Дазай активировал свою способность, с каким-то внутренним облегчением наблюдая, как расширяется голубая радужка чужих глаз, как исчезают реки крови на теле Накахары – вместо этого у того пошла кровь из носа, стекая вниз и пачкая плотно сомкнутые губы.       – Теперь все хорошо, Чуя. Я тебя не оставлю здесь.       Детективу казалось, что что-то пошло не так. От взгляда Накахары становилось не по себе хотя бы по той простой причине, что он смотрел на него и не мигал.       – Не вижу... – сказав это, рыжеволосый эспер провалился в такое привычное после использования Темной формы забытье. Все, что оставалось Дазаю – поднять на руки бессознательного мафиози и ответить на входящий вызов, когда телефон пронзительно завибрировал в левом кармане.       – Жив? – пусть Мори и всегда хотел казаться беспристрастным, но жизнь одного из своих главных бойцов сильно волновала его.       – Да. Только не могу сказать так про других членов группы, – Осаму осторожно устроил чужую голову на своем плече, ощущая привычные запахи от напарника: горечь крепких сигарет и свежесть одеколона, к которым примешивался металлический – от крови, ведь одежда и особенно руки Накахары были испачканы ею. Чуя почти не дышал, но светлые ресницы едва заметно трепетали, словно их обладатель видел что-то тревожное во сне. – Пусть водитель подъедет туда, где он меня высадил. Я заберу Накахару с собой. Так будет лучше.       Огай ничего на это не ответил, молча повесив трубку. То, что Накахара все-таки остался жив, уже было хорошей новостью. Ведь буквально полчаса назад именно Мори позвонил ему прямо в агентство, настоятельно рекомендуя бросить все дела и помочь бывшему напарнику. Отказаться детектив просто не мог. Куникида снова что-то вопил про нарушение графика и тряс блокнотом, пока Осаму нервно стучал по столешнице пальцами, выглядывая в окно в ожидании машины.       Информации совершенно не хватало. На группу напали во время заключения сделки. Было несколько одаренных, один из которых что-то сделал – Накахара использовал Порчу ради защиты. Но увиденная бойня напоминала скорей уничтожение всего живого в радиусе пары километров. Даже водитель, который привез Осаму на место, побоялся подъехать ближе.       И потом смотрел волком, когда детектив вернулся не один, а осторожно усаживал спящего Чую на заднем сидении рядом с собой. В глазах окружающих рыжеволосый эспер был не человеком, а как минимум тикающей бомбой, которая может взорваться в любой момент.       Назвав свой адрес, Дазай всю дорогу смотрел в окно. Что делать дальше он совершенно не знал. Как и не догадывался, что произошло с Чуей и как тот станет себя вести, когда наконец-то придет в себя.