Глава 4
10 января 2019 г., 18:00
Чонгук:
что ты думаешь о гетероромантичных асексуалах в ЛГБТ-сообществе?
Чимин:
никогда не задумывался об этом
но если они асексуальны, это разве не значит, что они — часть ЛГБТ?
Чонгук:
а что насчет включения черного и коричневого цветов в радужный флаг в западных странах?
Чимин:
чего
такое было?
Чонгук:
аргх
идем дальше
что насчет бисексуалов в гетеро-отношениях?
Чимин:
стоп, это типа они были бисексуальны, а теперь считают себя гетеро?
Чонгук:
нет, я про то, когда они би, но встречаются с кем-то другого гендера
Чимин:
но ты же сказал, что они би
Чонгук:
господи спасибо
идем дальше
что насчет транс*людей, перешедших в один пол, но продолжающих носить одежду того пола, с которым они родились?
Чимин:
эм
ну круто?
Чонгук:
…
а что насчет ТЭРФ?
Чимин:
это те странные феминистки, о которых постоянно орет твиттер?
Чонгук:
пфф «феминистки»
но да
Чимин:
ничего особо про них не читал если чес, но они какие-то странные
Чонгук:
боже чимин-хен ты вообще член ЛГБТ-сообщества?
ты вообще ничего не знаешь
Чимин:
ты сейчас о моей сексуальности спросил, потому что я живу не так, как ты?
Чонгук:
ой
черт, ага подловил
прости хен
Чимин:
вот видишь, мы учимся на своих ошибках
так к чему эти вопросы?
Чонгук:
я тебя проверял
Чимин:
ой
и
Чонгук:
ну такое
Чимин:
я прям чувствую любовь
Чонгук:
тебе ж вообще пофиг на права квир-людей, если это непосредственно не касается тебя
Чимин:
неправда
мне не пофиг
я просто не читаю ничего особо по этой теме, потому что очень занят
Чонгук:
слишком занят, чтобы почитать о положении своих братьев и сестер???
люди умирают
Чимин:
знаю я
Чонгук:
просто говорю
Чимин:
да да я буду стараться
Чонгук:
конечно будешь ведь у тебя теперь есть я
Чимин:
зашибись
Чонгук:
и мы начнем с твоего мнения об асексуальности
Чимин:
чего?
у меня нормальное мнение?
Чонгук:
намджун-хен сказал что нет, так что с этого мы и начнем
Чимин:
это разве не я должен был тебя учить?
Чонгук:
:) :) :)
***
Чимин откладывает телефон, когда слышит стук в дверь: — Заходи. Тэхен медленно открывает дверь и выглядит неуверенно. Они не стучат. Им не бывает так неловко друг с другом. Между ними не бывает никаких сомнений. Чимин чувствует комок в горле. Тэхен наверняка зол на него, бесится, подозревает его в чем-то или просто разочарован. Может, уже догадался. Может, кто-то сказал ему что-то, ошибочно пытаясь заставить Чимина принять в себе что-то, чего даже нет, и теперь Тэхен будет ходить вокруг него на цыпочках до конца их дружбы, которая закончится недели через три, потому что он не захочет брать на себя такое бремя и жить с кем-то настолько поломанным, как Чимин. Ему нужно лечение, и как можно быстрее, чтобы Тэхен не узнал. Он не может остаться таким. — Есть минутка? Чимин пожимает плечами, хотя хочется кричать. Он собирается освободить немного места на кровати для Тэхена, хочет, чтобы все стало нормально. Хочет, чтобы их отношения вернулись в норму. Может, если они притворятся, что ничего не было, то все будет нормально. Кровать прогибается, когда Тэхен садится. В его движениях заметна осторожность, словно он не уверен, можно ли ему улечься как обычно, словно Чимин вздрогнет, если к нему прикоснуться. Какое-то время они сидят в тишине, пока Чимин не говорит, откашлявшись: — Что-то случилось? Тэхен фыркает и закрывает глаза. — Тебе правда нужно спрашивать? — О чем ты? — Чимин, я… — Тэхен прерывается, чтобы сделать глубокий вдох. — Одно только то, что ты спрашиваешь, что не так, потому что я решил провести время с тобой, должно напрягать, разве нет? — он комкает простыню в руках и продолжает: — Мы несколько дней не разговаривали нормально. Ты закрываешь дверь за собой, не хочешь никуда ходить со мной, и я… если я тебя чем-то обидел, просто скажи, пожалуйста. Я не знаю, что я сделал, но я попытаюсь это исправить. Чимин сглатывает. Он ужасный друг. Его собственные неважные проблемы ранят его лучшего друга, заставляют его думать, что он сделал что-то не так, когда на самом деле единственная проблема тут — сам Чимин и его дурацкие голова с телом. Кусая губы, Чимин протягивает руки, и Тэхен тут же подбирается к нему, а потом оказывается под ним, позволяя ему улечься на своей груди, и они крепко обнимаются. — Извини, — говорит Чимин дрожащим голосом. — Я не хотел… Я… Мне просто не очень хорошо сейчас. — Хочешь я побью Ильсока? — Не в нем дело, — Чимин замолкает и после долгого взгляда Тэхена добавляет: — Ну ладно, может, это и связано с ним, но все дело во мне. Он думает о том, чтобы рассказать все, объяснить и выпустить, наконец, все это из себя. Может, если он расскажет Тэхену, тот сможет помочь исправить это, и они останутся друзьями. Может, все будет не так плохо, как Чимин себе представляет. Может, это просто его больное воображение. — Ты думаешь, что недостаточно хорош для кого-то, потому что он отшил тебя? У меня такое тоже было, это полный отстой. — Нет, просто… я… — он не может. — Не могу сказать. Тэхен под ним вздрагивает и замирает. — Мы ведь все друг другу рассказываем. — Я и расскажу, только… только не сейчас. Тэхен выглядит так, словно ему больно, словно он хочет уйти, но Чимин пытается обнять его сильнее и своими действиями сказать, как много Тэхен для него значит. — Я скажу тебе сразу, как только смогу, обещаю. Тэхен мычит в ответ, но ничего не говорит. Несколько минут в полной тишине Чимин пытается не думать о том, что Тэхен ненавидит его, потому что он не может сказать правду, а потом Тэхен вздыхает. — Ты в порядке? Чимин не уверен. Ощущение, будто настал поворотный момент. Можно соврать, и тогда они рассорятся. Можно сказать правду, но тогда есть риск, что Тэхен станет подозрительным. — Нет, — отвечает он, выбирая нечто среднее. — Но скоро я приду в норму. Тэхен гладит его по голове, и Чимин еще сильнее прижимается к нему. Его очки неудобно съехали куда-то в сторону, но ему сейчас все равно. — Хорошо, — на секунду рука в его волосах замирает. — Но ты же скажешь мне, если станет слишком плохо? Никогда. Только не это, он точно не сможет. — Ммм. Чимин не знает, насколько очевидна эта ложь, но они сворачивают с этой темы и несколько минут просто лежат в тишине, а потом Чимин поднимает взгляд на Тэхена. — Думаешь, нормально будет надеть спортивки, когда я пойду к Юнги-хену? Брови Тэхена взлетают аж до линии волос. — Куда пойдешь? — К Юнги-хену, — повторяет Чимин. — К Юнги или… к Юнги?.. — брови возвращаются в привычное положение, но снова игриво приподнимаются. Чимин смеется. — Да ну тебя. Просто встретимся, пообщаемся. — Ммм… с каких это пор Юнги-хен зависает с нами по субботам? Разве он не занят очередным бурным сексом? С чего он вдруг решил выделить время для тебя? Это правда, что Юнги никогда не проводит с ними выходные, он всегда на свиданиях, всегда зависает где-то со своими партнерами. Но не сегодня. Сегодня он будет зависать с Чимином. — Да нет, все не так. Думаю, он просто хочет меня утешить, я ведь рассказал ему, что меня бросили недавно. Он даже свидание отменил ради меня. — Это так… так приятно говорить об этом. Просто сосредоточиться на чем-то другом. Может, немного позлорадствовать. Юнги отменил свидание ради него. Юнги хочет провести время с ним. Юнги не знает, что Чимин конкретно облажался, но все еще симпатизирует ему и хочет общаться. Тэхен пялится на него. — Он сделал что? Ты к нему подкатывал? Или он к тебе? Чимин бьет его в грудь и хихикает. — Да никто ни к кому не подкатывал, мы просто посмотрим кино и поедим. — Тэхен снова бросает на него долгий взгляд. — Это не свидание. Или свидание? Юнги говорил что-то об этом? Он думает, что это свидание? Он перебрал всех людей в клубе, и теперь очередь Чимина? Или Юнги знает о его чувствах и хочет избавить его от страданий? Чимин настолько погружается в раздумья, что не замечает, когда Тэхен начинает снова говорить. — …не свидание, все равно в спортивках нельзя. — Но не могу же я туда одеться как на свидание. Тэхен согласно мычит. — Ага, надо одеться привлекательно, сексуально. О боже, а что, если Юнги захочет переспать с ним, если это все же свидание? Чимин вдруг чувствует себя больным и не хочет никуда идти. — Ну, или нет, — говорит Тэхен и пожимает плечами. — Но что если он сам разоденется? Чимин моргает. Смотрит на Тэхена, который смотрит на него в ответ, и представляет Юнги — в его сандалиях, рубашках не в тему, с жирными волосами и общим образом — нарядившимся специально для встречи с Чимином. Тэхен вздыхает: — Ага, забей, надевай свои спортивки, ты и так, наверно, будешь слишком нарядным. Чимин хихикает и пытается выкинуть из головы все мысли о Юнги и сексе. Он собирается просто весело провести время, и ничего больше.***
На Юнги нет спортивок. На Юнги джинсы и рубашка, а волосы красиво уложены. Чимину хочется заплакать. Он осматривает Юнги с ног до головы и чувствует холод по всему телу. Он неправильно его понял. Юнги и правда думает, что это свидание. И что Чимин думает об этом? Счастлив? Если Юнги хочет встречаться с ним, значит, наверно, ответит взаимностью на его чувства. А может, он напуган? Как скрыть свою проблему от Юнги, если они будут встречаться? Но, может… может, Юнги — подходящий ему человек, тот, кто сможет его исправить? Может, так и есть, и Чимину теперь не о чем волноваться, раз вот оно, решение. Он не может дышать. — Господи, спасибо, — говорит Юнги и поворачивается, оставляя Чимина стоять в дверях. Чимин моргает, потерявший дар речи и сбитый с толку, а потом прикрывает за собой дверь. Сняв ботинки, он входит в гостиную — небольшую комнату с кухней и жилым пространством, едва ли достаточную для одного человека. Приставка Юнги включена и настроена на Нетфликс — хотя, может, это даже не его приставка, а Джина: Чимин вспоминает, как Джин говорил, что оставил свою плойку Юнги, когда переезжал к Намджуну — все равно у них уже есть одна — несмотря на то, что Юнги отстойно играет в видео-игры. На старом, затертом, видавшем лучшие времена диване лежат несколько одеял, а холодильник издает такие звуки, словно собирается взлететь и улететь куда-нибудь, где Юнги не будет на два года забывать чистить его. Чимин все еще пялится на темное пятно на диване, когда Юнги возвращается из своей комнаты. На нем теперь тоже спортивные штаны и рубашка, расходящаяся по швам. — Ходил кое-куда сегодня, не хотел переодеваться дважды, — объясняет он, скучающе пожимает плечами и робко смотрит на приподнятые брови Чимина. — А я уж подумал, что ты для меня разоделся, хен. Даже голову помыл. Юнги фыркает и легонько толкает его в плечо. Они садятся на диван, и Чимину нужно время, чтобы успокоиться. Все идет не так, как он себе представлял. Не нужно бояться. Юнги ленив, как обычно, и просто не хочет часто переодеваться. Так бывает на не-свиданиях. Все в порядке. В него летит телефон, и когда Чимин смотрит на экран, видит уже открытое приложение для доставки еды. Юнги падает на диван рядом с ним и ставит на стол рядом бутылки и стаканы. — Заказывай что хочешь. Чимин очень быстро выбирает что-то, не особо голодный после такого продолжительного волнения. — Ты решил, что мы будем смотреть? — спрашивает он, и Юнги пожимает плечами. — Может, «Мистера Саншайна»? Ну, или можно поболтать. Давно мы просто не болтали. Происходит что-то странное. Юнги не… он обычно не предлагает просто поболтать. Конечно, он не будет против, если это необходимо, и Джин всегда говорил, что глубоко внутри него, под колючей оболочкой, спрятан вихрь эмоций, но что-то определенно происходит. — Отлично, — говорит Чимин, потому что ему нравится говорить с Юнги, даже если это необычно для их обычного времяпрепровождения. — Ты начинаешь. Юнги улыбается и качает головой. — Я хотел поговорить с тобой кое о чем, но лучше отложить это на потом. Окей. Это странно, но окей. Чимин пожимает плечами и пододвигается к Юнги. — Так как вообще у тебя дела? — спрашивает Юнги и наклоняется, чтобы налить им обоим по стакану воды. Когда он заканчивает, откидывается на спинку дивана, положив на нее руку, и снова поворачивается к Чимину. Такое впечатление, что его темные глаза видят все, и Чимин до безумия пугается того, что может залипнуть на них. Когда Юнги сощуривается и приподнимает брови, Чимин откашливается. — Все в порядке. Ничего особенного. Эм, универ тоже… в порядке, но кроме универа ничего особенного. — Хм, похоже, неделька выдалась тяжелой. Чимин хочет сказать, что он не прав, хочет сказать что-нибудь про то, что с ним все в порядке, и вообще все круто, но он боится, что Юнги увидит его ложь. — Все меняется. Кажется, будто я теряю контроль, и это было бы не так страшно, если бы мне нравилось то, куда направляется моя жизнь. Так. Это хорошо. Ничего особенного. Наверно, каждый студент проходит через что-то такое. Ничего такого, что указало бы на его настоящую проблему. Телефон на столе начинает пиликать, но Чимин игнорирует его. Наверно, просто Тэхен пишет, хочет подразнить еще разок. — Изменения неизбежны, — говорит Юнги. — Ты можешь бороться с ними и проиграть, а можешь поймать волну и превратить ее в то, что хочешь. Чимин сглатывает. Чувствует комок в горле. — Не в этот раз. — Юнги поднимает брови, и Чимин качает головой, заставляя себя улыбнуться. — Я просто… Я чувствую себя так, будто потерял часть себя в отношениях с Ильсоком и не смогу ее вернуть назад. — Это настолько похоже на правду, насколько возможно, и Чимин чувствует себя странно, просто озвучивая это, потому что не хочет, чтобы Юнги что-то воспринял неправильно. Но как только слова вырываются из его уст, он чувствует себя свободным. — Не в плохом смысле, он не обращался со мной плохо, — не считая последнего разговора. — Но, хм, думаю, я слишком сосредоточился на наших отношениях и не уделял слишком много внимания самому себе. — Юнги хмыкает и жестом показывает ему продолжать. — И мне просто нужно было время, чтобы, ну, знаешь, позаботиться о себе самом и… — вылечиться, — привести себя в порядок. — Правильно, — соглашается Юнги, когда Чимин замолкает и улыбается ему. Он чувствует… чувствует себя свободным, говоря об этом. Он бы никогда не смог поговорить об этом с Тэхеном, потому что Тэхен попытался бы помочь и успокоить и, наверно, записался бы на какой-нибудь курс психологической помощи себе и близким вместе с Чимином. Но Юнги. Юнги просто слушает. Ворчит. Говорит умные вещи, которые, наверно, однажды услышал от Намджуна. Он просто здесь, рядом с ним, и это то, что нужно Чимину сейчас. Его телефон снова звонит, и в это же время звякает дверной звонок. Чимин тянется к телефону, а Юнги идет открывать дверь. Чонгук: какой-то ужасно симпатичный парень подошел ко мне, брякнул на мой стол тарелку со стейком и сказал «приятно пожракомиться» он прям так и сказал собираюсь позвать его на свидание Чимин: это был джин-хен парень намджуна-хена Чонгук: черт вот почему он сидел там, пока намджун-хен ходил за кофе Чимин: ага он тоже был на встрече Чонгук: серьезно? как я его не заметил Чимин: наверно ты был занят тем, что ссорился со всеми? Чонгук: это ужас просто я в универе уже две недели и еще не разу на свидание не сходил, что за фигня Чимин: не пробовал приложения для знакомств? думаю, они довольно популярны в универе правда, для асекуалов нет специальных Чонгук: да и так норм Чимин закусывает губу. Чонгуку, может, и норм, а вот каково будет человеку, с которым он пойдет на свидание? Расскажет ли ему Чонгук о себе сразу? Или будет обманывать и влюбит в себя, прежде чем раскрыть правду? Он не должен предполагать худшее, но, учитывая то, что он уже узнал о Чонгуке и его мнении о различных вещах, Чимин скорее предполагает второй вариант, и это неправильно. Неправильно во многих смыслах. — Ты в порядке, Чимин-а? — спрашивает Юнги, когда возвращается, и Чимин поднимает взгляд от телефона. Юнги выглядит обеспокоенным, и Чимин думает, что, наверно, на его лице было слишком много эмоций, когда он глядел в телефон. — Конечно. Это просто новичок из организаторской команды, которого я обучал. — О-о? — тянет Юнги, подавая ему палочки для еды, и начинает открывать контейнеры с едой на столе. — Ага. Его зовут Чонгук, и он продолжает писать мне. Он только что встретился с Джином-хеном, и он… чертовски раздражающий придурок. Юнги, кажется, обдумывает это. — Это парень из инстаграма Джина? — Чимин непонимающе на него смотрит, и он поясняет: — Он запостил фотку с каким-то парнем, которого я раньше не видел. — А, ну, да, наверно, это он. Юнги улыбается и вылавливает палочками лапшу. — Он очень даже ничего. — Чего? — смеется Чимин. — Да не, он ж мелкий. Очень агрессивный мелкий, который очень хочет поцапаться с каждым, включая меня! Юнги фыркает и пожимает плечами. — Ну, знаешь, кому-то и такие нравятся. Чимин пинает Юнги, который продолжает тихо посмеиваться, а после он спрашивает: — Что, хочешь замутить с ним? Это будет непросто. — Э-э, не, он просто раздражает. Ну, то есть, он нормальный, но у него на все свое мнение. Я бы предпочел кого-то, кто будет ценить меня таким, какой я есть, а не будет пытаться меня изменить, — не то чтобы он вообще мог с кем-то встречаться, учитывая все, что теперь с ним происходит. Чимин начинает волноваться, что разрушил настроение и слишком серьезно ответил, и смотрит на Юнги, который отставляет в сторону свою еду. — Вообще-то я хотел с тобой поговорить об этом. — Об отношениях? — Юнги кивает. О нет. Он, наверно, хочет свести Чимина с кем-то из знакомых, чтобы тот быстрее забыл Ильсока. Это очень в стиле Юнги — может, немного с подачи Джина, который никогда не знает, когда стоит остановиться и прекратить вмешиваться. — Я тут говорил с Хоби, так что знаю, что разрыв с Ильсоком был для тебя довольно болезненным, — они сидят довольно близко, так что Юнги наклоняется и похлопывает Чимина по колену, а тот ненавидит себя за то, что не может рассказать, почему именно это было настолько болезненно. — Ну, и я на тебя, конечно, не давлю, но… э-э-э… — Юнги замолкает и снова смотрит робко, будто думает, что Чимину не понравится то, что он скажет. — Я не то чтобы сейчас хочу новых отношений, — быстро говорит Чимин, — я просто… думаю, сейчас мне нужно сфокусироваться на себе самом вне всяких отношений. — О, — просто отвечает Юнги и убирает руку с колена. — О, это, эм… понятно. Это хорошо. Чимин пытается улыбнуться Юнги. Он надеется, что его улыбка выглядит не так фальшиво, как есть на самом деле. — Я рад, что ты заботишься обо мне, но сейчас неподходящее время. Может, когда я разберусь с собой, тот, с кем ты хочешь меня познакомить, все еще будет свободен. — Ага, — отвечает Юнги, и Чимин чувствует, что он прилагает все усилия, чтобы оставаться спокойным, хоть и непонятно почему. — Погоди, чего? — Что? — поднимает брови Чимин. — Ты о чем? — Все это… Ну, знаешь… — он действительно сбит с толку. — То есть я не хочу, чтобы твои друзья ждали меня, но все равно спасибо, что думаешь обо мне, и, может, когда-нибудь я буду не против познакомиться с кем-то, кто есть у тебя на примете. — О, эм. Да. Конечно. Я как раз об этом. Я хотел тебя познакомить с… с кем-нибудь, когда ты будешь готов. Что-то точно не так. — Хен, ты в порядке? — В порядке, я просто… — Юнги оглядывает стол. Чимин никогда не видел его таким. Он кажется испуганным и растерянным, и что-то еще есть в его глазах, чего Чимин не может понять. Он никогда не видел Юнги таким и понятия не имеет, что делать. — Я забыл ложки. Сейчас вернусь. — Чимин смотрит, как Юнги встает, чуть не роняя еду на штаны. Он понимает, что что-то пошло не так в их разговоре. Может, они говорили о разных вещах, но он вообще не знает, о чем тогда говорил Юнги. Когда Юнги возвращается, то не смотрит на Чимина. Он включает «Мистера Саншайна», и они смотрят его, и все вроде в порядке. Но Юнги непривычно молчалив, и больше они не говорят об отношениях до конца вечера.
