reconciliation of souls.

***

Sia — Round and Round

Find a wheel, and it goes round, round, round As it spins along with a happy sound As it goes, along the ground, ground, ground ‘Til it leads you to the one you love. Найди колесо, и оно будет вращаться, круг за кругом И бежать вперёд со счастливой мелодией И оно катится по земле, земле, земле Пока не приведёт тебя к тому, кого ты любишь. Прекрасное зимнее небо освещало всё вокруг. Оно мерцало и привлекало внимание всех. Звёзды усеяли ночное полотно очень плотно, а люди радовались даже таким мелочам — ведь сегодня Сочельник. Ребята ходили по улицам и распевали песни, торопясь к родным и близким за семейным столом. Снег обычно не выпадал так рано, но сейчас крупинки кружились в ритме вальса благодаря спокойному ветерку. Магглы называют это чудом. А и вправду, это чудо: теплая компания, ароматные яства и праздничное настроение. Атмосферу добавлял ещё и снег. В каждой семье была своя традиция, и родители ещё маленькой Терезы не были исключением. В обеих семьях было принято проводить ночь перед Рождеством в окружении родных, но сейчас появилась новая семья, состоящая из Оливии, Стефана и Тессы. Мама, Оливия, заканчивала приготовления на кухне, а отец старательно сервировал стол на троих. Сегодня их маленькая семья будет праздновать. Светлолицая девочка сбежала по лестнице на кухню, обнимая маму. — Тереза, милая, поможешь мне? — дочка была очень похожа на свою маму, даже в мимике и поведении были ясные сходства. Стефан наблюдал за своими девочками исподтишка, через дверной проем между кухней и гостиной, где мужчина закончил выполнять свои обязанности. Ему всегда нравилось смотреть на двух абсолютно одинаковых девочек, которые мило щебетали и готовили что-то, смеясь нелепости дочери или милым линиям, которые девочка рисовала на торте по указанию светловолосой женщины. В узорах на праздничном десерте не было какого-то четкого рисунка или заурядных замыслов, просто руки сами двигались, придумывая свою композицию и создавали радости в мелочах. Папа вошел в кухню, приобнимая за талию свою жену и наблюдая за серьезностью и сосредоточенностью светловолосого ангела, который молча выполнял свою работу. Это очень умиляло пару, на которую в тот момент малышка не обращала внимания. — Готово! — Радостно воскликнула девочка, потирая щеку маленькими ручками. Она снова обратилась к родителям: — Мам, пап, посмотрите! Это сделала я! Оливия и Стефан с наигранной серьезностью рассматривали детский рисунок, выполненный кондитерским кремом на испеченном торте. После чего отец подхватил малышку на руки, встав рядом с голубоглазой женщиной, которая потерлась носиками с дочкой, смеясь и обнимаясь. — Стеф, — Оливия прервала их нежную идиллию. — Часики тикают, а мы ещё не сели за стол. Мама легким движением руки убрала волосы в высокий хвост, сняла фартук и отправилась к своим самым любимым людям, которые уже всё перенесли на стол. Отец усадив дочку к себе на руки, игрался с ней, ожидая любимую жену. Она вышла из кухни, прекрасная как всегда и готовая провести чудный праздник с семьей. Хоть семья маленькая, зато счастливая. Стефан Гриффин в глубине души был рад, что их малышка полная копия матери и они не зря решили дать девочке фамилию семьи Мейнноти. Тогда они просто думали, что это будет хорошей идеей, они смогут почтить память этих людей. Но маленькая мисс Мейнноти была настолько схожа со старшей Мейнноти, что это казалось лучшим решением за всю его жизнь. Люди могли бы сказать — и говорили, — что он не из этой семьи и является им никем. Ведь мужчина отличался даже фамилией. Его смоляные волосы тронулись преждевременной сединой у висков из-за неположенных стрессов и других психологических травм, глаза были темные как ночь, а взгляд спокойный и отрешенный, как у орла, сидящего на высокой скале и наблюдающего за всем миром. Маленькие морщинки покрыли область вокруг глаз от то и дело возникающей ухмылки при взгляде на жену или светловолосую дочку. Полной противоположностью была его жена — светлая голубоглазка с пепельной кожей. Черное и белое. Инь и янь. Ливи — так ласково называли женщину близкие — присела рядом с мужем напротив маленькой дочери, приступая к ужину. Тереза весь вечер слушала истории из жизни родителей, девочка уже с детства была любознательной, играла с любимыми куклами. Позже отец предложил ненадолго выйти на улицу, перед тем, как уложить спать дочь. Тесса сразу же обрадовалась и захотела как можно скорее оказаться на заснеженном крыльце, закидывая родителей снегом, а Оливия на несколько секунд поджала губы и раздумывала о возможных неприятностях, которые могут возникнуть в такое время и в такую погоду, но уговоры дочери её переубедили, и в итоге она выпалила с тихим вздохом: — Хорошо. А во дворике царила невероятная красота: снег укладывался, словно на подушку, цветные огни играли во тьме в веселую игру, прячась и возвращаясь на законные места, новогодний декор припорошило. Маленькие ножки дочери быстро сбежали по лестнице навстречу незабываемым приключениям, а ладони, спрятанные в шерстяных варежках, схватили чистый и пушистый снег, готовые кинуть его в сторону дверей, где отец уговаривал женщину спуститься и подарить малышке рождественскую сказку, в которую входят игры на свежем воздухе с обоими родителями. Снежок прилетел ровно в колено Оливии, и это застало её врасплох на пару секунд. Её глаза сузились, женщина уверенной походкой отправилась в сторону маленькой Терезы, по дороге захватывая кучку снега, из которой слепила новый шар, и приготовилась к «войне». Стефан уже понял замысел жены и отправился за ней вслед, думая «перейти на сторону Тессы». Мужчина тоже лепил снежный шар, остановившись за Ливи. Женщина бросила мягкий снежок в маленькую девочку, смеясь и повторяя свои действия ещё пару раз, пока мужчина не атаковал с другой стороны. Оливия развернулась лицом к «обидчику», пряча снежный ком за спиной и дожидаясь походящего момента, чтобы кинуть его. Но её снова сбили с толку — на сей раз голубоглазая девочка, лицо которой раскраснелось на холоде. За щечки словно щипнул мороз, они были как у русских барышень из сказок. Игра превратилась в настоящую «семейную войну», каждый был сам за себя, но мог помогать остальным. Соседи посматривали на веселящихся людей: у кого-то данная ситуация вызвала улыбку, кто-то с презрением и недовольством ворчал, утверждая, что в такую погоду семья должна сидеть дома и не думать даже соваться на улицу. После «заклятой битвы» запыхавшаяся женщина достала свою волшебную палочку — длинную и гибкую, изготовленную из яблони, которая служила ей на протяжении многих лет — и шепнула пару слов, в небе тут же заиграли искры разных цветов: от золотого до оттенков мятного. Хоть творить волшебство и было незаконно, Ливи решила, что парочка искр для счастья дочери не сделает ничего плохого. Малышка Тереза бегала по площадке за игривыми лучиками искр, будто они были живыми и убегали от неё. Отец и мать стояли в обнимку, радостно наблюдая за светлыми хвостиками, болтающимися во все стороны и подпрыгивающими от неугомонного бега. Улыбка никак не могла сползти с лица женщины, она точно знала, что это самый счастливый день в её жизни. Если есть рождественское чудо — это абсолютно точно оно. Темные времена прошли, теплый дом сияет огнями, их дочь радуется новому дню. Что может быть лучше? Позже они, насквозь мокрые, отправятся в дом греться у камина, поедая сладости, которые приготовила мама. Ночью Тесса залезет в родительскую кровать, устроившись посередине, они заснут все в обнимку. А на утро удивленные глазки будут распаковывать свой подарок от Санты и весело носиться по дому. Вот оно счастье.

***

Bear's Den — When You Break

Spoiled, selfish little child Went out to play out in the wild I found you shaking like a leaf Underneath your family tree. Испорченный, эгоистичный маленький ребенок Вышел, чтобы поиграть в дикой природе Я нашел тебя, трясущимся, как лист Под вашим генеалогическим деревом. Рождество никогда не было любимым праздником Драко. Ведь это на него всегда давили темные стены в гостиной, ему всегда следовало молчать, родители всегда были холодны: и с ним, и друг с другом. Он слыхал о том, что люди празднуют весёлой компанией, радуются близким, и тепло исходит даже не от растопленного камина, а от сердец. Где-то в далёком уголке души таилась надежда на то, что в этом году будет по-другому. Мальчику было практически пять лет, и он уже всем нутром ненавидел это всё. Но ради фамилии он с ранних лет терпел страшные скульптуры в доме, высокий и неудобный обеденный стол и даже зализанные лаком волосы, которые он бы с удовольствием испортил. Атласный пиджак сидел на нём идеально, мастер очень постарался, и это заметно. Драко с пелёнок приучали к аристократическим манерам, и поэтому сейчас он был одет в костюм, как и подобает настоящим чистокровным магам. Так же его приучали к призрению к маггло-рожденным, скоту, который годится только в прислугу. Пока отец не видел, Нарцисса обняла своего мальчика, потому что знала, как тяжело ему будет пережить ещё один ужин в такой атмосфере. Маленькие ручки сомкнулись вокруг материнской шеи, он вдыхал родной запах тела и мечтал, чтобы эти объятья никогда не прекращались. Но, к сожалению, женщине пришлось его отпустить и продолжить поправлять костюм, и уже через несколько в детскую комнату мгновений ворвался глава семьи. Нарцисса научилась слышать и видеть такое, что даже не дано магам, всё ради родного дитя. — Я жду вас внизу, — Люциус никогда не приветствовал то, что жена помогает Драко в подобных вещах, но он не знал, что это всё ради того, чтобы успокоить маленького и невинного малыша, который впитывает ненависть ко всему вокруг. Чтобы он окончательно не зачерствел, мать пробуждает в нем хоть какие-то позитивные чувства. В этой семье тяжело жить, иногда в юной голове возникал вопрос: почему он родился именно тут? Женщина закончила с костюмом сына и тихо и ласково велела подождать немного, а потом спускаться. Отец может подумать, что она делает всё за него, и это плохо закончится для их обоих. Мать покинула комнату, и Драко слышал, как её каблуки стучат по лестнице. Мысленно он считал до тридцати — это лучший счёт для него, чтобы спуститься вниз. 30… Его глаза вернулись к окну, где он разглядывал верхушки деревьев, припорошенных снегом. Видеть снег так рано — чудо. Но также это было пыткой: не иметь возможности выйти и поиграть, как все дети. Конечно, его не оставляли без игрушек, и он мог играть сколько угодно с заколдованными машинками и солдатиками, но приходилось отдавать предпочтение шахматам. Шахматы были чем-то, что объединяло Малфоев: вся семья могла засиживаться до глубокой ночи, играя партию за партией. 25… Глупо думать, что у него может быть нормальное детство — это не для их семьи. Может в чем-то отец и прав, что воспитывает его и прививает такие манеры и таким способом. Драко не ненавидел Малфоя-старшего, нет. Об этом и речи не могло идти. Блондин любил своего отца и уважал, ставил в пример, но уж больно боялся. Боялся больше не за свою шкуру, а за Нарциссу, которая получала выговор от своего мужа, каждый раз вынужденная выслушивать что она неподходящая мать. 20… Только Драко никогда не мог понять, почему Нарцисса до сих пор тут и продолжает терпеть издевательства? В каждый раз, когда мальчик задавал маме этот вопрос, женщина натягивала загадочную ухмылку и выдавала только два слова: «Это любовь». Юный, он не понимал, любовь к кому? К извергу отцу? Зачем же такая любовь? Но со временем в его голове произойдут перемены, и он осознает, что любила она бесконечно его, терпела за него. 15… Время так быстро идет, не так ли? Но быстрее времени меняются чувства. Мальчик стоит пятнадцать секунд возле окна, вглядываясь в темную даль, а в его душе поменялись четыре эмоции: любовь к родным, гнев и страх перед отцом и забота о матери. Время утекает сквозь пальцы, но мы его не измеряем секундами или минутами, все из нас измеряют время событиями, состоящими из спектра эмоций и чувств. Когда страдания приходят в жизнь, кажется, что минуты тянутся медленнее, чем нарастает новая истерика. А как жить, если страдания — неотъемлемая часть твоей жизни?.. 10… Через десять секунд может состояться лучший вечер за его короткую жизнь, но мальчик в этом не уверен. Он отошел от холодного окна, переминаясь с ноги на ногу возле двери, перебирая счет, дабы можно было спуститься. Драко уверен, что отец уже успел отчитать маму за её неподобающее поведение, но в вечер Сочельника он не посмеет поднять на неё руку. В его голове возникала мысль: зачем отец женился на маме, если он её не любит? Всем же понятно, что он не испытывает светлого чувства под названием «Любовь» по отношению к ней. Или он просто не умеет любить? Мальчику кажется, что если он будет жить и дальше в такой обстановке, то и он забудет, что такое любовь. Но это неплохая развязка событий, ведь так будет спокойнее воспринимать всё, когда в сердце дыра, а ум чист и холоден. 5… А что, если Люциус любил Нарциссу много лет назад, но его чувства превратились в талую воду и утекли прочь? Может, осталась привязанность и желание растить ребенка в полноценной семье? Это вряд ли. Драко много раз слышал, как отец кричал, вспоминая какое-то имя, говоря об этой девушке, как о лучшем в его жизни. «Оливия». Светлое имя, которое могло принадлежать только девушке с чистой душой. Может его сердце не хотело отпускать это имя? Оно набилось, словно несводящееся тату? 3, 2, 1. Детские ножки зашагали прочь из комнаты, считая сколько секунд занимает спуск по лестнице. Он безумно хотел растянуть эти последние мгновения нормального времяпровождения, но, к сожалению, это было чем-то из области фантастики. Тонкие пальчики ещё раз прошлись по костюму, проверяя всё ли на своем месте, иначе отец не простит малейшую погрешность в вечер Сочельника. В столовой уже сидели его мама и папа, молча ожидая единственного наследника. Глаза Люциуса были безмерно холодными, словно однажды они покрылись толстой коркой льда. Были неизвестно, когда мужчина последний раз стригся, но в этом роду все имели длинную шевелюру платинового цвета. Были плюсы в таком цвете волос — седину никогда не разглядеть. Можно было предположить, что из-за насыщенной жизни Малфой-старший имеет пару седых волос, которые скрылись в своих собратьях такого же цвета. — Драко, почему твои шнурки не заправлены? — Брови поползли наверх от молчаливого возмущения. Именно о таких мелочах думал мальчишка пару мгновений назад. Его папа замечает любую деталь, которая, по его мнению, испортит всё, но в итоге, кроме мужчины этого никто не видит. — Прости, отец, я не заметил. — Совсем запуганный мальчик мялся на одном месте, опуская глаза на те самые шнурки. — А потом ты не заметишь и бревно в глазу, — светловолосый приподнял свою трость и указал на пустующий стул. — Займи своё место. Драко торопливо попятился к деревянному стулу и кое-как забрался на него, ведь даже взрослому человеку было трудно взобраться на сие изобретение. После чего отец позволил приступить к трапезе. Поначалу всё было тихо, никто не проронил слова, лишь домовой эльф сновал туда-сюда, угождая своему хозяину. Только влиятельные и богатые люди могли иметь таких «слуг» в их мире, конечно же, Малфои сразу же прикупили одного себе. Правда это сделал не Люциус, а его давний предок, в то время, когда такая тенденция только появлялась. Их эльф был в прямом смысле убог — наволочка вместо одежды, огромные уши и морщинистое тело, писклявый голос, от которого режет уши — Драко ненавидел это, но терпел всегда, молча уплетая лакомства за столом. Позже мужчина выпил немного огневиски (хотя Нарцисса просила его это не делать), и его язык молол полную чушь. Была вероятность, что отец говорит какие-то вещи, которые маленький мальчик ещё не понимает и не знает, но в его голове была поставлена лишь одна цель — как можно быстрее убраться отсюда, но без позволения обоих родителей Драко не мог покинуть стол. Разговор перешел на повышенные тона, были упомянутые лишние имена, внутри Нарцисса пылала яростью, но умоляла мужа остановиться. Люциус был непоколебим. — Когда-то ты поймешь, о чем я, Драко. — В его ледяных глазах появилась дымка, но говорил он весьма твердо и уверенно. — Когда-то ты узнаешь, о чём я говорю, и что значат все эти имена. Может будет поздно, но ты узнаешь, кто это. — Любимый, прекрати, — тихо приговаривала женщина во время его тирад, умоляюще и одновременно яростно посматривая на него. — Уже не детское время, нашему сыну пора в кровать. — Когда-то… — Его взор устремился на парящие снежинки за окном. — Сколько времени пройдет, да? Почему это слово значит всё и ничего? — Пьяные, полные философской мысли глаза закрылись на пару мгновений. Он откинулся на спинку стула и произнес: — Нарцисса, уложи моего сына. Драко не успел осознать, что происходит, как мама уже вела его за руку по лестнице, направляясь в детскую. В его комнате женщина поджимала губы и помогала снимать костюм. — Он сегодня слишком пьян, сынок, — долгожданный материнский голос прорезал холодную тишину. — Даже не вдумывайся в его слова, они бессмысленны. Она закончила помогать ему, отправив в душ. Но Драко не хотел забывать, просто не мог. Ведь такие вещи он никогда не слышал в свой адрес, и что-то внутри кричало, что это не бессмыслица или какой-то набор слов — это важное. После этого сон его долго не брал. Что всё это значит?