Порочное создание

Лиса — редкостная сука. Стоило ожидать от неё подставы, но я слишком глупо и наивно повела себя во всей этой эскорт-истории. Хотелось громко чертыхнуться и, набрав номер бывшей шлюхи, высказать всё, что о ней думала. Пожалуй, так и поступлю, но сначала… — Ты всё знаешь, Чарльз, — прошептала и с облегчением почувствовала, как его большой палец вырисовывает узоры на моём запястье, — Мне нужны деньги, но торговать телом ради них — слишком. Поэтому Эрик по старой дружбе связал меня с Лисой и тобой, но ты предпочёл Эмбер… — Я отказался от твоей кандидатуры сразу же, как Лиса рассказала о вашем плане. Не сдержала горькой усмешки: — Провальный план, скажи? — Я бы так не сказал, — на губах мужчины мелькнула тёплая улыбка, — Ты оказалась напористой, что подкупило. Помнишь, как отчитала бедного француза в баре и меня не обделила своим очаровательным английским? — Мне так жаль за свой английский… Чарльз рассмеялся: — Твой английский поспособствовал нашему близкому общению. Я решил узнать тебя получше. — Не разочаровался? — Пока нет. Его «пока» резануло слух, но я решила не заострять на этом внимания, наслаждаясь маленькой, но победой. По крайней мере, мистер Миллер не выгнал меня из номера отеля, а продолжал осыпать улыбками. Чёрт бы побрал странного мужчину, но на данный момент он единственный, кто с пониманием относился к моей ситуации. Не родители, забывшие о существовании двоих детей, а незнакомец с детскими травмами и воспоминаниями о матери-проститутке. — Спасибо, — прошептала и, приподнявшись на коленях, припала губами к изогнутым в улыбке губам мужчины, — Спасибо. Пожалуй, соприкосновение наших губ с трудом походило на поцелуй, однако ни я, ни Чарльз не стремились менять положение дел. Мне вполне было достаточно чувствовать легкое покалывание его бороды на коже и тёплое дыхание на губах, а Чарльз… На удивление он сжал пальцами мой затылок и заставил наши губы теснее сомкнуться в целомудренном поцелуе. В самом невинном поцелуе в жизни. Мой первый поцелуй в двенадцать лет, по сравнению с этим поцелуем, напоминал прелюдию в порно-фильме. Собственные мысли позабавили, отчего губы изогнулись в порыве сдержанного хохота. Мне на помощь пришла вибрация мобильного телефона, заставившая Чарльз отстраниться и оглянуться в поисках источника звука. — Извини, — пробормотал он и ответил на звонок, не дожидаясь моего запоздалого «Ничего страшного». Пока Чарльз обсуждал насущные рабочие вопросы, я осмотрела номер, с разочарованием обнаружив единственную спальню и двуспальную кровать. Интересно, мистер Миллер останется джентльменом до конца и мне не придётся ночевать на диване? Заглянув в ванную комнату, я с наслаждением заприметила многочисленные ванные принадлежности и банный халат, которым тут же помахала, точно белым флагом, перед Чарльзом. — Можешь принять ванную, — оторвавшись от разговора, дал добро мужчина, и я на радостях скрылась за дверью. Горячий душ — это то, чего мне не хватало на протяжении ужасного вечера. Закрыла глаза, подставляя лицо потоку воды, и позволила крупным каплям смыть с себя энергетику клоповника, скользкие взгляды пьяниц, завистливые глаза шлюх. Но что оказалось не под силу, так это избавиться от осознания печального факта, как очередного клейма в моей жизни, — я осталась без дома, с двумя коробками, напичканными дешёвым барахлом, и с пятью тысячами на банковском счете. В какой-то момент я не поняла: то ли вода усилила свой поток, то ли это слёзы градом скатывались по щекам и разбивались у ног. В любом случае, пришлось зажать рот ладонью и унять громкие всхлипы. Не хватало, чтобы положительный настрой Чарльза был омрачён моей излишней эмоциональностью. Закончив с мыльными процедурами, я с нескрываемым наслаждением укуталась в пушистый халат и позволила волосам чёрным водопадам спустить по спине, впитываясь своей влагой в белоснежную ткань. Непередаваемый кайф! На секунду, выйдя из ванной комнату и заприметив на столике, неподалёку от кровати, чашку крепкого кофе, я почувствовала себя дома. Словно всё хорошо: из соседней комнаты доносится голос матери, наперебой разговаривающей с подружками, тень отца скрывается в кабинете с очередными неотложными делами, а брат с издёвкой допивает мой кофе. Представленная в сознании картина прошлого была настолько настоящей, что появление Чарльза, точно удар по голове кувалдой, безвозвратно вернул в реальность. В жестокую реальность. — Я подумал, ты не откажешься от кофе, — кивнул на столик мужчина и внимательно всмотрелся в моё лицо, — Всё хорошо? — Давно не было так хорошо, — честно призналась я и забралась на кровать, — Спасибо! Чарльз кивнул: — Не буду тебе мешать… — Ты будешь спать на диване? — мои брови взлетели вверх, когда мужчина стремительно направился вон из комнаты, — Кровать большая, мы можем… — Не можем, Никки, — перебил и неожиданно подошёл слишком близко, чтобы я успела придумать столько дальнейших развитий событий, что в висках начала прорезаться боль. Но Чарльз удивил. Снова. — Ты очень красивая девушка. Непростительно красивая. — А ты непроходимый джентльмен. — Именно поэтому ты и выбрала меня в качестве мецената. Я попыталась возразить, но Чарльз одним взглядом не дал вымолвить ни слова: — Это не упрёк, Никки, а констатация факта. Я помогу твоему брату. Что? Я не ослышалась? — Чарльз… Я не знала, что следует сказать, а может, сделать. Была способна открывать и закрывать рот, не находя нужных слов. Он серьёзно? Если это шутка, то очень жестокая, но судя по взгляду, в котором не было ни намёка на весёлость, происходящее сейчас реально. — Спасибо, — прошептала и поморщилась от ничтожности произнесённого слова, — Я… что мне сделать, чтобы… — Ничего, Никки, — неверующе уставилась на мужчину, которого искренне забавляла моя реакция, — Ты сейчас порвёшь пояс халата. Непонимающе перевела взгляд на свои пальцы, сжимающие пояс до побеления костяшек, и выпустила ткань на «свободу». Чёрт подери, мои пальцы отбивали произвольную программу чечётки. — Ничего не бывает просто так, — упрямо заявила и в упор посмотрела на мужчину, — Я не верю в меценатство. Чарльз устало потёр переносицу, но сохранил на губах намёк на улыбку. — Мне срочно нужно возвратиться в Нью-Йорк. «С завтрашнего дня начну бомжевать», — мысленно сделала для себя заметку и с сожалением обвела взглядом роскошную спальню. — Мой партнёр празднует свой юбилей, и с моей стороны игнорировать его приглашение — неуважение. — Понятно. — Если не хочешь чувствовать себя обязанной, позволь продлить твои услуги ещё на неделю. Я во все глаза уставилась на мужчину и почувствовала, как губы непроизвольно растягиваются в улыбке до самых ушей. — Хочешь меня ещё на неделю? — ляпнула и тут же с чувством ударила себя по лбу, — То есть приглашаешь в Нью-Йорк? — Мне будет спокойнее, если на светском вечере я буду в сопровождении с прекрасной англичанкой. — Я согласна! — тут же выпалила и поднялась с кровати, чтобы казаться напротив мужчины и по деловому протянуть руку, — Согласна! Спустя час, лёжа на спине и разглядывая высокий потолок, я впервые за несколько лет своего существования обратилась к Богу. Знала, что давно не давала о себе знать, но небеса про меня не забыли. Они послали спасение в виде мистера Миллера, и я, не будь дурой, не смела отказаться от божьего дара.