Не в себе

Наряду с находящимся в её теле Адрианом, Маринетт бесило внезапно нахлынувшее на неё чувство безысходности, абсолютного непонимания и непринятия этой фантастически глупой ситуации. Она понимала, что нужно сосредоточиться и не давать этим нелепым, на данный момент, мыслям полностью завладеть ею. «Успокойся-успокойся-успокойся!» — твердила она сама себе, пытаясь отрешиться от того, что она сейчас не в силах была исправить, и пустить свои мысли в нужное русло. Адриан удивлённо взирал на Мари в своём теле — она, полуприкрыв глаза, пару-тройку раз сжала и разжала кулаки. Затем сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, тут же, как ни в чём не бывало обращаясь к нему: — Ну что, ты готов? — Я думаю… да, — неуверенно произнёс Адриан. — Хотя заранее предчувствую, что это будет очень сложно. — Не настраивай себя так. Твоя задача идти по намеченному плану — старайся побольше молчать, но при этом вести себя естественно, не напрягаться… — говоря это, Маринетт конечно же понимала, что в данной ситуации Адриану и правда туго придётся. — Я попытаюсь, правда, — пообещал Адриан, легонько касаясь её руки. Мари вздрогнула от прикосновения прохладных пальцев, к её, ставшей такой непривычно большой, ладони. — Тогда пошли. Не думаю, что Лука уже на месте, но чем раньше мы придём, тем больше будет времени на то, чтобы собраться и успокоиться, — в противовес своим словам, Дюпэн-Чэн вдруг ощутила, как учащается её пульс, стоило ей только представить, что может произойти, если Адриан не справится. Но ничего не оставалось делать и они молча направились к ближайшей остановке метро, чтобы добраться до кинотеатра. Времени до свидания было ещё предостаточно, поэтому молодые люди не торопились. Думая каждый о своём, они вошли в вагон, машинально садясь на сидения рядом друг с другом. — Мы должны выйти через две остановки, — сообщила Маринетт Адриану, как бы между прочим, и снова глубоко ушла в себя. — Да, главное не пропустить нужную станцию, — поддакнул Адриан. Он хотел было ещё что-то добавить, но передумал, понимая, что пустая болтовня не поможет настроиться на боевой лад. Они опять замолчали и ехали, не обращая внимания ни на шум в вагоне, ни на случайных попутчиков, некоторые из которых, кажется, начали подозревать, что парень в белой футболке подозрительно похож на сына одного из самых выдающихся модельеров современности. — Адриан Агрест? Это правда вы? — громкий девичий голос, прозвучавший над ухом, заставил Маринетт встрепенуться и в недоумении уставиться на хорошенькую рыженькую девушку лет двадцати, с восхищением взирающую на… неё. До Дюпэн-Чэн не сразу дошло, что обращаются вообще-то к ней — она ведь как-никак теперь «Адриан». — Девушка, вы обознались, — тут же нашлась Мари, в тот же миг пытаясь увильнуть. — А я уверена, что это именно вы! — поклонница вынула из сумочки какой-то модный журнал, сразу открывая его на нужной страничке. Адриан в её теле усиленно закивал, подавая Маринетт знак, чтобы она не отпиралась и она решила сделать так, как он хочет. — Ладно, это действительно я, — сдалась она, наблюдая, как глаза рыжеволосой девушки загорелись радостью. — А куда вы едете? Это ваша девушка? Автограф дадите? — тут же затараторила неугомонная поклонница. Мари перевела дух, собираясь ответить на этот град вопросов, внезапно свалившихся на её голову и не нахамить: — Во-первых, извините, но место, куда я еду, я предпочитаю оставить в тайне; во-вторых, это ЧУЖАЯ девушка и в-третьих, у меня с собой нет ручки, поэтому автограф я, при всём своём желании, дать не смогу. Вопрос про «девушку» в очередной раз напряг Маринетт. Они что, все сговорились, что ли? Если так будет продолжаться дальше — к концу дня она точно кого-нибудь поколотит за подобные вопросы. В этот раз зафейспалмил уже Адриан — Мари отвечала поклоннице слишком резко, совсем не в его манере. — Ой, а у меня, кажется, была с собой ручка, — девушка, естественно, не заметила ничего странного в поведении своего кумира — потому что вживую видела его первый раз в жизни. И тут Маринетт струхнула — она хоть и находилась в теле Адриана, но у неё был совсем другой почерк… — Адриан, нам пора! Мари вздрогнула и с благодарностью уставилась на товарища по несчастью, ведь благодаря ему они убили двух зайцев — не проехали свою остановку и избавились от настойчивой поклонницы. — Простите, но нам и правда пора, — Маринетт посмотрела на разочарованную рыжеволосую девушку и, по инерции, решила смягчить ситуацию — мало ли, а вдруг фанатка расстроится настолько, что прилетит акума? Только этого ей ещё не хватало. — Как вас зовут? Мы ведь так и не познакомились! — Меня зовут Жанна, — просияла девушка. — Очень приятно! В следующую нашу встречу я обещаю вам, что вы получите свой автограф. — А можно к вам в друзья добавиться… на фейслуке*? — Конечно, я буду только рад, — улыбнулась Маринетт и пожала протянутую девушкой руку. — Адриан, дверь уже открывается, пошли! — Нам пора, до свидания! — Мари с облегчением вздохнула, оказавшись на перроне. Адриан хотел было сказать, что Маринетт могла бы быть повежливее с самого начала, но передумал, не желая накалять, и без того напряжённую предстоящими событиями, обстановку. Он ещё успеет проинструктировать её по поводу того, как лучше вести себя с поклонниками. А пока это подождёт… — Идём? — спросил Адриан. — Фух, да… Времени ещё предостаточно, мы успеваем, — ответила Маринетт, и они зашагали в сторону выхода из метро.

***

Лука, всё-таки был обеспокоен тем разговором, который случился у них с Маринетт сегодня по телефону. И даже то, что она, по её словам, волнуется перед встречей выглядело неубедительно — ведь первое их свидание прошло на ура и особой нервозности от Мари тогда не исходило. Так что вдруг случилось сейчас? Куффен прибыл к кинотеатру за полчаса до назначенной встречи. Он не сразу заметил Маринетт — скорее всего потому, что она была не одна… Любимая девушка шла к нему вместе со своим бывшим одноклассником. — Привет, Маринетт… Привет, Адриан… — удивлённо поздоровался Лука, ожидая, что ему сейчас объяснят присутствие Агреста. — Привет, — в один голос поздоровались Адриан и Мари. Повисла недолгая пауза и Маринетт пристально взглянула на Адриана, взглядом побуждая сказать её парню то, о чём они условились заранее. — Понимаешь, я встретила Адриана, когда шла на встречу с тобой. Он был чрезвычайно подавлен и я не смогла оставить его одного. Я надеюсь, ты не возражаешь? — тут же, как по написанному, выдал Адриан. Лука перевёл взгляд на «Адриана» и не мог не согласиться с доводами своей девушки — парень и правда выглядел подавленным и грустным. Он и представить себе не мог, что Мари внутренне рыдает от отчаяния и бессилия, еле сдерживаясь, чтобы не показать этого внешне. — Конечно не возражаю, — мягко ответил Куффен и тут же обратился к «Адриану»: — У тебя всё в порядке? — Д-да, — выдавила из себя Мари, проглатывая комок, застрявший в горле. — Это личное… — Понятно. Ну я надеюсь, что с нами ты сможешь развеяться и успокоиться, — Лука ободряюще похлопал парня по плечу. — С-спасибо… — поблагодарила Мари, буквально на физическом уровне ощущая, что вот-вот задохнётся в клетке, названной телом Адриана. — Ну что, пошли за билетами? — с этими словами «Маринетт» кивнула на здание кинотеатра. — Да, пойдём. Нужно ещё успеть затариться попкорном и колой, — рассудил Лука и вся троица двинулась к билетной кассе. Пропустив «Адриана» вперёд, Лука нежно взял за руку девушку, заставив её вздрогнуть и буквально подпрыгнуть на месте. Куффен понял — предчувствие его не обмануло и что-то действительно случилось, вот только что? Неужели Адриан всему виной? Он пристально взглянул на «Маринетт», которая старательно прятала от него взгляд. — Я не поздоровался с тобой, как полагается, — прошептал Лука, притягивая свою девушку к себе и пытаясь легонько коснуться губами её губ. Адриана внутри Маринетт буквально сковало от отвращения, он никак не мог допустить, чтобы его облобызал парень. — Прости… Я, кажется, простудилась, — пробормотал он, отгораживаясь от Луки ладонью, и для убедительности, добавил: — Не хочу, чтобы ты заразился… — Мне жаль, но… — Слушайте, а сколько будет длиться сеанс? — «Адриан» намеренно перебил Луку, понимая, что нужно срочно спасать положение. — Ну, я думаю, часа полтора точно, — ответил Куффен. — Давайте для начала купим билеты. Сказать, что всем троим было трудно — ничего не сказать. И нет, чтобы разойтись по домам и не продолжать неудавшееся свидание, что было бы лучше всего — они упрямо, взяв билеты, купив попкорн и колу, направились в кинозал. И каждый из них считал, что тяжелее всех — именно ему. Адриан откровенно мучился в теле Маринетт, одолеваемый разноречивыми чувствами, которые варьировались от злости на самого себя до лёгких (а иногда и не очень) уколов ревности. Маринетт, снедаемая отчаянием, волнением, желанием поскорее оказаться в себе и на этот раз окончательно выбросить Адриана из своей жизни и даже никогда о нём не думать, подспудно начинала винить в обмене телами себя — быть может, всё это случилось именно потому, что она не сумела до конца отпустить и разлюбить Агреста? Эти мысли были ужасными и постыдными — ведь она уже встречается с Лукой. Мари понадеялась, что именно это ей нужно было осознать и даже глаза прикрыла, думая, что может вот сейчас произойдёт чудо и она снова окажется в себе. Но ничего так и не случилось… Лука со всей ясностью понимал — скорее всего Адриан не случайно появился сегодня рядом с Маринетт. Неужели, он наконец осознал насколько она ему нужна и решил отбить её у него? А может он, узнав, что Мари начала встречаться с парнем, почувствовал ревность и теперь не знает, что ему с этим делать? Но в любом случае, Лука был склонен думать, что именно из-за Маринетт Адриан сейчас такой грустный. Куффен не то чтобы не доверял любимой девушке, просто он не был уверен, смогла ли она отпустить его до конца. И, к сожалению, её поведение в этой ситуации говорило о том, что она всё-таки ещё не забыла об Агресте — даже поцеловать себя не дала. Но в конце концов Лука здраво рассудил, что не нужно себя заранее накручивать — лучше успокоиться и принять ситуацию, а затем спокойно во всём разобраться. Лука хотел усадить «Маринетт» рядом, а самому сесть посередине, как бы отгораживая её от Агреста и попытавшись сохранить хотя бы подобие интимной обстановки. Но в итоге девушка решила по-другому — сославшись на то, что впереди торчит голова мужчины высокого роста и ей будет не видно, «она» сама села посередине, а по обе стороны от «неё» расположились парни. От проницательного взгляда Куффена не могло скрыться частое переглядывание Мари и Адриана, а стоило только Луке придвинуться к девушке немного ближе — она тут же шарахалась от него. Всё это очень удручало. От природы не ревнивый и очень терпеливый человек, в этот момент чувствовал себя прескверно. Ядовитый росток ревности зарождался где-то в глубине души, но парень дал себе слово, что ни в коем случае не сорвётся и не будет делать поспешных выводов. Сам фильм, как назло, отображал метания главной героини между двумя поклонниками. Это была, вроде как, романтическая комедия, но Лука сейчас почему-то упорно не видел ни в самом фильме, ни в жизни никакой «комедии». Мари с Адрианом практически не вникали в смысл мелькающих на экране кадров. Изначальная атмосфера неловкости никуда не исчезла, а лишь усугубилась. Да и Лука уже, честно сказать, жалел, что не предложил друзьям заменить сеанс простой прогулкой на свежем воздухе. Тогда можно было бы хоть что-то мало-мальски выяснить — в кинотеатре же особо не поговоришь. Маринетт поздно поняла, что она от волнения пила чересчур много колы и теперь ей снова грозил поход в туалет — в теле Адриана, естественно. И отлучиться ей нужно будет прямо сейчас, на середине фильма, оставляя Адриана наедине с Лукой. Она встала и, ободряюще кивнув товарищу по несчастью, направилась к выходу из зала. Стоило только «Адриану» скрыться из виду, как Лука тут же обернулся к «Маринетт», придвигаясь ближе и отмечая «её» испуганный взгляд. — Маринетт, ты можешь объяснить мне, что стряслось? Извини, но я очень хочу понять — отчего ты стала шарахаться от меня, как от прокажённого! Может быть, дело во мне? Я сделал что-то не так? — Всё в порядке, просто я правда… приболела… — Адриан даже осип от испуга, так что вышло почти правдоподобно. — А почему ты не сказала мне этого по телефону? — задал Лука резонный вопрос. — Ну, понимаешь… Я думал-а, что приму таблетку и всё пройдёт… но… — доводы звучали неубедительно и Адриан сам это прекрасно понимал. — Ты же знаешь, что я не боюсь заразиться — будем болеть вместе, — прошептал Куффен, так и не дождавшись внятного ответа. Он придвинулся ещё ближе к девушке и приобнял её, чувствуя, как её тело в его руках будто бы одеревенело. Лука, глядя в её испуганные глаза, всё-таки потянулся к губам девушки, надеясь, что нежный успокаивающий поцелуй поможет разбить эту стену недопонимания, которая внезапно выросла на его пути. Адриан чувствовал, как волна отвращения поднимается из самых глубин его существа. Ну нет, целоваться с парнем он не станет! Даже находясь в теле девушки. Краем сознания он успел подумать — возражал бы он так сильно против поцелуя, если бы Маринетт в его теле поцеловала его? Но тут же отогнал неуместную в этот патовый момент мысль. — Лука, стой… мне нужно отлучиться… Я сейчас приду, извини… — сбивчиво пробормотал Адриан, быстро высвобождаясь из объятий, он вскочил, почти бегом направляясь к выходу из кинозала. Теперь Лука чувствовал себя ещё хуже… И был почти уверен, что виной такого поведения любимой — Адриан. Но она, к сожалению, не хотела говорить правду и это ужасно удручало.

***

Оказавшись за дверью, Агрест с облегчением перевёл дух. Если бы сегодня, когда так поспешно звонил Луке, он хотя бы отдалённо представлял масштаб притязаний Куффена — избегал бы этого свидания, как чумы. Здесь, в коридоре, и застала его Маринетт, возвращающаяся из уборной. — Уф, я по началу спутала двери, представляешь? И ввалилась в твоём обличье в дамскую комнату, — хохотнула она, но осеклась, увидев своё побледневшее лицо. — Что-то случилось? — Он лез ко мне целоваться, — драматическим шёпотом сообщил Адриан. — А ты что? — Я сказал, что мне срочно нужно выйти и сбежал, — вздохнул Агрест, — слушай, быть может закончим это всё? Сил моих нет! Я скажу, что чувствую себя плохо, а? — нехорошая мысль о том, что Лука слишком хочет Маринетт, раз постоянно лезет и лезет с этими дурацкими поцелуями, больно царапнула его по душе. — В щёчку хотя бы ты мог дать себя поцеловать?! Не представляю, что сейчас думает мой парень. Ох, чувствую, тяжело мне будет потом объясняться с Лукой, — в свою очередь тяжко вздохнула Маринетт. — Вот как до него донести такое «своё» поведение? Я ума не приложу… Хотя тут хотя бы в себя вернуться… Быть может стоит разойтись по домам и просто лечь спать? А наутро всё образуется, вернувшись на круги своя! — вслух рассуждала Дюпэн-Чэн. — Если бы! Маринетт, я хочу тебе сказать… Вот ты мне сегодня говорила, что ничего не планируешь с Лукой, ну пока не планируешь. Если ты понимаешь о чём я… Так вот, что-то он уж больно любвеобилен. Такое впечатление, что готов был сегодня «тебя» просто сожрать, цепляясь со всеми этими поцелуями! Поэтому я на твоём месте не был бы так уверен, насчёт этих своих планов — ты надеешься на одно, а он, возможно, думает о другом, — Адриан, не сдержавшись, таки высказал своё возмущение. — Знаешь, ты мог бы и потерпеть немного! Думаю, что поцелуй в щёку тебя бы не убил! Была бы у тебя девушка, я уж как-нибудь постаралась бы! — Маринетт чувствовала, что начинает помаленьку закипать. — Не убил бы?! Ну знаешь… — слова Маринетт отчего-то рождали в нём противодействие. Это было необъяснимо, но Адриан отчётливо осознал, что помогать отношениям этих двоих он совсем не желает. Да, это было эгоистично и вообще не по-товарищески, но ничего поделать с собой он не мог. — Ты мне личную жизнь губишь! Ты понимаешь это?! — перебивая его, повысила голос Мари. Адриан не мог признаться ей в том, что категорически не хочет спасать её личную жизнь с Лукой. Ему должно было быть всё равно, но почему-то не было. Он и сам себе не мог объяснить — почему? — Не по своей воле я оказался в твоём теле, — вдруг выдал Адриан. — Но ты винишь меня во всех смертных грехах. Легко тебе говорить: «вот если у тебя была бы девушка»… А на деле ты не знаешь, как бы поступила, если бы попала в ситуацию, подобную моей! — упоминание «отсутствующей» девушки оптимизма не прибавляло. — А ты думаешь я мечтала оказаться в тебе? Ты обещал мне постараться, но на деле даже и не пытаешься! — обжигающая злость вдруг полыхнула с новой силой. Подумав, что с удовольствием залепила бы ему звонкую пощёчину, она лишь сжала кулаки и до боли в челюстях сцепила зубы. — Что здесь происходит? — Лука устал смотреть в одиночестве комедию почти своей жизни и решил найти, видимо утопившегося от расстройства в унитазе, Агреста и свою, сегодня вечно испуганную, девушку. И никак не ожидал обнаружить этих двоих ругающимися буквально у двери в кинозал. Маринетт тут же бросилась придумывать оправдания: — Да вот, Маринетт говорит, что она хочет уйти отсюда. Я всё-таки помешал… и пытаюсь её убедить, что не стоит так поступать. Может быть, лучше уйти мне? — Нет! — поспешно рявкнул Адриан, в который раз попадая впросак. Если бы взглядом можно было убивать, то наверное, Маринетт сделала бы это прямо сейчас. Жестом показывая, чтобы он сейчас же замолчал, она продолжила: — Мне очень жаль, что так получилось… — Не переживай. Я тоже думаю, что неплохо было бы уйти отсюда — фильм оказался откровенно скучным, да и Маринетт, судя по всему, чувствует себя не лучшим образом, — спокойно проговорил Лука, мысленно переваривая данную ситуацию и пока ничегошеньки не понимая. — Я действительно плохо себя чувствую. — подтвердила «Маринетт». — Наверное мне стоит вернуться домой, выпить лекарство и лечь в постель… — Твоё здоровье для меня важнее всего. Я провожу тебя домой… — рассудил Куффен и тут же обратился к «Адриану»: — А ты, Адриан, не волнуйся. Ты не виноват, — хотя, честно говоря, Лука был совсем в этом не уверен. — Просто так сложились обстоятельства. — Спасибо… — кратко ответил «Адриан». — Да не за что. Ну что, пойдём? — с этими словами Лука легонько приобнял снова будто бы вмиг одеревеневшее тело девушки. — Да, идём, — тихо сказала «Маринетт», в этот раз не пытаясь отстраниться и вырваться из его ненавязчивых объятий. Адриан, повинуясь угрожающему взгляду Дюпэн-Чэн, решил выдержать это испытание. Хорошо, что до Луки, кажется, дошло, что напором ничего не добьёшься.

***

Практически не разговаривая, пара недовлюблённых дошла до метро и так же молча добралась до нужной остановки. Лука почти всё время слегка обнимал «Маринетт» и Адриану, играя роль девушки пришлось смириться. Агрест успешно отвлекал себя тем, что строил планы на завтра — ему нужно было обязательно попасть к себе домой и попытаться найти Плагга или хотя бы его следы — быть может он спрятался, оставив своему хранителю какую-нибудь, только для него понятную, подсказку? А может, с Плаггом что-то произошло — и возможно это послужило толчком для того, что Адриан оказался в теле Маринетт и наоборот? Была у него одна, так и не подтверждённая ничем догадка насчёт того, почему это оказалась именно в Мари, но он сам сознательно отвергал эту версию, хотя внутреннее чутьё говорило ему о том… — Маринетт, как ты себя чувствуешь? — тихий голос Луки ворвался в его сумбурные мысли, и Адриан вздрогнул. — Если честно — не очень хорошо… А где М… Адриан? — чуть было не оговорился Агрест, с опозданием замечая, что они уже почти дошли до пекарни. — Уже ушёл… Ты что, даже не заметила этого? Он же попрощался, — Лука был даже удивлён. — Может, тебя довести до комнаты? — Куффен выглядел действительно обеспокоенным. — Не стоит. Я дойду… — Хорошо. Тогда я позвоню. Очень надеюсь, что следующее свидание доставит тебе больше удовольствия, чем сегодняшнее… Адриан не знал, что ему сказать, он просто желал побыстрее отделаться от Луки, а при упоминании о «следующем свидании» на душе стало неспокойно и неприятно. — Я пойду… — До встречи, Маринетт! — Лука нежно поцеловал «её» в щёку, досадуя на явный холодок в отношениях. — Пока! — просто ответил Адриан, отвернувшись от Куффена и скривившись от этого едва ощутимого прикосновения губ к своей щеке. Тихо открыв дверь в пекарню, Агрест понял, что там никого нет. Это радовало. Сейчас у него не было ни сил, ни желания отвечать на вопросы и вообще разговаривать с кем-либо — мозг и так кипел от переизбытка эмоций, информации и событий этого совершенно безумного дня. Стараясь ступать так, чтобы не шуметь, Адриан стал подниматься по лестнице и был уже где-то на середине неё, когда телефон в кармане джинсов вдруг зазвонил. Взглянув на экран, он обречённо вздохнул, увидев там имя Луки. — Ну что тебе ещё нужно, — раздосадованно пробормотал Адриан, нажимая на кнопку принятия вызова. — Ты в порядке? — в трубке послышался голос Куффена. — Да, Лука. Ты что-то хотел? — Извини, я просто подумал, что по телефону тебе будет удобнее рассказать мне, что у тебя сегодня всё-таки произошло, — услышав эти слова, Адриан закатил глаза и толкнул крышку люка в комнату Маринетт. — Я. Плохо. Себя. Чувствую, — с расстановкой произнёс Агрест. — Заболела! Понимаешь? — Понимаю, — тихо ответил Лука. — Я просто очень переживаю за тебя… — Всего несколько дней и я буду в норме, — Адриан мечтал отвязаться от непомерно заботливого парня Маринетт. — Ловлю тебя на слове, — ласково проговорил Куффен и Агреста передёрнуло от этого слащавого тона. — Я обязательно поправлюсь. Прямо сейчас выпью таблетку и лягу, — Адриан недвусмысленно намекнул, что разговор пора заканчивать. — Хорошо. Позвони мне утром, пожалуйста. Договорились? — Да. — Спокойной ночи, приятных снов! — Спокойной ночи, — ответил Адриан и сразу же положил трубку. Он вошёл в комнату и щёлкнул выключателем, сразу начиная искать зарядку для телефона, когда его окликнул тоненький голосок: — Адриан? Агрест молниеносно обернулся, обезумевшими глазами глядя прямо перед собой — на зависшую в нескольких сантиметрах от его лица… квами ЛедиБаг. Шестое чувство его не обмануло. Из горла вырвался короткий смешок. Потом ещё и ещё, постепенно перерастая в настоящую истерику.

***

Маринетт беспрепятственно добралась до особняка, по пути обдумывая свои дальнейшие действия. Ей было жизненно необходимо понять, что же на самом деле случилось и куда подевалась Тикки. Не исключено, что она просто спряталась, но если так, значит она каким-то образом раньше неё узнала об обмене. Но если она знала, почему тогда она не придёт к ней сейчас? Или всё-таки её камень чудес пришёл в негодность? Ещё одной неразрешимой на данный момент загадкой было то, куда же пропал мастер Фу… Уже оказавшись в комнате Адриана, Маринетт, включая свет, вдруг подумала о том, что сегодня они столкнулись прямо у дверей мастера и что надо бы… Но додумать она не успела — прямо к ней летел маленький чёрный комок, в котором она мгновенно узнала Плагга. — Плагг? — поражённо уставилась Мари на квами, и тут же спросила, хотя уже практически знала ответ на свой вопрос: — Ты почему здесь? А где Тикки и?.. — Почему я здесь? — сощурился котёнок. — У тебя разве нет никаких версий? Маринетт внутренне вздрогнула, сжимая пальцы правой руки в кулак и глядя прямо на серебристую печатку на безымянном пальце. — Неужели?.. — Именно! Я всегда считал тебя очень сообразительной, Маринетт, — противненько захихикал Плагг. Осознание накрыло по полной, но она всё же успела зажать себе ладонью рот, давясь громким воплем и чувствуя, как вместе с паникой её окатило волной гнева.