Без выбора

Ночью улицы Йокогамы всегда казались более неприветливыми и мрачными, чем днем. Почти все дома неблагоприятного района зияли черной тьмой в свете молодого месяца, и казалось, еще чуть-чуть и холодное, отвратительное щупальце отчужденности и нелюдимости здешних мест подползет к тебе и сомкнется на твоем горле. И это абсурдное сравнение наводило ужас и страх на Ацуши, заставляя поторапливаться и с максимальной скоростью ориентироваться на малознакомых улицах (его мозг всегда обладал слишком хорошей фантазией и воображением, порой доводя своего хозяина до паранойи). Некоторые таблички с названиями было почти не видно в кромешном мраке, но глаза, что раньше почти ничего не могли различать без очков, каким-то чудом смогли рассмотреть еле заметные буквы на сером фоне. — Видимо в этом мире мое зрение куда лучше прежнего, — и словно, желая удостоверится в своей правоте, он потер глаза, и вопреки своим худшим страхам, картинка не смазалась и не расплылась, — О Господи, о таком я мог только мечтать, кажется еще немного и я увижу пиксели. Вот только хорошее зрение не отменяло тот факт, что он практически не знал этих улиц, а как выбраться из этого района и подавно. Максимум, что Ацуши успел понять, так это то, что это одно из самых неблагополучных мест где-то на юге Йокогамы, и если память ему не изменяла, то до будущего места дислокации оставалось идти не так уж и много (на самом деле много, но по сравнению с тем, что могло бы быть...). С одной стороны это не могло не радовать, так как пересекать всю Йокогаму пешим ходом совсем не хотелось, а с другой стороны, как говорилось ранее, он совершенно не знал этой части города, следовательно найти дорогу не представлялось возможным. Особенно ночью, особенно в неблагополучном районе, да и в конце концов ты маленький мальчик, который вполне может оказаться в руках у не самых хороших людей. От таких невеселых мыслей по телу пробежал табун мурашек и вместо того, чтобы спокойно идти как прежде по середине дороги, он активно пытался слиться с пошарпанной стеной многоквартирного дома. Хотя это мало, чем помогало, кипенно-белые волосы слишком сильно выделялись на фоне грязно-серых домов, поэтому здраво рассудив, Ацуши плюнул на эту идею. Перед ним предстала довольно сложная задача в виде вопроса о том, стоит ли продолжать путь, полагаясь на свою интуицию, или где-нибудь остановиться и поспать. Так как последний вариант грозил вечным сном, то он смело выбрал первый. Даже если он заблудится, то по утру спросит путь у первого встречного, а если зайдет далеко, то попросит деньги на проезд у того же первого встречного. Люди привыкли жалеть детей, мало кто ему откажет, пускай он и ненавидел опускаться до такого уровня, но сейчас ситуация требовала именно таких действий. В конце концов виновато правительство, что не проверяет детские дома как следует, тем самым обрекая сотни детей на персональный ад или на такие маленькие путешествия в отнюдь не маленьком городе. Пока Ацуши рассчитывал и прогнозировал все возможные проблемы и препятствия на своем пути (а они, стоит заметить, находили его с завидным постоянством) он добрался до более-менее оживленной части района. Тут и там уже мелькали небольшие круглосуточные магазинчики, бары и ночные клубы. Их пестрые неоновые вывески разгоняли тьму трущоб и создавали ощущение хоть какой-то жизни. Люди встречались на его пути все чаще и чаще, но были либо чертовски пьяны, либо слишком подозрительными для того, чтобы вообще осмелиться к ним подойди, а о разговоре с ними и речи быть не могло. Картина складывалась явно неутешительная, и надеяться на скорую помощь не приходилось. Уже отчаявшись найти хоть кого-то мало-мальски вменяемого, он заметил девушку. Та была в строгой юбке-карандаш и в приталенной блузе, которая слегка проглядывалась через незастегнутый на пуговицы черный пиджак. Светлые волосы пшеничного оттенка были собраны в слегка растрепанный пучок, а на лице был яркий, невызывающий макияж. В общем она выглядела приятно и куда более располагающе к беседе, чем местные "обыватели". И только Ацуши захотел было подойти к ней с вопросом, как интуиция завопила, да еще как... его чуть с ног не сбило чувство опасности и ненависти, исходящей от незнакомки. Ацуши резко остановился и буквально немигающим взглядом уставился в спину удаляющейся девушки. "— Кроме хорошего зрения у меня еще и превосходная интуиция, — Ацуши задумчиво накрутил прядь на палец, — Мистика какая-то или паранойя обыкновенная." Тем не менее долго стоять на месте ему не пришлось, до его плеча вдруг дотронулась сморщенная, старческая рука. От этого казалось бы невинного жеста, Накаджима чуть не подпрыгнул от страха. — Ну что вы молодой человек, — старик тепло улыбнулся, — Не стоит меня так сильно бояться. — Простите, я просто вас не заметил. Вам чем-то помочь? — мысленно ударив себя по лбу, он подумал: "Единственному кому тут нужна помощь, так это мне" — Мне кажется, из нас двоих помощь требуется именно тебе, — старик, хотя стариком его назвать было сложно, скорее мужчиной преклонного возраста, слишком он уж ухоженно выглядел. Лицо его было гладко выбрито, а седые волосы аккуратно уложены в незамысловатую прическу. Взгляд кобальтовых глаз не был замутнен блаженным дурманом алкоголя или чего похуже, как изначально предположил Ацуши, да и четкая внятная речь окончательно разбивала теорию о том, что к нему подошел очередной пьяный в щепки. И в конце концов решив, что будет глупостью упускать такой шанс, он спросил у него: — Да, не могли бы вы подсказать где находится район Исиго, — он постарался выглядеть не слишком поддавлено и выдавить хоть какое-то подобие улыбки, но та как назло не хотела появляться — О, не беспокойся, я как раз собирался выбираться из этой дыры, — он неловко растрепал волосы на затылке, явно сомневаясь в том, говорить дальше или нет, — Думаю, мы могли бы проехаться на метро вместе. Все это выглядело крайне подозрительно, и будь он в любой другой ситуации, то уже бы давно сматывал удочки и убирался как можно дальше от этого подозрительного типа. Хотя подозрительным назвать его было сложно, скорее таким было его предложение. Согласитесь, кто в здравом уме будет подходить к ребенку в одном из беднейших районов Йокогамы и предлагать ему проехаться с ним до его "дома"? Ответ напрашивался сам собой. Вот только интуиция усиленно радовалась новым возможностям, не забывая при этом вступить в конфликт с рациональной частью его мозга, тем самым вызывая диссонанс в его личности. "Я тебя в землю закопаю, если он в итоге меня зарежет где-то в подворотне,"— мысленно дал пинок своей интуиции Ацуши, но той было плевать на мнение своего хозяина и его рациональной части, она жила отдельной жизнью, пускай и в теле человека. — Ну так что, ты не против? — за внутренней борьбой он не заметил, как простоял с пустым взглядом добрые двадцать секунд. — Нет-нет, это было бы просто здорово, вот только у меня совсем нет денег. — Думаю, это не станет проблемой, — он ослепительно улыбнулся, — А пока мы идем к станции метро, я хочу расспросить тебя, с твоего разрешения конечно. — Почему бы и нет, но для начала... Как вас зовут, — в душе Ацуши понимал, что сейчас ему придется отвечать на кучу вопросов о том кто он, где его родители, и почему он в такое время гуляет в от.. кхм ... не самом безопасном месте. — Что ж меня зовут Сэридзава Кадзиро. И я бы хотел узнать каким образом, ты попал в тело ребенка, — его улыбка погасла, а лицо, до этого столь дружелюбное, заострилось и приобрело строгий вид. — О чем вы .... Откуда вы узнали или вы меня разыгрываете, да, очевидно это глупый розыгрыш от сумасшедшего старика, — глубокий шок и непонимания того, что здесь происходит, заставили Ацуши усомниться в действительности происходящего. Мир за границей приюта становился все абсурдней, и наверно на какую-то долю секунды он поверил, что попал в театр абсурда. —Совершенно очевидно, что ты очередная шавка портовой мафии, — старик весь подобрался, и казалось, что малейшее движение спровоцирует его на драку, — Если это и в самом деле так, то и не надейся на то, что я дам тебе продолжить паразитировать на этом бедном мальчике. "Господи, какая к черту портовая мафия, я что серьезно похож на преступника. Да как он вообще узнал о том, что мне далеко не десять? Если я сегодня выживу, то точно прикопаю свою интуицию на ближайшем кладбище", — мысли хаотично крутились в голове, но он все-таки смог выдать глупую, но все-таки хоть что-то прояснявшую фразу: "Какая портовая мафия, я обычный человек, который переродился после своей смерти, не убивайте меня, я еще жить хочу." Старик мгновенно растерял весь свой запал и стушевался. А его лицо в миг приобрело настолько шокированное выражение лица, что внезапному прохожему могло показаться, будто того стукнул инфаркт. Разумеется ничего подобного не было, но факт оставался фактом. И наконец проморгавшись, тот выдал:"То есть как не из портовой мафии?". Видимо его совсем не волновал тот факт, что Ацуши не говорил про то, откуда он, а про вторую часть вообще предпочел забыть, словно ее и не было. — Да вот так, — Ацуши честно старался придать своему детскому лицу серьезное выражение лица, но судя по реакции этого сумасшедшего, получалось не очень, поэтому пришлось ограничиться сложенным на груди руками, — Никаких преступных синдикатов не знаю и уже точно в них не состою, да я только из чертова приюта выбрался. — Я вижу, что ты говоришь правду, — уже полностью расслабившись, он привалился к более-менее чистой стене маленького пивного бара, — Не знаю радоваться мне или злиться на то, что снова упустил его. — Упустил кого?— вот теперь Ацуши полностью захватил научный интерес, да и что скрывать, любопытство тоже. Во-первых, он никак не мог понять, как этот человек узнал про то, кто он. Во-вторых, он правда мог узнать, когда человек врет или наоборот говорит правду? Конечно он мог скинуть все на повышенную эмпатию или на определенную подготовку в секретных органах, но это бы отвечало только на второй вопрос, а вот первый все так же оставался нераскрытым. Либо, упаси боже, этот мир очень сильно отличается от его собственного. — Одного наглеца, он использует детей, как своих марионеток, я почти вышел на его след, — мужчина растрепал волосы ребенка, — Но думаю, сейчас нам стоит обсудить свои проблемы в более спокойной обстановке, тем более теперь я тебе должен. — Полностью с вами согласен, — что-что, а отказываться от полезного источника информации он явно не собирался, да и усталость уже брала свое, а он так и не добрался до своего будущего места жительства. После этих слов они спокойно двинулись к ближайшей станции метро, повезло что оно работало практически круглосуточно, если исключить короткий перерыв в два часа ночи. Станция встретила их довольно угнетающей атмосферой заброшенности и отчужденности. И оказаться здесь одному Накаджиме точно бы не хотелось, благо что теперь у него был спутник, хоть и не самый благонадежный, но все-таки тот внушал хоть какое-то ощущение безопасности. Как ни крути, а вдвоем всегда легче. Когда Атсуши стоял на платформе в ожидании поезда, глаза уже слипались от усталости, и даже жуткое желание есть, не могло заставить его хоть чуть-чуть встрепенуться. Казалось еще немного, и он уснет прямо здесь, стоя. Хотя это скорее было большим преувеличением, конечно слабость и затуманенное сознание сказывались на работоспособности его мозга, но не настолько критично. Да и все-таки после такого тяжелого и продуктивного дня он мог позволить себе чуть-чуть жалости к самому себе. Безэмоцианальный женский голос объявляет о прибытии поезда на станцию "Канидзава". Ацуши машинально запоминает уже бессмысленную информацию о том, где он все это время блуждал. И уже почти не осознавая действительность, плюхается на первое попавшееся свободное место и забывается столь желанным и долгожданным сном. Возможно он немного переоценил силы этого слабого тела.