Без выбора

Ацуши уже как месяц жил с Сэридзавой и пока его все устраивало. Буквально недавно он отпраздновал свой одиннадцатый день рождения, и к тому моменту они как раз завершили то дело с таинственными ограблениями (не без помощи интуиции, конечно). Старик с чистой совестью отдал ему в пользование диван и сказал, что если ему что-то понадобится, то пусть без стеснения обращается к нему. Но Ацуши в силу своего характера держался особняком и минимизировал практически все свои потребности, и если б Сэридзава не пригрозил тем, что отстранит его от расследований, то и питался бы он тоже через раз. Как ни странно старик все понимал и особо не лез к нему с гиперопекой или чем-то подобным, он, наоборот, лишь с язвительными комментариями по поводу его внешнего вида притаскивал нормальную обувь и более добротную одежду, а не ту, что была у него в приюте. Конечно нормальный ребенок давно бы умер с таким бестолковым и неорганизованном родителем, но Ацуши и не был тем пресловутым "нормальным ребенком". Чем дольше они с Кадзирой были напарниками, тем больше они раскрывали в друг друге раздражающих мелочей. И изначально шуточная фраза "Дуэт из нас будет не очень" становилась суровой реальностью. Но тем не менее они продолжали держаться друг за друга, как за спасательный круг. Сэридзаве пришлось мириться с живым примером ненависти к самому себе, ну а "приятным" бонусом к этому шла жуткая неуверенность в себе и своих силах, благо ее как ветром сдувало при отсутствии незнакомых людей или новой обстановки. А вот Ацуши пришлось терпеть не смешные шутки и тупой сарказм старика, к тому же еще и его привычку, каждую субботу выходить в бар. Это были, пожалуй, самые огромные камни в реке их взаимоотношений. Встречались и другие, помельче, но они довольно-таки быстро перешли в разряд обыденных вещей. И сегодня был один из самых наискучнейших дней во всем этом месяце, никакой беготни и опрашивания свидетелей, ни даже банального поиска нужного документа в рабочем кабинете старика - одним словом скука смертная. Казалось весь преступный мир Йокогамы вышел на свой заслуженный выходной, и даже старик был недоволен этим, хотя обычно нудил и бурчал из-за огромного количества глупых дел. В такие моменты Ацуши был от части солидарен с ним, так как совсем не ощущал того адреналина, какой был при шпионаже за Кукольником ( так его окрестили местные правоохранительные органы). В общем, маялись они оба бездельем и ожидали срочного вызова старшего инспектора на место преступления, но его как назло все не было и не было. — Скука смертная, пойти что ль прогуляться, — Ацуши зевнул и поудобней устроился на диване. Как ни странно, в последнее время каждый раз, когда он засыпал, он практически всегда просыпался согнутым в три погибели, свернувшись в некое подобие клубка. — Можешь оформить всю документацию за меня, ненавижу эти бумажки, — Кадзиро комфортно устроился на уже чистой кухне, попивая свой любимый холодный чай, — Эта отчетность у меня в глотке стоит. — Сам себе не поможешь, никто не поможет, — Ацуши наконец собрался с духом и поднялся с дивана, — С этими бумажками я уже отработал в школе по полной. — Вам учителям и не снилась бумажная волокита полицейских, — старик чуть не давится чаем, но продолжил ехидно смеяться, — Хотя учить мелких дегенератов... Даже не знаю, что хуже. — Ой-ой, кто бы говорил, — он практически вслепую нашел в шкафу свою кофту, — Я по крайней мере не потратил лучшие годы жизни на поимку преступников — Зато мне было весело, — пошарив у себя в карманах, Кадзиро нашел то, что давно хотел дать мелкому, небольшой кнопочный телефон уже давно устаревшей модели. Все-таки на улицах Йокогамы легко встретить мафию или чего похуже, да и иметь простейшее средство связи будет полезно для них обоих. — Я не сомневаюсь в этом, — только Ацуши завязал шнурки, как ему в голову прилетел телефон, и от болезненного столкновения с ним его спасли только рефлексы, — З-зачем мне это? — Ясен пень, что для связи, не тупи. Мало ли что произойдет, мне что-то не хочется тебя потом по всей Йокогаме искать. Теперь можешь идти дышать своим свежим воздухом. — Спасибо, ладно я пошел, если появится интересное дело - звони. — Хорошо, сопляк.

***

Улица встретила Ацуши теплым, весенним ветерком и чистым, полусапфировым, полубирюзовым небом. Такая погода была одной из его самых любимых. Да и к резким перепадам температуры он всегда был слишком восприимчив, порой это несказанно раздражало, особенно, когда приходилось с раскалывающейся головой идти на работу. В те времена многим пришлось выслушать его стенания, хотя были и те, кто прекрасно его понимал. Эти товарищи по несчастью всячески старались помочь ему: то кофе принесут, то таблеточку от головы подкинут — в общем, хорошие у него были коллеги. На душе сразу стало как-то отвратительно тоскливо, словно кусок чего-то важного просто взяли и с корнем выдрали, забыв при этом обработать рану. Хотелось конечно верить, что в этой жизни все пройдет куда лучше (он ведь, по сути, даже друга завести себе успел, хотя правильней будет сказать наставника). Вот только холодное чувство вины и чего-то еще смешивались с безудержной тоской по дому, создавая еще больший раздрай в душе. И даже обещание самому себе построить прекрасную жизнь и избавиться от вечного одиночества не спасало. В конце концов устало вздохнув, Ацуши в не самом лучшем расположение духа поплелся на поиски заброшенного дома, где он изначально хотел поселиться на небольшой отрезок времени. Хотя поисками это назвать было сложно, скорее небольшой прогулкой. Место, где проживал старик, было буквально в десяти минут ходьбы от его будущего убежища. Несмотря на то, что он волею судьбы нашел свой новый дом, Ацуши все равно хотел обустроить себе уютное местечко подальше от людских глаз. Ему уж точно не помешает свободное от людей пространство, да и под рукой будет место, где в случае чего можно будет спокойно переночевать. К тому же не хотелось надоедать старику своим постоянным присутствием, особенно в вечер субботы. Наконец-то перед ним предстало практически целое здание. При желании можно было принять его за жилое, и если б не его довольно большая отдаленность от центра Йокогамы, то от него б камня на камне не осталось (знает он уже пару таких мест, где все растащили). Тогда ему крупно повезло с тем, что большая любовь к кошкам привела к такому сокровищу. Ох, кстати о кошках, интересно, здесь как и в его прошлом мире до сих пор живет целая стая бездомных котов, или они все разбрелись по окрестностям? Пока он, с головой погрузившись в свои мысли, стоял столбом, его вдруг с ног сбил странный мужчина, из-за чего оба оказались на не самой мягкой земле. Правда Ацуши довольно быстро сориентировался и быстро вылез из-под не самого легкого тела. Поморщился от боли и без того не заживших коленях и помог встать незадачливому пешеходу. — Прости, я такой неуклюжий сегодня, надеюсь я не причинил тебе боль, — добрая и дружелюбная на первый взгляд улыбка на лице, вступающая в резкий контраст с маниакальной заинтересованностью в гранатовых глазах, вводила в ступор и буквально не давала отвести взгляда. А последняя фраза казалась совсем не такой безобидной, какой должна быть, словно этот человек наоборот хотел сделать как можно больнее. Но прошло буквально пару секунд и иллюзия исчезла, оставляя после себя лишь неприятный осадок. Перед ним стоял приятной наружности молодой мужчина, которого из-за длинных белоснежных волос запросто можно было спутать с девушкой, и честно сказать Ацуши даже не знал, почему невзлюбил его с первого взгляда. — Да, нет, все в порядке, — липкий, холодный страх снова овладел сознанием, — Простите, мне надо идти. Он на всей скорости рванул в заброшенное здание, наперед зная, что даже если этот человек вдруг решит преследовать его, то никогда не найдет, особенно в том месте, которое он знает, как свои пять пальцев. В душе надеясь, что это не выглядело слишком подозрительно, он аккуратно пролез в выбитое окно на первом этаже. В нос сразу ударил запах пыли, несмотря на то, что здание все время проветривается сквозняками из выбитых окон (исключая запертые комнаты). Заброшенность и отсутствие человеческой руки долгое время сделали свое дело. Ну ничего это все поправимо, тем более он не будет забирать себе в пользование все здание. Обустроит пару комнат, и ему с головой хватит этого. Хотя сейчас явно не то время, чтоб размышлять. Стоит спрятаться и как можно скорее. И пускай интуиции он не привык доверять, но с тех пор как он попал в этот чокнутый по всем параметрам мир, она его еще не подводила. В любом случае лучше перебдеть, чем недобдеть. Он поднимается по винтовой лестнице, когда видит знакомую беловолосую макушку, которая видимо зашла с незапертого черного входа. Перепрыгивая последнюю поржавевшую ступеньку, он старается не шуметь, но мужчина вероятней всего заметил его и теперь не спеша идет к лестнице (спасибо хорошему слуху за это). Ацуши аккуратно прошел до упора налево, стараясь сделать следы как можно заметней, а потом по ним же прошелся назад и прошмыгнул в дверь с номером "212". "И почему мне всегда приходится убегать от каких-то стремных мужиков," — подумал он, пробираясь через залежи хлама, усиленно пытаясь не смахнуть с него пыль:"Пыль хороший индикатор, по ней меня могут найти в два счета, а тот человек явно не дурак". Наконец он преодолел сложный путь и теперь стоял перед встроенным шкафом. Заметить его было крайне сложно, даже скорее невозможно, если не знать, что он тут находится. Эту особенность он заметил еще в прошлой жизни, когда внимательно осматривал найденную заброшенную гостиницу. Та представляла собой крупное трехэтажное здание. На первом этаже находилась столовая совмещенная с баром и стойка регистрации (они кстати были выдержаны в приятно темно-бордовом цвете, создавая атмосферу дома и уюта), ну и еще бильярдная, правда от нее практически ничего не осталось, кроме темного пустого помещения со сломанными светильниками. На втором и третьем располагались номера. Они практически ни чем друг от друга не отличались, кроме количества кроватей. Весь пол был выстлан темно-красным ковролином, именно поэтому оставить свои следы он не боялся, их просто не было видно на нем. У правой стенки от окна расположилась двухспальная кровать, а по левую сторону был обычный гардеробный шкаф, рядом с которым находился вход в душевую, и только после этой двери шел встроенный шкаф, который в буквальном смысле сливался с кремовыми стенами номера. Забраться туда для ребенка не составляло большого труда, а для такого щуплого как Ацуши, и тем более. Достав из синей кофты телефон, он хотел было написать старику о том, что за ним ходит какой-то маньяк, но банально не успел. Едва слышимый скрип двери разрушил привычную мертвую тишину. А клавиатура на телефоне имела удивительную способность противно гудеть при каждом нажатии. Оставалось только уповать на чудо и надеяться, что его не заметят. Все звуки шагов заглушал ковролин, и поэтому оставалось лишь догадываться о расположении "маньяка". Нервы были натянуты до предела, кажется, он даже перестал дышать на несколько секунд, когда что-то упало. Послышался усталый вздох и едва различимый шепот:"Все равно же найду тебя, радость моя, ты точно будешь самым ярким камнем в моей коллекции". "Кажется, я наткнулся на маньяка-педофила. Отлично, жизнь меня явно не обделила мужским вниманием," — еще чуть-чуть и у него начнется истерика:"Нет, давай, тряпка, соберись, сейчас он уйдет из этого номера, и ты его больше никогда не встретишь в своей жизни." И правда, спустя всего пару минут снова раздался скрип двери, что могло свидетельствовать только об одном... незваный гость наконец-то соизволил покинуть его убежище. Но вылазить из шкафа сейчас было слишком рискованно, оставалось написать старику и подождать час или два. Главное, что опасность миновала. Правда, Ацуши не знал, что еще успеет встретиться с этим человеком, и тогда расклад явно будет не в его пользу.