"Полевики"

      Поросший мхом каменный блок неохотно шевельнулся… и остался на месте.       – С-сволочь! – прошипела Антония, сердито пнув неподатливую каменюку.       Отошла. Прищурилась… Заклинание "телекинез" сорвалось с вытянутых рук, сдвоенный магический поток оплёл камень, приподняв его с насиженного места… В ушах тонко зазвенело – за какие-то несколько секунд магический резерв просел на две трети – но Антония, стиснув зубы, резко дёрнула кистями рук на себя и вбок. Каменный блок качнулся и с грохотом покатился по каменному полу крипты, а сама она тяжело выдохнула, согнувшись и упираясь руками в колени.       Отдышалась. Потрогала кожу под носом и скосила взгляд на пальцы – чистые. Вообще-то использование телекинеза было… не очень умным поступком – заклинание затратное, о чем недвусмысленно говорит всё ещё не затихший звон в ушах, а за завалом может оказаться что угодно. Или кто угодно. А она тут одна сейчас – остальные члены их маленькой экспедиции заняты разбором находок из предыдущих залов гробницы. Ведь мало найти, нужно ещё понять, что именно найдено. Гробница-то явно использовалась в течение многих столетий и порой погребения – а с ними и находки – эпохи расцвета культа драконов соседствовали с захоронениями времён правления короля Харальда или его потомка Боргаса. Или ещё более… "свежими". А если учесть, что благодарные потомки не гнушались время от времени грабить благородных предков, чему последние иногда небезуспешно противодействовали…       Антония вздохнула: насколько, наверное, проще было бы проводить изыскания, лежи эти самые предки в своих могилах, вместо того чтобы бродить по коридорам древних гробниц. Хотя там, вероятно, были бы другие трудности… Впрочем, крошечная, по сравнению с другими, гробница Браннскигге, в одной из дальних крипт которой Антония сейчас находилась, оказалась почти нетронутой. По крайней мере, за последние пару столетий её явно никто не пытался вскрывать – болота в нижнем течении Хьяла надёжно отпугивали расхитителей гробниц, заодно постепенно укрывая сами эти гробницы. Да и они пропустили бы, если бы не нашедший упоминание о ней в каком-то из ветхих манускриптов Эддвир – как и сама Антония, уроженец Анвила и имперец до мозга костей, от далеких бретонских предков получивший только имя. Глава их маленького отряда "полевиков" – вечных скитальцев, променявших уют стен родной Коллегии на вечную слякоть болот Хьялмарка, непереносимую порой вонь горячих источников Истмарка, ночёвки у костра и регулярные столкновения с обитателями гробниц… причём, далеко не всегда нежитью. Живые доставляли хлопот как бы не поболее…       – Чего шумишь? – поинтересовался явившийся на грохот Ингвар, несущий в охапке большую связку факелов.       Магия магией, а живой огонь тоже не помешает…       – Да вот, – Антония распрямилась и посмотрела на него. – Любопытствую.       Ингвар Белая Грива, заместитель Эддвира, родовому имени не соответствовал совершенно. Грива у него, разумеется, имелась, хоть и поредевшая на темени – мастер-колдун успел справить шестидесятилетие. Но не светлая, какую положено иметь норду, чей род восходит к одному из Пятисот Соратников Исграмора, а угольно-чёрная – пусть и изрядно уже побитая сединой – как у редгарда. И по-редгардски же завивающаяся крупными кольцами. Впрочем, он и своему званию – Мастер школы Колдовства – на сторонний взгляд не соответствовал тоже. Традиционные одеяния мастера-мага, положенные ему по уставу Коллегии Винтерхолда, он надевал только по настоятельному требованию архимага Арена, все остальное время облачаясь в тяжёлую нордскую броню. А его "любимым заклинанием" был даэдрический молот "Умиротворитель", самолично то ли созданный, то ли призванный Ингваром в Кузнице Атронахов в Миддене и – по его же словам, шутки ради – зачарованный сообразно названию. С другой стороны, Ингвар в Коллегии появлялся редко, предпочитая пропадать в поездках. Как и сама Антония. Как и остальные члены их маленького отряда искателей, появлявшиеся в Винтерхолде только для того, чтобы отчитаться архимагу – Ингвар и Эддвир – передать скопившуюся документацию Урагу гро-Шубу – Антония – или сдать экзамены на новое звание, как Маркурио. На худой конец, просто отоспаться в нормальной постели, как Белранд. А потом с новыми силами отправиться исследовать очередную заброшенную гробницу или крепость.       – А описания и рисунки у тебя готовы, любопытная ты наша? – Ингвар скептически поднял густые брови.       – Дя-адько Ингвар! – укоризненно протянула Антония, потыкав пальцем в сложенные на каменном столе бумаги. – Вон же они. Кстати… – она на несколько мгновений замерла, а потом метнулась к стене, одновременно зажигая над головой светляк, – смотри сюда. Я, конечно, разбираюсь в этом хуже… но меня смущает вот это, – для наглядности она ткнула в вызвавший у ней сомнения фрагмент барельефа пальцем. – Тебе не кажется, что вот это – попытка реставрации, а сам барельеф намного древнее?       Ингвар подошёл и зажёг ещё один светляк, прилепив его над спорным участком стены. Всмотрелся, едва не возя по стене носом, потом отодвинулся и подёргал себя за бороду.       – Думаешь, не Вулфхарт, а раньше? – задумчиво протянул он.       – Неа, не думаю, – Антония ухмыльнулась. – Думать, дядька Ингвар, это ваша с Эддвиром забота, а моё дело – отобразить всё в точности, что нам попадётся. А то, что я иногда замечаю всякое… интересное, так это ерунда. Моя обязанность показать, а вы думайте, мастера-волшебники. Может, этот барельеф действительно относится ко времени изгнания алессианцев из Скайрима и восстановления исконно нордских верований, просто мастер-резчик запорол резьбу и постарался ошибку свою замаскировать. Мало мы таких косяков за это время видели?       – Язва гленморильская, – добродушно фыркнул в ответ Ингвар. – Кстати, когда сама на Мастера сдавать будешь? Я уже устал отбиваться от Толфдира. И от Турриана.       – Ага, – снова усмехнулась Антония. – Толфдир, значит, сам меня поймать не может, так решил через тебя достать? Хренушки! Мне и "в поле" неплохо. А то не успею Испытания пройти, как окажется, что на мне и учебные планы по Школе Изменения для всех, от новичков до адептов, и наставничество для пары дуболомов, которые только-только по слогам читать научились, а туда же, в маги. А Сергий пусть сам на Мастера сдаёт, ему, в отличие от меня, давно пора это сделать. Я, конечно, понимаю его желание на чужом хребте в Этериус въехать… но я, как зачарователь, пока даже на эксперта едва тяну…       – Вот и занялась бы…       – Не-е, дядько, лучше я тут буду – после Обвала у нашей Коллегии и так репутация… на дне Моря Призраков, а если я надолго застряну в Винтерхолде, на Коллегию весь Скайрим пойдёт священной войной... если Коллегия устоит, конечно. Я не Древис, безобидную дурочку долго изображать не смогу. Будет им вторая Котлет… Колетта.       Ингвар гулко заухал, услышав прозвище целительницы Маренс. Басовитое эхо отразилось от стен, потолка, заметалось по зале. За подзабытым уже завалом послышался шорох. Антония повернулась было туда, но шорох не повторился.       – Да уж, у тебя разрушительной силы побольше будет, – отсмеявшись, сказал Ингвар. – Но на Коллегию тебя все равно не хватит, не обольщайся.       Антония только фыркнула.       – Кстати, о Колетте – Финис мне на неё жаловался. Как колдун колдуну, так сказать, – Ингвар многозначительно пошевелил бровями.       Антония снова фыркнула – о том, что Ингвар Белая Грива весьма сведущ в некромантии, было известно всем членам отряда. В конце концов, звание Мастера он не за красивые глаза получил. Да и в гробницах его умения не раз пригождались, хотя обращаться к ним он страшно не любил, предпочитая приласкать встреченного драугра "Умиротворителем", или натравить на него призванного из Обливиона дремору, чем подчинять его своей воле. А вот Финис Гестор, наоборот, хоть и владел призывом, специализировался именно на некромантии…       – Сам дурак, – пожала плечами Антония. – Додумался – поднять покойника прямо посреди занятия по анатомии, шутник хренов. Колетта бродячих мертвецов боится так, что "Круг Защиты" у неё на автомате с пальцев слетает. Из-за этого козла я чуть заикание не получила, когда из её класса на меня его "сюрприз" вылетел, кишки из разрезанного брюха роняя. Фаральде с этим бедолагой и вовсе пообниматься довелось… А уж как Древис был рад, когда проржался и трезво оценил, сколько пострадавших от "невинной шутки" Финиса ему предстоит успокаивать. Даже на нормального данмера похож стал – неделю потом ходил хмурый и злой.       – А кто ему сапоги на обузу зачаровал?       – Я, – не стала скрывать Антония. – А в нужнике его заперла Фаральда. Но да, научила её этому заклинанию я. А вот замораживающее заклинание это уже её собственная инициатива.       –Уху-ху, ведьмы, – развеселился Ингвар. – Но если сапоги Финиса твоих рук дело, то я, пожалуй, понимаю Сергия… Ладно, пойдём отсюда, – посерьезнел он. – Снаружи уже совсем стемнело, поди. Я и шёл-то сказать тебе, чтобы ты на сегодня сворачивалась – Белранд там пожрать приготовил. Я попробовал – есть можно. А стенку эту я завтра Эддвиру покажу, на свежую голову…       – Погоди, – Антония сгребла со стола бумаги… а потом развернулась к завалу.       На месте выдернутого ею валуна темнел небольшой провал. Подумав, она создала заклинание обнаружения нежити – мало ли что там шуршало…       – Ну и что там?       Антония сосредоточенно смотрела в стену…       – Три бодрых покойника в отдалении… похоже, драугры. И один – прямо за завалом… – она задумчиво закусила губу.       – Скамп с ним, пойдём, – поторопил её Ингвар. – Все равно он через эту дыру не пролезет. Да и каменюки эти как минимум вдвоём поднимать придётся. А то и вчетвером.       – Сейчас, – Антония торопливо набросала перед завалом цепочку из огненных рун. – Вот теперь можно идти. И завтра возьмём с собой легионеров. На всякий случай…

***

      – В Сиродиил хочу, – тоскливо простонала Антония, с отвращением оглядывая заиндевевшие стены. – Там тепло...       Весь отряд "полевиков" расположился в таверне "Замёрзший Очаг", неторопливо набираясь кто вином, кто мёдом. Возвращаться в стены Коллегии не хотел никто. Оказалось, что, пока они торчали в Хьялмарке, исследуя руины Браннскигге, Талмор прислал в Коллегию Винтерхолда своего представителя, воспользовавшись устроенной ярлом Виндхельма Ульфриком Буревестником резнёй в столице Предела, Маркарте. Точнее, выдвинутыми им требованиями, прямо противоречащими Конкордату Белого Золота. И свежеиспечённый "советник архимага" уже успел достать всех. А в прибывших из Браннскигге "полевиков" вообще вцепился, как голодная псина в недообглоданную кость. Маркурио, прознав о "пополнении", мгновенно слинял, воспользовавшись тем, что в Винтерхолд как раз прибыл почтовый экипаж из Виндхельма. Остальным же пришлось пережить не самую приятную беседу…       – Угу, – прогудел Ингвар, мрачно разглядывающий кружку с подогретым мёдом. – И талморцы.       Его "советник" Анкано расспрашивал дольше, чем остальных… намного дольше.       – Тьфу на тебя, – сердито буркнула Антония. – Нашёл о ком вспомнить.       Все дружно скривились.       – Я тоже хочу в Сиродиил, – вздохнул Эддвир, разливая "Алто". – А этим… в общем, этим я до сих пор Линдаи простить не могу. А ведь какое перспективное место… Савос договорился об обмене с Коллегией Шёпотов – Коллегия Винтерхолда получает право исследовать остатки одного айлейдского города в Сиродииле в обмен на такое же право для Коллегии Шёпотов в отношении двемерских развалин в Скайриме. С предоставлением полной копии всей документации для них и для нас. Те, правда, разинули пасть ещё и на Лабиринтиан, но тут Савос их отбрил…       – Тем более, на врата Бромьунара печати он сам накладывал после того, как там вся их экспедиция полегла, – негромко уронил Ингвар. – Я тогда еще сам желторотиком был, только-только в Коллегию пришел, когда это случилось. С тех пор Лабиринтиан закрыт от всех. И печать Савос, насколько я знаю, с тех пор регулярно подновляет. А это что-то да значит…       – Сопоставимым по значимости был разве что Старый Путь под Имперским городом, – помолчав, продолжил Эддвир, – но кто бы нас туда пустил? А на Санкр Тор уже сам Савос был не согласен. Не в обмен на Лабиринтиан. В общем, пришлось нам ограничиться Линдаи, а они отхватили себе Мзулфт… И только мы пробрались в нижнюю часть подземелий… хорошо иметь в команде мага-Башню, – он отсалютовал Антонии кружкой, – способного открыть почти любую дверь без ключа…       Та слабо улыбнулась – в тот раз врожденные способности оказались как нельзя более кстати. В противном случае дверь на нижний уровень Линдаи пришлось бы ломать, чего никому из них не хотелось… И тут же помрачнела – талморцы, до того не обращавшие на возню их группы особого внимания, неожиданно заинтересовались. И запретили дальнейшие исследования. А самих исследователей в считанные дни выпроводили из Сиродиила…       – В общем, выперли нас оттуда, – мрачно закончил Эддвир. – К счастью, в полном составе, живых и здоровых. И это я считаю самой большой удачей – общение с талморцами мало для кого заканчивалось благополучно…       Жаль только, что всё найденное досталось талморцам… С другой стороны каким же облегчением для них было узнать по возвращении в Коллегию, что Скайрим по-прежнему закрыт для талморских юстициаров!       И вот теперь они будут хозяйничать и здесь…       Вино лилось и лилось, тихий разговор за столом в дальнем углу таверны переходил с вины Ульфрика Буревестника в появлении талморцев в Скайриме на обсуждение, где дешевле пополнить запасы и отремонтировать снаряжение, а с него – на воспоминания о прошлых исследованиях. Задремал за стойкой Дагур, хозяин таверны, ушла спать Харан, его жена, держась за большой живот – она, похоже, донашивала ребёнка последние недели, но упрямо продолжала работать… Антония положила голову на скрещённые на столе руки, слушая, как негромко переговариваются Эддвир с Ингваром под тихое похрапывание Белранда, обсуждая, куда отправиться в следующий раз…       Пусть… Осколков прежних времен в Скайриме много. И маленькому отряду "полевиков" от Коллегии Винтерхолда обязательно попадется что-нибудь интересное…