На расстоянии двух шагов

***

Юля

Солнечная Калифорния встретила нас безоблачным небом, ласковым ветром, и бесконечно голубой океанской линией, вдоль пляжей с бархатным белым песком. Я никогда не была в городе Ангелов, поэтому, по пути из аэропорта до отеля, увлеченно слушала Сережин краткий экскурс и, как ребенок, восторгалась пейзажами из окна такси.

      Наш отель распологался на побережье, и представлял собой не многоэтажное здание, а группу комфортабельных бунгало с большим двором, усаженным благоухающими цветами и огромным бассейном, в форме фасолины, по средине.

Закончив оформление документов на ресепшене, Серёжа открыл дверь нашего симпатичного домика на эти семь дней.

      

— Так, ну давай по правилам, женушка моя — он легко подхватил меня на руки и понес на второй этаж

      

— Надо же, и не на плече, как обычно — засмеялась я, обхватывая его за шею

      

— Ах ты, маленькая ведьма!!! — с улыбкой выдохнул любимый, опуская меня на огромную кровать в спальне

      

— Даже тааак!!! Всё, Сергей Вячеславович, вы, отлучены от тела вашей жены на всю неделю

      

— Нет, вы в своём уме, Юлия Сергеевна? На всю неделю! Ты же знаешь, любимая, я возьму своё, тогда, когда захочу — нависая надо мной, он дерзко сверкнул глазами

      

— Я есть хочу, Серёнь — смущенно улыбаясь проговорила я, когда мой живот громко заурчал

      

— Ладно, давай по очереди в ванну, и поедем в город обедать. Или может... вместе душ примем... — приподнявшись на руках, Серёжка призывно облизнул губы

      

— Знали бы твои поклонницы, какой ты... озабоченный маньяк — выскользнув из-под его сильного тела, я скрылась в ванной.

      Освежившись под душем, замоталась в большое, мягкое полотенце и стала разбирать свою дорожную косметичку в поисках щетки для волос. На дне лежали три разноцветные коробочки с тестами на беременность, которые я захватила из дома. Оставив их лежать там до завтрашнего утра, я распустила волосы и пошла в спальню.

Серёня вытянувшись на кровати, и заложив одну руку за голову, разговаривал с кем-то по мобильнику.

      

— Окей, прилетишь, тогда созвонимся. Договоримся о встрече. Ну не по телефону, Дим. Мне, знаешь, кажется, что до встречи с Алисой ты был девственником. Что за щенячий восторг? Ладно, МОЯ уже пришла. Хорошо. Пока! — сбросив вызов, он пробежался по мне заинтересованным взглядом

— Откуда такое выражение лица, Юлён? Кстати, тебе Димка, большой привет передавал!

      

— Уже не могу слышать имя этой... «замечательной» девицы — прошипела я, бросив на мужа угрюмый взгляд — Я так понимаю, он собирается прилетать. От всей души надеюсь, что он будет один, без этой белобрысой пиявки!

      

— Юлька, ты у меня такая злючка. Мне это очень нравится. Прямо заводит, когда ты злишься! — его пальцы двинулись вверх по моей спине, застегивая молнию на шелковом сарафане.

Я повернулась и приподнявшись на цыпочки, чмокнула Серёжку в подбородок, покрытый темной трехдневной щетиной. Опустив голову на его сильное плечо, недовольно пробурчала

      

— Что скрывать, я злюсь и ревную! Ты не представляешь, как это не приятно, когда к твоему любимому клеится какая-то...

      

— Да ладно! — перебил он, хохотнув мне в волосы — Твой этот Лёша, бесит меня не меньше. Поклонничек...чтоб его! Теперь засмеялась я, глядя в это красивое и в миг, посуровевшее лицо.

***

      Взяв спортивный кабриолет на прокат, в компании при отеле, мы отправились в город. Пообедали в уютном ресторанчике в Беверли Хилз. Потом пешком прогулялись по Родео Драйв - самой роскошной улице, которая у меня ассоциируется со знаменитым романтическим фильмом с Джулией Робертс в главной роли. Глаза буквально разбегались от пестрящих на магазинах, вывесок известных брендов и снующих туда-сюда туристов. А потом, взявшись за руки, прошлись по «Аллее славы», с любопытством разглядывая дорожку из звездных имен. Встретили даже именную звезду Микки Мауса.

Серёня вспомнил одно необычное место, где продают вкуснейшее и абсолютно разнообразное мороженное, с такими экзотическими наполнителями, сочетание которых, даже представить себе трудно. Я соблазнилась на его предложение, и мы решили прогуляться туда.

      Склонившись над стеклянной витриной-холодильником, мы, словно два взрослых ребенка, жадно и восторженно, разглядывали аппетитную и разноцветную сливочную массу. Здесь было и традиционное мороженное с кусочками фруктов и ягод, шоколадной крошкой или мягкой карамелью. А если, вы захотите попробовать что-то необычное, то вкус кофейного мороженного с солью или, например, с броколли — запомнится на всю жизнь.

      

— Юлён, ты какое хочешь? Может с холопеньо? — с улыбкой чеширского кота, обратился ко мне Серёня, открывая бумажник

      

— Любимый, мороженное с перцем кушай сам! Да, я в курсе, что такое - «холопеньо». Предпочитаю, арбузное — ответила ему такой же хитрой улыбочкой

      

— Ммм, я так не играю — обиженно надул свои пухлые губки, но тут же весело, обратился к продавцу на превосходном английском — Please, give me watermelon ice cream.

      

— Серёнечка, еще раз попытаешься таким образом подшутить, получишь слабительное в свой утренний кофе — беззлобно процедила я, когда мы возвращались обратно к машине

      

— Боже! Я действительно, женился на ведьме! Все вы такие, девушки. До свадьбы - белые и пушистые, а как штамп в паспорте появится, всё! Вылезла мигера! — он с невинным видом, возвел глаза к небу

      

— Ах ты! — не выдержав, рассмеялась я, и шлепнула его по упругой, аппетитной попке, обтянутой черными плащевыми шортами.

      

— И кто-то сказал, что маньяк озабоченный - я — ухмыльнувшись в ответ, игриво ущипнул меня за это же место, и галантно подав руку, помог сеть в машину.

      Дальше, наш маршрут лежал по Бульвару Сансет или бульвару Заходящего солнца, олицетворяющего собой главный символ кинематографического Голливуда. На самом деле, бульвар является длинный, извилистый дорогой, которая начинается в центре и бежит на запад, более чем на тридцать километров к синей воде Тихого океана.

      

На Лос Анджелес неспешно спускался вечер. Сережа мягко и уверенно вел машину, одной рукой держа руль, а в другой крепко сжимал мою ладонь, при этом успевая переключать скорости, на коробке передач. А я зажмурившись, наслаждалась закатным солнцем, согревающим лицо, и теплым озорным ветром, растрепавшим мои волосы. В этот момент мне казалось, что всё происходит не со мной и уж точно не в реальности. Я мысленно благодарила судьбу, ведь рядом, самый любимый и самый надёжный мужчина в мире, а под сердцем - его ребенок.

      

— Идём, устроим романтический ужин на берегу Тихого Океана — остановив машину у небольшого, уединенного пляжа, муж повлёк меня за собой.

Сняв обувь, мы пошли по мягкому, нагретому солнцем, песку, оставляя за собой парную цепочку следов. Я расстелила один из клетчатых пледов, которые мы купили вместе с продуктами, по дороге, в крупном супермаркете. Серёжка разложил наш нехитрый ужин — фрукты, парочку тако, куриные крылышки-гриль, и бутылочку калифорнийского красного вина.

      

— Серёнь, а нас не оштрафуют за распитие? — хихикнув, спросила я, вертя в руках картонный стаканчик

      

— Не переживай, маленькая, нас из-за пирса не видно, тем более бутылка в бумажном пакете. Всё в соответствии с законами Америки. И в конце-концов, мы здесь совсем одни — закутывая меня в плед поменьше, он нежно погладил мои плечи.

      Пригубив лишь пару глоточков, я налегала на фрукты, и с улыбкой смотрела, как мой мужчина хрустит крылышками, и с аппетитом уплетает уже второе тако.

      

— Юлён, мы с тобой сегодня, не можем осилить даже бутылку винишка. Ты, почти не пьёшь, я тоже больше не хочу. Иди лучше ко мне на ручки!

      

— Уже заждалась, вашего предложения, Сергей Вячеславович! — довольная как сытая кошка, я устроилась в его крепких объятиях

      

— Ммм, мне кажется, ты сейчас замурчишь — скользнув губами в ямочку на зытылке, шепнул Сережка

      

— Просто, мне так хорошо... — облокотившись на его широкую грудь, я смотрела на сказочно-нереальную, большую и яркую луну, парящую совсем низко, над темно-синей гладью океана. Между нами повисло молчание, и я ненадолго утратила чувство реальности. Сильные руки любимого мужчины, защищали меня от прохладного ночного ветра, заботливо поправляя соскальзывающий плед, а ровный, стук его сердца, успокаивал и вселял уверенность. Подняв глаза, к усыпанному мерцающими звездами небу я отчаянно гнала свои страхи.

      

— Лазарева, что ты замолчала? Что-то не так?

      

— Наоборот, всё идеально. Я очень счастлива сейчас. Просто, в последнее время, меня терзает навязчивый страх, что кто-то попытается отнять тебя у меня, разрушить нашу любовь, или снова захочет причинить тебе вред

      

— Ну что ты, глупенькая, выброси эти мысли из своей хорошенькой головки. Никто меня не отнимет, ничего со мной не случится, обещаю. Тебе еще надоест, терпеть мой скверный характер — по телу побежали мурашки, когда он, осторожно убрав мои волосы на бок, прикусил нежную кожу на шее.       Развернувшись, я села верхом и накрыла его губы своими, обводя язычком их контур и слегка покусывая. Сережка глухо рыкнув, углубил поцелуй, и задрав до талии подол сарафана, сжал мои бедра. Мы целовались и ласкали друг друга до умопомрачения под удивительным Калифорнийским небом, на другом краю земли.

      

— В отель...здесь уже прохладно для таких занятий... — прерывисто зашептал он, поднимаясь сам, и поднимая на ноги меня.

      

Через двадцать минут мы ввалились в наш уютный домик, на ходу, срывая друг с друга одежду. Не успела я опомниться, как оказалась лежащей на мягкой кровати в одних лишь кружевных трусиках, а любимый накрыв меня своим спортивным телом, продолжал терзать мои губы жадными, требовательными поцелуями.

Окно в спальне было открыто настежь и ночной бриз с океана, раздувал легкие полупрозрачные шторы. Но я совсем не чувствовала прохлады, только бушующее в наших телах, пламя нетерпеливого, жгучего желания.

      

— Милый, ты такой горячий — задыхаясь, прошептала я, лаская кончиками пальцев его обнаженную спину, лопатки, предплечья.

Отчетливо ощущая, как под гладкой, загорелой кожей, напрягалются и перекатываются стальные мышцы.

      

— Еще бы, милая, я сгораю заживо. Так сильно хочу тебя — раздался тихий, охрипший от желания голос, над самым ушком, от чего по телу снова побежали тысячи мурашек

Схвативштсь за резинку его боксеров, и потянув её вниз, я сжала горячий, уже готовый на всё член, нежно поглаживая бархатную кожу головки, большим пальцем. Серёжа закусил губу и прикрыв глаза, глухо застонал. Теплая ладонь, мягко но настойчиво сжала мою руку.

      

— Подожди, малыш. Скажи, ты мне веришь? Веришь, что я никогда не причиню тебе боль? Никогда не сделаю того, чего ты сама не попросишь? — он смотрел на меня почерневшими как грозовая ночь, глазами, и я в тысячный раз, тонула в них без оглядки

— Верю, милый — выдохнула почти беззвучно

— Тогда закрой глазки, и не открывай, пока я не разрешу...

      Я послушно закрыла глаза. Почувствовала, как Лазарев поднялся с постели, и вышел из спальни, тихо прикрыв за собой дверь. Но долго в одиночестве мне скучать не пришлось, мой ненаглядный вернулся минут через пять.

      

— Умничка моя, а теперь подними над головой ручки и доверься мне.

      Без колебаний выполнив эту просьбу, я замерла в предвкушении. Его губы снова накрыли мои, заставляя забыться во власти гипнотических поцелуев. В следующий момент, я ощутила как на моих запястьях защелкнулась холодная сталь. Распахнув глаза, непонимающе уставилась в его красивое лицо, на котором читалась вся буря эмоций(сейчас балом правила, конечно же, откровенная похоть). Мои руки были пристёгнуты наручниками к кованному изголовью кровати, а абсолютно голый, во всём своём мужском великолепии, Лейзербой Всея Руси, ослепительно улыбась, сидел между моих разведенных ног. Рядом красовалась металлическая чаша, до верху наполненная кубиками льда, из замороженного шампанского.

      

— Эээмм, милый, не думала, что ты любишь наручники... — ощущая легкую нервозность, промямлила я

      

— Тшшш! Тише-тише, принцесса, я же сказал, что не сделаю тебе больно. Не собираюсь я, тебя беспомощную, грубо насиловать. Все будет супер, вот увидишь. Кстати, шампанское твоё любимое - «Moёt» — ласково воркуя, он стянул с меня, уже прилично повлажневшие, трусики.

      Обхватив мои колени, развел ноги пошире, устраиваясь поудобнее. Зажав в зубах кубик льда, этот волшебник, начал сладко-мучительное путешествие по моему телу. Когда лед соприкоснулся с разгоряченной кожей, из горла вырвался первый стон. Любимый лишь на пару секунд задержался во впадинке под горлом, а потом опустился ниже, обводя полукружия груди и прижимаясь к соскам, которые мгновенно напряглись и затвердели. Маленький кусочек жалобно таял, оставляя на коже мокрые, искрящиеся дорожки. Сережа тут же их слизывал, оставляя за собой, голубоватые следы от засосов. Он целовал и поглаживал, не оставляя без внимания ни один миллиметр, моего дрожащего от возбуждения, тела.

С каждым прикосновением я всё больше теряла над собой контроль. Постанывая во весь голос, я буквально упивалась этими, сводящими с ума, ласками. Очередной кубик льда заскользил по моему животу, вычерчивая круги, и узоры. Опустившись в лунку пупка, он слегка подтаивает, и прохладными каплями, сбегает еще ниже. Я невольно вскрикнула, звякнув цепочкой наручников, когда лёдяной поцелуй, коснулся самого чувствительного места.

      

— Всё, тихо, сладенькая. Сейчас... — успокаивает любимый.

Колкое прикосновение льда к нежной, чувствительной плоти, мгновенно сменилось влажной теплотой его губ и обжигающим дыханием. Язык, ловко проникнув внутрь, двигается и бьётся во мне, вызывая, стремительное приближение ошеломляющего экстаза. Перед глазами мелькают яркие вспышки, каждая мышца сладко сжимается, сводя судоргой даже пальчики на ногах.

      

— Серёня, я кажется умираю... — всхлипываю я, заливаясь слезами

— Вот так, любимая, кончай для меня. Папочка знает, что нужно его девочке — рвано дыша шепчет Серёжа.

Достаточно длинная цепочка наручников, позволяет ему без труда перевернуть меня лицом вниз. Осыпая поцелуями спину, он приподнимает мои бедра, и несколько раз шлепнув по попке, с тихим стоном, заполняет меня собой. Замирает на несколько секунд, переводя дыхание и давая мне возможность, привыкнуть к его вторжению. У меня вырывается полный нетерпения вздох, и Серёжка с тихим смешком, плавно начинает двигаться, выходя почти до конца и снова врезаясь до упора.

      

— Кто у нас такая... нетерпеливая...жадная...ненасытная?

— В этом полностью твоя вина...

— Мы стоим друг друга — он резко наращивает темп, а потом, так же резко замедляется, доводя меня буквально до исступления.

      

— Юлька, какая ты у меня узенькая, щас просто свихнусь от кайфа — опрокинув меня на спину, стонет мне в губы любимый, оставляя на них, терпкий вкус шампанского.

      

Наше горизонтальное танго продолжается в синхронном ритме. Я приподнимаю бедра, чувствуя как проникновение становится глубже, обостряя тонкую грань удовольствия и боли. Взмокшие от пота тела липнут друг к другу. Плоть входит в плоть с характерными влажными шлепками. Лазарев любит меня так, словно объезжает дикую кобылку — то нежно и медленно, то необузданно и страстно. Спустя несколько сильных толчков, я чувствую, как внутри сокращается и пульсирует его член, а приглушенные стоны, становятся всё громче, сплетаясь с моими собственными. Границы времени и пространства стёрты. Есть только мы и этот сумасшедший полёт. Комната наполнена запахами океана, ночи, секса и шампанского.

      

Затихнув, Сёреня опускается рядом, предусмотрительно освободив мои руки. Он притягивает меня к себе под бок и сонно бормочет — «Ты гораздо вкуснее чем шампанское, малыш, и крышу от тебя сносит намного быстрее»

Обессиленная, но удовлетворённая, я лежу в его объятиях, слушаю сладкое сопение и глупо улыбаюсь. Блаженная дрёма постепенно окутывает сознание. Почему-то на сон грядущий, в памяти всплывают слова этой Алисы: «Можешь делать вид, что тебе всё равно. Кстати, Лазарев - просто умопомрачительный любовник. Предварительные ласки это прямо его конёк. Он отменно владеет собой. Ну....ты ведь это, итак знаешь, дорогая». Я ведь, не поверила не единому её слову. Или всё таки, поверила...

***

      Следующим утром, закрывышись в ванной, я сделала первый тест. С оглушительно бьющимся сердцем, несколько минут ждала результата. Две ярких полоски, и мои подозрения подтвердились. На всякий случай, сделала второй - результат тот же. Разглядывая свою, совсем еще не изменившуюся, фигуру в большое зеркало, я прокручивала в голове возможные варианты и обстоятельства, при которых могла приподнести этот сюрприз Серёже.

      

— Любимая, ты там до вечера торчать собралась, опаздываем уже! — лёгок на помине, нетерпеливо барабанит в дверь

      

— Ииидуу, Серёнь! Напугал! Что ты тарабанишь так?! — поправив высокий хвост, я сунула пластиковую полосочку в корман джинсовой куртки и открыла

      

— Наконец-то, Юлён! Я думал, что ты там уснула!!

      

— Ой, включил ворчуна. Заметь, Лазарев, сейчас, уже я тебя жду! — надев солнечные очки, послала ему невиннейшую улыбку.

      Сегодня, нам предстояло необычное и увлекательное путешествие на пик горы Сан Антонио. Это место является популярным туристическим маршрутом, поэтому гиды сопровождают всех желающих, но разбивают их на группы, человек по восемь, чтобы всем обеспечить должную безопастность.

Мы пробыли там почти до вечера, и сами не заметили, как пролетело время. Оказалось, что это не просто гора с тропами, а еще и своеобразный развлекательный центр: с горной деревней, множеством стилизованных ресторанчиков и даже горнолыжным курортом. Подкрепив силы, сытным национальным обедом, пешком отправились на смотровую площадку. Которая оказалась широкой каменистой поляной с очень прочным, металлическим ограждением. У меня захватило дух, когда мы подошли к самому краю. Город просматривался отсюда, как на ладони.

Сережа встал сзади и сложил руки у меня на животе.

      

— Красота — восхитилась я, откидываясь на его торс

      

— Здесь, на самой высокой точке Лос Анджелеса, я люблю тебя, Юль. Люблю, как никого никогда в своей жизни не любил. Ты - мое всё!

      

— Я тоже люблю тебя, мой ненаглядный, очень-очень. Иногда, даже не могу выразить как. А теперь...Теперь, нас будет не двое...

      

— В смысле? — я не видела выражения его лица, но тон был крайне удивленным и настороженным.

      

Взяв его руку, я вложила пластиковую полосочку в раскрытую ладонь и осторожно зажала её в кулак. А потом, задыхаясь от волнения, ждала, пока он рассматривал необычный предмет.

      

— Я всё правильно понял?

      

— Да. Ты не рад, Серёнь?

      

— Ты с ума сошла, Юлька? Я просто, офигел от радости! Класс!!! Моя любимая девочка родит мне сына или дочу!!! Я буду папой! — он закружил меня в объятиях и счастливо засмеялся

      

— Ты, действительно счастлив, милый? — я заглянула в его лучащиеся радостью глаза, и прочитала в них ответы на все терзающие меня, вопросы

      

— Ты не могла сделать мне большего подарка, на всю оставшуюся жизнь. Клянусь, что буду хорошим папой, ну и конечно же, хорошим мужем. Буду стараться заботиться и оберегать вас обоих.

      

— Лучший подарок говоришь? А как же стриптиз и “Black Phantom” на прошедший День Рождения? — с наигранным возмущением, вопрошаю я

      

— А это, вообще две моих слабости. Только, стриптиз в офигенном исполнении моей жены. А парфюм...Про моё отношение к парфюму ты уже знаешь — мы одновременно захохотали, оценив, понятную только нам двоим, шутку.

Я, наконец, смогла облегченно выдохнуть. Прошлое уже не настигнет меня, а будущее...Теперь я буду смотреть в него без страха.

***

Сережа

Увидев две полоски на тесте, я не поверил своим глазам. Даже дыхание перехватило от радости и слова в горле застряли. Напугал своей реакцией Юлёну, и она решила, что я не рад. Было, конечно, слегка волнительно, не хочу скрывать. Ведь теперь, на мне лежала двойная ответственность, не только за жену, но и за нашего будущего ребенка. Естественно, дело не только в материальном аспекте, но и в необходимости, гораздо внимательнее относиться к своему здоровью. Для меня это всегда было проблемой, поскольку я живу сценой и горю как свеча, отдавая себя зрителям и слушателям. Чего еще, можно ждать, от перфекциониста и трудоголика до мозга костей.

Вы, наверное, задаётесь тем же вопросом что и я. Сергей Лазарев - отличный артист, а справится ли он с ролью отличного семьянина? Да, почти до тридцати четырёх лет, в моей жизни главенствовала работа, но пришло время, немного поменять приоритеты.

      Оставшиеся дни наших каникул, я всячески, старался радовать и развлекать жену. Между нами, как будто установилась еще более прочная, незримая связь. А моё подсознательное желание защищать и заботится, возросло во сто крат. Занятия любовью стали более чувственными и нежными, более лайтовыми, скажем так. Вообщем, всё было круто, до нашего последнего вечера перед отлётом в Москву. В этот вечер, мы должны были встретится с Димкой в ресторане, посидеть по-дружески, и заодно, обсудить дела нашего совместного магазина - «Пудель-Штрудель». О том, что он прилетел с Алисой, я узнал в самый последний момент. Само-собой, отменить встречу уже не получалось. Когда до Юли дошла данная информация, её настроение совсем испортилось. Она шла на этот ужин, как на плаху. Даже самому было не ловко, что заставляю, любимую женщину, да еще и в положении, испытывать негативные эмоции.

      В ресторане нас ждал еще один неприятный момент, помимо Алисы — столик, забронированный в зале для курящих.

      

— Дим, давай пересядем в другой зал — обменявшись стандартным мужским рукопожатием, я бросил на Димку многозначительный взгляд

      

— Ну, окей, Серёг. Только, с каких пор для тебя это стало так принципиально? Ты же сам иногда непрочь, выкурить сигаретку, другую — «Ну давай, еще поприпераемся, дружочек!» –мысленно заорал на него я.

      

— Какая разница, сегодня я не хочу дышать никотином!

      

— Окей-окей! Чего ты завелся с порога?! — подняв руки вверх, в примирительном жесте, друг широко улыбнулся.

      Разместившись за столом, и сделав заказ, мы с Димкой уткнулись в деловые бумаги, тихо переговариваясь между собой. А наши женщины, сидя напротив друг друга, вели молчаливую холодную войну взглядами.

      

— Вы с нами в Лас Вегас не хотите махнуть, после ужина? — складывая документы в папку, спросил друг — Поиграем в казино, покажем девчонкам город, который никогда не спит! Алиса, например, в Америке в первый раз

      

— Не знаю, Дим, у нас завтра самолёт в Москву в шесть тридцать утра. Хотели выспаться.

      

— Да ладно, Серёж, поехали с нами. Ну чего вы, как старички? — подала голос Алиса

      

— Юлён, ты хочешь в Вегас прокатится? — погладил под столом, колено своей блондинки.

      При всей своей внешней привлекательности Алиса не шла ни в какое сравнение с Юлей. Я убедился в этом еще раз, лишь посмотрев на жену. Она сидела с невозмутимым выражением лица и идеально ровной спиной, прекрасная и холодная, как неземная принцесса. Женственная, элегантная и очень сексуальная.

      

— Не знаю, Серёнь — изящно пожала плечами, помешивая трубочкой, безалкогольный мохито

      

— Если твоя девушка устала, мы можем завезти её в отель, а сами прокатимся втроём. Ты как думаешь, Митюша? — невинно захлопав ресницами, ласково проговорила Алиса

      

— Нет. Без своей жены, я никуда не поеду! — Димкина пассия, уже конкретно начинала меня бесить

      

— Жены??? — её глаза удивлённо расширились — Круто! Дим, а почему ты меня не называешь, женой?

      

— Лисунь, наверное, потому что Лазарев и Юля, на самом деле...же... — друг запнулся на полуслове когда я, незаметно и совсем не слабо, пнул его по ноге.

      

— И что же они? Договаривай, радость моя! — наседала на беднягу «любовь всей его жизни»

      

— Они же...ээээ...те еще...выдумщики — бросив на меня разъярённый взгляд, выкрутился Димон. А я усердно пытался не рассмеятся, глядя на его растерянную физиономию. На которой сейчас, отражался весь тяжкий мыслительный процесс, и поиски логичной отмазки. Еще бы, от Алисы ведь, фиг отмажешься. По себе знаю.

      За едой болтали только мы с Димкой, дабы хоть как-то разрядить, сгустившееся над нашим столом напряжение, которое можно было резать ножом.

      

— Серёж, на пару слов, отойдем? — с извиняющейся улыбкой, Кузнецов поднялся из-за стола.

Я не мог отказать другу, и поднявшись следом, чмокнул Юлёну в губы, шепнув на ушко — «Не скучай, я быстро».

      

— Ну, давай, Митюшенька, выкладывай. Что у тебя стряслось? — поддразнил я, когды мы вышли на задний двор.

      

— Очень смешно — буркнул он, доставая из кармана пиджака пачку «Sobranie», и протягивая мне — Хочу Алиску замуж позвать. Как думаешь, не спугну её такой спешкой?

      

— Ооо, друг мой, опомнись! Ты в своём уме? Я не хочу сказать, что Алиса плохая, но по-моему, ты слишком спешишь. Когда в сексе всё крышесносно, это конечно здорово. Но отношения, а тем более семейные, это не только постель. Я считаю, вам нужно узнать друг друга получше!

— Мистер «Мораль»! Ты, на Юле своей, через сколько женился?

— Ну не так поспешно! Тем более, Юльку не сравнивай. Она от всех остальных лиц женского пола, отличается.

— Ты так говоришь, Серёг, потому что, по-уши в неё влюблён

— Ладно, Дим, я понял, что влюблённому идиоту ничего не докажешь. Поступай, как знаешь — хлопнув этого горе-Ромео по плечу, я затушил сигарету, и толкнул дверь запасного выхода.

— А ты почему такой дёрганный, сегодня? Поделиться не хочешь, что у ТЕБЯ произошло? За этот зал на меня наехал, ни за что! — раздался за спиной, обиженный голос

— Ладно, дружище, не дуйся. Просто, у меня Юлёна беременна, не хотел, чтоб она сигаретным дымом дышала — ну вот, я и произнес это вслух — Ты первый человек, кому я это сказал. Сам понимаешь, лишние люди об этом знать не должны, даже Лиса твоя любимая...

— Вааау, поздравляю Серега! Это огромная радость, тем более ты давно хотел детишек — растрогавшись, утопил меня в крепких дружеских объятиях — Надеюсь, в крёстные позовешь?

— Решим, месяцев через восемь...

      

Если бы я знал, что обстановка между девушками накалится до такой степени, отложил бы разговор с Димкой на более подходящий момент.

Поймав взбешенную до предела жену, уже почти у выхода, я тупил и искренне не понимал, почему она так себя ведет.

      

— Далеко собралась, одна? — приподняв её за подбородок, заглянул в потемневшие от злости глаза

      

— Воздухом подышать, на улицу. Пусти меня, Серёж! — попыталась меня оттолкнуть, наверное забыла, что мы в разных весовых категориях

      

— Да что такое, Юль? Тебе плохо стало? Меня, хотя бы, подождать могла? — не хотел, но сорвался на крик

      

— Почему я должна сидеть за одним столом с этой...дрянью и делать вид, что ничего не произошло. А она будет заявлятся в твою квартиру, между прочим, и в красках описывать мне, как спала с тобой. Еще и провоцирует меня целый вечер, неужели не заметно. Я больше не намерена это терпеть!

      

— В смысле, спала со мной? — растерянно моргнул, не зная куда девать глаза от стыда — Я же тебе поклялся, что у меня с ней ничего не было. Я не врал в ту ночь. Ты мне веришь, Юлён?

      

— Верю, Серёж, но всё-равно, тошнит от её вида — её расстроенное личико, разрывало мне сердце на части

      

— Только не нервничай, малыш. Не забывай, что тебе нельзя. Постой здесь. Без меня не выходи, окей? Я вернусь через две минуты!

      

Вяло кивнув, Юля осталась ждать меня в холле ресторана. А я, еле сдерживая, бурлящую внутри злость, подошел к сладкой парочке.

      

— Дим, я украду твою девушку на разговор — не сводя глаз с друга, поднял за локоть Алису

      

— Эй, Лазарев, ты чего? Какой у вас может быть разговор? — начал возмущатся он

      

— Не съем я её, уймись. Захочет, сама тебе потом всё объяснит — бросил уже на ходу, заталкивая блондинку в туалет, и запер дверь изнутри

      

— Даа, вот таким ты мне еще больше нравишься - жестким, грубым, властным! — её «четверка» в слишком откровенном декольте, вздымалась и опадала, выдавая явное волнение

      

— Какого хрена, ты наплела Юле, что спала со мной? Мы оба знаем, что секса у нас не было, поэтому объясни, будь любезна, для чего эта ложь! — я никогда в своей жизни, не поднимал руку на женщину, но сейчас, меня охватило дикое желание закатить Алисе хорошую оплеуху.

      

— Серёнечка, прошу, успокойся. Это Юля не так меня поняла. Я лишь имела ввиду, что у нас ПОЧТИ доходило до секса. Не понимаю, зачем она тебя накручивает?!

      

— Алис, меня реально бесит, что ты пытаешься сделать из меня дебила — схватив её за шею, притиснул к холодной, мраморной стене — А теперь, послушай внимательно. Попытаешься портить жизнь Юльке, я испорчу жизнь тебе. Между нами никогда ничего не будет, хватит унижаться. У Кузнечика к тебе серьёзно, скажу по-секрету, не будь дурой и цени это. Пока, я ему ничего не скажу. Но если, ты не угомонишься, Димка узнает, как ты лезла ко мне в штаны, и по первому щелчку готова была раздвинуть ноги, а не трахнул я тебя, только потому, что сам не захотел.

      

— Чем я заслужила такую агрессию? Скажи мне, Серёж — её глаза наполнились слезами, а губы задрожали. Но меня это только раздражало.

      

— Ты всё поняла?

      

— Да. Я больше не желаю тебя видеть, Лазарев! Ты двуличный грубиян!

      

— Взаимно, Алис...

      

Неприятный осадок после этого разговора, всё-таки, остался где-то в душе. Но он быстро прошел, уступив место всепоглощающей нежности, когда ночью, я заключил в объятия свою беременную красавицу-жену. Хотелось кричать о своем счастье на весь мир, но пока я не мог себе этого позволить. Приходилось прятать эту часть жизни от чужих глаз. Но ведь, не зря говорят, что счастье любит тишину...