Nunc et usque in aeternum

Просыпаться с Персивалем Криденсу понравилось. Уют, защищенность, тепло человека, лежащего рядом, его размеренное дыхание — Криденс был в восторге от всего этого. Открыв глаза, парень приподнялся на локте, рассматривая непривычно спокойного, умиротворенного соулмейта. Он не слышал как тот вернулся, но помнил, что его обняли и гладили. Правда Криденс был уверен что это сон, но Персиваль был рядом. И был реален. Криденс легко потянулся невесомо целуя его губы и охнул от того что Персиваль сжал его крепче. — Ты спишь? — Почти, — не открывая глаз проговорил Перси. Криденс улыбнулся и звонко чмокнул мужчину в родинку на щеке. Тот улыбнулся, медленно поглаживая парня по спине, и поцеловал его в уголок губ. Криденс чуть сместился, почти укладываясь на Персиваля и настойчивей целуя его в губы. — Встаём? Или ещё спим? Криденс задумчиво смотрел как Персиваль открывает глаза, красивые и сонные. — Ты почти не спал, да? Поздно вернулся? Все хорошо? Персиваль негромко рассмеялся на этот ворох вопросов и обеспокоенный вид мальчишки. О уже не мог припомнить, когда в последний раз кто-то волновался, что он не выспится и во сколько вернулся домой. Забота соулмейта грела и, чего скрывать, радовала. Перси взлохматил и так лежащие в беспорядке чернявые кудри. — Я был бы не против вздремнуть еще, но если у тебя есть какие-нибудь планы... — Нету, — Криденс снова втерся в объятие и удобно замер, — давай спать. Персиваль ласково обнял его удобнее перехватывая рукой и действительно задремал. А проснулся уже один, на кухне что-то тихо клацало и вкусно тянуло кофе. Натянув на себя пижамные штаны, Перси пошел на звук и обнаружил на кухне уплетающего пирожные Криденса и довольного домовика, сооружающего что—то более существенное. Заметив нанимателя, эльф пропищал приветствие, левитируя Грейвсу чашку с кофе. — Привет, — он поцеловал, закашлявшегося мальчишку в лоб, а потом и в губы, — почему ты меня не разбудил? — Ты так хорошо спал, — искренне ответил Криденс, разглядывая его с таким восхищением и любовью, что Персивалю стало немного не по себе. Он отвел взгляд и сел рядом, почти касаясь плеча соулмейта. Криденс было потянулся за новым пирожным, собираясь скормить его сонному Грейвсу, но тут домовик поставил перед хозяевами по тарелке омлета с мясом и овощами, ненавязчиво отодвигая этажерку со сладким. Перси только усмехнулся, наблюдая за происходящим. — Это немного напрягает, — заметил Криденс, про исчезнувшего домовика. — Это часть их натуры, они не могут по другому. Мы не обязаны следовать их желаниям и беспокойстве о правильном питании, — закатил глаза Персиваль. — Можем погулять после завтрака по городу, купить книг. Не все книги магии интересны но некоторые очень. Как тебе такие планы? — Было бы здорово! — воодушевленно проговорил Криденс, почти забыв о еде. — Мы пойдем в магические кварталы? Тина и Куинни мне рассказывали... — И туда тоже, — заверил парня Грейвс. — По Нью—Йорку довольно много магических лавок и вне скрытых улиц, думаю, туда нам стоит сходить в первую очередь. — Я люблю книги, — признался Криденс, — но нам давали читать только Библию, а она скучное чтиво. — Можешь брать любые книги, Криденс, — Персиваль попытался представить как тоскливо было мальчишке в этой секте психов. — Но вот сказок или рассказов у меня нет. Их и поищем, да?... К тому же, тебе понадобятся учебники. — Все что скажешь, — улыбнулся Криденс, — все-таки большинство твоих книг тяжеловаты для меня, хоть и очень интересны. Но я чувствую себя... не особенно умным. Там описание различных видов заклинаний и большинство, как я понял, на латыни? — Да, — Персиваль восхитился, — я вот только уже в магической школе сообразил что все заклинания это латынь...Как—то не задумывался, знаешь? — А сколько тебе было, когда ты пошел в школу? — улыбнулся Криденс, представляя маленького Персиваля в строгом костюме. — Одиннадцать, как и всему моему курсу, — усмехнулся тот, но тут же нахмурился, — к тебе в этом возрасте должны были придти из школы или министерства. Социальный отдел уже занят расследованием, почему этого не произошло. — Ты вчера хотел мне что-то рассказать, — напомнил парень, уводя разговор в сторону. Думать об утерянной возможности попасть в мир волшебства ребенком не сильно, но портила настроение. — Да, я помню, — кивнул Грейвс. — Для начала, в твоих документах стоит моя фамилия, так что не удивляйся. Ритуал ввода в род будет лучше провести после того, как ты хоть немного подружишься со своей магией, на бумаге ты уже считаешься членом моей семьи... — Звучит так, будто ты женился на мне и теперь планируешь официальное мероприятие по этому поводу, — неловко пошутил Криденс, до конца не зная, как реагировать. — Ты против? Если хочешь, мы действительно можем заключить брак, — пожал плечами Персиваль. — Мы соулмейты, ты по нашим законам совершеннолетний, проблем возникнуть не должно. — Это немного странно, — повел головой Криденс, — не то чтобы я не хотел... но давай пока все останется как есть? — Как пожелаешь, — заверил его Персиваль. — И я хотел узнать, хоть это наверное и прозвучит глупо, но... Ты встречался с кем-то? Я имею ввиду не планировалось ли что-то серьезное, до того пока я не появился и все не изменилось? — Ты явно мне льстишь, Персиваль, — мальчишка горько улыбнулся, — Кому захочется связываться с психом, недоразвитым Салемцем? Да и в приюте если у старших девчонок и были какие-то мысли на мой счет, мать их пресекала. До появления метки мне казалось, что ко мне нельзя относиться так, как это делаешь ты. — Тогда хорошо, — заключил Грейвс, чувствуя странное удовлетворение, что Криденс совсем-совсем его. И никто и никогда не попытается претендовать на него. — Я тебя люблю, — мило улыбаясь, продолжил Криденс, — и честно говоря, это очень странное чувство. — Во истину так, — понимающе кивнул Персиваль, — и, Криденс, я тоже люблю тебя и рад, что все сложилось подобным образом. Завтрак они закончили в тишине, иногда переглядываясь и улыбаясь. В голове каждого из них было слишком много мыслей, которым следовало уделить хоть толику внимания. Когда же пришла пора собираться на прогулку, перед Криденсом встал вопрос, во что ему стоит одеться. Большая часть одежды, купленной Грейвсом, все еще лежала в пакетах на столе в гостинной. — Персиваль, ты поможешь? — Конечно, — кивнул Перси, ему хотелось увидеть соулмейта в вещах, которые он педантично подбирал для него. Криденс довольно улыбнулся, распечатывая первый пухлый пакет. Обычно Криденс был равнодушен к одежде, в приюте все общее, а внешняя составляющая роли не играет от слова совсем. Лишь бы целое и чистое, по возможности. Но это был подарок. Подарок от человека, восхитительного во всем, включая манеры и внешний вид. Криденсу до ужаса хотелось соответствовать своему соулмейту, но он искренне считал, что пока его вряд ли можно представить кому—то и не краснеть. Тем не менее, он может измениться, стать лучше, хотя бы начать с внешности. Люди гораздо легче прощают глупость, нежели отсутствие привлекательности. — Выбирай, что тебе больше нравится, — предложил Персиваль, левитируя ещё одну чашку кофе и с удовольствием наблюдая как Криденс выбирает одежду. Тот с наслаждением погладил мягкую и приятную ткань и, игриво посмотрев на Персиваля, принялся медленно раздеваться. Не то чтобы на нем с утра было много одежды, но даже это заставило сердце биться быстрее, пульс стучать и Персиваль глубоко вздохнул, боясь что может напугать Криденса своими вполне естественными желаниями. И вот только сейчас он заметил шрамы, тонкую сеть на спине, учитывая гладкую и светлую, почти белую кожу, казалось, что спина Криденса сшита из лоскутов. Внутри него поднялась ярость, хотелось трансгрессировать в тот несчастный приют и убить жестокую суку, чванливо называющую себя матерью живущих там детей. Криденс обеспокоенно обернулся и машинально ссутулился, улавливая состояние соулмейта. Заметив это, Персиваль громко выдохнул и подошел к мальчишке, обнимая его и осторожно поглаживая его по спине. — Не волнуйся, я не на тебя злюсь, — заверил Перси, нежно целуя парня в плечо. Криденс заметно расслабился, обнимая в ответ и пряча лицо на чужой шее. — Иногда мне хотелось, чтобы она умерла, — негромко признался Криденс, догадываясь о причине смены настроения у мужчины. — Я бы мог сделать это для тебя, — немного задумавшись ответил Грейвс, не выпуская мальчишку из объятий. — Будет несложно спихнуть все на пособников Гриндевальда или на банальное нападение немагов. — Не стоит, не хочу, чтоб у тебя были лишние проблемы, — серьезно проговорил парень, — к тому же, он уже немолода, мало ли, что может случиться... Персиваль понимающе кивнул и поцеловал соулмейта в щеку. Он чувствовал, как из мальчишки уходит напряженность и не совсем понятное чувство грусти, сменяясь спокойствием и, немного, смущением. — Наша связь становится сильнее, — довольно заметил он, — вполне возможно, что уже через пару лет мы сможем общаться телепатически. — Надеюсь, это произойдет до того, как я отправлюсь в школу, — взволнованно пробормотал Криденс, — не хочу потерять возможность общаться с тобой каждый день. — К тому времени я успею тебе надоесть. — Сильно в этом сомневаюсь, — рассмеялся парень, целуя Персиваля. — Ты не можешь надоесть, ты идеальный. Мне все кажется, будто я сплю и все это такой детальный сон. Ну, знаешь такие, когда вроде бы все правильно, но постоянно боишься проснуться. Персиваль прижал его ещё теснее, понимая что любые слова будут бесполезны. — ...и снова окажусь там. В беспросветном кошмаре. — Даже если со мной что—то произойдет, ты никогда не вернешься к своей прошлой жизни, — твердо заверил парнишку Грейвс, нежно поглаживая его подбородок. — Ты взрослый, Криденс, умный, красивый, сильный молодой маг, помни об этом. — Ты слишком хорошего обо мне мнения, Персиваль, — вздохнул Криденс и отстранился, после того, как Перси поцеловал его в лоб и растрепал волосы. — Просто ты не можешь оценить себя со стороны, — усмехнулся Грейвс, — к тому же, ты тоже меня переоцениваешь. Я достаточно далек от идеала, мой мальчик. — Вы и есть мой идеал, господин главный аврор, — рассмеялся Криденс, лукаво глядя на соулмейта. Персиваль лишь фыркнул в ответ, возвращаясь к своему кофе. — Идеал. Я боюсь, что через пару лет запечатление соулмейтов перестанет так сильно влиять на восприятие и ты возможно решишь что достоин лучшего. И уйдешь от меня. — Нет! — яро запротестовал Криденс. — Сейчас же все хорошо? — Персиваль поцеловал задумавшегося парня в лоб и Криденс улыбнулся, раздумывая. Значит что запечатление может ослабеть? Тогда он должен сделать так чтобы этого никогда не произошло. У Персиваля большая библиотека,там наверняка есть полезная информация. В окно постучала сова, привлекая внимание аврора. Персиваль еще раз поцеловал мальчишку в висок и пошел разбираться со своей почтой. Криденс же вернулся к своим пакетам, с интерсом разглядывая содержимое последнего. Ремешки со свисающими зажимами интриговали, он видел что-то подобное в вещах матери и сестры, но для чего они ему было непонятно. Решив больше не тянуть время, Криденс разглядывал костюмы, напоминающие те, что висели в шкафу Грейвса. Вздохнув, он потянулся к привычному черному цвету, выцепив из шести белых рубашек разных оттенков наиболее плотную. Вернувшись, Персиваль застал уже одетого Криденса. Его мальчик был прекрасен, как—то по особому привлекателен в строгой официальной одежде. Криденс казался картинкой, искусно сделанной куклой, какие когда—то собирала ныне покойная мать Персиваля. Парень нервно улыбнулся, разрушая морок. — Ты странно на меня смотришь, тебе не нравится? — Слишком официально для простой прогулки по магазинам, но тебе идет этот крой, — задумчиво протянул Перси. Криденс немного поник, и Грейвс отвесил себе мысленную затрещину. — Мне очень нравится, — проговорил он, — даже слишком. Настолько, что уже хочу все это с тебя снять и не выпускать из спальни ближайший час. Поэтому я пойду приводить себя в порядок, пока этого не произошло. Криденс неуверенно улыбнулся. Привычка прятать шрамы и никому не открывать спину сказывалась. Теперь правда он знал, что Персиваль понимает и искренне сочувствует. Это внушало спокойствие и почти умиротворение. Теперь у него есть все о чем он когда либо мечтал — родственная душа, возможность образования, отсутствие боли. Значит, нужно сделать так чтобы ничего не изменилось. — А я могу посмотреть на то как ты будешь одеваться? — Быть может в следующий раз, — усмехнулся Грейвс. — Прекрати искушать меня, Криденс! — Хорошо, — мягко согласился Криденс. Он продолжил перебирать книги, ожидая пока Персиваль оденется. И думал о поиске заклятий. Должны же быть какие—то любовные зелья и все такое? Это же мир магии. Даже в мире обычных людей слышали о приворотах. В крайнем случае, он всегда может спросить. Но... он засомневался. Спрашивать у Персиваля о любовных зельях как—то неправильно. Разве что в общем ключе? Есть такое? Или это сказки. Вот про метлы он уже спрашивал. И это оказалось правдой. — Идём? Персиваль коснулся его руки и Криденс благодарно переплел их пальцы, почему—то он сам всё ещё не решался на такие открытые демонстрации чувств. Должно быть сказывалось влияние старшей Бербоун. Криденсу каждый день вдалбливали о неприличии демонстраций личных отношений на людях. Соулмейты одного пола априори должны были сгорать синим пламенем, по мнению Мери—Лу. Криденс сильнее сжал чужие пальцы, отгоняя опостылевший образ матери. Парень был благодарен Персивалю за то, что тот просто погладил его запястье большим пальцем, успокаивая и не спрашивая, что вызвало всплеск негативных эмоций. Слишком сильно и ярко. Ему всё ещё казалось что он не заслуживает внимания Персиваля. Да и как можно проверить в то что они соулмейты? Разные. Абсолютно. Ни каких общих точек соприкосновения. Им даже разговаривать трудно. По крайней мере сейчас. И Криденсу все труднее придумать очередную нейтральную тему. Грейвс повел его по знакомым улицам города, открывая Криденсу их небольшие секреты типа магазина магической одежды, антикварной лавки, в которой приторговывали артефактами, бара, в котором далеко не все посетители являлись людьми. Криденс заново знакомился с Нью-Йорком, вытесняя свою прежнюю жизнь.