Family

Тонкая полоска света проникает в комнату, заполненную полумраком, через щель открывшейся двери. В углу комнаты слышится шорох одеяла и тихий вздох. — Пит? — Тони осторожно заходит в комнату, стараясь не нарушать царившую тут атмосферу покоя, но открывает дверь чуть шире, впуская больше света, чтоб разглядеть лицо ребёнка. — Ница сказала, что ты не спишь. Стакан с молоком опустился на прикроватную тумбу, расплёскивая немного белой жидкости, оставляя потеки на стекле. Мальчик приподнимается на подушках, трёт глаза и берёт стакан в руки, отпивая чуть-чуть тёплого молока. — О чём думаешь? — наконец спрашивает Тони. — А если меня не возьмут. — тихо шепчет мальчик и отводит взгляд, чтобы смотреть куда угодно, лишь бы не на отца. Тони тепло улыбается и убирает чёлку с глаз мальчика. То, что Питеру явно недостаточно обучения в стандартной школе, Старк понял ещё в начале учебного года, когда семилетнему пацану с лёгкостью давались базовые задачки по физике. Помимо уроков в школе на подобии два плюс два, Питер с того дня каждый вечер получал задания от папы. В итоге к концу года они дошли до тангенсов. Старк по себе знал, что чувствует ребёнок, когда его отец, не удосужившись узнать желание сына, отправляет его в какой-нибудь интернат или частную школу. Поэтому, предложив Питеру пару вариантов в черте штата, Старк три раза задал один и тот же вопрос: «Ты уверен, что хочешь, ребёнок?». И, получив три положительных ответа, отправил документы Питера в частную школу имени Андерсона для одарённых детей, которая имела наилучшие условия для обучения и была относительно недалеко от башни. И вот пришло электронное письмо, приглашающее Питера Старка на собеседование для полной уверенности в его способностях и дальнейшего распределения на курс. И теперь, когда остался самый последний и самый важный шаг, ребёнок полностью лишился сна. — Мы проработали все возможные задания. И со всеми ты справился на отлично. Боже, ребёнок, сравни задания, которые выполняют твои сверстники и которые решаешь ты. Ты умён, Пит. — Вдруг недостаточно умён для них. — также тихо, как и в прошлый раз, ответил мальчик. — Так. — уверенно сказал Старк. — Мне это начинает надоедать. Укладывайся. Наполовину опустошённый стакан опустился с тихим стуком на тумбочку у кровати. — Вот увидишь, они будут в восторге от твоего ума и с радостью примут тебя в их скромную школу. А я снова окажусь прав, как и всегда. — весело сказал Тони, поправляя на ребёнке одеяло. — А сейчас спи. Спокойной ночи, карапуз. — Спокойной ночи, пап. — ответил Питер, пряча лицо в подушке. Дверь аккуратно закрылась, и комната погрузилась в прежний полумрак. *** — Питер, поторопись, мы опоздаем. — в который раз сказал Тони, заходя в комнату ребёнка и наблюдая одну и ту же картину. Пацан вертелся у зеркала и то отряхивал джемпер, хотя тот был только что после глажки, то протирал ботинки, хотя в них можно было отражение своё видеть, ну, а сейчас приглаживал волосы, в который раз. — Этот локон торчит. — недовольно пробурчал ребёнок. — Ты выглядишь опрятно, даже слишком. — прислонившись к косяку двери и подмечая действительно хороший вид сына, Тони говорил с уверенностью и с теплой улыбкой. — Не выдумывай. — Хорошая одежда открывает все двери.* — гордо сказал мальчик, чеканя шаг и направляясь на выход. Тони лишь хмыкнул и покачал головой. Кажется, ему стоит купить для ребёнка побольше книг, а то пацан от скуки сборник пословиц листает. *** Машина ровно припарковалась у старого здания из красного кирпича, покрытого плющом. На главных воротах висела табличка «Школа им. Андерсона», тоже обвитая плющом. Увидев здание и осознав насколько далеко они зашли, Тони и сам начал волноваться. Он отряхнул плечи мальчика от невидимой пыли, как делал сам ребёнок всё время в пути. — Ты уверен, что хочешь учиться здесь? — ещё раз спросил Старк. Это последний шаг. Стоит ребёнку сейчас сказать «уходим», и Тони сам закинет его в машину и даст по газам, но при положительном ответе он не позволит ни себе, ни Питеру развернуться и уйти. — Да. — уверенно, хотя и с большим трудом, ответил мальчик. Старк, в последний раз окинув сына взглядом, взял его за руку и повёл в сторону здания из красного кирпича. *** В коридоре шаги отдавались гулким эхом. Людей было немного. Лишь иногда мимо проскальзывали какие-то люди, предположительно учителя. Отец с сыном остановились у кабинета, табличка рядом с которым гласила «Директор Джонсон». Они сели в кресла рядом с дверью в ожидании своей очереди. Питер нервно теребил рукав джемпера и шептал все знакомые формулы и определения. Тони лишь положил ладонь на плечо мальчика и сжал в поддерживающем жесте. Мальчик вскинул взгляд на отца и получил довольную ухмылку в ответ, показывающую всю уверенность Тони в успехе сына. Вскоре дверь открылась, и из комнаты вышла довольная женщина и радостный пацан, который, кинув удивлённый взгляд на Тони, ничего не сказал, но как-то странно посмотрел на Питера, от чего самому Старку-младшему захотелось сбежать. Однако его отвлек голос женщины, вышедшей следом. — Старк? Проходи, Питер. А вы, мистер Старк, подождите тут. — сказала дама с милой улыбкой, она уже нравилась Питеру. И если он всё-таки поступит в эту школу, то обязательно внесёт её в список вещей, которые ему нравятся в школе имени Андерсона. Хотя сейчас мальчик думал не об этом. Он, кажется, потерял контроль над своими конечностями, ладони начали потеть, а сердце билось где-то в глотке. Картины, висевшие повсюду, как будто смотрели мальчику в душу, пробирая его до костей. Стены с этими холодными лицами заплясали тёмными кляксами в глазах ребёнка. Казалось, ещё чуть-чуть, и он упадёт в обморок прямо в коридоре. Но он получил небольшой толчок в спину и тихий шёпот от отца: — Я уверен, ты пройдёшь, но даже если нет, я всё равно люблю тебя, карапуз. Слова отца придали сил физических и моральных. Ноги и руки встали на место, а призраки учёных прекратили свой танец и вернулись на стены. Питер больше не расползался по полу. Мальчик кивнул то ли себе, то ли отцу, то ли даме, держащей всё это время дверь, и уверенным шагом прошёл к кабинету директора. За столом сидели двое человек, а дама, которая позвала Питера, села в третье кресло с краю. Мужчина в середине поприветствовал Старка: — Привет, Питер. Я мистер Джонсон, директор этой школы. Это мистер Браун, — директор указал на мужчину справа от него, — он преподаёт математику. А миссис Клейтон, — Джонсон указал на знакомую девушку, — преподаёт английский язык. Они помогут мне проверить твои результаты. — Здравствуйте. — вежливо поздоровался Питер. — Присаживайся, малыш. — сказал мистер Браун и указал на место напротив директора, фальшиво улыбаясь. Питер мысленно поморщился, мистер Браун Питеру не понравился. Но он сел туда, куда ему указали, и сложил руки в замке. — Я начну, директор Джонсон? — спросила хорошая дама (так в уме окрестил её Питер). — Конечно. — согласился директор. — Питер. Я дам тебе задания, которые ты должен выполнить. Делай только те, которые ты можешь выполнить. Как ты можешь заметить, они идут по увеличению сложности. На все задания даю тебе двадцать минут. — сказала хорошая дама, протягивая Питеру листок с тестами. — Можешь начинать. Твоё время пошло. Питер выполнил задания, которые мог, чуть раньше, чем должен был, и, на радость Питера, он выполнил множество упражнений, почти все. Потом были задачи от мистера Брауна. Первые задания решались, как семечки, но потом пошло усложнение, и это вызывало в Питере азарт. Он хотел решить как можно больше задач и уложиться в нужное время, хотя его и давалось больше, чем на задания по английскому. Задания от директора были самыми сложными. Так как это была комплексная работа, по всем школьным предметам, на неё давалось добрых пятьдесят минут. И Питер с точностью до секунды уложился в это время. К этому моменту результаты у миссис Клейтон и мистера Брауна уже были готовы. — Подожди в коридоре, мы позовем тебя. — сказал директор. Питеру дважды повторять не надо. Он вскочил со своего места и пошёл к двери, возможно, даже слишком быстро. *** Все этих добрых полтора часа Тони сидел в коридоре и придумывал различные варианты развития событий в кабинете, где сейчас был его сын. После поражался своей фантазии, отгонял эти мысли прочь. Хотя всё равно возвращался к ним через десять минут. Таким образом полтора часа протянулись для Старка как полтора суток. И вот заветная дверь открылась, и из комнаты вышел ребёнок. Он не выглядел расстроенным, и это уже облегчает работу Тони. — Хэй, карапуз. — Старк призвал к себе сына и посадил на стул рядом. — Ну как? — Сказали ждать. — как-то обречённо сказал Питер. Чтобы тишина не давила на и без того нервного ребёнка, Тони решил заговаривать ему зубы. — Эй, а после этого зайдём в книжный? — Да! — радостно ответил мальчик. — Я хочу сборник по химии. Можно? Можно, пап? — залепетал пацан. Тони улыбнулся и запустил руку в кудри сына. — Конечно можно. — Питер, мистер Старк. Заходите оба. — раздался голос хорошей дамы за их спинами. Тони с Питером расположились напротив преподавателей, и директор начал. — Мистер Старк. Мы готовы с большой радостью принять Питера в нашу школу. — Я и не сомневался. — довольно проговорил Тони, чувствуя, как камень упал не только с его груди, но и с груди его ребёнка. — И мы хотели бы обсудить возможность Питера учиться с детьми намного старше его. — продолжил директор. — Насколько старше? — насторожился Тони. — Им будет одиннадцать лет. Тони всем корпусом развернулся к Питеру, давая понять, что это полностью его решение. Но он знал ответ, как только увидел глаза мальчишки. Учиться в школе. Учиться по-настоящему, изучать что-то новое и интересное, а не как в предыдущем классе. Мальчик посмотрел на отца и, встретившись с его одобрительным взглядом, твёрдо ответил: — Да. — Ты уверен, Питер? — начал директор. — Питер принял решение. Оно его и полностью его. — перебил Джонсона Старк. — Что ж. Тогда мы рады приветствовать вас в школе имени Андерсона. Все подробности я отошлю вам на электронную почту, мистер Старк. *** Снова сумрачная комната и Тони, тихо заходящий в неё. Ребёнок читает новую книгу, в свете фонаря. Новая привычка, которая совершенно не нравится Старку-старшему. — Так. — подаёт голос Тони — Отбой. Давай мне книгу и фонарик. Питер не спорит и быстро, хотя и со вздохом, отдаёт всё, что сказали. Наконец уложившись, мальчик чувствует, как отец гладит его по мягким кудрям и говорит: — Горжусь тобой, ребёнок. Сноска Хорошая одежда открывает все двери* — Good clothes open all doors. Американской аналог нашему «встречают по одёжке, провожают по уму»