Дай мне сломать тебя

Но как же мог я поступить иначе, Хоть, впрочем, ясно мне действительно одно Вы ненавидите меня до плача И мне от этого смешно, И мне от этого смешно... Ваши глаза Так сверкают желаньем мести... Против и за Ваша честь и мое бесчестье...

Канцлер Ги Вы ненавидите меня

      Холод снова проходит по телу, хотя я чётко помнил, что я уже давно не нахожусь в той темнице. Тогда почему? Хотя, спиной, кажется, я чувствую мягкую кровать, но вот руки.. Он сделал что-то со мной. Кажется, привязал руки к спинке кровати, вот мразь.. Спокойно не двигаясь какое-то время, я пытался понять свои ощущения по всему телу и в итоге сделал несколько выводов: руки действительно привязаны к спинке кровати, а мои глаза завязаны лентой. Кляпа во рту, на удивление, не было, хотя с Томом я бы уже ничему не удивился. Внезапная дрожь прошла по моему телу, я дёрнулся, только через секунду поняв, что это Том прикоснулся ко мне. Тишина пугала. Его пальцы прочертили ровную линию от ключиц до низа живота, я дрожал, всё тело было напряжено. Его губы мягко коснулись шеи, дыхание обжигало кожу, я вновь содрогнулся, дрожь не утихала, нежные поцелуи сводили с ума, от противоречивых чувств на глаза стали наворачиваться слёзы, закусив губу, я пытался унять дрожь, но всё было бесполезно и я лишь больше переставал контролировать себя, поддаваясь отчаянию и истерике. Я почувствовал, что Том придавил мои ноги к кровати, по видимому, сев на них, я больше ничего не смогу сделать.. Тряхнув головой, я постарался взять себя в руки, несмотря на выступившие слёзы, и когда Том вновь наклонился ко мне, я замер, хотя всё ещё мелко дрожал всем телом. Он медленно провёл пальцами, едва касаясь кожи, по шее и ключицам, я вздрогнул, но, несмотря на слёзы, не произнёс ни звука, лишь сильнее сжал руки, впиваясь ногтями в кожу. Что бы он со мной ни сделал, я буду молчать.       Том повёл рукой ниже, коснулся бёдер и, наклонившись, поцеловал меня в шею, прикусив кожу, я дёргался, метался, дыхание становилось тише, тяжелее, прерывистее. Когда Том провёл по моей дрожащей руке и вниз от груди, я выгнулся в спине, содрогаясь всем телом. Он отстранился, но ноги не освободил. Молчание и какой-то шум сильно нервировали меня и я замер, страх снова прокрадывался в душу. Внезапная жгучая боль пронзила плечо, сопровождаемая свистом разрезаемого воздуха, болезненный тихий вскрик вырвался из моей груди, я почувствовал, как Том слизывает кровь с раны, обжигая горячим дыханием и принося лишь больше боли, отчего слёзы покатились из глаз с большей силой. Я дрожал, задыхался, слёзы катились по щекам, а Том, отстранившись, как я мог судить по звуку, отложил в сторону эту вещь, видимо, плеть, и взял другой инструмент. Судорожно вздохнув, я попытался успокоить дрожащее тело, но у меня ничего не получалось, место удара всё ещё сильно саднило, а в душе было настолько погано, что хотелось потонуть в слезах. Я услышал звук, похожий на щелчок открытой крышечки маленькой бутылки или пузырька. Том слез и раздвинул мои ноги, которые я отчаянно старался свести. Получив несколько хлёстких ударов по ногам, я замер, зная, что он может бить и сильнее. Я услышал тихий смешок и меня вновь пробрал холод, а Том скользнул влажными холодными пальцами по члену, заставив меня дёрнуться, и вошёл ими в меня, отчего я весь сжался, отворачивая голову в сторону и закусывая ткань простыни.

Ни звука?

      Его пальцы скользили внутри меня всё быстрее, он добавил третий и вместе с резким толчком на глаза навернулись слёзы, из горла вырвался тихий всхлип. Было не так больно, как раньше, но даже если так душевные страдания никто не отменял. Да и я уверен, что он-то найдёт способ заставить меня страдать ещё больше, уж я-то не сомневаюсь..

я бы не был так самоуверен

      Я попытался снова высвободить руки, но всё было безуспешно. Я не чувствовал второй руки Тома на себе, но слышал шорох в стороне и от этого становилось не по себе, я сильнее закусил ткань, уже даже не пытаясь вычислить, что будет теперь, но я буду молчать.

Глупенький.

      Молчать.. Не произносить ни звука.. Это ведь так просто, разве нет? Тогда почему каждое его движение накапливается в моей душе раздирающим глотку криком, страхом, мольбами с широко раскрытыми глазами, дрожащим голосом и слезами? Молчать, молчать, молчать..

ты-то сам в это веришь?

      Губы Тома мягко прошли от колена до бедра нежными поцелуями, я судорожно выдохнул, его пальцы всё ещё скользили внутри меня, создавая контраст боли и нежности.

Давай поиграем?

Пусть это будет негласный спор.

То, о чём молчат, но имеют в виду.

      Он вытащил пальцы, внутри сильно жгло, запястья натирало, что также не добавляло приятных ощущений. Несколько секунд я лежал так, к моему телу не прикасались, не делали с ним абсолютно ничего и лишь пробирающий до костей холод сменился духотой и жаром. Что-то холодное и гладкое, явно не острое, проникло внутрь, отзываясь ноющей болью, похожей на маленькие иглы, пронзающие кожу и чувствующиеся остро лишь первое мгновение. Том резко протолкнул вещь глубже, я содрогнулся, сильнее, до боли сжимая зубами ткань простыни.

Что же, начнём.

      Я не успел подумать, не успел осознать и прочувствовать, можно сказать, что первая боль шокировала меня настолько, что отключила сознание на несколько секунд, Том внезапно вытащил вещь и также резко вогнал снова, повторяя свои действия раз за разом, принося боль и слёзы, я дрожал, плакал и трепыхался, но всё напрасно. Я понимал, что даже если буду умолять, он не остановится. Гладкая вещь потеряла холод, с каждым проникновением принося боль, казалось, что ещё немного и всё это закончится, ведь всему, всему в этом мире есть конец, но явно не в этой истории.. Тишина, эта тишина сводит с ума, должно же быть хоть что-то, слова, звуки, но всё тихо, если не брать во внимание тихое хлюпанье, единственный звук, въевшийся в подкорку мозга за всё это время. Предмет легко выскользнул из меня, но на удивление не вошёл обратно. Однако, если к этому я успел пристроиться, то что будет дальше представления не имел. Страшно. Сердце колотится, становится жарче, но одновременно с тем пробивает озноб. Том медленно ввёл следующую игрушку, она не была гладкой, но и понять ничего я не мог. Он делал медленные движения, явно не собираясь ускоряться. Я уже было привык к этим плавным движениям, когда она внутри завибрировала, а толчки стали быстрее, ощущения смешались, я дёргался и выгибался, метался по мере своих возможностей, но не мог уйти и это убивало. О, каких трудов стоило мне молчать, каких трудов стоило мне сдерживать в своей груди обрывистые крики и рыдания. Хватит.. Хватит насиловать меня.. Я ведь не кукла, чтобы со мной делали, что вздумается! Чёрт бы тебя побрал, грёбаный мудак..       Боль пронизывала сознание, я задыхался, сдерживая крики, Том умудрялся соблюдать тонкую грань, принося мне боль, но при этом вещи не были достаточно крупными, чтобы были какие-то серьёзные последствия. Видимо, моё тело ему всё же нужно в хорошем состоянии, но это не мешает ему также умело приносить мучения. Всё тело дрожит, дыхание рваное, сознание ускользает и я просто не способен следить за происходящим, остаются лишь боль и мрак.       Я хотел умереть, лишь бы не быть в этом теле в тот момент, он умело сводил меня с ума противоречием ощущений и в один из самых напряжённых моментов всё прекратилось. Я остался лежать в темноте, разжав зубы, я тряхнул головой. Кроме жара, расползающегося по всему телу, не осталось ни единого напоминания о произошедшем. Руки всё ещё были привязаны, запястья болели, меня пробила мелкая дрожь и запоздавшие слёзы навернулись на глаза, как только я сносно оправился от всей той чертовщины, что творилась сейчас. Я не мог унять дрожь, я был в неведении, не слыша ни единого звука. Сведя ноги вместе, я сильнее ощутил ноющую боль. Неужели всё закончится так? Я не хочу.. Я не хочу такого конца для себя! Чем я блять заслужил всё это? Но эта тварина ведь не остановится, нет, он продолжит выворачивать мои тело и душу, словно это какая-то игра, словно я лишь кукла, никто, будто со мной можно так обращаться! Меня затрясло от злости, слёзы бессилия и отвращения катились по щекам, я попытался подтянуть ноги к себе, но Том внезапно схватил меня за обе лодыжки и я замотал головой, пытаясь вырвать ноги. Том подобрался ближе, отпустив мои ноги, я буквально чувствовал его дыхание на своём лице. Его пальцы скользнули по шее, к уху, нежно прошлись по волосам, аккуратно распуская узел и снимая с моих глаз насквозь промокшую от слёз повязку. Я зажмурился от резко бросившегося в глаза света, всё ещё плакал, беззвучно, задыхаясь и содрогаясь всем телом. Лишь через минуту я осмелился открыть глаза и встретился взглядом с Томом, всё ещё нависающим надо мной. Я смотрел в его глаза со злостью, сжимая кулаки и натирая запястья ещё сильнее, слёзы застилали глаза и картина мира была мутной и расплывчатой, но я не обращал на это внимания. Как же хотел я сейчас закричать, во весь голос, чтобы горло потом болело как минимум несколько часов, как же хотел я высказать ему всё, что думаю, но это всё потом, не сейчас, я не посмею проиграть этот негласный спор. Я не посмею показать ему свою боль, пусть наслаждается молча, сука ебаная, если бы я только мог выбраться.. Но я не могу. Взгляд прищуренных алых глаз пронзает, ухмылка заставляет сжаться, о да, Том поистине страшен и творит ужасные вещи.. Никому не пожелал бы быть на моём месте, однако, за что.. За что он так со мной? Или так он выражает свою грёбаную "любовь"? Молодец, давай в том же духе! Ломай и дальше, убивай души, ублюдок, однако неужели он думает, что я дамся так просто? Через что ещё мне придётся пройти? Могу ли я рассчитывать на то, что однажды буду свободен? Почему, почему всё это происходит?

ты такой милый, когда злишься и плачешь, ты знал?

      Том упёрся коленом мне между ног и я скривился в лице, не отрывая взгляда от его глаз, тихая истерика никак не проходила, дрожь не отпускала тело, губы были плотно сжаты. Том усмехнулся, облизнув губы, и наклонился к моему плечу. Я не мог видеть, что происходит, а поворачивать голову тем более не хотел. Я напрягся в ожидании. Резкая боль появилась в плече, а когда Том отстранился я увидел кровь на его клыках и губах. Сквозь полуприкрытые веки я видел, как он вновь облизывает губы, стирая с них кровь, и слёзы накатили с новой силой, я не мог остановиться, я не знал, когда это закончится, не знал, сколько ещё мне терпеть, я знал лишь то, что должен молчать, молчать во что бы то ни стало, что бы ни случилось, я не покажу ему своей боли. Я буду разбиваться, ломаться, я буду уничтожен, но не покажу этого ему, кому блять угодно, но не тому ублюдку, который уничтожит меня. Я попытался отползти, чтобы ударить его в живот, но простынь смялась подо мной, а результатов мои попытки не дали. Том молча склонился к моей шее, вдохнул и, наклонившись ближе, нежно поцеловал, прикусывая кожу и оставляя багровый засос на моей шее, я прикрыл глаза от удовольствия, рвано выдыхая, Том медленно провёл рукой от ключиц до живота и, спустившись ниже, отстранился и, сев между ног, обхватил рукой мой член, наклонившись, провёл языком по стволу, мягко обхватывая губами головку, медленно обводя её языком и беря чуть глубже. Я вздрогнул, внизу живота появилось приятное давление, член начал подниматься. Том совершал характерные поступательные движения, иногда обводя языком головку и нежно сдавливая член губами. Я даже спрашивать не хочу, где он всему этому научился, но даже если душа моя чувствует себя погано, то тело предательски отзывается на ласки и нежность, напряжение растёт. Том на мгновение отстранился и, проведя пальцами по всему члену, вновь коснулся губами головки, дрожь прошла по всему телу, я, выгнувшись, кончил ему в рот, после откидываясь назад и тяжело дыша. Том приблизился к моему лицу, снова облизывая губы, ухмыляясь. Наклонившись, он поцеловал меня, проталкивая язык, я почувствовал горечь и в глазах помутнело, он отстранился и я сглотнул, морщась, всё ещё пытаясь восстановить сбившееся дыхание и задыхаясь, слёзы на щеках давно высохли, тело по прежнему горело. Том потянулся рукой к верёвке и потянул за один край, забирая её за собой, освобождая мои руки, но тут же переворачивая меня на живот. Заведя мои руки за спину и согнув их в локтях, он связал их посередине и подтянул меня вверх, так что подбородком я упёрся в подушку, а на кровати стоял на коленях, прогнувшись в спине и немного разведя ноги для удобства. Пиздец, докатились.. Том обхватил мои бёдра и медленно вошёл. Он двигался быстро, жгучая боль усилилась, ком в горле и вновь подступающие слёзы говорили о приближении очередной истерики. Я чувствовал его пульсирующий член внутри, жар его кожи, интенсивные резкие толчки. Лежать в такой позе было унизительно и неудобно, я уткнулся лицом в подушку, уже успевшую промокнуть от моих слёз, спина начала уставать, ровно как и ноги, которые мне пришлось развести шире. Том вколачивался в моё измотанное тело, принося боль и унижение. Он остановился, сжал мои бёдра сильнее, впиваясь в них ногтями до боли, и, шумно выдыхая, кончил внутрь, я почувствовал горячую жидкость, разливающуюся внутри. Том медленно вышел из меня, по моим бёдрам стекала его сперма и как только он убрал руки, ноги сползли по простыне, сминая её, они были не способны держать моё тело.

надеюсь ты не думал, что я на этом закончу?

      Что-то перевернуло моё тело и я снова оказался на спине и только тогда увидел вытянутую руку Тома. Он пристально смотрел на меня, потом дёрнул рукой вверх и я, тихо охнув, поднялся в воздух, меня охватила паника, я не привык к тому, чтобы не чувствовать твёрдой поверхности под собой, а мне даже ухватиться было не за что, да и, по сути, я и не мог, я не могу пошевелиться, скованный невидимой силой. Ебучий демон, способностей хоть отбавляй, а использовать их в нормальных целях он, видно, не научился.. Том усмехнулся и сделал ещё несколько движений рукой, я висел в воздухе в весьма неудобной позе, ноги были разведены, а руки были заведены за спину, я не мог пошевелить почти ничем, только едва мог двигать шеей и головой, но ничем больше. Том встал с кровати и, медленно приблизившись, провёл рукой по моей ноге от пальцев до колена, после встал посередине и опустил моё тело чуть ниже. Мои ноги непроизвольно обняли его талию, я всем телом без своей воли подался ему навстречу, запрокидывая голову и открывая ему свою шею. Том обнял меня за талию, нежно целуя шею и опуская руки на бёдра. Он спустился к ключицам и прикусил кожу, оставляя ещё один засос, я распахнул глаза в немом удивлении, когда Том с размаха ударил по ягодице, причиняя новую боль. Он не переставал бить обеими руками, не боясь, что я упаду, ведь он контролирует моё пребывание в воздухе и имеет контроль над моим телом. Мне было больно, но эта боль почти несравнима с тем, что он творил с моим телом ранее.. Том вошёл в меня и, сделав несколько сильных толчков, впился в моё плечо клыками, продолжая двигаться. Меня бросило в холод, тут же накрыв жарой, я не мог и подумать, что Том настолько жесток. Я не мог двинуться и это убивало, я всё ещё прижимался к нему, сведя руки за спиной, и не мог шевельнуться, потому что он обездвижил меня. Он обхватил меня за плечи и отодвинул от себя, с ухмылкой смотря в глаза и продолжая вколачиваться в моё и без того дрожащее тело. Мгновение и я получил контроль над верхней частью тела, однако, вместе с тем, всё, что мне оставалось, чтобы не упасть назад и не сломать себе спину — быстро схватиться руками за Тома, а с новым толчком я лишь сильнее прижался к нему, царапая спину. Я уткнулся лицом ему в плечо, кусая до крови, его рука грубо оттягивает за волосы и я вновь встречаюсь с ним глазами. Страшно. Толчки становятся сильнее, взгляд холодный, пронзающий. Том замирает, прикрывая глаза, опускает меня на кровать, прижимая руки, и выходит из меня, по моим ногам медленно стекает его сперма, внутри жжёт, всё тело горит, задыхаюсь..

Ты выиграл.

      Молча встаёт с кровати, кидает мне одеяло, в которое я тут же заворачиваюсь, вздрагивая. Уже где-то далеко хлопнула дверь, но всё это потом, а сейчас я можно просто посплю?..