Сказки для монарха

      Апата всё время послушно следовала за Хартом по тёмным коридорам замка. Даже при свете факелов, которые были прикреплены к стенам, находиться и бродить здесь, в любом случае, жутковато. Крестьянка, окружённая огромными стенами, чувствовала себя крошечной букашкой. Разных размеров картины, что изображали всевозможные сцены баталий, и серебряные статуи рыцарей, застывших с мечом в разнообразных боевых позах, гармонировали с мрачной атмосферой внутреннего убранства крепости. Огромные окна, которые начинались от грубого каменного пола и доставали почти до потолка, украшали тяжёлые и плотные бордового цвета шторы с затейливым позолоченным орнаментом…       Харт и Апата так и не проронили и слова. Когда их путь до королевских покоев был завершён, рыцарь лишь тогда нарушил тишину, прошептав что-то на ухо деве. Она в знак согласия несколько раз кивнула головой, не спуская глаз со стражи, которые стояли по стойке смирно и стерегли вход в опочивальню короля.       Выровнявшись, Грюнвальд подошёл поближе к грозной страже с копьями, что ранее были скрещены, но тут же приняли вертикальное положение, пропуская главнокомандующего к королю.       — Не спускать глаз с крестьянки, пока Его Величество не пригласит её к себе, — отчеканил рыцарь своим подчинённым, после чего толкнул рукой дверь и переступил порог…

◈◈◈

      Долго ждать Апате не пришлось. Спустя несколько минут, увесистая дверь распахнулась, а стражники вновь поставили копья вертикально перед ней. Переметнув взгляд сначала на одного, потом на другого рыцаря, Апата спокойно зашла внутрь.       Обстановка в покоях монарха была куда более приятной. Те же каменные стены уже не смотрелись такими зловещими и не давили на сознание из-за наличия разных предметов мебели, особенно огромной кровати с балдахином из бархата. Трескающий звук поленьев в большом камине по-своему успокаивал, а его тепло будто растекалось по всему телу.       Возле камина виднелась высокая мужская фигура, по которой можно было с уверенностью сказать, что её обладатель был довольно высок и крепко сложен. Корона на рыжеволосой голове немного покосилась, но сам Молох не торопился её поправлять. Как только правитель повернулся боком к Апате, она заметила в его руке бокал, а на правой стороне лица странную маску, которая закрывала половину лба, правый глаз и полщеки. Если приглядеться к золотому украшению, то можно было увидеть языки пламени, что отражались на её зеркальной поверхности. Значит, слухи оказались правдивы: Его Величество повредил лицо на войне, когда вражеский рыцарь взял Молоха за волосы и что есть мочи прижал его к горящим углям…       — Харт, прими мою благодарность, — прозвучал томный властный голос, — вино просто превосходное, а эта простолюдинка достаточно мила для того, чтоб сегодня скрасить мою ночь, — Молох тяжёлым шагом направился к двоице, — а теперь можешь оставить нас.       — Как прикажете, мой король, — отвесил почтительный поклон своему правителю главнокомандующий и сразу же развернулся в сторону двери, не вынуждая монарха ждать.       Напоследок, Апата и Харт молча обменялись взглядами, а потом за спиной девы послышался резкий хлопающий звук. Теперь она с королём осталась наедине…       Сделав глубокий вздох, крестьянка прислушалась к треску поленьев, не зная, что далее ожидать от Молоха. Пока ей оставалось сбросить обувь, чтобы можно было переступить на пушистый ковёр, не запачкав его.       — Слишком необычное у тебя имя для заурядной простолюдинки, — хмыкнул он, вновь наполнив свой бокал, — Апата, значит?       — Да, — склонив голову, произнесла девица, — такое имя дал мне отец.       — А знаешь ли ты, Апата, … — начал украдкой монарх, приковав к ней взгляд, — … для чего ты здесь?       — Могу себе представить.       Комната за считанные секунды наполнилась заливистым мужским смехом. Эта крестьянка определённо забавляла его.       — Ты совсем не похожа на прочих замарах из своего сословия, — сделав очередной глоток, отметил Молох, и подобрался ещё ближе к ней, — может, ты и выглядишь, как они, но твоя манера речи… — выждал паузу, — иная. Да, ваш городишко славится красивыми девицами, и до тебя ко мне приводили очень даже хорошеньких невест.       — А Вы похожи на обычного короля, — ответила Апата первое, что пришло на ум.       — В самом деле? — хохотнул правитель, — приму это за комплимент, простолюдинка.       Осушив бокал, Его Величество быстро избавил своё тело от тяжести халата, края которого до этого волочились по полу. А теперь одеяние покоилось на спинке стула. Взгляд Апаты остановился на жилистых израненных руках. Так же не обошлось без шрамов и на рельефном мужском торсе.       — А Вы много сражались, — констатировала с уверенностью крестьянка, заметив, что Молох подступил к ней слишком близко.       — Поверь мне, — важно объявил он, — я могу похвастать победами не только на поле боя.       Дева вздрогнула от прикосновения шершавых грубых ладоней на нежных щеках. Монарх не мог более просто смотреть на эти розовые пухлые губы, ему хотелось попробовать их на вкус. Левая рука соскользнула с аккуратного лица, прошлась по плечу и после оказалась на талии. Резко притянув столь желанное девичье тело вплотную к себе, король жадно поймал манящие губы Апаты и настойчиво проник языком в рот. Это был требовательный, настойчивый поцелуй, не принимающий отказа.       Позволив себя поцеловать, крестьянка неуверенно коснулась могучих плеч, слегка сжав их. Между тем, Молох, опробовав мягкость и упругость ягодиц, плавно перешёл с губ на чувственную шею, то нежно покусывая, то целуя. От прикосновения бороды к чувствительной коже, у неё пробежал по спине холодок, а дыхание затаилось от ощущения подобных контрастов.       Неожиданно в голове крестьянки мелькнуло то, что теперь она не стояла на полу, а её несли на руках до кровати. Король решил более не медлить: бросив на кровать деву, он хотел снова сорвать с нежных губ поцелуй, а после избавить её от одежды и, наконец, овладеть. Но тонкие руки протестующе упёрлись в могучую грудь.       — У меня есть к Вам одно предложение, — промолвила Апата, глядя на сбитого с толку Молоха.       — Вот оно как?! — изумлённо протянул монарх, явно недоумевая от того, как легко удалось незнакомке остановить его. — Я заинтригован. И какое?       — Прежде чем Вы лишите меня невинности, мне бы хотелось для начала рассказать вам три сказки. А после можете делать со мной, что Вам заблагорассудится. Я сделаю всё.       Прищурившись, он внимательно посмотрел прямо в глаза простолюдинки, пытаясь найти подвох.       — А что мне мешает просто силой взять тебя и трахнуть так, как мне хочется? — поинтересовался король, забравшись рукой под юбку свадебного платья.       — К сожалению, я не в силах Вам помешать, — накрыла крестьянка своей ладонью его руку, что уже бесцеремонно поглаживала её бедро, — но тогда будет не так интересно…       Заливисто рассмеявшись, правитель убрал руку от оголённого бедра, а Апата быстро поправила задранную юбку.       — В таком случае, мне понадобиться немного больше вина. Однако не надейся, простолюдинка, что я опьянею от одной несчастной бутылки! — всё ещё подавляя в себе приступы смеха, заявил он.       — Я надеюсь только на одну вещь, Ваше Величество, — отвела свой взгляд в сторону дева, — что мои сказки Вы надолго запомните…